Евгения Барбуца.

И целой Вселенной мало!



скачать книгу бесплатно

Естественно, подобные мысли настроения мне не прибавляли. Чем дальше мы шли, тем больше меня раздражало все и вся. Особенно бесили люди, сновавшие мимо нас с равнодушными лицами, их взгляд оживлялся лишь тогда, когда падал на меня.

Наверное, нечто такое отразилось на моем лице, потому как рядом тут же возник Ганзо и сунул мне в руку пачку крекеров. Я бы непременно его поблагодарила, если бы не конвой.

– Гражданка Аэро, мы пришли, – уведомил меня один из сопровождающих. – Данное помещение до поступления других распоряжений является вашей персональной комнатой отдыха.

А я тем временем с тоской взирала на двери, ведущие в мою персональную камеру одиночного заключения. Двери, кстати, с тихим шипением открылись, стоило одному из провожатых приложить к сканеру ладонь. Мне ничего не осталось, кроме как пройти в указанном направлении, после чего за моей спиной вновь раздалось тихое шипение, извещающее о закрытии двери.

Комнатка, выделенная мне, действительно походила на комнату ожидания. На деле же она была зоной отдыха. Здесь имелись один большой диван и несколько маленьких кресел. Там и тут на полу стояли кадки с зеленью, а у дальней стены виднелся аппарат для приготовления горячих напитков.

Ассортимент напитков я просмотрела и не нашла ничего, полезного для себя. Пока изучала комнату, успела съесть крекеры, презентованные хорогом. Я старалась сильно не наглеть в процессе изучения комнаты, потому как была уверена: за мной следят.

С самого начала было понятно, что заняться здесь нечем. Мало того что меня не накормили, так еще и скукой морить собираются?! Изверги!

В подобной ситуации имелся лишь один выход. Лечь спать. Тем более что диван подходил по размерам.

Ну не маяться же мне от безделья в самом-то деле. Изводить себя мыслями о судьбе ребят тоже бесполезно. Жизненный опыт научил меня одной очень важной вещи. В любой непонятной ситуации ложись спать, ибо неизвестно, когда еще удастся это сделать.


Помню, как-то раз мы попали на одну планету, отличающуюся крайне поганым климатом и полным отсутствием технологий. Причем наш корабль не подлежал восстановлению, и нам пришлось топать через ледяные горы на своих двоих. И если ему данный поход не доставил никаких проблем, то я чуть не лишилась ног. Искали мы на той планете одного интересного индивида, благодаря которому впоследствии смогли выиграть войну. Я это к тому, что в тот раз мне было запрещено спать. Категорически. Ибо, заснув, имела возможность больше не проснуться.


Но прочь воспоминания, прочь вообще все мысли.

Посмотрев скептически на предложенное ложе, я все же рискнула и улеглась на него.

А ничего так. Вполне удобно. И я мгновенно заснула.


…Едкий запах дыма разъедал глаза, выдавливая слезы. Голова кружилась, а спину обжигал жар ревущего огня. Где-то вдалеке послышался очередной взрыв.

– Ты не убьешь меня, – усмехнулся он.

Я посмотрела в родные глаза, провела пальцами по знакомым до боли скулам, вдохнула полной грудью такой привычный аромат и поняла, что больше возможности у меня не будет.

– Ты не он.

– Правда? – усмешка.

Та самая усмешка, что так часто появлялась на губах того, кому я принадлежала.

– Забыл? Я одна способна вас различить.

– Да, – задумчиво кивнул он. – Наверное, поэтому я до сих пор позволяю тебе жить.

– Не ты, – качнула головой. Руку оттягивал длинный клинок.

Клинки – единственное, что способно лишить их души.

– Но я и есть он, – улыбнулся издевательски. – Они не заметили разницы, признав мою власть над ними.

– На самом деле им плевать, – равнодушно согласилась с ним. – Им, а не мне. Ты – угроза.

– Маленькая Нари. – Он попытался поднять руку, но я отшатнулась.

– Не смей звать меня так! – прорычала тихо.

Он не имеет права.

Кожей ощущала утекающее время. Его осталось слишком мало. Я чувствовала приближение того, ради кого я сейчас совершала самый настоящий грех.

– Ты же понимаешь, что если убьешь меня, то и сама недолго проживешь?

– Главное, чтобы жил он. Не понимаю, почему он позволил тебе творить все, что вздумается.

Сквозь рев пламени я услышала топот ног.

– А вот и он, – усмехнулись родные губы, и взгляд, в котором я каждый раз тонула, устремился мне за спину.

– Инари, не смей! – прорычал раненый зверь позади меня.

Я не обернусь. Не сделаю дважды той же ошибки, не подставлю чудовищу спину.

Пожалуйста, молю, прости. Я предам тебя всего один-единственный раз. Я возьму этот грех на себя.

Твердой рукой занесла клинок над грудью того, кто занял место, не принадлежащее ему.

Последнее движение – и я навлеку на себя самое страшное проклятие. Ненависть того, ради кого готова умереть.

– Инари, нет! – Его ярость разорвала мне душу.

И, словно в насмешку, его голос слился с грохотом нового взрыва. А я смотрела в глаза, являющиеся точной копией глаз, ради которых я готова была продать душу…


– Да очнись ты! – Меня больно ткнули в бок.

Подобной подлости я не ожидала и, рефлекторно дернувшись, свалилась с дивана.

Прерывистое дыхание, учащенное сердцебиение и мерзкое ощущение холодного пота, ручейками стекающего по спине, напомнили о том, что я так и не возобновила технику блокировки сновидений.

– Ты проснулась? – нависла надо мной белокурая головка.

– Угу, – пробурчала, приводя себя в положение «сидя».

Все тело ломило, в голове царил бардак, а на душе расцветала тоска. Почему именно этот сон? Почему именно сейчас? Наверное, я слишком часто вспоминаю войну, забывая о том, как именно она закончилась.

Как бы сильно я ни бежала от прошлого, как бы остервенело ни отгоняла от себя воспоминания, мне никуда не деться от собственных грехов. Надо признать, за все прожитые стандарты их скопилось немало. И лишь воспоминания о некоторых вызывали почти физическую боль в растерзанном сердце.

– Ты еще долго? – послышалось требовательное сопение над ухом.

Посмотрела на ребенка мутным взглядом, чувствуя, как просыпается зверский голод. Возмущенное бурчание желудка только подтвердило недвусмысленные намеки организма.

– Голодная, да? – посочувствовал ребенок. – На конфетку.

Перед моим носом появилась раскрытая ладошка с конфетой на ней. Почувствовала себя животным, которое пытаются приручить.

Глянув скептически на конфету, потом на девчонку, затем вновь на конфету – быстрым движением забрала лакомство с детской ладошки. Если надо, я и питомцем домашним побуду, лишь бы кормили нормально. В последнее время кишки все чаше скручивал голод, что могло означать лишь одно: я развиваюсь с невероятной скоростью. Даже интересно, как долго это продлится. На каком возрасте я застряну на этот раз? Или то, что со мной происходит, есть процесс самого настоящего старения? Того самого старения с летальным исходом?

Конфета отправилась в рот, расплылась на языке причудливым калейдоскопом ощущений. И совершенно неожиданно мозг вычленил один из знакомых вкусов. И еще один, и еще.

А конфетка-то непростая! Внимательно пригляделась к человеческому детенышу. И кто ж тебя такую маленькую пичкает столь сильными препаратами? Кто ж тебя такую хорошую накачивает запрещенной химией?

Само собой, я не ходячая химическая лаборатория, чтобы определять в продукте то или иное вещество, но слишком уж знакомый вкус у конфетки. Правда, в меня эту дрянь заливали без каких-либо вкусных добавок. Тело вмиг покрылось липкой испариной.

Ох, зря я это вспомнила. Вот и сейчас, как много-много стандартов назад, начала блевать кровью прямо на полу.

– Кхар! – ругнулась, вытирая губы рукавом.

– Фу! – шарахнулась девочка.

– И не говори, – кивнула, чувствуя, как постепенно очищается организм.

Пожалуй, данный случай один из немногих, когда я действительно обрадовалась наличию в своих жилах проклятой крови.

– Надо было раньше сказать, что у тебя аллергия на конфеты, – поморщился ребенок.

Не у меня, а у моей крови, которая не позволяет внешним факторам вмешиваться в окончательно сформированный организм. Ну или почти окончательно, не зря ж меня так на пожрать последние стандарты тянет.

– А ты эти конфеты еще кому-нибудь давала? – поинтересовалась я.

– Ну да, – кивнуло белокурое дитя. – Одному из телохранителей.

– И как? – Я аж вперед подалась.

– Не знаю, – просто ответила моя собеседница. – Я его больше не видела.

Сам умер или помогли? Скорее всего, помогли, поскольку от одного-двух приемов препарата мутации не будет, по крайней мере, у подопытного. Результат проявляется у первого поколения.

– А кто дает тебе эти конфетки? – поднялась на ноги.

– Папа и доктор, – пожала она плечами. – Наверное, надо позвать роботов-уборщиков?

– Сама справлюсь, – отмахнулась от предложения. – А папа разве не запретил тебе делиться своими конфетками?

– Откуда знаешь? – расширились глаза ребенка.

– Просто предположила, – пожала плечами. – Я где-то слышала, что эти конфеты особые и не всем их можно есть. Ты рассказала папе, что поделилась ими с телохранителем?

– Доктору.

Вздохнув, достала из потайного кармана в ботинке дэпликатор.

– Глаза закрой, – сказала девочке.

Та послушалась, и я последовала ее примеру, нажав на кнопку. Вспышка света – и можно быть уверенной в том, что мой генетический материал полностью стерт. Теперь осталось найти какую-нибудь тряпку и убрать чуть подсохшую жижу с пола.

– Странная ты, – выдал ребенок. – Как тебя зовут?

– Ина. А тебя? – попыталась соблюсти этикет.

– Мария.

– Рада с тобой познакомиться, Мария, – лучисто улыбнулась, найдя стерильные салфетки рядом с аппаратом напитков. – Кстати, как ты сюда попала?

– Ножками, – совсем не по-детски хмыкнула девчонка.

– Логично, – кивнула я своим мыслям. – Но что ты здесь забыла?

– Скучно, – призналась Мария. – Как только прилетаем на эту планету, так меня из центра почти не выпускают. Постоянно проверки, тесты, лекарства – достали.

– Зачем это все? – нахмурилась я.

– Я болею, – пояснил ребенок.

– Интересно, чем?

– Мне не говорят, – вздохнула девочка.

– А у тебя другой еды нет? – посмотрела на нее.

– Нет. Я тебе конфетку дала лишь потому, что у тебя живот слишком громко бурчал.

– А может, ты сводишь меня в столовую? – жалобно посмотрела на Марию, ни на что особо не надеясь.

– Пошли, – кивнула она.

От удивления я даже рот не сразу закрыла. Ее родители не учили, что с незнакомцами разговаривать опасно? Но еще более странно то, что ей позволяют свободно входить в комнату к подозрительным личностям.

Либо люди не видят во мне угрозы, либо за мной и в самом деле ведется пристальное наблюдение. Тут я резко погрустнела, наличие следящих устройств в комнате получило свое подтверждение. А значит, доктора Становски очень заинтересует, от чего же такого непривычного меня только что вывернуло. Капитан же непременно обратит внимание на мои, без сомнения, подозрительные действия. Чувствую, пора приступать к финальной части операции. Это та, в которой мы, по идее, улепетываем, поджав хвосты и время от времени поправляя свисающий с могучего плеча Рима груз.

Но пока не поем, никакие побеги, похищения, опасности и прочий бред меня не волнуют. Посему, кивнув своим мыслям, решительно последовала за Марией. Девочка как раз открывала дверь.

А я думала, меня заперли…

За дверью кипела жизнь. Сновали туда-сюда люди в белой форме, изредка мелькали военные из отряда сопровождения и совсем незнакомые мне люди. На нас никто не обращал внимания, словно прогуливающийся в компании чужачки ребенок здесь был таким же естественным явлением, как и белая униформа.

Люди странные существа. Издревле деятели науки и медицины носили белые халаты. Время шло, униформа трансформировалась в более удобную и менее маркую, но цвет остался. Словно символ, прикрывающий цветом чистоты черные сердца носителей. Не люблю белый. Вот красный – другое дело! Да, красный и черный.

Мы были уже на подходе к заветному помещению с едой, когда мне на коммуникатор пришел сигнал тревоги. Подобные сигналы мы разработали еще на корабле – для того, чтобы в случае перехвата сообщения враг не понял его смысла. Шифровка сообщала о пропаже Шин-Рена и общем сборе в комнате ожидания, как я ее условно называла.

Стоит ли говорить, как сильно испортилось мое настроение, когда я поняла, что поесть мне в ближайшее время не светит? В этот момент я всем сердцем желала норму, чтобы он провалился сквозь землю.

Но, понимая, что ситуация форс-мажорная, все же спешила на встречу к наемникам. Путь от своего места временного отдыха до места сбора я запомнила, так что трудностей не возникло. В комнату вбежала запыхавшаяся и раскрасневшаяся.

– Долго, – бросил ведущий коротко.

Народ был в полном составе – за исключением пропажи.

– Это что? – Взгляды присутствующих устремились мне за спину.

Обернулась и увидела мелкую.

Забыла.

– Сопровождение, – ответила коротко.

– Скучно, – протянула шерга.

«Мы попали!» – перевела для себя. Еще на корабле мы договорились шифровать не только сообщения на коммуникаторы, но и беседы, требующие конфиденциальности.

– Совсем? – вопросительно подняла бровь.

– Ну почему же, – возразил оборотень. – Люди очень гостеприимны.

«Еле отделались».

– А мое новое приобретение? – намекнула на норма.

– Потеряли.

«Это не похищение. Связи с ним нет».

– Но я потратила на это столько кредитов, – еле сдерживалась, чтобы не выругаться. Нельзя, мои воспитатели не оценили бы.

«Какого кхара вообще происходит?»

– Мы пытались, но, скорее всего, все досталось пиратам, – пожал плечами ведущий.

«У нас нет допуска. Рыскающую по центру группу наемников трудно не заметить».

– Очень жаль, – непритворно вздохнула. – Там был миленький узорчик. Кажется, красный?

«Что с маячком?»

– Да, красный, – кивнул Рим. – Глубокий красный.

«Под землей».

– Ты что-то потеряла? – вмешалась в наш разговор Мария.

– Да, – кивнула ей. – Ларец. Приобрела его во время своего путешествия. Серый такой, с красной отделкой.

– Пираты украли? – заинтересовалась она.

– Что-то вроде, – ответила расплывчато.

– Красивый был ларец, – кивнула Мэла. – Как сейчас помню, энта Ина покупала его вечером, она торговалась до последнего кредита.

«Если сам не объявится, на поиски идем ночью».

Шикарно, просто шикарно.

– Это все, конечно, хорошо, – покивала я головой. – Но что мне-то делать? – прямой вопрос в лоб.

– Древние верили в судьбу, – выдал молчавший до этого Ганзо.

«Ждать».

И вот ради этого разговора мне не дали нормально поесть? Монстры.

Я понимаю, почему данная беседа происходила в подобных условиях, а не по коммуникатору. Не стоит лишний раз светить нашим универсальным средством общения. Но и поговорить можно было бы позже.

– И приобрести новый ларец по возможности, – напомнил Рим.

«Девочку от себя не отпускать».

– Как думаете, я успею забыть о старом ларце, приобретя новый? – улыбнулась ядовито.

«Девчонку с собой на поиски норма тащить собираетесь?»

– Время покажет, – намекнул Змей.

Тут и без шифровок все понятно.

Ну что ж.

Оглядела свою команду, серую комнату со скудной обстановкой, девочку, стоящую рядом со мной и с любопытством рассматривающую наемников. Заметно, что ее ограждали от общения с другими расами. Но сейчас мой мозг мог думать только об одном.

Еда, я иду к тебе!

И, мысленно плюнув на все и всех, направилась к выходу. Мария последовала за мной, что было предсказуемо и даже желательно. Я чувствовала ее любопытство, ее желание остаться и рассмотреть поближе странных гостей. Да что там, я буквально ощущала покалывание в пальцах от ее желания прикоснуться к тому же Змею. Тьфу! Спасите, звезды! Надо что-то делать с распоясавшейся эмпатией.

В любом случае, как бы ей ни хотелось остаться и поглазеть на диковинку в лице пятерых нелюдей, Мария прекрасно понимала, что ей не позволят сблизиться с ними. Судя по всему, именно поэтому она крутилась вокруг меня. Как единственный представитель людской расы среди новоприбывших я представляла для нее ценный источник информации. Если говорить простым языком, этот ребенок достал меня своими вопросами и просьбами рассказать о том, что я успела повидать.

И вот, когда впереди замаячила дверь в столовую, путь нам преградил капитан.

Мысленно предложив ему провалиться под землю к Шин-Рену, я лучисто улыбнулась.

– Приветствую, – кивнул он.

– Доброго дня.

– Как отдохнули? – внимательно посмотрел он. – Нарекания имеются?

– Ни в коем случае, – наивно захлопала ресницами, улыбаясь скорее робко, нежели довольно. – Я так давно мечтала оказаться среди своих, что радуюсь, уже просто видя человеческие лица. Мне повезло встретить гостеприимных сородичей. Вы не представляете, какие ужасы рассказывали друзья моих приемных родителей, – доверчиво посмотрела на капитана, – дабы перебить мою тягу к собственному виду.

В результате моей пламенной, но крайне застенчивой речи Дарден слегка расслабился.

– Вы сейчас общались со своей командой сопровождения? – а сам внимательно рассматривал девчонку.

– Да, – кивнула я. – Ходила узнать, не уцелело ли что-нибудь из моего багажа. Мария была так любезна, что согласилась меня сопровождать.

– Еще рано об этом говорить, но думаю, в скором времени наемники вам больше не понадобятся. – Дарден вновь посмотрел на меня. – Гражданка Аэро, – он чуть запнулся, – Ина, вы теперь среди своих. Мы всегда готовы помочь человеку.

Не меняя выражения лица, я искренне пожелала капитану отправиться в черную дыру. Само собой, только в мыслях.

– Я так рада, – продолжила источать наивность. – Чувствую, что вернулась домой.

По-моему, с последней фразой я переборщила, поскольку даже капитана немного перекосило. Как еще можно назвать ту гримасу вымученного счастья и понимания, которая появилась на его лице?

– Надеюсь, Мария не сильно вам докучает, – сменил он тему.

– Что вы! Мы с Марией успели подружиться. На редкость милое дитя, – послала такую же дурацкую улыбку девочке.

Та смотрела на нас с капитаном как на двух идиотов. Впрочем, не стоит приписывать свои эмоции невинному ребенку.

Эмпатия – одна из самых неприятных пси-способностей. Слабые разумом, а может, и духом лишаются возможности разграничивать свои чувства и чувства окружающих. В результате – безумие или полная эмоциональная стерилизация. После чего объект живет недолго. Я знаю. Читала в детстве хронику научных исследований. И самое обидное, что подобной участи могут быть подвержены все, кто не принадлежит к расе Ушедших. Лишь древние обладают полным набором генов, способным спокойно существовать в двух пластах пространства. Нечто подобное могут все, зовущиеся менталами в этой части Вселенной. Вот только не все менталы до конца понимают суть своих возможностей.

Старик очень удивился, когда я рассказала ему о пластах пространства. Нет, само собой, учеными давно доказано, что любое живое существо обладает душой, по-научному – энергетической-эктоплазматической сущностью. Она является неотъемлемой частью биологического организма. Кто-то считает, что душа есть не что иное, как результат биоэнергетических процессов, происходящих в организме, кто-то верит в то, что душа – это продукт работы мозга. Но ее наличие не вызывает сомнений. Так же, как и наличие некоего энергетического поля вокруг биологической особи, называемое аурой. Ученые долго пытались смириться с наличием еще одного уровня реальности. Потом обозвали его информационным, и на этом успокоились.

Люди же довели простой общепризнанный факт до абсурда. Они считают, что душа, в отличие от тела, бессмертна. Наивные существа, из-за своей короткой продолжительности жизни мечтающие о бессмертии. Еще одним неоспоримым фактом их заблуждений является то, что душа имеется лишь у тех, кто появился на этот свет естественным путем. Другими словами, у роботов и искусственно созданных организмов души нет. Я иногда всерьез задумываюсь, а не путают ли они душу с сознанием?

Но я отвлеклась. Итак, о душе. Сие явление существует в другом пласте пространства. Кстати, этот самый пласт можно увидеть на приборах, способных просвечивать предметы насквозь. Некоторые особо чувствительные записывающие устройства так же могут поймать участок подобного пласта. Не говоря уже о гипер– и энели-двигателях, способных перебросить материальный объект в подпространство. Но развитие местных рас не позволяет им понять всю необъятность бытия. Приходится мириться с тем, что менталы этой части Вселенной не понимают своей природы и считают, что воздействуют лишь на физическое тело здесь и сейчас. От того и страдают зачастую всем, чем только можно.

Эволюция ведь не стоит на месте. И все чаще на свет появляются одаренные дети. Которые зачастую не доживают и до полового созревания, поскольку не могут контролировать собственные силы. За что эти самые так называемые силы жестоко карают носителя. На самом деле одна часть мозга намного более развита, чем другая, из-за чего происходит когнитивный диссонанс – ведь носитель дара априори существует в двух пластах одновременно, в отличие от обычных своих сородичей.

Честно говоря, я и сама не до конца разобралась с той терминологией, что использовали каораи. Да и сейчас в памяти всплывала лишь упрощенная интерпретация.

В общем, не всем одаренным везет иметь достаточно сильную душу в качестве оберега и поддержки мозговой активности. Мои, например, что душа, что мозг, в последнее время очень сильно страдали, так что результат неудивителен. Одна-единственная оставшаяся в наличии способность начала выходить из-под контроля. Подозреваю, что техника сна сыграла в этом деле не последнюю роль.

– Кстати, как ваша команда сопровождения? Они в чем-нибудь нуждаются? – как бы между прочим поинтересовался человек.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22