banner banner banner
Стоя под радугой
Стоя под радугой
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Стоя под радугой

скачать книгу бесплатно


С любовью,

мама

С экспертом по этикету Ида была «на короткой ноге» и частенько приговаривала:

– Интересно, как бы с этим справилась Эмили?

А порой начинала фразу со слов «Эмили говорит…».

Жизненной задачей Иды и, как она полагала, всей Америки было просвещение людей не только в Элмвуд-Спрингсе, но и во всем мире, покуда в самых отдаленных иглу на Северном полюсе и в темных, непролазных дебрях джунглей Борнео не запомнят, что вилка – слева, а свежие цветы на столе радуют глаз, что чистый дом – счастливый дом; покуда все не признают, что повышать голос в гневе – грубо и неприемлемо ни при каких обстоятельствах.

Ида всегда говорила:

– Помни, Норма, в Америке аристократами становятся не по происхождению, а по поведению.

Судя по ее поведению, Ида уже считала себя герцогиней Кентской.

Норма любила мать, но жаловалась Анне Ли:

– Не представляешь, каково это – жить рядом с ней двадцать четыре часа в сутки. Тебе сказочно повезло, что у тебя твоя мама, а не моя.

Норма, как и Монро, старалась почаще оставаться на ночь у Смитов. У них всегда было полно народу, веселья и вкусной еды. А самое главное, в доме Соседки Дороти можно было сидеть в гостиной, чего Ида не позволяла Норме и ее отцу. Гостиную Иды только демонстрировали гостям, она называлась официальной комнатой. Настолько официальной, что туда никто не заходил с тех пор, как Ида обставила ее мебелью восемнадцать лет назад.

В одну из таких ночевок Норма помогла Анне Ли отомстить Бобби и Монро. Днем в субботу мальчики сидели в темной гостиной с закрытыми шторами и, поедая сэндвичи с арахисовым маслом и бананами, слушали по радио любимые страшные детективные истории. Уже прозвучали «Искренне ваш», «Джонни доллар», «Бостон Блэки» и «Свистун», и как раз начиналась следующая.

Сначала раздались странные звуки, извлекаемые из фисгармонии, потом голос.

ЖЕНЩИНА. Он заходит… в аптеку. Становится на весы.

(Звук монеты, упавшей в щель автомата.)

ЖЕНЩИНА. Вес двести тридцать семь фунтов.

(Звук выскочившей из щели карты.)

ЖЕНЩИНА. Что вас ждет? Опасность!

(Скрежет струны.)

ЖЕНЩИНА. Ктооо тут?

МУЖЧИНА. Толстяк!!!

Как и было обещано, в программе этой недели подозрения и тайны не успевали сменять друг друга. К концу передачи мальчишки едва могли усидеть на стульях от страха. Вот в глухом закоулке загадочного человека в дождевике стали преследовать шаги: шур-шур… клик-кляк… ближе и ближе… громче и громче… некуда бежать… негде спрятаться… В тот самый миг, когда перепуганный герой с бьющимся сердцем обернулся и увидел своего жестокого убийцу, две фигуры в жутких резиновых масках, с зеленым свечением под подбородками выскочили из-за дивана с воплем: «ВАААА!»

От испуга парни взвились в воздух, завопили, как девчонки, и, сбивая друг друга с ног, перевернув кофейный столик и стулья, едва не выбив дверь, вылетели из комнаты.

На фонари были накручены зеленые отражатели, а маски остались с Хэллоуина. Прятаться и ждать подходящего момента пришлось весь вечер, но каждая минута ожидания оправдалась!

Победитель

– Всем доброго утра! Не могла дождаться эфира, потому что, как поет Габриел Хитер, «Ах, нынче вечер новостей хороших!», впрочем, в нашем случае это утро, и мы так и подпрыгиваем от нетерпения. Но сперва позвольте спросить вас: вы не чихаете от стирального порошка?

Миссис Скуатзи Китрел из Силвер-Спрингса, Мериленд, говорит: «“Ринзо” стирает быстро и с обильной пеной, и руки потом не шершавые, и я от него не чихаю, как от остальных». Так что запомните: «Ринзо» для белой и «Ринзо» для цветной одежды – единственный порошок, на девяносто восемь процентов без пыли, вызывающей чихание. А еще скажите, вы, часом, не ищете клетчатую, в полоску или в горошек ткань для окна спальни, кабинета или кухни? Если да, то Фред Морган из «Морган бразерз» приглашает – заходите, и еще у него во дворе выставлен большой рулон крапчатого шведского материала, который он хочет отдать со скидкой, так что кто подумывал обзавестись занавесками – сейчас самое время.

А теперь – большая новость дня.

Дороти взяла со стола письмо с хорошими новостями, и на лице ее засияла гордая улыбка.

– Знаете, вообще-то мы не любим хвастаться, но сегодня не в силах удержаться, так что расскажем. (Мама Смит устроила фанфары на фисгармонии.) Вчера было объявлено, что Док выиграл ежегодный Конкурс фармацевтов аптечной сети «Рексалл» – второй год подряд. И получит приз лично на Юго-восточном съезде фармацевтов в Мемфисе, а я планирую быть там и увидеть это собственными глазами. Так что – эгей, там, в аптеке, слышишь нас, Док? Мы страшно гордимся тобой!

В «Рексалл» приемник стоял на полке за спиной Тельмы и Берты Энн, двух девочек в бело-розовой униформе, работавших за стойкой с содовой. Тельма в это время мыла стеклянную вазу для бананового сплита, а Берта Энн готовила яичный салат: приближалось время обеда, скоро сюда нагрянут проголодавшиеся. Обе бросили дела и засвистели, захлопали, завопили:

– Да! Знай наших! Поздравляем, Док! Наш герой!

Док дописал рецепт и вручил посетительнице бутылку болеутоляющего: у ее младенца резались зубки. Она спросила, что случилось, и Док смущенно ответил:

– Ой, ничего, эти двое просто дурачатся. Сами знаете, такой возраст… – И продолжал: – Значит, много не лейте, всего несколько капель на стакан воды, средство просто волшебное, вот увидите.

Когда она ушла, Док подошел к стойке, шутливо грозя пальцем:

– Глупые девчонки, и что мне с вами делать?

Они засмеялись.

– Это за то, что не сказал нам, – ответила Берта Энн.

Он сел на табурет.

– Моей женушке следовало бы рот зашить. – Ему, конечно, было приятно, но он скрывал. – Приготовь-ка мне коктейль с мороженым, Берта. И себе что-нибудь налейте. Раз уж кота вынули из мешка, можно и отметить.

А тем временем Дороти сделала еще одно объявление:

– Сегодняшним победителем в конкурсе «Ваше самое большое удивление в жизни» становится миссис Салли Сокуэлл из Хот-Спрингса, Арканзас. Она пишет:

В прошлом году я потеряла бриллиант из кольца и пришла в отчаянье: его подарил мне на свадьбу покойный муж, и теперь я лишилась обоих. Представьте себе мое удивление, когда, жаря яичницу, я обнаружила в белке что-то блестящее. Не поверите, это был мой потерянный бриллиант! Наверное, курица его склюнула, когда я собирала яйца. Пути Господни неисповедимы.

– Да, миссис Сокуэлл, поразительно, но слава богу, что вы не стали делать омлет, иначе могли бы не заметить.

К слову, о пропавших предметах. Зашла Леона Уотли и сказала, что кто-то продал ее свитер и сумочку на школьной благотворительной распродаже подержанных вещей. Она говорит: положила вещи на стол, на секунду отвернулась – и все, как не бывало. Так что если вы прикупили себе женский голубой свитер, расшитый бисером, и черную сумочку с маленькой нераспечатанной коробкой салфеток «Клинекс», звоните Леоне, она с радостью их выкупит. Нам еще многое предстоит сегодня рассказать. Беатрис споет одну из ваших любимых песен, «Я снова надуваю пузыри». Да, увы, очередной сезонный бум. В следующую субботу в элмвудском кинотеатре пройдет ежегодный конкурс надувания пузырей, проводимый жвачкой «Базука»… Мамочки, готовьтесь. Я знаю, Бобби будет день и ночь сводить нас с ума: хлоп, хлоп, хлоп, чавк, чавк, чавк. И не забудьте, каждую среду в элмвудском кинотеатре Посудный вечер[6 - В годы Великой депрессии, когда жители перестали ходить в кино, между кинотеатрами и производителями посуды был заключен договор: раз в неделю на киносеансах раздавали бесплатно посуду.], приходите. Так… Что я еще забыла, Мама?

Мама Смит сыграла несколько аккордов из похоронного марша и указала на стоявшую на столе банку.

– Ага, верно, спасибо, Мама Смит. На прошлой неделе мы рассказывали о новом растворимом кофе, но придется удалить его из списка рекомендуемых продуктов. Увы, он вовсе не настолько хорош, как обещали, правда, Мама Смит? Она сказала «да» и скривилась, но, как я говорю всем моим спонсорам, не бросайте попыток, мы за вас болеем.

И помните наш девиз: «Если не удалось с первого раза, пробуйте снова».

К несчастью для Бобби, мамин девиз ему снова пришлось выслушать на следующей неделе, когда он приплелся домой, проиграв конкурс на лучший пузырь – второй год подряд. Столько тренировался – аж челюсти сводило, и все равно оказался только шестым. В их семье все что-нибудь выигрывают, кроме него.

Мальчик, который кричал «Волки!»

Док пришел домой обедать, Дороти ждала в кухне, чтобы услышать его мнение о шляпке, только что купленной для поездки в Мемфис. Он долго разглядывал новинку на голове жены, потом сказал:

– Даже не знаю, Дороти. Видал я шляпы и похуже.

– Спасибо тебе большое, – сказала она.

Мама Смит вмешалась:

– А мне нравится. – И неодобрительно глянула на сына.

– Правда? – с надеждой спросила Дороти.

– Да, да, очень стильно. Не слушай его. Он ничего не понимает в шляпках.

Док с готовностью согласился:

– Ваша правда. Меня не слушайте. По мне, так все шляпы одинаковые.

– Ну вот, – сказала Дороти. – И зачем я мучаюсь, если тебе без разницы. Могла бы просто горшок на голову нацепить.

Когда она вышла, Мама Смит сказала:

– Ну молодец.

Док пожал плечами:

– Это не шляпа, а блин с фруктами и мертвой птицей сверху.

Беатрис Вудс, сидевшая за столом, засмеялась. Док нагнулся и шепнул ей:

– Считай, тебе повезло, что ты не видишь. Непонятно, что с этой шляпой делать – то ли на завтрак сжевать, то ли подстрелить.

После того как Док снова ушел в аптеку, они сидели и говорили о предстоящем путешествии. Дороти вздохнула:

– Мне бы сбросить фунтов десять, тогда уж ехать.

Мама Смит сказала:

– А мне бы снова стать восемнадцатилетней, но чтоб мозги остались такие, как сейчас.

Дороти спросила:

– Что бы ты сделала по-другому?

– Ничего. Вышла бы, конечно, за того же человека и родила ребенка, но только подождала бы чуток. А то, может, осталась бы холостячкой, как Энн Шеридан, или открыла бы свой бизнес, завела секретаршу, курила сигары да сквернословила.

Дороти с Беатрис засмеялись, и Дороти спросила:

– Беатрис, если бы у тебя была возможность исполнить одно желание, что бы ты загадала?

Беатрис, у которой «Путешествие в кресле» была любимой передачей, ответила:

– Я бы загадала сесть в машину и объехать весь мир.

– Детка… – Дороти погладила ее по руке.

– Правда, было бы весело?

– Куда как весело, – сказала Мама Смит и поспешила сменить тему, видя, что у Дороти глаза на мокром месте. Несмотря на ограничения в жизни, слепая Беатрис ни капли себя не жалела, и в их голосах тоже не должна слышать жалость. Но как печально: ее желанию не суждено сбыться.

На следующей неделе с Бобби случилось то же, что с мальчиком, который кричал «Волки!», из поучительной истории. Он проснулся и сообщил, что в школу пойти не может, потому что весь покрыт красными пятнами. Дороти знала, что сегодня в школе у них серьезный тест по математике, к которому он и не думал готовиться. В прошлом году в то же время он клялся, что сломал ногу. В позапрошлом выдумал аппендицит. Посему в его комнату была в третий раз послана Анна Ли с простым и доходчивым сообщением:

– Мама говорит – если через пять минут не выйдешь, то лучше бы у тебя в самом деле была сыпь.

– У меня и так есть! – возмутился Бобби. – Смотри, какие здоровенные красные пятна по всему телу, и плохо мне. Подойди, сама глянь. – Он поднял пижамную фуфайку. – И все краснее становятся, и тошнит меня, и температура, кажись, поднимается, пощупай лоб.

Но Анна Ли не собиралась его щупать и, выходя, сказала:

– Валяйся, пожалуйста, сколько влезет, мне-то что. Надеюсь, тебе всыпят, не поскупятся.

Бобби, ругаясь вполголоса, вылез из постели, оделся и вышел в кухню, где мать наскоро сунула ему в руку банан со словами:

– На вот, по дороге сжуешь.

– Но, мам…

– Не хочу ничего слышать, Бобби. Иди быстро, пока не опоздал.

Бубня себе под нос, он поплелся к выходу и хлопнул дверью.

Около двух часов дня позвонила учительница:

– Дороти, я хочу, чтобы вы знали: я отвела Бобби в изолятор, потому что он весь покрыт красными пятнами. Руби говорит, это корь и его нужно в карантин.

Дороти встревожилась:

– Ох, батюшки, бегу, спасибо за звонок.

Дороти, конечно, чувствовала себя страшно виноватой, и Бобби воспользовался этим на полную катушку.

– Я же говорил, что заболел, мам, – простонал он слабым голосом.

И к 5.30, когда Анна Ли вернулась с репетиции, Бобби возлежал на кровати, как король, а все суетились вокруг и угождали ему как могли. Кровать устилал слой новых комиксов, принесенных отцом из аптеки, страдальцу уже выдали мороженое, две бутылки кока-колы и «7UP», а родительница стояла у постели, готовая исполнить любой каприз. Анну Ли мать встретила строгим взглядом:

– У твоего брата корь, бедняжка в самом деле заболел.

Бобби лежал и слабо улыбался, радуясь победе, – ждал, чтобы Анна Ли извинилась. Но вместо извинений она воскликнула с ужасом: «Корь!» – и побежала мыть руки с мылом.