Комната, которую не открывают

Комната, которую не открывают

Комната, которую не открывают

Артём переехал в город, где не знал ни одной живой души. Он снял комнату в старом двухэтажном доме — не в хрущёвке, а в таком, где потолки высокие, а половицы поют, если на них наступить. Квартира была трёхкомнатной, но жильцов больше не было. Дом будто дышал, но негромко, как человек, который старается не разбудить кого-то рядом.

Хозяин, лысоватый мужчина с тихим голосом, протянул Артёму два ключа.

— Один от входной двери, — сказал он, не глядя в глаза. — Второй — от той комнаты.

— Какой той? — переспросил Артём.

— Да вон, в конце коридора. Там можно вещи сложить. Места много, а пользоваться никто не будет.

Артём кивнул, хотя внутри что-то шевельнулось.

— А чья она?

— Другая хозяйка, — коротко ответил мужчина. — У неё своя доля. Но она давно не даёт о себе знать.

Слово «давно» повисло в воздухе, как запах старой пыли.

Комната действительно оказалась просторной и пустой. Только посередине стоял тяжёлый шкаф с тёмными стёклами, будто он сам решил здесь жить, а не его туда поставили. Артём начал складывать туда коробки, старые куртки, рюкзак, который всё никак не мог разобрать. В какой-то момент он потянул дверцу шкафа, чтобы освободить полку, и оттуда, из щели, выпал паспорт.

Он поднял его, стёр пыль. На фото был парень — лет двадцати пяти, с короткой стрижкой и взглядом, в котором читалось: «Я просто хотел пройти мимо». Фамилия — Соколов, имя — Денис. Артём посмотрел на дату рождения: почти ровесник.

На следующий день он показал паспорт хозяину. Тот взял его, повертел в руках, нахмурился так, будто увидел не документ, а насекомое.

— Не знаю такого, — буркнул он. — Наверное, её вещи.

Чьи? — не сдавался Артём.

— Той самой хозяйки, — повторил мужчина, возвращая паспорт. — Ты лучше не лезь. Если она объявится — сама разберётся.