скачать книгу бесплатно
Ник на мгновение задумался.
– Хорошо. Тогда мне нужно ее воспоминание за пять минут до этого. Должно быть что-то. Улица, по которой она шла. Что там находилось?
– Еще одно воспоминание, – потребовала хозяйка башни.
Ник вздохнул. С цеури никто не спорил.
Когда она снова прикоснулась к его вискам прохладными пальцами, он отдал еще не использованное – воспоминание о вечере с Раском, Глеманном и Мег. Но только до момента, когда он во всем ей признался. Ник понятия не имел, кому и зачем оно могло понадобиться, но цеури тоже никогда не оспаривали плату. Видимо, даже кажущееся мелочным и бесполезным, такое воспоминание могло кому-то помочь. Например, какому-нибудь шутнику, у которого иссякли запасы скабрезных анекдотов.
Не говоря ни слова, цеури показала еще один небольшой фрагмент из жизни незнакомки с больной дочкой. Ник увидел главную улицу квартала Алайа, а полминуты спустя узнал, что хозяйка воспоминания вошла в пятый дом со стороны моста.
Кивком простившись с цеури, он покинул стеклянную башню. Направляясь к портал-зеркалу, гадал: сможет ли сивилла ему помочь? Что увидит, вглядевшись в глаза человека, который медленно утрачивал данный ему с рождения дар?
Как бы то ни было, сивилла оставалась последней его надеждой.
Глава десятая
Бадб, вновь сменившая обличье ворона на обличье человека, до хрипоты убеждала дочь, что ее затея обречена на провал.
– Пойми, Клио может сойти с ума от воздействия настолько мощных чар!
– Она сильная, мама. А еще, позволь напомнить, она ведьма. Сила, которую ты передала Клио при рождении, ее защитит.
– Ты ее мучаешь…
– Клио мертва, – оборвала мать Морриган. – И если я ничего не предприму, мертвой она и останется. А ты убеждаешь меня прекратить бороться. Я никогда на это не соглашусь.
Леди Ворон сложила руки на груди и пронзила дочь тяжелым взглядом.
– Но с моей смертью ты смириться смогла.
– С тобой все было иначе, – отрезала она. – У меня не было ни твоего тела, ни души, и ты… совсем другая. Для тебя смерть – привычное явление, магия смерти – твоя родная стихия. Клио… чуткая, впечатлительная. Ты представляешь ее бредущей среди духов по Миру Теней?
Морриган резко качнула головой. Нет. Она этого не допустит – во всяком случае, не сейчас. Смерть всегда одерживает вверх над жизнью, но так быстро Клио она не получит.
Упрямство матери злило. Бадб сама признавалась Морриган, что ей часто снятся кошмары, мучают галлюцинации – так смерть пытается затянуть ее в свой омут, оборвать последнюю нить, связывающую ее с миром живых. А хрупкой и нежной Клио всего семнадцать лет…
– Морриган, ты строишь воздушные замки. Ты даже еще не знаешь, где искать бокора!
– Узнаю. Ты переживаешь за нее или за то, что снова останешься в одиночестве, если я не выпущу душу Клио из сферы на волю? – холодно спросила Морриган.
Леди Ворон приняла оскорбленный вид.
– Клиодна – моя дочь.
– И моя сестра, – парировала Морриган. – И если есть хоть один шанс вернуть ее к жизни, я готова вывернуться наизнанку, нарушить все мыслимые законы Трибунала, но сделать это.
Их жаркий спор прервал стук в дверь. Напоследок наградив дочь недовольным взглядом, Бадб обернулась вороном и улетела в открытое окно. Морриган проводила ее взглядом прищуренных глаз, и только после этого отперла дверь.
Она ожидала увидеть Ника, Гейта или трибуна, принесшего ей, официально зарегистрированной в канцелярии Трибунала Охотнице, заказ на очередного отступника. Вместо этого увидела высокого незнакомца с коротко остриженными и бритыми по бокам темными волосами. Крепкие руки в карманах кожаной куртки, расстегнутая на груди рубашка, обнажающая татуировку-символ на шее и часть другой, уходящей на торс – распахнувшего пасть черно-белого тигра. Холодный прищур серых глаз делал похожим на хищника и самого владельца тату. Молодой – лишь на пару-тройку лет старше нее – он источал отчетливое ощущение внутренней силы.
– Дэмьен Чейз? – поняла Морриган.
Выдержала его взгляд. «Не на ту напал, милый. В гляделки я могу переиграть и самого дьявола».
Усмехнувшись своим мыслям, он вынул руки – запястья оплетали татуированные змеи, чьи головы весьма красноречиво заканчивались у фаланг средних пальцев – и прошел мимо нее в дом. Не спрашивая разрешения, вольготно расположился в кресле. Обескураженная такой наглостью, Морриган смотрела на гостя, красноречиво изогнув бровь.
Дэмьен в свою очередь без стеснения изучал ее. Насмешливо заметил:
– Что-то ты слишком маленькая для Охотницы.
– Маленькая? – вспыхнула она. Усилием воли подавила возмущение, поняв, что именно этого Дэмьен и добивался – вывести ее на эмоции. Сказала подчеркнуто хладнокровно: – Мне рано пришлось повзрослеть. Как, полагаю, и тебе.
– Вольная? Что-то многовато нас в последнее время развелось.
Морриган неопределенно повела плечом. Люди – вестники перемен. А этот мир давно уже изменился.
– Зачем ты хотела меня видеть?
– Я хотела видеть того, кто покажет мне вход в Пропасть. Если, конечно, она – не миф.
– Как я понимаю, других кандидатов в проводники у тебя нет, – пожал плечами Дэмьен. – Тогда вопрос: с чего ты взяла, что я тебе, Охотнице, открою вход в обитель отступников? Чтобы ты переубивала половину или всучила в лапы шавкам Трибунала, торопясь выслужиться перед ними?
– Я никогда ни перед кем не выслуживаюсь, – процедила Морриган, но ее протест нахала только позабавил. – И если твое имя заставило Джона Гейта побледнеть, думаю, ты успел заслужить определенную репутацию. Но, как видишь, вызывать трибунов я не спешу.
– Слабое утешение.
Внутри медленно поднималась волна раздражения. План Морриган и прежде казался трудновыполнимым, но проводник ей попался куда более несговорчивый, чем она предполагала. Впрочем, что с него взять? Дэмьен был отступником. Бесцеремонным, беспринципным, готовым идти против правил… но защищать свою стаю.
– Я тебе хорошо заплачу. Деньгами, чарами – чем угодно.
– Чем угодно, говоришь? – хмыкнул Дэмьен. Окинул Морриган с ног до головы оценивающим взглядом, словно впервые ее увидел.
– Сотри ухмылку со своего лица, иначе я сделаю это за тебя, – прошипела она. Да, не слишком разумно ссориться с единственным пока информатором, но как же он раздражает!
На лице Дэмьена Чейза отразилась скука.
– Разговор окончен. Мне это не интересно.
Он резко поднялся и направился в сторону двери. Морриган не могла позволить ему уйти. Ей нужен был бокор. Ей нужен был путь в Пропасть.
Ей нужна была сестра.
– Стой! – в отчаянной, злой попытке задержать Дэмьена, Морриган схватила его за руку.
И в тот же момент была отброшена к стене мощнейшим магическим импульсом.
Мгновения полета оборвались, когда ее голова со стуком встретилась со стеной. Но прежде она увидела глаза стремительно оборачивающегося к ней Дэмьена. И готова была поклясться – они полыхали алым пламенем.
В воздухе повисло плотное облако тэны. В голове помутилось. Как только мир перестал вращаться и раздваиваться, Морриган вскочила на ноги. Выхватила плеть-молнию, и, подскочив к Дэмьену, ударила его разрядом. Еще и еще раз. Падая, он прохрипел:
– Прекрати…
– Прекратить? – Морриган была вне себя от ярости. – Eskies tala!
Дэмьен отлетел назад и впечатался головой во входную дверь. Такая сладкая месть… И прозрачный намек – выход прямо перед тобой, больной ублюдок!
Он выставил ладонь, жестом прося ее остановиться. Помотал головой, приходя в себя. Странно: глаза нормального, серого оттенка. Но Морриган могла поклясться: увиденное не было плодом ее воображения.
– Подожди, я… Прости.
Она уже ничего не понимала.
– Никогда не касайся меня так резко, слышишь? – глухо сказал Дэмьен.
– Это что, какая-то патология?
– Просто защитная реакция, – бросил он, тяжело поднимаясь с пола.
Морриган нервно рассмеялась. Ну уж нет. Произошедшее никак не укладывалось в рамки понятия «просто защитная реакция». Это какие-то сверхчеловеческие рефлексы! Она же видела своими глазами: стоило ее пальцам коснуться его руки… и в следующее же мгновение ее отбросило назад магическим импульсом – невидимым, но хорошо ощутимым ударом.
– Теперь мне хочется, чтобы ты ушел.
– Я же извинился.
– Иногда этого бывает недостаточно, – холодно сказала Морриган, все еще ощущая пульсирующую боль в затылке.
Пожав плечами, Дэмьен развернулся, чтобы уйти.
– Впрочем… Если ты покажешь мне, где находится вход в Пропасть… – вкрадчиво начала она.
– То, что я воспринял тебя как угрозу и малость переборщил с чарами, еще не означает, что я готов загладить свою вину, впустив тебя в Пропасть. Я лишь удостоверился в том, что для ее обитателей ты опасна.
– Ах, ну да, конечно. Если не быть покорной овечкой и не терпеть смиренно, пока тебя бьют – значит, быть опасной, то я согласна, – ядовито сказала Морриган. Прикрыв глаза, медленно выдохнула. – Дэмьен… Мне нужна твоя помощь.
Просить казалось унизительным, но… «Ради Клио, – стучало в голове, – только ради нее».
– Это касается моей сестры. Она мертва, но…
На лице, будто состоящем из одних острых углов, промелькнуло подобие заинтересованности. Морриган поспешила этим воспользоваться.
– Есть шанс, что ее смерть можно… скажем так, предотвратить.
– Предотвратить, если она уже случилась? – изумился Дэмьен.
– Клио, как и я – потомственная черная ведьма…
Он вскинул брови.
– Ты – черная ведьма и при этом Охотница? Не кажется ли это тебе лицемерием?
– Не кажется, – отрезала Морриган. – Для Трибунала я – зеркалица, вполне себе законопослушная белая ведьма. Но по своей природе… я та, кто я есть. И наша с Клио маленькая особенность дает нам некоторые преимущества – нас не так-то просто заставить покинуть мир живых. У меня есть ее тело, есть ее душа, которую я вытянула из чертова зеркала… неважно. Теперь мне нужно отыскать бокора. Я знаю, что они скрываются от Трибунала в Пропасти.
– Как и все прочие отступники, – сухо отозвался он.
– Дэмьен, пожалуйста. Я никому не причиню зла. Мне нет дела до тех, кто прячется от Трибунала. На кону стоит жизнь Клио. Я иду в Пропасть не как Охотница, а как обычная девушка, которая хочет вернуть к жизни сестру.
Какое-то время Дэмьен пристально изучал ее лицо, будто пытаясь заглянуть в самую душу. Затем сказал, правдоруб чертов:
– Есть в тебе что-то… странное. Не внушающее доверия.
Морриган лишь бесстрастно пожала плечами.
– Меня воспитала мертвая женщина, прославившаяся талантом развязывать войны одним взмахом ресниц. Мне положено быть странной. И не внушающей доверия.
Дэмьен понимающе усмехнулся.
– Покажи мне Клио.
– Что? – Морриган задохнулась.
– Покажи. Мне. Свою. Сестру. Ты сказала, что у тебя есть ее тело. Я хочу удостовериться, что это не вранье.
Ей совсем не нравилось происходящее. Мало того, что она и так рассказала Дэмьену – незнакомцу! – больше, чем знал тот же Ник, так еще и должна была показать ему самое сокровенное, не предназначенное для чужих глаз – тело мертвой сестры.
– Если я покажу тебе ее, ты отведешь меня в Пропасть?
– При одном условии, – серые глаза сощурились. – Перед путешествием в Пропасть я нанесу на твою кожу печать, которая заблокирует твою черную магию – белая, так и быть, останется при тебе.
– То есть я окажусь практически безоружной среди отступников? И стоит тебе шепнуть кому-то, что я – Охотница, как меня тут же разорвут на мелкие клочки? – холодно усмехнулась Морриган.
– Видишь, – усмешка Дэмьена была не теплее ее собственной, – мы оба рискуем.
Играть по чужим правилам – что может быть унизительнее для ведьмы? Но если от этого зависит жизнь Клио…
– Хорошо. Я согласна на это условие.
– Но ты еще не выполнила первое.
Морриган пробормотала себе под нос нецензурную фразу, но Дэмьен даже ухом не повел. Его лицо вообще казалось высеченным из камня – бесстрастное, со скудной мимикой. Впрочем, Морриган и сама не могла похвастаться широким спектром эмоций в своем арсенале. Ведьминская сущность, взросление под надзором устрашающей Бадб Блэр, а после – среди грубоватых охотников за головами, наложили свой отпечаток. Наверняка и Дэмьен Чейз – молодой отступник с каменным лицом, полыхающими алым, когда им вздумается, глазами и невероятными рефлексами – хранил в своей душе немало тайн.
Морриган жестом велела Дэмьену следовать за ней. Подошла к столу, коснулась лежащей на нем сферы, снимая защиту. Рой серебристых бабочек взлетел к потолку, чтобы несколькими мгновениями спустя опуститься на пол и образовать человеческую фигуру. Клио спала безмятежным сном, даже не подозревая, какая борьба развернулась за ее жизнь.
– Красивая, – равнодушно сказал Дэмьен. Чужая смерть его не пугала – наверняка и ему приходилось терять близких и родных.
– Очень, – прошептала Морриган, глядя на миловидное личико сестры. Ей всего семнадцать, а она уже мертва. Встряхнула головой, сбрасывая оцепенение: – Так ты мне поможешь?
Тяжелый взгляд глаз цвета пасмурного неба. Короткий кивок.