Фредерик Лейн.

Золотой век Венецианской республики. Завоеватели, торговцы и первые банкиры Европы



скачать книгу бесплатно

Хотя Венеция прежде всего заботилась о снабжении своих граждан, вскоре она превратилась в центральный рынок зерна для всей Северо-Восточной Италии. Когда урожаи в регионе были низкими, венецианские корабли отправлялись в те области Средиземноморья, где наблюдался избыток зерна. Везли хлеб с Сицилии, с Варварского берега (средиземноморского побережья Северной Африки), из Египта, Греции, с Балкан и стран, расположенных еще дальше. В 1268 году венецианские корабли привезли крупные партии зерна из нескольких черноморских портов. Представление о том, что торговля с дальними странами сводилась в Средневековье лишь к дорогостоящим предметам роскоши, не совсем верно, особенно когда речь заходит о таких местах, куда можно попасть по воде.

Когда дефицит казался неминуемым, иностранным кораблям предлагались особые стимулы для того, чтобы они везли зерно в Венецию. Так же обязывали поступать и самих венецианцев. Уполномоченные (комиссары) по зерну назначали привлекательные гарантированные цены; кроме того, продавцы, ввозившие зерно в определенные сроки и из определенных регионов, получали возможность бесплатно арендовать место на рынке. К тому времени Венеция обладала разветвленной сетью колониальных портов на территории Романии. Экспортерам, которые не везли зерно в Венецию, грозили серьезные штрафы. Кроме того, власти республики требовали, чтобы все зерно, перевозимое в бассейне Адриатики, направлялось в Венецию, независимо от того, находится оно на венецианских кораблях или нет. На практике во время голода все города-государства старались реквизировать ценные грузы, которые им удавалось захватить. Известен случай, когда власти Рагузы конфисковали груз, предназначенный для Венеции. Однако венецианцы, закрепившие свое владычество на море, как правило, имели приоритет.

Хотя зерно Венеция активно импортировала из-за рубежа, в город везли и сельскохозяйственные продукты, произведенные в соседних областях. Естественно, каждый город, как и Венеция, стремился обеспечить прежде всего своих граждан, но многие производители в сельской местности охотно соглашались отправлять свои товары на отдаленные рынки, где закупочные цены были выше. Различные города конкурировали друг с другом; кроме того, внутри городов наблюдался конфликт между продавцами и покупателями. В такого рода конфликтах победительницей, как правило, выходила Венеция. В особенно неурожайный 1270 год власти Болоньи попытались добывать продукты питания независимо от Венеции. Болонцы стали ввозить их из Равенны, нарушив приказ венецианского правительства, по которому корабли, везущие зерно в Северную Адриатику, должны были разгружаться в Венеции. Голод сыграл на руку венецианцам. В 1273 году, не предпринимая никаких серьезных военных действий, они вынудили Болонью заключить договор, по которому, в обмен на доступ на венецианский рынок, жители Болоньи соглашались не покупать в Равенне продуктов больше оговоренного количества, что делало их зависимыми от поставок из Венеции.

Как в случае с солью, монополия на рынке зерна частично зависела от способности венецианских кораблей привозить на свой рынок необходимый запас, а отчасти от морских патрулей, охранявших перевозки в Северной Адриатике.

В XIII веке в водах Венецианской лагуны насчитывалось тринадцать контрольных пунктов. Специальные инспекторы осматривали все проходящие суда, дабы убедиться, что их груз не превышает допустимой нормы, а сами суда следуют в те пункты назначения, которые обозначены в документах. Побережье между Градо и Истрией охранялось галерой, оснащенной в Каподистрии, бывшей в 1180 году главным оплотом венецианцев на полуострове Истрия.

Не только патрули, но и многочисленность и предприимчивость венецианцев способствовали тому, что Венеция стала центральным рынком для товарообмена между соседними регионами. Так, в Аквилею Венеция посылала лук и чеснок, а также соль; Аквилея, в свою очередь, поставляла в Венецию свинину и зерно. Истрия отправляла в Венецию древесину, уголь и камень. Триест, который в XIII веке соперничал по значимости с Каподистрией, экспортировал кожи, шкуры и мясо. Из Марке привозили вина. В обмен метрополия удовлетворяла нужды прилегающих территорий и небольших городков в изделиях из дерева, кожи, керамики, стекла и металла. Как только Венеция стала большим городом, она превратилась в естественный рынок сбыта для окружающих деревень. Им же венецианцы поставляли готовые изделия. Такая внутрирегиональная торговля служила оплотом венецианской экономики на протяжении нескольких веков.

Транзитная торговля

Гораздо больше факторов влияло на межрегиональную торговлю со странами Северной и Западной Европы, Азии, Африки и Романии. Венеция, ставшая поистине морской державой, успешно направляла торговые потоки и устраняла потенциальных конкурентов, особенно соседних Феррару, Анкону и Зару.

В XII–XIII веках транзит с Востока на Запад резко вырос благодаря общему экономическому росту Западной Европы. Кроме того, Крестовые походы стимулировали на Западе спрос на такие восточные товары, как сахар, специи и шелковые платья. И все же решающим фактором стал рост производства в Западной Европе товаров, которые хорошо продавались на Востоке. Самыми важными из них были текстиль и изделия из металлов. Теперь уже не рабы и строевой лес были главными статьями экспорта Венеции. Центр работорговли переместился на Черное море, а древесина как статья экспорта еще в первой половине XIII века уступила первое место шерсти.

Резкое отличие средневековой экономики от античной состоит в том, что во времена Античности одежду практически не производили на продажу; ее шили дома, для собственного потребления. В Средневековье же квалифицированные ремесленники начали производить одежду преимущественно на продажу. Совершенствовалась выделка, расширялся ассортимент тканей. Производство шерстяной одежды развивалось главным образом в Нидерландах. Фламандская одежда, вытканная в основном из английской шерсти, высоко ценилась итальянскими купцами. За ней они отправлялись по суше на северо-запад, переходили Альпы, где продавали шелка и специи. Самые крупные сделки совершались на ярмарках Шампани во Франции. Эти ярмарки на полпути между Фландрией и Италией стали центрами западноевропейской торговли. Венецианцы, наряду с представителями еще одиннадцати итальянских городов и областей, считались в Шампани желанными гостями, хотя самыми заметными, конечно, были торговцы с северо-запада Италии, особенно в начале XIII века, когда самый популярный маршрут через Альпы начинался у Павии и шел на северо-запад, через перевал Сен-Бернар (см. карты 6 и 7).

Традиционным местом перегрузки товаров, отправлявшихся вверх или вниз по течению По, была Феррара. Расположенная между двумя рукавами По и примерно в том месте, где река разливалась на несколько устьев, Феррара осуществляла военный контроль над нижним течением реки. Это делало Феррару потенциально опасным соперником – ведь она являлась центром транзитной торговли между Востоком и Западом. В XI–XII веках важную роль играли ярмарки, которые устраивались в Ферраре каждые полгода. Венецианцы, например, находили там покупателей для шелков, которые они ввозили из Константинополя. По мере оживления торговли в Западной Европе и развития промышленности Феррара получала все больше товаров с Запада. Туда постепенно перебиралось все больше купцов из Шампани.

Феррарские ярмарки посещали и немцы, которые обменивали свое полотно и металлические изделия на продукцию стран Востока. Характерной чертой промышленного развития Европы, особенно в Констанце и городах севернее современной Швейцарии, было производство льна. К XIII веку немецкие и итальянские льнопрядильщики научились выделывать и более мягкую ткань, называемую бумазеей; они вплетали в основу из льна уточную нить, состоявшую целиком или частично из хлопка, поставляемого из Леванта.

В обмен на хлопок, специи, благовония и другие статьи импорта немцы предлагали не только льняное полотно, но и серебро. В XII веке в сердце Германии были открыты крупные серебряные рудники, совершенствовались способы добычи серебра. Немецкие рудокопы проникли в другие регионы, где с успехом применяли свои достижения. Финансируемые купцами в таких городах, как Нюрнберг и Аугсбург, они наращивали выплавку меди, железа, а также золота и серебра. Ремесленники предлагали на продажу металлическую посуду, украшения и другие изделия. Металлы требовались не только в Италии, еще выше серебро и медь ценились в странах Леванта.

Венеция, вступившая в конкурентную борьбу с Феррарой за привлечение торговцев с той стороны Альп, обладала несколькими преимуществами, особенно для немцев. Венеция находилась ближе к относительно низким перевалам через Восточные Альпы. Немцы же переходили Альпы через перевал Бреннер, спускались к Вероне и далее следовали по реке Адидже к ее устью, впадавшему в Адриатическое море, лишь немного южнее Венецианской лагуны, с которой устье Адидже было связано каналами. Венецианцы всячески привлекали немцев и купцов из Заморья: они предлагали им хорошие условия проживания и складские помещения, а также снижали пошлины. Еще в 1228 году рядом с мостом Риальто для гостей из Германии построили постоялый двор – Фондако деи Тедески. Правда, немцы не имели права вывозить из Венеции свои товары морем, но большинство из них к этому и не стремилось. Они хотели другого: торговать в Венеции и приобрести широкий ассортимент товаров, которые можно было бы увезти домой, на свою сторону Альп. Такую возможность венецианцы охотно им предоставили. С развитием военного и торгового судоходства Венеция представляла собой все более привлекательный рынок для немцев. Венецианские корабли должны были везти в Венецию, а не в Феррару товары, загруженные в Палестине, Греции или других странах за пределами Адриатики. Колониальная империя, образовавшаяся в результате Четвертого крестового похода, в значительной мере увеличила масштаб торговли между Востоком и Западом, осуществлявшейся венецианскими кораблями и венецианскими купцами. После того как венецианские власти запретили своим кораблям разгружаться во всех адриатических портах, кроме Венеции, город постепенно превратился в единственный центр связи с другими регионами.

Власть Венеции укрепилась и в результате других мер. Те времена характеризуются соперничеством Священной Римской империи и папства; те и другие стремились не только к религиозной, но и к политической власти в Италии. В этих конкурентных войнах пострадали коммерческие интересы Феррары. Феррара оказалась неспособной даже отстоять право на разгрузку внутри своих стен товаров, проходивших по реке По. Венецианцы же, наоборот, упорно отстаивали свои права, дарованные им еще императорами из династии Каролингов. Договоры с Каролингами заключались в то время, когда Венеция вела преимущественно речную торговлю. Так, венецианцы могли беспрепятственно провозить через Феррару зерно и другие товары, купленные выше по течению. По договору 1230 года венецианские корабли освобождались от пошлин в Ферраре, если только не вставали там на якорь. Другие материковые города также выступали против каких-либо исключительных прав для Феррары. На реках Венеция выступала поборницей свободы торговли, которая прочнее связывала регион.

Естественно, свобода торговли заканчивалась там, где реки впадали в Венецианский залив. Там Венеция претендовала на монополию. Возможность диктовать свою волю в устьях По представилась в 1240 году, когда правитель Феррары занял сторону императора Фридриха II. Папе Григорию IX нужна была помощь венецианцев для того, чтобы подчинить себе город, который, как он утверждал, является частью папства. Венецианцы охотно откликнулись на просьбу папы о помощи и выслали флот, продемонстрировав свои навыки в ведении осады, сыгравшие такую важную роль во время Четвертого крестового похода. И все же решающим для победы стало восстание в самой Ферраре, поднятое семьей Эсте. Позже Эсте одобрили договор, по которому венецианцы получали право контролировать торговлю Феррары с адриатическим побережьем.

В первом пункте договора недвусмысленно утверждалось, что все товары, поступающие в Феррару морем, должны приходить из Венеции. В подтверждение серьезности своих намерений венецианцы даже выслали патрульную эскадру в устье По. В 1258 году они усилили контроль, построив крепость у самого южного устья По, игравшего важную роль для навигации, По ди Примаро. Крепость они назвали Маркамо («Морской зов»), потому что она находилась так близко к морю, что там в шторм слышен был шум прибоя. Крепость Маркамо стала символом венецианской власти. Венецианцы досматривали все корабли, идущие вверх по течению, дабы удостовериться, что те выгрузили все товары в Венеции.

Кроме того, по реке По ходили венецианские патрули. Эскадра из шести судов под командованием адмирала охраняли караваны, которые доходили до слияния По с Минсио у Мантуи. Еще одна эскадра поднималась вверх по Адидже до Леньяно, где у венецианцев также была крепость (см. карту 6). Эти речные патрули охраняли не только венецианцев, но также и купцов из Феррары, Мантуи и Вероны, следовавших в Венецию или из нее.

Важнейший рынок и его пределы

Каждый средневековый город стремился стать ключевым, центральным рынком для своего региона. Поэтому в окрестностях таких городов действовали правила, по которым товары, производимые в различных частях региона, везли на продажу в центральный рыночный город, где уплачивались налоги. Товары из других регионов тоже должны были ввозиться именно в центральный рыночный город, а не в какое-либо другое место в пределах региона. «Владычество в Венецианском заливе» было необычно лишь в том отношении, что венецианцы оказались необычайно удачливыми в приобретении торговых прав.

Это не означает, что Венеция монополизировала торговлю в том смысле, что изгнала из нее иностранцев. Наоборот, венецианцы привечали иностранных купцов и иностранные корабли и очень заботились об их надлежащем размещении и защите. Многочисленные иностранцы стали отличительной особенностью Риальто. Если не считать периодов войн, венецианцы привлекали в порт Сан-Николо суда своих конкурентов, даже пизанцев и генуэзцев; более того, они требовали, чтобы конкуренты заходили в порт Венеции, если они следовали на север Адриатики. Это не означало, что торговым судам из подчиненных городов, например Зары, запрещалось заходить в Венецию (исключение составляли периоды мятежей). Наоборот, они платили пошлины в том же размере, что и венецианцы. Но патрули, которых при необходимости поддерживали военные корабли, требовали, чтобы они обменивали свой товар только в Венеции, и ни в каком другом городе. Венецианский рынок был бы совершенно подорван, если бы флорентинцы возили ткани сразу в Зару и обменивали там на специи, которые Зара получала напрямую из Леванта. Однако Венеция требовала, чтобы товарообмен проходил на ее оптовом рынке, на Риальто, где венецианцы выступали в роли посредников и получали прибыль и от продажи тканей, и специй. Для усиления своего положения Венеция приняла закон, по которому товары, ввозимые в регион, должны были доставляться либо на венецианских судах, либо на судах страны происхождения того или иного товара.

Хотя венецианские торговые права часто отождествляются с их владычеством на Адриатике, Средняя и Нижняя Адриатика не подчинялись тем же коммерческим законам, что северная часть региона. Так, процветала прямая торговля между Далмацией, с одной стороны, и Апулией и Марке – с другой. Несмотря на все усилия, Венеции так и не удалось включить Анкону в сферу своего влияния. После ряда экспедиций, торговых войн и блокад Венеция в 1264 году вынудила Анкону принять венецианскую систему торговли применительно к товарообороту на севере. По договору определялись квоты на прямые поставки вина и масла из Анконы в Феррару и Болонью. Торговля же Анконы с Далмацией и Апулией оставалась относительно свободной. Анкона, как Равенна за 30 лет до нее, обязалась не конкурировать с Венецией в очень прибыльной отрасли – доставке «туристов»-паломников в Палестину. В результате паломников, которые садились на корабли в Анконе, завозили в Венецию. Чтобы еще больше ограничить прямую торговлю Анконы с Левантом, жителям Анконы запретили ввозить в Адриатику один из главнейших продуктов Леванта – хлопок. Они также должны были платить пошлину в размере 20 процентов за ввоз товаров из районов, расположенных за пределами Адриатики, но этот пункт договора практически не соблюдался. Анконе, как и Реканати, Фермо и другим городам региона Марке, предоставили очень выгодные таможенные привилегии в Венеции в обмен на права венецианцев экспортировать оттуда зерно, овечьи шкуры и вина. Поскольку эти товары, особенно вино, были их главными статьями экспорта, они частично зависели от Венеции в коммерческом отношении, потому что Венеция была их главным рынком сбыта. Впрочем, все эти города могли независимо от Венеции торговать с Далмацией; сохранив отношения со странами Леванта, Анкона всегда оставалась потенциально опасной соперницей.

Четвертый крестовый поход укрепил власть Венеции в Далмации, и этот регион также подпал под влияние венецианских законов. Самые важные города региона, Зара и Рагуза (современные Задар и Дубровник), были важными источниками припасов: из Зары поставляли продукты питания, из Рагузы – шкуры, воск, серебро и другие металлы, которые добывались в глубине материка, на Балканах. Оба города имели собственные торговые флотилии. Венеция не возражала против того, чтобы корабли из Зары и Рагузы ходили за пределы Адриатики или на юг за зерном и маслом. Зато, если корабли из этих городов направлялись на север или запад, в долину По, венецианцы требовали, чтобы погрузка и выгрузка товаров производилась в Венеции. В XIII веке трений с Рагузой почти не возникало, потому что Рагуза еще не начала конкурировать с Венецией за роль посредницы в торговле между Востоком и Западом. Товары, вывозимые Рагузой с близлежащих Балкан, в Венеции освобождались от таможенных сборов. Кроме того, Венеция предоставила Рагузе защиту против соседних славянских князей и пользовалась Рагузой как своей главной военно-морской базой в Нижней Адриатике. Зато Зара часто бунтовала: многие жители города предпочитали власть короля Венгрии, под покровительством которого они надеялись превзойти Венецию в доставке на север Италии товаров с Востока, ввозимых не только самими жителями Зары, но и пизанцами, генуэзцами и другими. «Провенгерская» партия в 1243 году возглавила мятеж, пятый в Заре. После его подавления Венеция управляла Зарой более жестко.

Поскольку Апулия была более плодородным регионом, чем гористая Далмация, она представляла гораздо большую важность с экономической точки зрения. Апулия служила не только житницей для Далмации, но и главным источником зерна, а также оливкового масла, сыра, соли, мяса и шерсти для венецианцев. В обмен Венеция поставляла в Апулию железо, медь, ткани и восточные товары, а также значительные количества золота и серебра, необходимых для покупки зерна. Правители Апулии, стремясь заручиться политической поддержкой Венеции, даровали венецианцам широкие экспортные права; в 1257 году они до такой степени признали владычество Венеции в Адриатике, что запретили жителям своей области вывозить произведенные там продукты в любое место севернее Анконы и Зары, кроме Венеции. Возможную конкуренцию со стороны Бари и других апулийских городов пресекли условием, по которому им запрещалось возить заграничные товары в Северную Адриатику. Это соответствовало желанию Венеции, чтобы все импортные товары ввозились на венецианских кораблях или на кораблях страны их происхождения.

Таким образом, венецианские законы в поддержку судоходства и договоры не только напрямую ограничивали торговые права жителей Анконы, Далмации и Апулии в «домашних» регионах и за границей, но и ограничивали их косвенно, перенаправляя потоки товаров к лучшему рынку сбыта – богатейшей части побережья Адриатики и долинам рек. Одновременно по этим договорам Венеция получала право контролировать большую часть товаров, ввозимых в Ломбардию, контроль над источником, который не зависел от стратегически расположенной крепости Маркамо.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58