скачать книгу бесплатно
Арабская ночь, или «Шантарам» по-восточному
Георгий Нужный
В основе этой книги лежит увлекательная история о поиске себя, вдохновленная духом приключений и культурных открытий. Главный герой, оставив привычную жизнь в России, отправляется в Объединенные Арабские Эмираты, чтобы начать всё с чистого листа. Читатель окажется на улицах Дубая, погрузится в жизнь самого удалённого эмирата Рас-Аль-Хайма, познакомится с миром традиций и роскоши, где прошлое и настоящее переплетаются в удивительной гармонии.Герой переживает радости и трудности адаптации, сталкивается с вызовами работы в новой культуре и находит вдохновение в неожиданных местах. Это не просто рассказ о жизни экспата – это история о том, как открыть новое в себе, увидев мир с другой стороны. Книга будет интересна всем, кто увлечён путешествиями и самопознанием, и желает понять, что значит найти своё место в мире, полном культурных контрастов и неизведанных горизонтов.
Георгий Нужный
Арабская ночь, или "Шантарам" по-восточному
Глава 1. Начало
Когда я вспоминаю то, что произошло со мной несколько лет назад, первое, что приходит в голову, – это название «Арабская ночь» или, как я часто шучу про себя, «Шантарам» по-Восточному. Эта мысль появилась не случайно. Я – безумный поклонник книги «Шантарам» Грегори Дэвида Робертса и её одноименной экранизации. Этот роман стал для меня чем-то большим, чем просто захватывающая история; он оказался символом духа приключений, борьбы и поиска себя. Возможно, поэтому, когда я размышлял о том, как описать свое собственное путешествие, часть души этой книги прочно закрепилась и в моей истории. Но, к счастью, мои события не были столь жестокими и драматичными, как те, что описаны Робертсом. Тем не менее, моя история не менее увлекательна и выходит за рамки привычного.
Многие события, конечно, подверглись изменениям – так проще рассказывать, а иные имена и вовсе изменены, чтобы избежать ненужных совпадений и возможных недоразумений. Ведь, как говорится, все совпадения случайны.
До всего этого моя жизнь была довольно обыденной, если так можно назвать основную работу, начавшуюся в восемнадцать лет. Я был рядовым сотрудником в компании, специализировавшейся на поставках зерновых культур. Моя жизнь шла по четкому, но скучному расписанию: однообразные будни, похожие на кадры из фильма о бесконечном дне. Это была рутина, напоминавшая фильм «День сурка», но без веселых моментов и неожиданных развязок.
Каждый день я посещал пыльные и душные кабинеты различных государственных инстанций, оформлял бесконечные пакеты документов, которые позволяли отправлять зерно за границу. Процесс был утомительным и безликим – тысячи одинаковых бессмысленных бумаг, штампов и подписей. Я был менеджером – экспедитором по внешнеэкономической деятельности – звучит солидно, но на деле это была неблагодарная работа. Каждое действие требовало изнурительных усилий, а любое упущение, вплоть до какой-нибудь лишней запятой, могло обернуться серьезными проблемами. Никакой благодарности или признания – лишь постоянное давление и ожидание идеальной исполнительности.
К сожалению, такое отношение было повсеместным. Нельзя было сказать, что только у меня на работе все обстояло так. У коллег по профессии в других компаниях дела зачастую обстояли еще хуже. Условия труда становились всё более суровыми, и никто не мог позволить себе слабину. Мы все были в одной лодке, плывущей по бескрайнему морю безнадёжности и усталости.
С течением времени работа поглощала всё больше моего времени и сил, становясь практически круглосуточной, без праздников и выходных. Я находился в постоянной борьбе с усталостью и стрессом. В этот период я особенно полюбил дожди. Когда начинался дождь, особенно осенью, когда он мог идти безостановочно неделю или даже полторы, у меня появлялись редкие возможности немного передохнуть и накопить силы для очередного бессмысленного боя. Иногда я был на грани того, чтобы уснуть за рулем, а порой не мог вспомнить, как добрался до дома.
Родом я из небольшой деревни, которая, хоть и не была совсем глухой, по меркам большого города всё же оставалась далекой от цивилизации. Основанная в начале XIX века помещиком в одном из устьев крупной реки, деревня сохранила многие черты своего прошлого. Иногда мне казалось, что миропорядок и уклад жизни здесь словно застыли во времени, как в классических произведениях. Деревня напоминала Гоголевский «Ревизор», только с той разницей, что сегодня вместо помещиков теперь здесь правят несколько крупных предпринимателей. Их поведение во многом напоминает баринов из книг, и под "баринами" я имею в виду все самые негативные черты, которые обычно им приписывают в классической литературе.
Эти люди, на мой взгляд, не видят дальше собственного носа и живут в мире ограниченных интересов. Несмотря на то, что им удается зарабатывать приличные деньги и они, безусловно, заслуживают уважения за то, что пережили сложные времена 90-х и сумели подняться выше остальных, и дают работу жителям деревни, я всё же считаю их одними из самых бедных людей. Их жизнь сводится к материальным приобретениям, которые стали для них главной целью. Они одержимы желанием, чтобы окружающие видели, как много у них всего, и постоянно соревнуются между собой – у кого круче машина или кто построит больший дом, даже если первый дом только что завершён и второй, по сути, им не нужен.
При этом, несмотря на все свои финансовые возможности, эти люди годами остаются на одном месте, не выезжая ни в какие путешествия, даже их дети лишены возможности увидеть мир. Эта бесконечная гонка за статусом и внешней успешностью не приносит им истинного удовлетворения, и они продолжают жить в замкнутом круге пустых амбиций.
В этой деревне все знали друг друга, и на улицах можно было часто встретить знакомые лица. Это создавало ощущение стабильности и спокойствия, но также и некой замкнутости, ограничения. Я оказался одним из немногих, кто хоть немного владел английским языком, и именно это знание помогло мне вырваться за пределы привычного круга и отправиться в командировки, связанные с зерновой отраслью.
Особую благодарность я хочу выразить своей маме за то, что она настояла на изучении английского языка. Я никогда не тяготел к гуманитарным наукам, и изучение языков, включая русский, казались мне тогда делом ужасно бесполезными и скучными. Возможно, у меня просто не было подходящего учителя, но к концу девятого класса такой учитель всё же нашелся. К сожалению, школьная программа в сельских и небольших городских школах редко выходит за пределы азов, и мой уровень английского оставался весьма слабым.
Благодаря настойчивости моей мамы и её усилиям, меня отправили на занятия к известному в нашем городе репетитору – 80-летней женщине советской закалки, Изабелле Гасимовне. Она буквально "впихнула" в меня знания и понимание английского языка, и я, наконец, начал на нём говорить. За два года интенсивных занятий мне удалось не только овладеть языком, но и добиться значительных успехов. Не могу сказать, что процесс был лёгким, а некоторые методы преподавания – гуманными, но они оказались более чем эффективными. В результате я написал ЕГЭ по английскому лучше всех в лицее, набрав более 90 баллов – результат, который когда-то казался мне совершенно недостижимым. Сегодня я понимаю, что этот успех стал возможен исключительно благодаря настойчивости моей мамы и трудам Изабеллы Гасимовны. Без их участия эта книга и события, описанные в ней, никогда бы не произошли.
Рабочие поездки в Турцию и Объединенные Арабские Эмираты открыли для меня совершенно иной мир. Турция с её древними базарами, ароматами специй и мелодиями муэдзинов, и ОАЭ – страна будущего, где небоскребы вырастают среди пустынь, как сцены из фантастических фильмов. Контраст между тихой, провинциальной жизнью и бурлящей энергией мегаполисов был ошеломляющим.
Эти поездки не просто оставили отпечаток в моей памяти, но и подтолкнули к переменам, которые в итоге привели к тому, что я на время покинул родную деревню и переехал на арабский восток. Каждая командировка, каждая встреча с новыми людьми, каждый шаг по новым улицам, далёким от моей деревенской родины, оставляли во мне след, который невозможно было стереть. Эти поездки оказались решающими в принятии решения о временной релокации – я понял, что мир гораздо шире, чем моя деревня, что за её пределами есть много того, что стоит увидеть и испытать. Но тогда я ещё не знал, насколько это решение изменит мою жизнь и как глубоко затронет мою судьбу.
Так началась моя арабская ночь, полная открытий, вызовов и новых встреч. Это было начало истории, в которой восточные сказки и современность переплелись, создавая картину, что изменит моё восприятие мира навсегда.
Глава 2. Разрушение будней
Моя жизнь начала кардинально меняться в последний день февраля 2022 года. Это был день, который многие вспоминают с тяжестью на сердце, когда их привычный мир буквально разделился на «до» и «после». В моем случае этот переломный момент начался не с каких-то глобальных событий, а с открытия торгов на бирже. Я тогда и представить себе не мог, что всего за несколько часов лишусь своей работы и окажусь на распутье, не зная, что делать дальше.
До того дня я работал в компании, которая была достаточно стабильной и внушала уверенность в будущем. Но внезапный коллапс курса доллара буквально погрузил её в глубокое пике. Несколько дней назад руководство решило «хэджировать» валютные риски, полагая, что рубль продолжит укрепляться. Они хотели зафиксировать курс и гарантировать прибыль от экспорта. С этой целью была предпринята рискованная операция – продана валюта с плечом почти один к десяти. Для тех, кто не знаком с финансовыми терминами, поясню: это означает, что на одну часть собственных средств берется в долг у биржи ещё десять таких же частей. В итоге на одном счете компания имела положительный баланс по рублям, но отрицательный по долларам. Рубли, по сути, были заморожены, и их невозможно было использовать, пока не закроется отрицательный баланс по долларам.
Ситуация, казалось, была запутанной, но на самом деле суть её была довольно проста: компания сделала ставку на одно решение, полагаясь на благоприятное развитие событий. Однако реальность оказалась гораздо жестче. В тот злополучный день, когда начались торги, курс рубля неожиданно начал стремительно падать в полтора раза. Этот поворот событий был совершенно непредсказуем, ведь подобная ситуация на финансовом рынке современной России произошла впервые.
Паника нарастала с каждой минутой. Люди вокруг лихорадочно следили за экранами своих компьютеров, где цифры менялись с пугающей скоростью, отражая неуклонное ослабление рубля. В то время как рубль падал, доллар взлетал в цене, словно ракета, поднимаясь всё выше и выше.
Ситуация достигла такой степени нестабильности, что даже биржа не могла вмешаться, чтобы остановить катастрофу. Обычно в таких случаях возникает маржин-колл – требование брокера к инвестору пополнить счёт для покрытия убытков по открытым позициям. Но на этот раз всё вышло далеко за пределы привычного понятия маржин-колла. Участники рынка оказались в ситуации, где даже принудительное закрытие позиций брокером было невозможно, так как в торговом стакане просто-напросто не было противоположных заявок для сокращения позиций.
Теперь всё зависело только от того, когда рынок успокоится, но никто не знал, когда это произойдёт и произойдёт ли вообще. Неопределённость была полнейшей, и страх перед неизбежным крахом висел в воздухе. Это было настоящее испытание для всех нас. Ожидание, полное тревоги и неопределенности, казалось бесконечным. Мы, словно пассажиры тонущего корабля, знали, что корабль идет ко дну, но не могли ничего сделать, чтобы предотвратить катастрофу. В конце концов, ситуация разрешилась самым печальным образом для компании. Она понесла огромные убытки, из которых уже не смогла выбраться. И так, в один момент я стал свободным человеком, если можно так выразиться, на рынке труда.
Безработица стала для меня неожиданным и болезненным испытанием. Я никогда не занимался саморекламой и не привык воспринимать себя как товар, который нужно продвигать. Резюме, рекомендательные письма, краткое описание своей биографии и прохождение собеседований – всё это казалось мне чуждым и ненужным. Однако обстоятельства вынудили меня изменить своё отношение. В течение нескольких месяцев я упорно пытался найти новую работу, спешно заполняя пробелы в создании всех необходимых документов. Я прошел множество собеседований в крупном городе-миллионнике, расположенном в 60 километрах от моего дома, надеясь не столько на более высокую зарплату, сколько на более гуманные и достойные условия труда. Но все мои усилия не принесли желаемого результата.
С каждым отказом казалось, что двери передо мной закрываются одна за другой, и перспективы становились всё более мрачными. Я не хотел возвращаться к работе в деревне, которая, как говорила моя покойная прабабушка, была сродни тому, чтобы «быкам хвосты крутить» на колхозном дворе. В детстве эта её фраза казалась мне непонятной, но с возрастом я начал осознавать, что для неё это было выражением работы, которая была максимально безденежной и бестолковой.
В атмосфере этой неопределённости я вспомнил о своих поездках в страны Востока, которые оставили неизгладимый след в моей душе. Меня всегда завораживала таинственность Востока, его многовековая история, переплетенная с современностью, и то, как этот мир был одновременно далеким и близким. В этот момент я понял, что хочу вернуться в ту атмосферу, к которой уже успел прикипеть.И вот, спустя несколько месяцев безуспешных поисков работы дома, судьба улыбнулась мне неожиданным образом.
Мне предложили работу за рубежом, в Объединённых Арабских Эмиратах. Это был шанс начать всё с чистого листа, окунуться в новую культуру и, возможно, найти себя в новом окружении. Меня особенно привлекло то, что работа обещала быть относительно легкой, без жесткой иерархии менеджеров и отсутствием дресс-кода – редкость в корпоративном мире, и это было приятным бонусом. Возможность работать в команде, где люди ценятся за свои знания и навыки, а не за строгий костюм и галстук, казалась мне настоящим подарком. Я принял предложение без долгих раздумий, осознавая, что такие шансы выпадают не часто.
И вот, мои приключения на Востоке начались летом 2022 года. Переезд стал началом нового этапа в жизни, который по своей насыщенности и неожиданным поворотам не уступал событиям в книгах и фильмах. Оказавшись в другой стране, я с удивлением и восторгом погружался в её культуру, адаптировался к новому климату и знакомился с людьми, которые в корне отличались от тех, кого я знал раньше. Но самое главное – я начал ощущать, что передо мной открываются новые горизонты, которые могут изменить мою жизнь так, как я и не мечтал.
Глава 3. Восточная мечта
Сойдя с трапа самолета в третьем терминале международного аэропорта в Дубае, первым делом вдыхаешь раскаленный воздух пустыни, который, словно огненный шквал, обрушивается на тебя. В телефоне прогноз погоды показывает, что температура достигла сорока двух градусов в тени, но, несмотря на эту палящую жару, изначально ее почти не замечаешь. Весь в предвкушении от грядущих событий и ощущении, что наконец-то день «безумного сурка» остался позади, мысли только о новом и неизведанном. Казалось, впереди только светлое будущее и удивительные открытия. Как же я тогда ошибался…
Моим новым местом жительства оказался не гламурный Дубай и не современный Абу-Даби, как можно было бы ожидать, а самый удаленный эмират Объединенных Арабских Эмиратов – Рас-Аль-Хайма. Этот эмират, присоединившийся к ОАЭ последним в 1972 году, оставил у меня противоречивые впечатления. С одной стороны, на первый взгляд, это развивающийся регион с амбициозными планами, где даже планируют открыть первое казино на арабском Востоке, что кажется парадоксальным на фоне строгих традиций и культурных норм. Как это соотносится с их мировоззрением, я мог лишь гадать.
С другой стороны, Рас-Аль-Хайма частично производит впечатление места, словно застывшего во времени. Местные старожилы-экспаты часто упоминают, что этот эмират напоминает Дубай их молодости более тридцати лет назад. Словно между ними существует некая машина времени, позволяющая вернуться в прошлое и увидеть, каким был Дубай в начале своего пути развития.
История Рас-Аль-Хаймы, известного в древности как Джульфар, уходит корнями в глубокую древность. Этот регион был не только центром торговли и мореплавания, но и известен своими жемчужными промыслами, которые приносили богатство и славу его жителям. Однако не все знают, что современный эмират был когда-то пристанищем для пиратов, которых боялись по всему Персидскому заливу.
Племя Аль-Касими, правители современного Рас-Аль-Хаймы, происходят от могущественных пиратов, которые в XVIII и XIX веках контролировали прибрежные воды и угрожали торговым путям, проходившим через Персидский залив. Эти пираты, известные своей дерзостью и морской силой, вели борьбу с крупными европейскими державами, включая Великобританию. В начале XIX века англичане развернули военные действия против местных племен, стремясь установить контроль над стратегически важным регионом. Рас-Аль-Хайма, будучи последним оплотом независимости, оказала упорное сопротивление, однако в конечном итоге была вынуждена признать власть британцев.
Горы Хаджар, окружающие Рас-Аль-Хайму, издавна служили естественной крепостью и укрытием для местных жителей. Именно здесь, на скалистых утесах, происходили ожесточенные сражения между местными племенами и британскими войсками. Форт Дхайя, возведенный на одной из вершин, стал символом сопротивления и хранителем истории этих земель. Он стоит как молчаливый свидетель прошлого, олицетворяя непреклонную волю народа, который сражался за свою свободу.
К счастью, форт Дхайя дожил до наших дней и теперь открыт для посещения. Однако, стоит предупредить: восхождение к вершине форта – это вызов не для слабых духом. Более тысячи ступеней без какого-либо укрытия, ведут вверх под палящим солнцем, а температура, превышающая 40 градусов в тени, делает путь ещё более изнурительным. Тем не менее, усилия, потраченные на подъем, вознаграждаются сполна.
С вершины форта Дхайя открывается завораживающий вид, который переносит вас в прошлое, словно в другое время. Вдали простирается современный город, со стремительно растущими зданиями, символизирующими развитие и прогресс. Но стоит лишь оглянуться вокруг, как перед глазами предстаёт совершенно иной мир – мир, где время будто остановилось в 19-м веке, напоминая о пиратском прошлом этих земель.
Этот «разрыв во времени» особенно ярко ощущается в районе вокруг форта. С его вершины можно увидеть поля и небольшие фермы, некоторые из которых также доступны для посещения туристам, но об этом совершенно никто не знает, где местные жители продолжают вести быт, схожий с тем, каким он был столетия назад. В полуглиняных лачугах, без кондиционеров и современных удобств, они выращивают финики и производят другую сельскохозяйственную продукцию. Раскинувшиеся сады финиковых пальм добавляют особое очарование этому пейзажу, а доносящийся отдалённый гул коз и домашней птицы, которых выращивают для себя и на продажу, усиливает впечатление связи с прошлым.
Этот уникальный контраст между современным городом и традиционным образом жизни, сохранившимся с времён пиратского прошлого, делает Рас-Аль-Хайму местом, где прошлое и настоящее переплетаются в удивительной гармонии. Здесь, на вершине форта, можно ощутить дыхание веков, которое пронизывает каждый уголок этой земли, создавая особую атмосферу, в которой современность и древность сосуществуют бок о бок.
Несмотря на все мое вышеописанное восхищение красотой и историей этих мест, реальность моего пребывания в этом эмирате была далека от роскоши и современных достижений. Мне «посчастливилось» оказаться в самой удаленной и тихой его части, где цивилизация, казалось, оставила свои следы лишь поверхностно. Местные жители проживали в домах, которые они называли виллами. Эти виллы варьировались от скромных домов, построенных еще в 1970-е годы, до роскошных современных дворцов, украшавших пейзаж. Как и во многих других местах, внешний вид виллы зависел исключительно от финансовых возможностей владельца.
Моим же пристанищем стал небольшой компаунд на некотором удалении от города на самой его окраине. Компаунды – это своеобразные жилые комплексы, состоящие из нескольких домов, разбитых на небольшие квартиры. Обычно в одном таком доме находилось от трех до шести квартир, объединенных общим двором. Этот двор стал местом встречи для тех немногих соседей, которых можно было встретить во дворе вечером, когда жара спадала и воздух становился немного прохладнее.
Одна из самых больших проблем, с которой я столкнулся, была связана с транспортом. Общественный транспорт в ОАЭ развит слабо, а в Рас-Аль-Хайме он и вовсе практически отсутствовал. Здесь, чтобы добраться куда-либо, требовалось либо иметь личный автомобиль, либо полагаться на мопед – единственный доступный транспорт для тех, кто не мог позволить себе машину. Поскольку я находился в эмирате не в статусе туриста, а как житель с намерением работать, мне необходимо было получить местные водительские права. Это означало, что я должен был пройти все этапы обучения в автошколе, начиная с теории и заканчивая практическими экзаменами.
Жара, чужая культура, сложность адаптации и необходимость освоить вождение в новом климате и условиях стали для меня настоящим вызовом. Однако постепенно я начал привыкать к новой реальности. Со временем Рас-Аль-Хайма перестала казаться таким отдаленным и неприветливым местом. Я начал замечать красоту его природы, спокойствие и размеренность жизни, которых мне так не хватало в России. Здесь, вдалеке от шума и суеты больших городов, можно было ощутить себя частью чего-то большего – древнего и мудрого, что, несмотря на развитие и современные веяния, сохраняло свою самобытность и уникальность.
Так началась моя новая жизнь на Востоке, полная неожиданных трудностей и открытий.
Глава 3.Погружение в Рас-Аль-Хайму
Процесс адаптации на новом месте был полон удивлений и открытий. Я жил на окраине Рас-аль-Хаймы в компаунде, который преимущественно населяли иммигранты из Индии и Пакистана. Мое появление вызвало немало удивления среди местных жителей, поскольку они не привыкли видеть "белокожих" в этой части эмирата. В Рас-аль-Хайме, как и во многих других эмиратах, большинство европейцев и россиян предпочитают жить в более новых и престижных районах, таких как Аль-Джазира-аль-Хамра (в переводе с арабского – "Красная деревня") и Мина-Аль-Араб. Эти районы отделены от основной части города и предлагают лучшие условия для жизни. Но я оказался здесь, и это, несомненно, обогатило мой жизненный опыт необычными впечатлениями, которыми я готов поделиться.
Первые полгода жизни в новом месте были насыщенными. Местные жители воспринимали меня как экзотическое явление, словно белый медведь заблудился и оказался в пустыне. Особенно их удивляло, что я передвигался пешком, что было абсолютным нонсенсом в их глазах, поскольку большинство "белокожих" предпочитали перемещаться на автомобилях. Я был единственным иностранцем, который часто встречался на улицах моего района, который состоял из однотипных песочных домов без какой-либо дополнительной инфраструктуры. Это делало поиск привычной европейской пищи довольно сложным.
Соседи были шокированы, когда я начал употреблять местную пищу, характерную для их культуры. И честно говоря, это стало для меня настоящим открытием. После того как я проникся вкусами пенджабской кухни, у меня возникла мечта однажды открыть свое собственное заведение, где бы продавалась эта незамысловатая уличная еда. Позже, когда я обзавелся водительскими правами и арендованным автомобилем Kia Picanto, я начал работать персональным гидом, возя туристов по достопримечательностям. В каждой своей экскурсии я старался не только показать красоту эмиратов, под призмой культуры и традиций, а не каменных джунглей какого-нибудь района на подобии Дубай Марины, но и познакомить гостей с местной кухней, уговаривая их попробовать все то великолепие вкусов, которым я был очарован.
Что же касается местной кухни, то одним из открытий для меня стало многообразие и насыщенность вкусов, которые я никогда ранее не испытывал. Пенджабская кухня, с ее специями и ароматами, стала моей любовью с первого кусочка. Эти вкусы заставили меня переосмыслить мои гастрономические предпочтения и вдохновили на мечту о создании чего-то подобного у себя на родине. Но об этом, как я уже сказал, расскажу позже, а пока что давайте вернемся к началу моего приключения и тем первым шагам, которые я сделал в новой стране, начиная новую главу моей жизни.
Глава 4. Культурные открытия в ОАЭ
Приспосабливаясь к жизни в ОАЭ, я ежедневно открывал для себя что-то новое. Одним из таких открытий стал первый прием пищи, который здесь сильно отличался от привычного мне завтрака. Вместо традиционного завтрака дома подавляющее большинство местных жителей предпочитали перекусить по пути на работу или учебу. Однако настоящим откровением для меня стало то, что здесь абсолютно никто не выходит из машины. Хотя у людей была возможность покинуть автомобиль, подавляющее большинство оставались в нем. Впоследствии я понял, что это связано с глубоко укоренившейся культурой удобства и доступности недорогой рабочей силы. Также свою роль сыграли, если так можно выразиться «отголоски средневекового феодализма», которые, вероятно, были вызваны резко улучшившимся уровнем жизни, начиная с 70-х годов. Всё это кардинально изменило традиционные подходы к труду и повседневным делам, в чем я неоднократно убеждался позже.
Я часто наблюдал утреннюю суету на местных заправках или в придорожных кафетериях: водители, не выходя из автомобилей, сигналили, требуя внимания. Они нетерпеливо ждали, когда их заказ примут, а затем, ещё усерднее сигналя, настаивали на его как можно более скорой доставке прямо в машину. После этого они либо ели еду прямо на месте, не покидая своих авто, либо забирали с собой, чтобы перекусить в пути.
Такое поведение стало для меня настоящим культурным шоком. В рамках российских реалий такое встречается, но не является настолько распространённым и обыденным, как здесь. Особенно меня поразили те, кто проявлял ещё большую лень: они даже за мелкими покупками в придорожные супермаркеты заезжали на автомобиле. Не выходя из машины, они сигналили под дверями магазина до тех пор, пока кассир или другой сотрудник не подходил, чтобы взять деньги и узнать, что желает "восточный барин".
Позже, проводя время с местными старожилами, приехавшими сюда начиная с 90-х годов, я заметил, что они охотно переняли эти привычки. Работников магазинов, кафетериев и других заведений они часто звали с некоторым пренебрежением "Василий" или "Василиса" в зависимости от пола, и те, к моему удивлению, почти всегда откликались на эти имена.
Этот своеобразный подход к повседневной жизни стал для меня символом того, как в ОАЭ, на первый взгляд, современность переплетается с архаичными привычками, создавая иллюзию благополучия и прогресса. Однако за футуристичным фасадом скрывается другая реальность – глубоко укоренённые феодальные отношения и полное обесценивание труда и человеческой личности. То, что кажется комфортом и удобством, на самом деле часто превращается в проявление скрытого рабства, где труд сведен к удовлетворению потребностей, порой доходящих до абсурда. Так или иначе, этот тип отношений здесь работает, а значит, существует как данность. Это всего лишь моя личная оценка происходящего, с которой вы можете как согласиться, так и не согласиться – каждый волен видеть ситуацию по-своему.
В продолжении разговора о культурных открытиях этого региона, особенно интересным было познакомиться с культурой утреннего чая. В ОАЭ, а именно в Рас-аль-Хайме и Умм-аль-Кувейне, где я проживал, особенно популярен напиток под названием «Karak tea». Несмотря на общее представление о том, что арабы и приезжие начинают утро с чая или кофе, я никогда не видел, чтобы местные утром пили именно эти напитки. Вместо этого они выбирали карак – чай, который является смесью черного чая с различными специями, такими как кардамон, корица, гвоздика, перец, шафран и имбирь. Этот напиток заваривается в больших кастрюлях, получается очень крепким и подается с густым, слегка соленым консервированным молоком и большим количеством сахара. Лично я методом проб и ошибок, выбрал для себя одну кафетерию, где карак был наименее сладким.
Любопытно, что популярность карака давно вышла за пределы ОАЭ. Сегодня наборы для самостоятельного приготовления этого чая можно встретить даже на сине-фиолетовых онлайн-маркетах в России. В таких наборах предоставляется всё необходимое, чтобы каждый мог насладиться этим экзотическим напитком у себя дома. Однако одного важного ингредиента в них не хватает – того самого консервированного солоноватого молока или сливок, которые у нас отсутствуют. И именно этот, на первый взгляд, странный вкус консервированных молока-сливок в чистом виде завершает неповторимую картину карак чая. Я пробовал приготовить его самостоятельно в России, но, к сожалению, без этого ингредиента – это было немного не то.
Интересно отметить, что карак иногда упоминается под названием "чай масала", что подчеркивает его индийские корни. Как и многое другое в культуре ОАЭ, этот напиток был привезен из соседней Индии и со временем стал неотъемлемой частью местного быта.
Вторым по популярности элементом утреннего рациона местных – это блюдо, напоминающее шаурму, но намного меньше по размеру, чем та, к которой привыкли в России, и завернутое не в лаваш, а в паратху – слоеную лепешку, характерную для индийской кухни. В Индии широко распространены различные виды лепешек, такие как роти, паратха, папад, наан, которые продаются в замороженном виде для самостоятельного приготовления, либо выпекаются в придорожных пекарнях и подаются в кафетериях. Шаурма может быть наполнена самыми разными начинками: от курицы и говядины до овощей, нутеллы, яичного омлета, сосисок в стиле хот-дога, а также самой необычной начинкой из топинамбура и нута с пряностями, аналогичной начинке для пирожков самоса, отсюда и название – самоса паратха.
Вы можете задаться вопросом, почему в моих рассказах так часто упоминаются индийская и пакистанская культуры, хотя речь идет о жизни в ОАЭ. Исторически сложилось так, что эти территории вели активную торговлю с Индией и Пакистаном, что оставило глубокий след в культуре и быте региона. Торговые пути, проложенные между побережьями Персидского залива и Южной Азии, способствовали обмену не только товарами, но и культурными традициями, религией и кулинарными предпочтениями.
Сегодня этот культурный обмен стал ещё более заметным благодаря демографическому составу населения ОАЭ. Из примерно 11-12 миллионов жителей более 80% – это выходцы из Индии, Пакистана, Бангладеш и Филиппин. Эта огромная диаспора формирует значительную часть культурного ландшафта страны, влияя на всё – от кухни до языка и повседневных привычек.
Связи ОАЭ с Индией и другими соседними странами уходят вглубь веков. Ещё до образования самого государства в 1971 году, эти регионы были тесно связаны торговыми и культурными узами. Например, до 1959 года в ОАЭ использовалась индийская рупия, а национальная валюта – дирхам – была введена в обращение только в 1973 году. Это свидетельствует о том, насколько сильными и глубокими были эти исторические связи.
Именно благодаря этому тесному взаимодействию с Индией и соседними государствами индийские традиции так прочно укоренились в ОАЭ, включая кухню, религию и даже стиль жизни. Поэтому не удивительно, что индийская и пакистанская культуры настолько заметны в повседневной жизни эмиратов, создавая уникальную культурную мозаику.
Помимо всего прочего, стоит отметить несколько интересных особенностей, связанных с посещением маркетов и торговых центров в ОАЭ. С удивлением для себя я заметил, что многие товары продаются в огромных упаковках. Это, вероятно, связано с тем, что многие арабские семьи имеют несколько детей, часто живут вместе с родителями мужа, заботясь о старших поколениях, и практически у каждого более-менее зажиточного араба есть хотя бы одна домработница и няня. Всё это приводит к тому, что список покупок у таких семей довольно внушительный, и, соответственно, товары продаются в оптовых размерах, что оказывается весьма выгодным.
Ещё одним удивлением для меня стало присутствие местных арабок на кассах. Как мне объяснили старожилы, это относительно недавнее нововведение, которое вызвано государственными программами по стимулированию занятости коренного населения. Однако, честно говоря, не многие рады этим изменениям, поскольку местные арабки, в отличие от приезжих работников, часто отличаются медлительностью и не самой высокой сообразительностью. Это нередко приводит к образованию длинных очередей на кассах, и, стоя в них, я невольно вспоминал персонажа ленивца из мультфильма «Зверополис», который в российских реалиях обычно ассоциируется с сотрудником почты.
Наличие местных женщин на кассах частично объясняется тем, что государство стремится оправдать те значительные преференции, которые оно предоставляет своему коренному населению. Ведь далеко не у каждой женщины есть муж, и не у каждого мужа высокий доход. К тому же, мужчин в ОАЭ настолько не хватает, что для них были введены ограничения на первый брак: он должен быть заключен именно с гражданкой ОАЭ, иначе мужчина рискует лишиться значительной части социального пакета от государства.
Поэтому, если кто-то мечтает выйти замуж за местного "шейха", стоит снять розовые очки. В лучшем случае можно рассчитывать на роль второй или третьей жены, что сегодня маловероятно, так как у большинства мужчин в ОАЭ только одна жена. Содержать семью – дело крайне затратное, и позволить себе две или более жены могут только очень богатые люди. Ведь по арабским законам каждая жена должна жить отдельно друг от друга, и иметь в равном количестве: недвижимость, транспорт, слуг, украшения и прочие атрибуты.
Стоя в очереди на кассе, я с удивлением заметил, насколько много мыслей и наблюдений можно сделать за это время. Одним из удивительных открытий для меня стало наличие отдельного сотрудника, чьей задачей было складывать ваши покупки в пакеты и, если нужно, сопровождать вас с тележкой до парковки, помогая загрузить всё в багажник – и всё это абсолютно бесплатно. Конечно, никто не откажется, если вы поблагодарите его несколькими дирхамами.
Однако один момент сильно меня смущал, и это не столько сам факт оказания такой услуги, который для среднестатистической «Гали» из «семерочки» выглядел бы как сцена из футуристического романа, сколько огромное количество пакетов, которые они использовали. Это порой раздражало меня настолько, что я предпочитал сам укладывать свои покупки, не давая сотруднику вмешиваться. Они имели привычку складывать всё вразнобой и впопыхах, заполняя пакеты лишь на треть, что, как человеку, хотя бы отчасти старающемуся думать об экологии, вызывало у меня некоторое негодование.
В ОАЭ проблема чистоты на улицах стоит довольно остро, и эта проблема порождает другие, не менее серьёзные. Для туристов это может быть незаметно, поскольку основные достопримечательности и туристические зоны тщательно поддерживаются в чистоте, но масштаб проблемы куда глубже и выходит за пределы видимого. Одной из таких скрытых проблем является обилие тараканов, мышей и, что самое ужасное, крыс.
Во время своего пребывания в этой стране я вынужден был вести неустанную борьбу с этими вредителями, которые здесь оказались значительно умнее, быстрее, больше по размерам и необычайно агрессивнее, чем в России. Хотя я, как деревенский парень, никогда не считал мышей и крыс чем-то страшным, восточные крысы внушали мне настоящий ужас. В России крысы обычно обитают где-то далеко, в старых полуразваленных гаражах, и редко показываются на глаза, не говоря уже о том, чтобы нагло проникать в дом. Здесь же они вели себя как настоящие монстры.
Крысы не только свободно разгуливали по улицам моего района средь бела дня, но и неоднократно докучали мне, когда я стоял у какой-нибудь кафетерии, наслаждаясь караком и паратхой. Не раз я вздрагивал, когда под моими ногами внезапно проскальзывала крыса. Крайним проявлением их наглости стали постоянные попытки пробраться в моё жилище. Однажды, в три часа ночи, меня разбудил дикий грохот на кухне. Подумав, что это может быть грабитель, поскольку мыши не могли бы вызвать такой шум, я вооружился палкой и пошёл на кухню с фонариком. К моему ужасу, мимо моих ног пронеслась огромная крыса, которая за ночь прогрызла отверстие во входной двери. Сказать, что я был шокирован – ничего не сказать.
Впоследствии я ещё несколько раз сталкивался с попытками крыс проникнуть в моё жилище, но, предвидя новые атаки, залил бетоном все дренажные отверстия в полу и обил входную дверь металлическим листом, купленным в сельхозмагазине.
Этот контраст между идеальной чистотой туристических зон и неухоженностью отдалённых, промышленных или спальных районов был для меня неожиданным и стал ещё одним напоминанием о скрытых проблемах, с которыми сталкивается страна. Внешний блеск ОАЭ скрывает под собой множество несовершенств, и эта двойственность не может не бросаться в глаза.
Глава 5. На пути к свободе: водительские права в ОАЭ
Получение местных водительских прав значительно расширило мой ареал обитания, и жизнь вдруг заиграла новыми красками. Процесс получения прав в ОАЭ известен своей сложностью и высокой стоимостью, особенно в Дубае, где многие обращаются за помощью к дорогостоящим консультационным агентствам. Однако в моем случае всё прошло гладко, так как я решил самостоятельно записаться в местную автошколу и заполнить все необходимые документы без посторонней помощи. Стоимость обучения оказалась в несколько раз ниже, чем в столице, а простота дорожной сети в «деревне», где я учился, существенно упростила мне сдачу практического экзамена.
Всё, что требовалось – выучить сто теоретических вопросов на английском. Мой десятилетний опыт активного вождения подсказывал, что везде плюс-минус требования одинаковые. Тем не менее, процесс получения прав оказался полон неожиданностей и курьёзов. Когда настал мой черед сдавать на права, я выбрал механическую коробку передач, ведь мне казалось, что иметь права только на автомат – это не по-мужски. После того как большинство «белых» кандидатов успешно сдали практику, из «белых» остался только я один. Как оказалось, инспектор, принимавший экзамен на автомате, не мог принять мою практику на механике, на что он был якобы не уполномочен, и мне пришлось ждать другого инспектора.
Спустя три часа ожидания, мне предложили сесть в автобус, который напоминал старые советские ПаЗы, на которых я когда-то ездил из городской школы домой в деревню. Присутствие пакистанцев в автобусе уже не удивляло, но их взгляды все еще были полны удивления, словно они видели белого медведя. Автобус время от времени останавливался, и один за другим пакистанцы выходили и садились в экзаменационную машину, идущую впереди. С каждой остановкой в автобусе становилось всё меньше людей, пока я не остался в нём последним. Экзамен прошел без особых инцидентов, за исключением одного момента: в преддверии национального праздника – 2 декабря, дня создания ОАЭ, инспектор забыл вернуть мне экзаменационный лист, а я собственно и не знал, что он мне должен его отдать.
После праздничных выходных, когда я попытался восстановить документы, в автошколе не смогли вспомнить, кто принимал у меня экзамен, видимо в том году праздники у сотрудников автошколы прошли на славу. Описание инспектора – темнокожий мужчина в медицинской маске (отголоски времен Ковида) – оказалось слишком общим. В конечном итоге, спустя неделю, решение было найдено: собрать всех инспекторов вместе. Когда я указал на первого встреченного темнокожего инспектора, он с испугу воскликнул: «Брат, это не я! Это другой черный». Этот момент неожиданно рассмешил меня, так как прямое упоминание о расе считается неприличным, но он сам так выразился. К счастью, он знал того другого «черного» инспектора, и я, наконец, спустя две недели после экзамена получил свои права.
Сказать, что я был безмерно рад получить возможность передвигаться на автомобиле – значит, не сказать ничего. За эти полгода я был уже порядком утомлен необходимостью делать все пешком. Чтобы добраться до более-менее крупного молла, мне приходилось преодолевать 5-6 километров в одну сторону, обычно по вечерам, когда палящие лучи солнца уже исчезали. Тем не менее, даже ночью температура редко опускалась ниже 32 градусов летом и осенью. Только с конца ноября до конца марта здесь начиналась комфортная погода, и вечера становились прохладными, даже холодными. Зимой температура могла опускаться до 15 градусов тепла, а в горах отмечали самые низкие значения в ОАЭ – около 1 градуса тепла ночью в середине января.
Однако с приходом прохлады в ОАЭ периодически начинаются дожди. Эти дожди обычно представляют собой не просто осадки, а настоящие ураганы с ливнями, где дождь буквально стоит стеной. Вы можете подумать: ну и что? Дождик прошел, это же пустыня, через час все высохнет. Но на самом деле все не так просто. Песок в ОАЭ, как оказалось, очень плохо впитывает воду, а в условиях города, где всё окружено бетоном, стеклом и металлом, и при полном отсутствии ливневой канализации, это превращается в серьезную проблему.
Скорее всего, при проектировании городов никто не ожидал столкнуться с такими сильными дождями. Возможно, это следствие изменений климата или простая оплошность, но факт остается фактом: несмотря на то, что более 90% страны представляет собой пустыню, в ОАЭ нередко можно встретить машины-утопленники. После сильных дождей в некоторых районах автомобили оказываются затопленными по самую крышу.
Именно поэтому, когда начинается дождь в ОАЭ, занятия в школах часто отменяют, а жителям рекомендуют по возможности оставаться дома и не выезжать на дороги.
Зима приносит с собой ещё одно явление – необычайно густые туманы. Несмотря на строгие правила дорожного движения и внушительные штрафы, это не останавливает любителей быстрой езды. Добавьте к этому более высокий скоростной режим, принятый в стране, и стиль вождения выходцев из Азии, которые привносят свои привычки на дороги ОАЭ. Всё это создает серьёзные риски, и туманы усугубляют ситуацию. Нередки случаи массовых аварий, в которых участвуют десять и более машин.
Чтобы предотвратить такие инциденты, многие водители при малейшем замедлении трафика сразу же включают аварийные огни, предупреждая идущие сзади автомобили о возможной опасности. Этот полезный навык я быстро перенял и активно использую по сей день.
После получения прав я незамедлительно обратился в центр по аренде автомобилей. Это был небольшой офис на одной из центральных улиц города, неприметный и ничем не выделяющийся среди других в округе. Однако, по отзывам, именно этот центр был лучшим, и вот почему. В ОАЭ на арендные автомобили обычно накладываются ограничения по ежемесячному пробегу, который составляет в среднем 2,5-3 тысячи километров. В условиях растянутой географии всех локаций это практически ничто. Что такое 100 километров в день, когда протяженность Дубая от одного конца до другого превышает 70 километров, а Рас-Аль-Хаймы – более 30? Превышение лимита влекло за собой переход на покилометровую тарификацию, и суммы выходили бы немалые. Я в итоге стал проезжать не менее 8 тысяч километров в месяц, и при такой тарификации мне пришлось бы платить не 1200 дирхам в месяц, а в 2,5-3 раза больше. К счастью, в этом салоне таких ограничений не было.
Мне предложили довольно свежий Kia Picanto с пробегом всего 45000 километром. Хотя изначально этот автомобиль не произвел на меня особого впечатления, со временем я был приятно удивлен. Прежде всего, по условиям договора, мне нужно было самостоятельно обслуживать машину, и замена масла и фильтров обходилась всего в 50 дирхам – это примерно 1500 российских рублей, что сравнимо со стоимостью небольшого обеда в Дубае. На самом деле, замена моторного масла в ОАЭ – дело бюджетное, благодаря большому количеству заводов по его производству и розливу.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: