скачать книгу бесплатно
Анна заказала грибной суп, свекольный салат и стейк, Женя повторил её заказ, только вместо салата взял селёдку под шубой.
Вкратце описав ситуацию с кулоном и вскользь упомянув о встрече с Сильвеном Анна, немного помолчав, продолжила, – в таких делах, нужно быть откровенным до конца. Но у меня одно условие. Ты никогда не попросишь у меня кулон для самостоятельного перемещения. О попытках завладеть им силой или обманным путём я даже не упоминаю.
– Ты могла бы об этом не говорить. Это исключено, – спокойно ответил Женя.
Анна кивнула, – Тогда давай определимся. Какая у нас задача?
– Найти Лавра Ермакова, – сразу ответил Женя, – если мы сможем переместиться в то время где была ты, то сразу отправимся на Посполитакинскую
.
– В те года мне попадать нельзя, – про отношения с Петром, она решила пока не говорить, – там ещё живут бандиты, с которыми я общалась. Если вдруг мы случайно с ними столкнёмся, то возникнут серьёзные проблемы. Мы можем просто не успеть дойти до сыскного отделения. Ты говорил, что Лавр воевал, значит соваться в годы Империалистической, нам нет смысла.
– Ты права, – кивнул Женя, – но тогда мы попадаем в Гражданскую войну, а там…. – он покачал головой.
– Да – согласилась Анна, – там не просто. Но мне кажется, что нам будет проще в этой неразберихе. Когда в городе установиться Советская власть, революционные патрули и ЧК будут проверять всех и каждого, а мы не выдержим ни одной проверки, хотя бы, потому что некому будет подтвердить наши личности. Я пороюсь в интернете, найду образцы справок или мандатов того времени. Мой приятель обработает их в фотошопе. Надо узнать какие деньги тогда были в ходу, – задумчиво добавила она.
Женя внимательно посмотрел на неё: – Когда мы тогда говорили о тебе, там…, Пришельцев сказал, что в их времени, ты бы затмила Соньку Золотую ручку, и знаешь, он был совершенно прав!
Смущённо улыбнувшись, Анна поблагодарила и продолжила: – Крестьяне из нас не получаться, а вот что-то вроде учителей, нам подойдёт. Что бы, ты мог преподавать?
– Ну – Женя задумался, – допустим, русский язык или физкультуру.
Анна весело рассмеялась: – С ятями и ижицами? Хотя, если мы собрались в двадцатый год, то подойдёт! Их отменили в 1918 году. С физкультурой тоже не так просто как тебе кажется. Тогда в ходу была сокольская система, военная гимнастика и методика Лесгафта. Я запомнила только названия. Так что лучше учи детишек русскому. А я буду учительницей арифметики в начальных классах, – и весело улыбнувшись, добавила, – вечером повтори падежи и безударные гласные, а я потренируюсь делить и умножать в столбик.
– Сразу напоминаю, что делить на ноль нельзя, – улыбнулся он в ответ, – как быть с одеждой и наши отношения? Брат и сестра, супруги или коллеги?
– Наверное, брат и сестра или супруги. Называть все время друг друга по имени отчеству, замучаемся. Одежду я подберу в театре, у меня там подруга костюмами заведует. Вместе сходим и оденемся. Муж в середине марта на десять дней улетает, сможешь на работе взять отпуск или отгулы?
Женя уверенно кивнул, – У меня отгулов скопилось, недельку пусть отдадут, или по семейным возьму, что-нибудь придумаю, – и слегка смутившись, добавил, – может нам лучше быть семейной парой? Они меньше вызывают подозрения.
– Хорошо, наверное, ты прав. Мы попадаем в самое сложное время, между белыми и красными. Ты поройся в интернете. Почитай, что тогда в Екатеринодаре творилось, и не забудь, что его переименовали только в конце двадцатого года.
***
Вернувшись домой, Анна взглянула на часы и достала из морозильной камеры стейки. – Пусть чуть-чуть разморозятся, – решила она, и включив ноутбук, набрала в поисковике – «Деньги на Кубани в 1920 году». Открыв первый сайт, девушка углубилась в чтение. Через минут двадцать девушка откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. В голове был сумбур из керенок, купюр главкома вооружённых сил России, Кубанской народной республики, черноморского крестьянского ополчения, бонн, временных денежных знаков и облигации займа «Свобода»!
– Надо будет на месте сориентироваться! Главное ввязаться в бой! – решила она и, захлопнув крышку, занялась обедом.
Время пролетело быстро. Арчи радостно залаял, лопнула дверь и, в кухню вошёл Костя. Увидев жареные стейки, он плотоядно улыбнулся и поставил на стол литровую бутылку «Егермайстера».
– От благодарных больных? – кивнула на бутылку Анна.
– Да. От души человек подарил. Котёнка буквально с того света вытащили. Мужик упакованный, подобрал его на помойке неделю назад. Отмыл, откормил, а у него чумка. Ему предложили усыпить, а он в отказ. Спасли домашнего любимца.
– Молодец! Есть ещё добрые люди. Наверное, на таких мир и держится! Мой руки и к столу.
Когда от «Егермайстера» осталось чуть больше половины, Анна поинтересовалась, подтвердил ли он участие в семинаре. – Значит завтра надо ехать в театр, – подумала она, услышав что Костя не только подтвердил но уже и забронировал билеты.
На следующий день, оставшись в кабинете одна, Анна позвонила своей близкой знакомой, заведующей костюмерным цехом в театре.
– Здравствуй Маришка! – проникновенно начала она, – как жизнь?
– Прекрасно! – бодро ответила старая подруга, – все живы и слава богу!
Поговорив немного об общих знакомых, Маришка спросила: – Скажи, Костик ещё работает? Проблема у меня. Подарили щенка, а он оказался крип, кроп…, в общем, яички у него не там где надо.
– Крипторх он у тебя. Костя из командировки вернётся и прооперирует. Все будет хорошо. Что за порода и сколько лет?
– Годовалый дворянин.
– Тогда вообще без проблем. У беспородных резистентность повыше. Кстати про дворян, спасибо что напомнила! У нас корпоратив намечается со сценками из прошлой жизни. Все шмотку себе уже подобрали, осталась только я и один инженер, поможешь?
– Конечно, а какие образы нужны?
– Интеллигенция начала прошлого века. Что-то вроде сельских учителей. У нас все будет на природе, поэтому верхняя одежда тоже нужна.
– Без проблем! – бодро ответила Маришка, – подъезжайте. Завтра часа в три нормально?
Попрощавшись, Анна позвонила Жене: – Подъезжай к трём к драмтеатру, сможешь?
– Смогу, – ответил он, – что-нибудь взять нужно?
– Сумку возьми большую, чтобы вещи сложить, нам ещё верхняя одежда нужна.
Купив торт и на всякий случай прихватив бутылку вина, Ровно в три Анна стояла около главного входа. Женя опоздал минут на десять: – Ради бога извини, на лестнице шеф перехватил, – начал оправдываться он, но девушка махнула рукой, – не парься! Идём, нас ждут!
С Анной проблем не возникло, ей подобрали одежду быстро, а вот с Женей пришлось помучиться.
– У него разные размеры брюк и пиджака, – пояснила Маришка, – будем брать из разных комплектов.
Он в очередной раз вошёл в примерочную и, главный костюмер ехидно улыбнулась: – Симпатичный у тебя инженер, у вас много таких? Ты его Косте не показывай!
Когда Женя вышел из-за занавески, Анна довольно улыбнулась, а Маришка захлопала в ладоши.
Двубортный чёрный сюртук с обтянутыми шёлком лацканами и брюки в серо-чёрную полоску, сидели на нём как влитые. – У кого изволите шиться, сударь? – усмехнулась Маришка. Порылась в шкафу, она протянула ему галстук-регат на резинке с жемчужной булавкой, и удовлетворённо подытожила, – вот сейчас образ можно считать завершённым, а теперь можно и чаю попить.
Они вышли из театра, когда уже начало темнеть. – Завтра я сделаю документы и деньги, – сказала Анна, – останется продумать какие-то мелочи и можно отправляться. Ты сейчас домой?
Женя усмехнулся: – Откуда такое счастье? Надо на пару адресов заскочить, к восьми на планёрку, а в пять утра на обыск.
– А когда спать?
– Между планёркой и обыском, – рассмеялся Женя, – нам не привыкать, прорвёмся!
Подошёл трамвай и, попрощавшись, она вошла в вагон. Сев около окна и рассеянно глядя на город, вступающий в час пик, Анна задумалась: – Завтра часика в четыре заеду к Андрюшке, за пару часов он должен всё сделать. До четырех надо проверить отчёты и подготовить перечень документов, которые надо сделать до нашей с Женей отправки.
В окне промелькнул «Стейк-хаус». – «Ты можешь взять только того с кем смешала свою кровь», – по какой-то неведомой логической цепочке вдруг вспомнила Анна слова Сильвена.
– Интересно, что значить смешать свою кровь? Это же ведь не переспать! Наверное, что-то вроде братания, – решила она и, вытащив телефон, набрала в поисковике «Братание кровью»
– Слизывали друг у друга каплю крови. Выпускали кровь в сосуд с вином, и пили по очереди, – от прочитанного Анну передёрнуло, – надо будет внимательно поискать, может, найду что-нибудь более цивилизованное задумалась она и чуть не проехала свою остановку.
***
Отпросившись у шефа, она заскочила домой и, взяв бутылку виски в картонной коробке, поехала к жившему неподалёку однокласснику Андрюше Зубареву, известного в узких кругах как король фотошопа.
Андрей, которого старые друзья называли Тосиком, обрадовался Анне. Повертев в руках бутылку, он кивнул: – «Макаллан» это хороший тон! Ты пить будешь!
– С тобой буду! – мужественно ответила Анна, и направилась к холодильнику готовить закуску.
Тосик как всегда оказался на высоте! Бутылка ещё не успела опустеть на половину, как Анна держала в руках комплект документов на супругов Коржавиных и пачку различных купюр.
– Спасибо Тосик! – поблагодарила она, и отодвинула стопку: – Можно я чаю? У меня ещё куча дел.
– Хорошо, пусть будет чай, – великодушно разрешил Андрей, – а я с твоего позволения, плесну себе ещё немного этого колдовства!
Анна не торопясь пила, грея ладони о кружку Они с удовольствием вспоминали старых знакомых и смешные истории из школьной жизни.
– Помнишь, как на новогоднем вечере Витька напился и, стал к училке новой приставать? Ему сказали, что это новенькая из параллельного класса, он и повелся.
– Нет, – Анна покачала головой, – убей, не помню!
– Ну как же! Витя тогда ковбоем оделся, Они сценку делали из жизни Дикого запада!
– Сценку помню. Там песня была «Шёл по дикой прерии дилижанс» и что-то про груз и ковбоев, а как приставал не помню.
Анна допила чай и, попрощавшись, направилась к троллейбусной остановке, напевая про себя незатейливый мотив ковбойской песенки. – «И украл у Билла его последний шанс краснокожий парень Виннету», – неожиданно вспомнила она последнюю строчку и остановилась. В голове промелькнули какие-то расплывчатые воспоминания, Анна попыталась их зафиксировать и собрать воедино, но у нее ничего не получалось! – Крепкая штука – уважительно подумала она, – и коварная! Пьётся легко, а потом накрывает!
Вдруг в памяти всплыла картина. Индеец и бледнолицый, режут себе запястья и, сцепив кисти рук, как будто собираются померяться силой, прижимают раны друг к другу.
«Братья по крови»! Гойко Митич и Дин Рид! – вспомнила она старый вестерн, который давным-давно смотрела по телевизору. – Вот это и есть смешать свою кровь! – решила она, – без всяких облизываний и выпиваний!
***
Костя принюхался: – Ты пила?
– Прости любимый, так получилось, – вздохнула Анна: – Зашла взять осетинских пирогов, а там одноклассники сидели, отказать не смогла.
– Человек слаб! – констатировал Костя, – ты ужинать со мной будешь?
– Конечно! Для кого я пироги брала? С мясом и свекольной ботвой! Мой руки, а я пока в микроволновке разогрею. Ты на когда билеты взял?
– На двенадцатое марта. Начало тринадцатого, но в эту дату лететь не хочу. Я конечно, не суеверный, но все же. Бережённого бог бережёт.
– А не бережённого конвой стережёт, – вдруг неожиданно для себя брякнула Анна.
Костя поперхнулся куском пирога и закашлялся. Анна сразу протянула ему стакан с водой.
– Ты точно с одноклассниками пила? – поинтересовался он.
– Точно, – успокоила его Анна, – можешь Тосику позвонить, ты его знаешь. Он тебе визитки делал.
Пожав плечами, Костя обидчиво хмыкнул, – вот ещё, не хватало тебя проверять!
Анна обняла его и, поцеловав, задумчиво пробормотала: – Я все время думаю, в чём ты поедешь? Пермь это не Краснодар и даже не Москва. Там в это время морозы, я смотрела на Гисметео. Куртка у тебя нормальная, а полуботинки не выдержат. Давай сейчас список составим, что надо в дорогу, а послезавтра в субботу купим. Мы как раз к твоим родителям собирались. На пару часов раньше выйдем и всё успеем.
Она взяла блокнот и стала записывать. Закончив, Анна прочла его вслух. – Зачем пять пар носок и трусов? – спросил Костя.
– А затем, – строго ответила она, – через день будешь менять, а старое выбрасывать. Скорее всего, вас в сауну поведут, в Сибири без этого никак, ещё не хватало, чтобы ты был в вонючих или дырявых носках. И на пельмени особенно не налегай.
На следующий день, Анна, с утра закрылась в кабинете и подготовила все необходимые документы, чтобы с чистой совестью попросить недельку в счёт отпуска. В перерыв она позвонила Жене и сообщив о готовности, поинтересовалась как у него с отгулами. Получив положительный ответ, Анна положила телефон и прикрыла глаза. Какие опасности могут меня подстерегать? – подумала девушка, – Пётр? Он в Бразилии. Ефим Егорович? Прошло около десяти лет, а он уже тогда был не молод. Артур Валерьянович? Он про меня ничего не знает и, даже увидев меня с мужчиной, не будет ни о чём спрашивать. Белолипецкий? Убит на войне. Начальник жандармского и его офицеры сбежали в первых рядах. Все остальные видели меня мельком, да и я, наверное, тоже изменилась. Надо будет покопаться в интернете, и подробно почитать, что было в Екатеринодаре в то время.
Успокоившись, Анна пододвинула поближе клавиатуру и, уже не думая о предстоящих приключениях, с головой ушла в работу. Под конец дня она зашла к шефу. Отдав подготовленные материалы Анна, сделав озабоченное лицо, намекнула об отгулах. Внимательно рассматривая документы, шеф рассеянно кивнул и, поблагодарив, она сразу вышла из кабинета .
***
– Завтра с утра за обувью съездим? – спросила Анна, накладывая Косте салат.
– С утра не получится, у меня в десять операция, – покачал он головой, – Марина попросила подстраховать, случай не особо сложный, но она побаивается. Давай после обеда?
– Хорошо, – Анна согласно кивнула, – только как закончишь, позвони, и сориентируемся.
Утром, как только за Костей закрылась дверь, она быстро оделась и поехала в Чистяковскую рощу, где по утрам собирались коллекционеры. Ей нужно было купить какой-нибудь предмет, изготовленный в 1920 году. Анна понимала, что в то смутное время ничего особо не производилось, и даже не примерно не могла представить, что ей надо искать. Пройдя книжные ряды, она вошла в аллею, оккупированную любителями антиквариата. Медленно идя вдоль прилавков, она внимательно разглядывала выставленный товар. Её внимание привлёк грубовато отлитый подстаканник с орлом необычной формы. – Можно взглянуть? – спросила она.
– Конечно! Прошу вас! – моложавый мужчина в тонких золотых очках галантно протянул ей подстаканник, – очень интересная вещица.
– Орел какой-то непривычный, – произнесла Анна, внимательно разглядывая потертую временем бронзу.
Продавец снисходительно улыбнулся: – Это орёл Временного правительства. Видите, нет корон и символов власти. Петроградские кустарные мастерские.
– То есть он изготовлен в период с марта по ноябрь 1917 года?
Мужчина уважительно кивнул: – За такой высоко грамотный вопрос, я уступлю пятьсот рублей. Полторы тысячи, и поверьте, только для вас!
Улыбнувшись в ответ, Анна покачала головой: – Спасибо, но это не моя тема. Меня интересуют изделия 1920 года.
Сняв бейсболку, продавец платком вытер голову и задумчиво пробормотал: – Я не припоминаю вещей, сделанных в тот год. Разруха, в стране бедлам, Увы, – он с огорчением развёл руками, – ничем не смогу помочь.
Попрощавшись, Анна не торопясь направилась дальше и через несколько метров остановилась у стола с фарфоровой посудой, на которых были нарисованы красноармейцы, красные звезды, и рабочие.
– Агитационный фарфор, – вспомнила она, и подошла поближе. Взгляд сразу остановился на тарелке с портретом вождя мирового пролетариата. По краю шла красная с золотом вязь: – «Привет участникам VIII Всероссийского съезда Советов рабочих, крестьянских, красноармейских и казачьих депутатов РСФСР. Москва 22-29 декабря 1920 года». – Значит, все-таки что-то делали, – подумала Анна, и попросила разрешения взглянуть поближе.
– Цена десять тысяч, – предупредила женщина.
– Что так дорого? – удивилась она.
– Хорошая сохранность, без сколов. Подлинник, все заводские клейма на месте. Поверьте это реальная цена! Можете на «Авито» или любом сайте сравнить предложения.