Евгений Макаров.

Муромское Заочье-2. Очерки о родном крае



скачать книгу бесплатно

Племена обеих культур на всём протяжении своей истории находились в постоянной взаимосвязи с южными, западными и восточными районами.

После разгрома в IV-ом веке н. э. славянских поселений гуннами, славяне стали переселяться сюда, в Поволжье.

Но на поволжских городищах нередко встречаются вещи, изготовленные в Прикамье. Это говорит о приходе на верхнюю Волгу какой-то части населения западного Приуралья.

В бассейне Волхова, верхней Волги, Клязьмы и Оки угро-финские племена соприкасались со славянами.

Такие города, как Муром, Арзамас, Рязань, Мещерский Городок, Суздаль в самих названиях хранят память о своих основателях – муромы, эрзи, мещеры.

Сарматы.

В степях Дона, Волги, и в южном Приуралье жили родственные скифам племена, говорившие на одном из диалектов североиранской языковой группы.

В древности их называли савроматами.

В становлении савроматских племён большую роль сыграли потомки носителей степных культур бронзового века, особенно срубной и Андроновской /Археологическая культура эпохи бронзы. Открыта в 20-х годах XX в. С.А.Теплоуховым. Названа по деревне Андроново близ Ачинска. Общность частично родственных культур, распространенных на территории Казахстана, Западной Сибири, южного Приуралья, на западе контактирует со срубной культурой/.

О савроматах сообщали греческие и латинские античные авторы.

Примерно с конца IV–III веков до н. э. в их рассказах появился новый термин – сарматы.

Исследователи считают, что крупные объединения сарматов сформировались на основе прежних племенных союзов савроматов.

Обитая в степных пространствах, сарматы вели кочевой и полукочевой образ жизни в условиях родоплеменного строя. Основа их хозяйства – скотоводство и домашние промыслы – гончарство, прядение, ткачество и косторезное дело.

Характерной чертой общественного устройства на раннем этапе их истории было особое положение женщины.

Савроматов называли «женоуправляемыми».

Савроматские женщины – воинственные амазонки. Они владели оружием, и наравне с мужчинами участвовали в войнах и охоте.

Они занимали привилегированное положение жриц.

Но в первые века н. э. сарматское общество было уже патриархальным.

Савроматские племена составляли два больших союза. В один входили волжские племена, в другой – самаро-уральские.

Сарматы осуществляли грабительские набеги на персов, Переднюю Азию и на скифов.

Их господство в южнорусских степях продолжалось вплоть до IV-го века н. э., когда значительная часть сарматского населения была увлечена гуннами на запад.

Одно из крупных племенных объединений – аланы – составили основу осетинской народности.

Т.П.Мятлева в книге «Происхождение самобытной русской народности в России в стародавние времена до образования русского государства» (Санкт-Петербург, 1911 год, Выпуск 1, часть 1) пишет, что сарматы занимали земли самой северной области Мидии вдоль азиатского побережья Чёрного моря, называемой в древности Каппадокией.

На реке Ирис и на берегу Чёрного моря в числе многих городов, в которых жили сарматы, были Амазия, Амазис и Амазус.

В них находились несколько храмов, в которых сарматы совершали торжественное идолопоклонство богине войны Ма.

Эти сведения говорят о заселении ими северного Причерноморья, античных городов, о богине войны в лице женщины – воительницы, и об их воинственности.

А вот что писал в 1794 году, ссылаясь на «Татищевой истории книгу», Алексей Мусин-Пушкин в своей книге «Историческое исследование о местоположении древнего Российского Тмутараканского княжения», изданной по высочайшему Её Императорского Величества повелению в Санкт-Петербурге, и напечатанной в типографии Корпуса Чужестранных Единоверцев.

– «Кривичи, народ Сарматский, живший между рек Припяти и Двины, потом далее расселились в верховьях рек Волги, Двины, Оки и Днепра; и для того от соплеменных им народов прозваны «Кривичи», то есть «Верховые».

Ибо слово «Криви» на сарматском языке значит «Верховье».

В смежности с ними жили другие поколения Сарматские, как-то Чудь, Меря, Мурома и прочие. В подданстве были у Великих Князей Российских, и им дань платили, имея, однако, у себя своих собственных князей»./История Татищева, кн. 2, стр. 4/.

– «Меря или Моруа, народ Сарматский, живший между реками Сурою и Цною в соседстве с Кривичами, там где Ростов, Галич, Кострома и Ярославль.

Они сами себя называли Мори, а русские из слова сего составили Меря. Ныне же известны они под именем Мордвы». /История Татищева, кн. 1, стр. 521; кн. 2, стр. 6/.

– «Мурома, народ Сарматский, обитавший при устье реки Оки. Престольный город онаго был Муром, по имени сего народа так называемый». /История Татищева, кн. 2, стр. 6/.

«Черемисы, народ Сарматский, доднесь существующий; они соплеменники Мордве и в языке малую с оными разность имеют. Прозваны Черемисами, то есть Восточными, по положению жилищ своих»./История Татищева, кн. 2, стр. 6/.

Здесь просматриваются противоречивые заключения.

В одном случае мордва и марийцы (черемисы), мурома и мещера отнесены к угро-финской языковой группе.

Татищев же относит их к Сарматским народам, которые, как известно, говорили на диалекте североиранской языковой группы.

Но достоверно известно, что марийцы, мордва, мурома, мещера и чудь действительно являются угро-финскими племенами, и их язык имеет (мари, мордва) и имел (мурома, мещера, чудь) сходство.

Следует все-таки считать, что Татищев ошибался в отнесении кривичей (далее мы увидим, что это славяне), мордвы (мерян), муромы, черемис к сарматским народам, так как из древних летописей известно, что в III–IV веках н. э. уже одновременно существовали угро-финские племена на севере и сарматы – на юге России.

Приход славян на Оку.

Древнейшая история славян, их происхождение, их прародина не выяснены исторической наукой. Есть много гипотез. Были теории о приходе их из Азии, о Дунайской прародине. Но они оказались несостоятельными. На Балканах славяне появились только в VI веке н. э.

Академик А.А.Шахматов считал, что прародина славян Прибалтика. Их прародину искали и на Висле под именем венедов. Теперь же, на основании всесторонних исследований, принято считать, что исходная территория, где славяне выделились из балтославянской общности, охватывала Центральную Европу, бассейн Одера и Вислы, междуречье Днепра и Буга, и Белоруссию.

В I веке н. э. в культуре славян произошли существенные изменения из-за их этнической ассимиляции сарматами.

Римский историк Тацит в своём сочинении «Германия» в то время писал:

– «Больше похожи венеды (читай славяне) на сарматов по своим нравам и обычаям».

Не на этом ли основании Татищев считал кривичей сарматами? Об этом может говорить и тот факт, что в VI веке н. э. существовал этнический союз племён сарматов (в основе), древних славян и в какой-то мере дакийцев под названием «царства Германариха», но ненадолго.

Праславянский язык существовал ещё в первой половине I тысячелетия н. э. Из него происходят северные и западные славянские языки.

В 375 году н. э. гуннские орды разгромили государство Германариха.

Много народу ушло на север, попав там в среду угро-финских племён, в частности в Поволжье и в бассейне Оки.

Византийские писатели VI века н. э. указывали, что склавины и анты происходят от одного корня, от «венедов», и сходны между собой.

– «Они (венеды) происходят из одного племени, имеют три имени: венеды, анты и склавины» – писал готский историк Иордан.

Писатели отмечают единство склавинов и антов, и что анты храбрейшие из обоих племён.

Император Византии Маврикий (582 – 602 гг. н. э.) говорил:

– «Племена славян и антов сходны по своему образу жизни, по своим нравам, по своей любви к свободе; их никоим образом нельзя склонить к рабству или подчинению своей стороне.

Племена славян и антов многочисленны, выносливы, легко переносят жар, холод, дождь, наготу, недостаток в пище.

К прибывающим к ним иноземцам они относятся ласково и, оказывая им знаки своего расположения, при переходе из одного места в другое охраняют их в случае надобности.

Так что, если бы оказалось, что по нерадению того, кто принимает у себя иноземца, последний потерпел ущерб, принимавший его раньше начинает войну (против виновного), считая долгом чести отомстить за чужеземца.

Находящихся у них в плену они не держат в рабстве, как прочие племена в течение неограниченного времени, но, ограничивая определённым временем, предлагают им выбор: желают ли они за известный выкуп возвратиться восвояси, или остаться там на положении свободных и друзей.

У них большое количество разнообразного скота и плодов земных, лежащих в кучах, в особенности проса и пшеницы.

Скромность их женщин превышает всякую человеческую природу, так что большинство их считают смерть своего мужа своей смертью и добровольно удушают себя, не считая пребывание во вдовстве за жизнь.

Они селятся в лесах, у неудобопроходимых рек, болот и озёр, устраивают в своих жилищах много выходов, вследствие случающихся с ними, что и естественно, опасностей.

Необходимые для них вещи зарывают в тайниках, ничем лишним открыто не владеют и ведут жизнь бродячую.

Сражаться со своими врагами они любят в местах, поросших густым лесом, в теснинах, на обрывах, с выгодой для себя пользуясь засадами, внезапными атаками, хитростями и днём и ночью, изобретая много способов.

Опытны они также и в переправе через реки, превосходя в этом отношении всех людей».

Об этом писал и Прокопий из Кесарии («Война с готами», Москва, 1950 год, стр. 297):

– «Эти племена, славяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве (демократии), и поэтому у них счастье и несчастье в жизни считается делом общим.

И во всём остальном у обоих этих варварских племён вся жизнь и законы одинаковы. Они считают, что один только Бог, творец молний, является владыкой над всеми, и ему приносят в жертву быков и совершают другие священные обряды.

Они почитают реки, нимф, и всякие другие божества, принося жертвы им всем. И при помощи этих жертв производят гадания.

Живут они в жалких хижинах, на большом расстоянии друг от друга, и все они часто меняют место жительства.

Вступая в битву, большинство из них идёт на врага со щитами и дротиками в руках, панцирей же они никогда не надевают.

У тех и других один и тот же язык, достаточно варварский.

И по внешнему виду они не отличаются друг от друга. Они очень высокого роста и огромной силы».

К VI веку н. э. относится первое упоминание народа «рос» или «рус».

Авторы, писавшие о русах в IX и X веках, тоже отмечали их крупное телосложение:

– «Русы мужественны и храбры. Ростом они высоки, красивы собой и смелы в нападениях. Но смелости этой на коне не обнаруживают: все свои набеги и походы они производят на кораблях».

Летописец Нестор упоминает четырнадцать восточнославянских областей, из которых сложилось Русское государство:

Поляне (их земли около Киева – ядро Русского государства); Северяне – по рекам Десна, Сейм, Сула и частично Северский Донец; Уличи – вниз по Днестру, переселившиеся в середине Х-го века в междуречье Днестра и Буга; Древляне – на запад от Полян; Волыняне и Дулебы западнее Древлян; Тиверцы – на Днестре и Дунае; Белые Хорваты – в Закарпатье.

А также Дреговичи – в болотистом левобережье Припяти; Радимичи – по реке Сож; Вятичи – на Оке и Москве-реке, граничили с неславянскими мерянско-мордовскими племенами средней Оки; Кривичи – в верховьях Волги, Днепра, Двины; Полочане и Словены – вокруг озера Ильмень.

Славяне продвигались всё глубже на северо-восток в области, занимаемые угро-финскими племенами. Проникновение их туда, закреплённое созданием Русского государства, вело к вытеснению (или оттеснению на второй план) местных угро-финских языков мери, веси, муромы и сопровождалось ассимиляцией этих племён и постепенным их исчезновением.

Сложение в IX–X веках н. э. древнерусской народности привело к нивелировке восточнославянских элементов и широкому распространению русского языка.

Какие народы населяли Муромский край.

В эпоху позднего палеолита, XXXII тысячи лет тому назад, люди жили на месте нынешнего села Карачарово, что расположено на левом крутом берегу Оки под Муромом.

В эпоху мезолита, XV тысяч лет назад, в бассейне Оки жили народы Волго-Окской культуры.

В эпоху неолита, VII тысяч лет назад, по берегам Оки жили племена Волосовской культуры.

Продолжали ли селиться в Приочье в эпоху неолита потомки палеолитических и мезолитических народов?

Или в условиях постоянных поисков новых охотничьих угодий народы в этих местах сменяли друг друга?

Это остаётся только предполагать.

Племена срубной культуры 3600 лет назад по своему развитию приблизились к племенам неолитической культуры, жившим в среднем Приочье, и их взаимное влияние на культуру быта друг друга, несомненно, имело место.

Нам известны племена Фатьяновской культуры, жившие в Приочье IV тысячи лет назад и племена Абашевской культуры, селившиеся в низовьях Оки в этот же период времени.

Приочье было древним местом обитания угро-финских племён ещё со времён неолита.

Под натиском гуннов – кочевников 1600 лет назад славяне стали уходить со своих исконных земель в северо-восточные леса Поволжья и Приочья.

Они полностью растворили (ассимилировали) в своей среде некоторые угро-финские племена (мурома, мещера, меря, чудь и другие), образовав великорусскую нацию.

Об исчезнувших народностях осталась память в названиях рек, озёр, сёл и городов.

О племени Мурома напоминают названия города Муром и речки Муромка.

В современном марийском языке слово «Муро» означает «Песенка, песенник, песенный».

На языке местных народов угро-финской группы слово «Ма» означает «Река, вода».

Может быть, племя Мурома названо так потому, что поклонялось, молилось, воспевало реку и воду, как источник жизни?

А, может быть, этот народ по своему нраву был весёлым, песенным?

Весёлый, песенный народ, живший на реке!

Но, если принять гипотезу Татищева о том, что «народ Мурома от сонма сармат происходящий» то, возможно, это было воинственное племя и «воспевало», поклонялось богине войны «Ма»?

Отсюда и название «Мурома»?

Но это маловероятно.

Откуда взялось в русском языке слово «мама»?

Заимствовано из угро-финского языка? Возможно!

Но на многих языках мира обращение к матери звучит почти одинаково.

О племени Мещера напоминают названия речки Мещерка и села Мещёры на ней в нынешнем Вачском районе Нижегородской области, деревни Мещёры в урочище Мещерские горы, озеро Мещерское на территории бывшей Нижегородской ярмарки, Мещерское болото в Кулебакском районе, Мещерская слобода в Горбатове и т. д.

О племени Чудь говорит название селения Чудь на правом берегу Оки недалеко от села Монаково.

Так какой же народ является древним прародителем современников, населяющих Муромское Заочье?

Мурома, меря, мещера, чудь, мордва, мари, славяне?

На этот вопрос ответить практически невозможно.

Произошло кровосмешение наций, и стала одна – русская.

Из упомянутых, ныне существуют только две – мордва и мари, но и у них большая часть населения от смешанных браков.

Мы не можем представить себе, как выглядели люди муромы, мещеры, мери, чуди из-за отсутствия антропологических материалов.

Однако некоторые историки считают, что мордва ещё называлась и мещерой, а местные жители называли её литвой.

Но если внимательно всмотреться в лица современников, живущих ныне в Заочье, то в них можно обнаружить едва уловимые, а иногда явные характерные признаки, присущие только марийцам, мордве и татарам.

Глава 4
Муром – центр княжества

Историки прошлых столетий довели до нас сведения о Муроме, как центре Муромского княжества.

Алексей Мусин-Пушкин, упомянутой в предыдущей главе данной книги, цитировал историка Татищева:

– «Муром, при реке Оке, по течению её на левой стороне.

Начальное построение сего города сокрыто от исследователей наших, яко выходящая далее тех времён, с коих История Российская начинается.

Основатели оного суть народ Мурома, который в течение многих веков превратился в русских, приняв их веру, законы, язык и обряды, так что ныне ниже малейших знаков бывшего иноплеменства, в потомках его не осталось.

Город Муром известен быть стал по летописям нашим в исходе X столетия.

Великий Князь Владимир I-ый, разделяя Государство Русское детям своим, дал Муром в удел сыну своему Глебу; и сей князь яко места всегдашнего пребывания своего, оный паче укрепил и жителями умножил; но к православной вере обратить не мог, и хотя о времени крещения жителей его в Летописях точных известий и не обретается, но из Пролога известно (21 дня месяца мая), что Муром с его областию крещён князем Константином Святославовичем, построившим в нём церковь, при которой он с детьми своими Михаилом и Фёдором погребён, где и поныне хранятся нетленные их мощи.

Муром был удельным Княжением, с первоначалия Киевскому, а потом Ростовскому и Владимирскому Княжению подчинённым.

Граничил прежде с народом, от Болгарского Царства зависящим и неоднократно от нечаянных их владений терпел разорения, как-то в 1088 году совершенно Болгарами был взят и ограблен.

Во время нашествия Батыева подвергся равной с прочими участи, а в последствии времени претерпел более тесноты и налогов от татар Болгарских, в рассуждении близости жилищ их.

Наконец, построением Нижнего Новаграда стал быть несколько от оных обезопасен.

Однако ж никогда не мог прийти, по толь долговременном претерпении, в прежнее своё цветущее состояние, в каком находился во время существования в нём Княжеского престола».

Историк И.Токмаков в материалах для историко-статистического описания города, в связи с церковно-археологическим обзором священных достопамятностей этого края с IX по XIX столетия, писал в 1887 году о Муроме следующее:

– «Название города Мурома, как и самоё основание его, приписывают финскому племени Мурома, жившему в IX веке по берегам реки Оки. Имя Мурома известно с самых древних времён. Неизвестно когда построенный, он однако же в IX и XI столетиях был уже обширным торговым пунктом в северо-восточной России, что обусловливалось его счастливым положением».

Область, заселённую этим народом, покрывал дремучий лес, составляющий центр леса, который занимал большое пространство средней и части северной России.

Народная поэзия в некоторых сказках и песнях передала потомству славу Муромских лесов, как страшного жилища разбойников, хищных зверей, злых духов и ведьм.

Здесь, в первобытно диких местах, в неприступном гнезде своём, свитом на семи дубах, сидел Соловей-разбойник, убивавший человека одним свистом.

По некоторым легендам можно догадываться, что этот ужасный Соловей-разбойник был ни кто иной, как Богомил, главный жрец Перунов /Языческий бог грозы, грома, молнии, войны, главный среди шести богов языческого культа, установленного Великим Киевским Князем Владимиром Святославовичем в конце Х-го века н. э. Считался покровителем князя и его дружины/ в Киеве, убежавший оттуда в Муромские леса по принятии князем Владимиром христианской веры.

Он назывался Соловьём по своему особенному красноречию.

В глубину этих непроходимых лесов он унёс упорную веру в своих богов, утопленных в Днепровских пучинах, и здесь возмущал народ против принятия новой религии. А было это в 988–990 годах н. э.

Для усмирения Богомила князь Владимир вынужден был послать одного из своих знаменитых богатырей, уроженца Мурома, известного Илью Муромца (по народному преданию Илья родился в селе Карачарово недалеко от Мурома), как хорошо знавшего леса своей родины и все тайные места разбойничьих приютов.

Вот это и легло в основу старинной сказки о Соловье-разбойнике.

Ныне Муромские леса потеряли свою поэтическую занимательность.

Муромский народ занимал небольшую, но привольную землю. Их область граничила к югу с Мещерой, к востоку – с Мордвой и Черемисой, а к северу – с Мерей, где пограничным рубежом этих двух народов была река Клязьма.

Память об этом народе осталась в названии города Мурома, бывшем некогда столичным и единственным городом этой области. Он один из самых древних городов во всей русской земле. На карте средней России IX-го века указаны только два города – Ростов и Муром.

Но, без сомнения, Мерянская столица Ростов и Муром были построены задолго до этого времени.

Каждому, кто ныне живёт на истлевших костях этих племён, было бы любопытно узнать историю исчезнувших народов, может и переняв от них некоторые черты характера и обычаев.

Но, кроме небольшого числа слов, названий мест и двух-трёх искажённых обрядов, ничто не может нам сказать о быте тех народов. Всё это относится и к Мурому.

Муром ещё при Владимире был уже под властью Киевских князей.

Получив от отца в удел Муром, Глеб княжил здесь с 988 /по Татищеву Глеб получил Муром в удел в 1010 году/по 1015 год.

После смерти отца на Великое Киевское княжение вступил брат Глеба Святополк, умертвивший в 1015 году родного брата Бориса.

Такая же участь постигла и Глеба, которого Святополк вызвал из Мурома в Киев и там тоже умертвил.

Таким образом, первый Муромский князь стал считаться мучеником.

Глеб Владимирович не оставил в Муроме никаких следов своего княжения или они были затеряны в памяти народа от давности и разных переворотов.

Первые христиане в Муроме появились при князе Глебе потому, что он был привержен к христианству и славился набожностью. Но он не мог обратить в новую веру дикий муромский народ весь, разве только небольшую его часть.

Даже при последующих князьях от благоверного Константина и его сынов Михаила и Фёдора, до самых времён Всеволода Ш-го (1176–1212 гг.) в самом Муроме и его окраинах язычников было ещё много.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11