Звонок из прошлого.

Филатова

Звонок из прошлого.

Звонок из прошлого

Утро обычного рабочего дня начиналось, как всегда, с планёрки. Капитан Александр Морозов, войдя в кабинет после совещания, только достал из стола папку с делами, настроившись на работу, как из дежурной части поступил звонок.

— Срочно на выезд, похоже на ограбление, — голос дежурного был напряжённым. — Адрес записал, докладываю.

Звонила женщина-соседка, проживающая на той же площадке. Голос у неё был взволнованный, сбивчивый:

— У соседей, рядом со мной, дверь открыта. Я заглянула — там всё разбросано. Заходить не стала, вдруг ограбление. А их дома в это время быть не должно — все на работе, дети в школе.

Уже через пятнадцать минут у подъезда стояла патрульная машина, мигая синим светом.

Квартира была на пятом этаже пятиэтажного панельного дома. Дверь действительно была не закрыта — просто притворена, с царапинами вокруг замка и следами грубого взлома. Следователь капитан Морозов надел перчатки и толкнул дверь.

В прихожей — перевёрнутая тумбочка, разбросанная одежда, выброшенная из шкафа. Из кухни шёл запах жареного лука и слышалось тихое шипение на выключенной, но ещё не остывшей плите. Выход на балкон с кухни — дверь открыта.

На полу у плиты лежала женщина лет шестидесяти пяти. На левой щеке — синее пятно от удара. На углу опрокинутого табурета — следы крови. Падая, она ударилась правым виском об него, что и привело к смерти. Женщина стояла у плиты, готовила обед, когда убийца вошёл в квартиру. На полу лежала хрустальная ваза, из которой были рассыпаны конфеты. Она обернулась — и это было всё. Сцена неожиданности, испуга, короткого крика, который никто не услышал в звукоизолированных стенах панельного дома.

Личность погибшей установили быстро. По документам — Нина Ивановна, 1958 года рождения, прописана в другом городе. Приехала в гости к дочери два дня назад. Соседка об этом не знала.

По документам хозяином квартиры являлся Сергей Колесников, 42 года, служит по контракту. А в квартире проживает его бывшая жена Светлана, 32 года, с его двумя несовершеннолетними детьми и мужчиной, с которым она в браке не состоит. Развелась с мужем два года назад.

Светлана сидела на стуле в коридоре, сжимая в руках бумажную салфетку. Слёзы текли по её щекам, но она даже не замечала этого.

— Он её не выносил, — говорила она прерывающимся голосом. — Постоянные стычки, упрёки, оскорбления в обе стороны. Я не могла это терпеть и подала на развод. С детьми Сергей видится по решению суда — два раза в месяц. Платит алименты, не пропадал.

Морозов внимательно смотрел на неё.

— А как же вы говорите — постоянные стычки с вашей матерью, если она проживает в другом городе?

— Она часто ко мне приезжала, помогала с детьми.

— Понятно.

Капитан прошёл в гостиную. Квартира, как говорится, была перевёрнута: ящики в стенке все выдвинуты, вещи разбросаны. Но, как позже выяснилось, драгоценности Светланы, деньги, которые были у неё в шкатулке в спальне, — всё было на месте.

Что же тогда искали? — думал Морозов, стоя посреди разгромленной гостиной.

Первая версия — ограбление, неудавшееся. Убийца не ожидал, что кто-то есть дома. Но тогда зачем такой беспорядок, если ничего не взято? Вторая версия — убийство на почве личных неприязней. И здесь подозрение падало сразу на бывшего мужа.

Сергея задержали в тот же день. Он был мрачен, небрит. В предварительной камере он сидел молча, глядя в одну точку.

— Я этого не делал, — сказал он на допросе. — Но и где был в десять часов утра, не могу сказать. Один, дома, спал после смены. Алиби у меня нет.

Морозов посмотрел на него внимательно. Либо врёт, либо действительно один был и стесняется об этом сказать, — подумал он. Но факты были против Сергея: неприязнь к тёще, обида на бывшую жену, отсутствие алиби. Дело, казалось бы, закрыто.

Сергей в камере прокручивал в голове день за днём, час за часом. Кто это мог сделать и зачем? — вроде бы врагов у меня нет, чтобы вот так меня подставить под статью. Он вспоминал всех, кто звонил ему в те дни, всех, с кем пересекался. И постепенно в его голове начала складываться картина. Но чтобы проверить её, ему нужно было одно — вернуться в свою квартиру, где когда-то он жил со Светланой и с детьми.

Десять лет назад Сергей Колесников, симпатичный светло-русый голубоглазый молодой человек, познакомился со Светланой на городском пляже, где отдыхал с одноклассниками. Они играли в волейбол. Она рьяно болела за их команду, он тогда очень старался — и они выиграли. Он подошёл к ней и поблагодарил за такую поддержку.

В то время он ушёл со сборки пластиковых окон и заключил контракт на три года. Через три месяца знакомства они сыграли свадьбу. Как казалось Сергею, они поженились по любви. Он-то точно любил Светлану. Но вот её мать Нина Ивановна, видно, хотела другого зятя. Стоило ему приехать из командировки, она тут же наведывалась к ним в гости. И начинала Светлане высказывать: мол, что это за профессия такая — денег не видите, дети растут, тут надо крутиться как волчку. Вот так постоянно.

Сергей неоднократно говорил жене, что мать специально ездит к ним, чтобы разбить семью. Но Светлана, как любимая единственная дочь, слушала свою мать, а то, что говорил Сергей, пропускала мимо ушей. А то нет-нет да и подхватывала высказывания матери: что ты, мол, маму не уважаешь, и правда тебе глаза колет. Вот тогда у них начинались скандалы, можно сказать, ни за что. После всех этих дрязг Сергей ждал с нетерпением время, чтобы скорее уехать в командировку.

Последний раз, когда он приехал и дверь ему открыла тёща, у него не выдержали нервы, и он ей в грубой форме сказал, чтобы она убиралась из его квартиры. На шум выбежала Светлана. Нина Ивановна разыграла комедию: заплакала, что она приезжает помочь дочери, пока он неизвестно с кем и где мотается, и что за это никакой благодарности. Света стала кричать на него, что мол хватит, у неё терпение лопнуло, и она подаёт на развод. Задумка Нины Ивановны сработала.

Сергей собрал вещи и ушёл. Дети были в школе. Квартира двухкомнатная перешла ему по наследству от бабушки. После развода он переоформил её на равные доли на детей. Вот так закончилась семейная жизнь Сергея. И сейчас, лёжа на нарах в предварительной камере, он свою жизнь, как слайды, просматривал, вспоминая и хорошее, и плохое.

Через две недели после убийства капитану Морозову позвонила Светлана:

— У меня компьютер не работает. Я на нём иногда удалённо работаю. Понимаете, у меня там все мои проекты, разработки новые. Отнесла сослуживцу Юре — он у нас компьютерный мастер. А он мне говорит: у тебя жёсткого диска нет, поэтому и не работает.

— А где же он?

— Не знаю. Думала, сломался просто.

Морозов записал показания. Юру вызвали как свидетеля.

— Я всем чиню компьютеры, ноутбуки, кто обращается, — рассказывал Юра, теребя в руках пластиковую ручку. — Принесла она мне системник. Открываю — а диска нет.

— А что там ценного могло быть? — спросил Морозов. — Она же дизайнер.

— Да что там ценного? — пожал плечами Юра. — Проекты её, чертежи, работы. Для неё это ценно, а для вора — так хлам.