Эвелина Андерсон.

Обратная сторона приворота. Сколь безрассудно, беззаветно я любила, настолько стала моя ненависть сильна…



скачать книгу бесплатно


Каждый день звонил муж, звонили его родители, но мне не хотелось ни с кем разговаривать. Спустя неделю Игорь поймал нас с сыном на улице, когда мы гуляли. Схватив меня за локоть, он начал так быстро говорить, как будто боялся забыть слова:

– Прости, Зай, пожалуйста, дай мне шанс. Я брошу пить, устроюсь на работу, все снова будет хорошо, как раньше. Пожалуйста, не прогоняй меня. Да, каюсь, оступился, но я осознал и готов исправиться. Пожалуйста, Ксюша, дай мне возможность доказать, что я хороший муж и отец!

Я смотрела на него и размышляла, как поступить. Мой жизненный принцип – любой может ошибиться, и человеку нужно всегда давать возможность все исправить, этот шанс должен быть у каждого. Поэтому, решение оказалось в его пользу. Высвободив свою руку, я твердо сказала:

– Хорошо. Ты устраиваешься на работу, завязываешь с выпивкой, и тогда мы пробуем начать все заново.

– Родная, спасибо! Ты не пожалеешь.

«Дай Бог», подумала я, развернулась и медленно пошла к дому, толкая перед собой голубую коляску.

X

К моему удивлению и радости, все, действительно, стало налаживаться – Игорь перестал пить, каждый вечер и выходные проводил с нами, устроился на хорошую работу – просто семейная идиллия. Я искренне верила, что мой муж изменился в лучшую сторону.

В один из вечеров позвонил Паша.

– Привет, Халва!

Я внутренне вздрогнула – по моей просьбе он давно не называл меня так.

Дело в том, что когда мы дружили в санатории, Горыныч редко называл меня по имени, в основном – Халвой. Егор спросил как-то, почему именно «халва»? Пашка улыбнулся и ответил, что просто я сладкая. Тогда Егор заметил, что конфетка тоже сладкая, но Горыныч признался в равнодушии к конфетам и любви к халве. Тогда Егор засмеялся, притянул меня к себе и показал другу кукиш, сказав при этом: «Ну, значит, твоя любимая сладкая халва принадлежит мне, а тебе – фиг без масла!» И после нашего расставания с Егором я очень просила Пашу называть меня как угодно, только не так – слишком болезненными были воспоминания.

Но теперь он, видимо, решил, что прошло достаточно времени, и я уже совсем остыла. Оказалось – не совсем, но я не стала заострять внимание на этом прозвище, хотя немного в груди кольнуло.

– Привет, Паша.

– Как делища? Как семейная жизнь?

– Как у всех – переменная облачность, возможны осадки, но в целом неплохо.

– Рад за тебя! Слушай, а если я приеду завтра вечером, погуляешь со мной немного?

– С чего тебе приспичило? – удивилась я. Раньше Паша приезжал часто, но когда я родила, времени на посиделки у меня не осталось, и потихоньку он забыл дорогу к моему дому.

– Соскучился.

– Да что ты? Ладно, приезжай, немного погуляю.

– А муж ревновать не будет?

– Нет, я про тебя рассказывала, да и он же тебя видел много раз. Какая ревность?

– Вот и отлично! Давай в семь?

– Хорошо. До завтра.

– Пока!

Положив трубку, я улыбнулась приятным воспоминаниям: приезжая, Пашка всегда веселил меня, стараясь вызвать на моем лице такую улыбку, при которой на щеках выступают ямочки.

Он был хорошим другом и не раз выручал, в любой момент мог выслушать, а если надо – приехать и помочь делом. И я была ему безмерно благодарна за эту бескорыстную дружбу. Мне хотелось верить, что бескорыстную, хотя София убеждала, что я просто использую влюбленного в меня парня.

На следующий день я попросила маму приглядеть за сыном и отправилась к метро. Подойдя к выходу, обомлела – навстречу шел Егор с тремя белыми розами.

– Ну, здравствуй, Малыш. Ты прости Горыныча, что обманул, это я просил тебя вытащить на улицу. Он долго упирался, но я привел ему весомые аргументы и он согласился.

– Вот засранец! – я оправилась от шока. – Что ты такого ему наговорил?!

– Ничего особенного. Только сказал, что не могу без тебя дышать, что люблю тебя и хочу вернуть. Хочу, чтобы ты была только моей и больше ничьей. И это, кстати, тебе, – он протянул мне цветы.

– Что за бред? – я в шоке хлопала ресницами, не понимая, что вообще происходит. – И куда мне девать эти цветы, что сказать? Я не вру мужу.

– Скажешь, что подарил случайный прохожий, – Егор улыбнулся краешком губ, склонив голову набок.

– Отличная идея, а главное – правда. Егор, ты теперь просто случайный прохожий в моей жизни. Все давно закончилось, нет больше НАС, есть ты, а есть я и моя семья. Как ты не можешь этого понять?!

– А как ты не можешь понять, что однажды потеряв тебя, я не повторю эту ошибку снова?! Да, мне потребовалось время, чтобы понять, насколько сильно я люблю тебя.

– Ой, прекрати, давай без пафоса. «Люблю, понял, осознал» – оставь это для кого-нибудь другого. Довольно мне пудрить мозги, я уже давно не та наивная девочка, чьи мечты ты растоптал, разбив сердце. Слишком поздно, Егор. – Мне бы хотелось, чтобы все эти фразы я говорила спокойно, но голос предательски дрожал. – Почему не раньше? Почему именно сейчас?

– Я и раньше просил тебя вернуться, помнишь тогда, осенью? Мне безумно хотелось тебе позвонить, но было не найти твой телефон, пришлось звонить Горынычу. Это он мне сказал, что ты вышла замуж и ждешь ребенка. В тот момент мой мир рухнул. Я хотел приехать и сказать, как сильно ты нужна мне. Пашка долго не давал твой номер, уговаривал оставить в покое и не ломать жизнь прекрасной девушке. Он рассказал, как ты страдала, когда я пропал и не приехал к тебе в лагерь. Но ведь все люди ошибаются! Я тогда был молод, не понимал, какое счастье – быть с тобой. Вспомни твоего любимого «Маленького принца»:

«Ты навсегда в ответе за тех, кого приручил».

– О, если ты решил цитировать Экзюпери, цитируй полностью:

«Когда даешь себя приручить, потом случается и плакать».

Забыл об этом? Я свое выплакала, больше слез нет. Когда-то я нуждалась в твоей любви настолько сильно, насколько, возможно, ты сейчас нуждаешься в моей. Но я не могу и не хочу рушить семью, в которой только-только все стало налаживаться. Да я все уже сказала той осенью! Трудно доходит? Ты опять появляешься ни с того, ни с сего, и пытаешься сломать все то, что я так долго выстраивала. Зачем тебе это? Зачем ты приехал? – Я уже не могла сдержать обиды, копившейся во мне все эти годы. Голос срывался, переходя на крик, и было всё равно, что мы стоим посреди улицы, а на нас смотрят люди. – Тебя разве беспокоило, каково мне, когда ты просто взял и исчез? Тебя волновало, что чувствует девушка, для которой ты не просто один из многих, а любимый и родной человек? Нет, тебе было наплевать и на меня, и на мои чувства. А теперь, думаешь, можно просто взять, ворваться в мою жизнь и все изменить? У меня муж, сын, зачем тебе чужой ребенок? Иди, ищи свою любовь, рожайте своих детей, любите друг друга и будьте счастливы!

– Да неужели ты не можешь понять! – его глаза сверкали, каждый мускул на лице был напряжен. – Я не могу искать другую любовь, потому что мне нужна только ты, и твой ребенок никогда не будет чужим для меня! Пожалуйста, я прошу!

– Это я прошу… – мой голос стих, – прошу, не мучай меня. Я с таким трудом вырывала из сердца куски воспоминаний, связанных с тобой. Мне дорого это далось. Не заставляй меня снова испытать эту боль. Я не смогу обрести и потерять тебя снова, во мне нет столько душевных сил.

– Девочка моя, ты не потеряешь меня. Я всегда буду твоим, мое сердце принадлежит только тебе, я весь твой навсегда. Малыш, прошу тебя, умоляю! Ты не пожалеешь, если дашь мне шанс.

– Я не могу. Не могу, прости. Может, часть меня хочет быть рядом с тобой, но это невозможно. Прости… – Я смотрела на некогда горячо любимого парня и медленно отступала назад. Моя душа разрывалась на части – одна безумно хотела остаться с Егором, другая бежала прочь – в семью. Оказалось, что мне так и не удалось избавиться от этой любви, и она до сих пор жива в моем сердце.

– Я должен еще кое-что тебе сказать, – Егор посмотрел на меня и тут же отвел взгляд. – Помнишь, когда мы виделись последний раз? В тот день я ехал к тебе в надежде, что сказанное Горынычем всего лишь злая шутка и ты не замужем. Надеялся, что он просто хотел любыми способами отговорить меня встречаться с тобой и поэтому придумал эту нелепую легенду с замужеством и беременностью. Я хотел сказать, как сильно мне не хватало твоих губ, твоего смеха, твоих рук все это время. Но когда увидел, что ты действительно ждешь ребенка, во мне что-то надломилось, треснуло, разбилось… Я понял, что потерял тебя навсегда. В тот день, вернувшись домой, я впервые попробовал наркотики. Я был взбешен, зол на тебя, что ты не дождалась меня, хотя прекрасно понимал, что такая девочка никогда не останется одна. Зол на себя, что не смог в свое время оценить то, что ты давала мне. И я с мазохистским наслаждением загнал себя в этот капкан. Я попробовал раз, потом еще, а затем мне было уже не остановиться. Да, Малыш, твой любимый – героиновый наркоман, торчок, конченый человек… Не знаю, насколько хватит моей жизни после такого. Сейчас я завязал, работаю в Москве, здесь бываю раз в месяц. Родителям пришлось продать нашу огромную квартиру и быстро купить новую на другом конце города, чтобы оградить меня от поставщиков и моей зависимости. Теперь ты знаешь все.

Все это время Егор медленно обрывал белые лепестки роз, и к концу монолога асфальт под его ногами словно покрылся снегом. Он замолчал, а я, повинуясь какому-то внезапному порыву, нежно провела ладонью по такому родному лицу, развернулась и пошла прочь. Спиной я чувствовала его взгляд, но не обернулась.


Зайдя домой, я первым делом позвала маму для разговора. Папы с Игорем еще не было, поэтому нам никто не мог помешать. Мы расположились в кухне, мама заварила мятный чай, разлила по кружкам, и, сев напротив, участливо спросила:

– Что случилось?

– Мам, он вернулся, – мне было тяжело начинать этот разговор, но я не могла разобраться сама, как быть в сложившейся ситуации.

– Кто? – мама удивленно вскинула брови.

– Егор.

– Зачем?

– Я тоже его об этом спросила. Он просит меня быть с ним.

– Но у тебя семья, Ксюша!

– Да. Просто… такое дело… открылись новые обстоятельства.

Я пересказала маме наш с Егором разговор.

– Что мне делать? Мама! Я не знаю! Я по-прежнему люблю его, люблю так сильно, что с трудом сдерживалась, чтобы не броситься ему на шею. Но все то, как он поступил со мной… и это его героиновое прошлое – а прошлое ли оно?

– Послушай, – мама нахмурилась, понимая, что от ее ответа многое зависит. – Я не буду давать тебе советов, потому что ты большая девочка, должна сама принимать решения и нести за них ответственность. Просто подумай, не променяешь ли ты шило на мыло.

– Ясно, спасибо, – ответила я, хотя само собой, ничего мне было не ясно.

Да, мама намекнула, что наркоман отнюдь не лучше алкоголика, но принять решение мне это не помогло. Головой я понимала, что оставшись с Игорем, вероятно, мы будем жить обычной рядовой семьей. А с Егором мы, возможно, станем счастливой семьей, где двое любят друг друга с самой юности. И вместе с тем, Игорь мог вернуться к алкоголю, а Егор – к наркотикам. Выхода нет. Замкнутый круг, в центре которого – мы с сыном.

Я мучилась всю ночь, думая, как мне поступить. Не найдя в себе сил принять самостоятельное решение, сердце обратилось к небесам: «Боже, прошу тебя, рассуди по справедливости – как мне быть? С кем мне быть?»

С этими мыслями я уснула.

XI

Воистину:

«Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам;

ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят».

Евангелие от Матфея

В этом мне пришлось убедиться следующим вечером – небеса не тянули с ответом…

Я уложила сынишку спать и легла сама, Игоря до сих пор не было. Когда я уже начинала дремать, ввалился муж – в обуви, в зимней куртке и в шапке. Комната мгновенно наполнилась отвратительным запахом перегара – Игорь опять пил. Он подошел к нашей кровати и обнял меня. Сил ругаться не было, я решила высказать все утром. А пока погладила его по голове и сказала:

– Уже поздно, мойся и тихонько ложись, чтобы не разбудить малыша – я его еле усыпила.

Игорь молчал, а его объятие становилось все крепче и крепче.

– Перестань, мне больно. – Попытка высвободиться из железной хватки ни к чему не привела, стало только хуже – его предплечье оказалось на моей шее, и я почувствовала, что мне трудно дышать. – Игорь, отпусти!

Наша возня разбудила сына, он встал в своей кроватке и испуганно заплакал.

– Пусти! – уже кричала я. – Ребенок плачет, ты его пугаешь! Прекрати!

Но в моего мужа будто вселился бес – он начал повторять:

– Я люблю тебя, мне нужна только ты, ты всегда будешь моей, только моей, любимая…

При этом его рука все сильнее вдавливала мою шею в кровать. Стало безумно страшно, что я задохнусь. Ребенок уже кричал, муж, как в бреду, твердил одно и то же:

– Люблю тебя, люблю, моя…

Это было похоже на кошмарный сон. Нащупав левой рукой будильник, стоявший на прикроватном столике, я со всего маху ударила им об голову мужа. Игорь сел, посмотрел на меня стеклянными глазами, взял будильник и несколько раз ударил им об свой затылок. Хлипкий пластик разлетелся в крошку.

– Жалко будильник, – сказала я.

В ту же секунду в моих глазах вспыхнули миллиарды искр, из носа потекло, в ушах зашумело. Плач ребенка слышался, словно из-под воды. Я дико закричала от боли и страха. Мой муж, отец моего ребенка, клявшийся мне в любви и обещавший бросить пить, лишь бы я позволила ему оставаться рядом, ударил меня.



– Че ты орешь? Подумаешь – пощечина, тем более левой рукой, вообще слегка.

На мой крик пришел папа.

– Что происходит? Почему Ксюша плачет?

– Нервная потому что, – зло ответил Игорь.

– Ты ударил ее?

– Да совсем легонько приложил. – Похоже, мой муж вообще не понимал, что произошло несколько минут назад.

– Пойдем-ка, побеседуем.

Игорь вышел за папой, мама велела мне взять сына, и мы пошли в ванную. Там она осмотрела мое лицо – к счастью, нос оказался цел, хотя ощущения были такие, как будто он сломался.

Папа что-то объяснял, затем послышалась возня. Выбежав из ванной, мы увидели их с Игорем, сцепившихся врукопашную. Мой муж – боксер, но папа в три раза больше и тяжелее. Я бросилась к телефону, чтобы вызвать милицию, мама пошла на кухню за каким-нибудь успокоительным. Вывернувшись из папиных рук, Игорь кинулся ко мне и вырвал розетку с проводами из стены. Боже! Какой же он был страшный! Какой-то другой человек с сумасшедшими глазами и звериным оскалом!

Подбежала мама и всадила в руку обезумевшего парня успокоительное.

Буквально через несколько минут он затих, обмяк и пошел на кухню пить чай.

Я, едва оправившись от потрясения, укачала сына на руках и легла в супружескую постель. Леденящий ужас сковывал все мое тело. Я вжалась в стенку и, внутренне содрогаясь, ждала появления Игоря.

Он пришел через час, лег рядом, обнял меня и спокойно уснул.

Зато мне уснуть оказалось не под силу. Вчера я просила небеса подсказать верное решение. Эта ситуация наглядно показала, какое будущее меня ждет с этим мужчиной. Наконец сформировалась четкая мысль: «Решено – я не уйду к Егору, я просто уйду от Игоря».


Утром муж, как ни в чем не бывало, оделся и ушел на работу. Я быстро собрала все его вещи до единой и поставила в прихожей. Первое, что увидел Игорь, войдя в квартиру – сумка с его барахлом.

– Привет, Зая. А это что?

– Ты реально ничего не помнишь или считаешь произошедшее вчера нормой семейных отношений? Посмотри на меня!

– И что? – он так удивился, будто я попросила оценить мою новую прическу.

– Синяки под глазами, кровоизлияния в них тебе не кажутся странными?

– Ну, я ж не знал, что ты такая нежная.

– Игорь, ты в своем уме? – я была в шоке от его поведения. – Меня полдня тошнит, у меня кружится голова, мама считает, что это сотрясение мозга и советует написать на тебя заявление в милицию. А ты считаешь, что проблема просто в моей излишней нежности??

– Да, ну, что такого-то? Поссорились немного.

– Поссорились? Да я спала и никого не трогала, пока ты не явился абсолютно невменяемый! После такого ты должен был на коленях приползти с букетом цветов и умолять простить. Я еще не знаю, как это отразится на сыне – ты напугал его своей агрессией. Забирай свои манатки и проваливай из моего дома.

Несмотря на то, что я обещала себе быть спокойной, в эту минуту возникло непреодолимое желание взять что-нибудь тяжелое и пробить эту безмозглую голову, маячащую напротив.

– Ты шутишь?

– Посмотри еще раз на мое лицо и подумай, шучу ли я? Ключи! – я вытянула руку ладонью вверх, испепеляя его взглядом.

Игорь отдал мне ключи от квартиры, взял сумку и вышел.

Крупная дрожь сотрясала все мое тело, я была просто в ярости! Как можно так спокойно реагировать на вид избитой жены? Куда делся тот нежный заботливый парень, за которого я вышла замуж? Остро нуждаясь в поддержке, я позвонила Соне.

– Милая, ты нужна мне сейчас.

– Скоро буду, – коротко ответила София.

Моя подруга всегда придет на помощь, в любое время дня и ночи. Вот и сейчас она, не задумываясь, отпросилась с работы и примчалась. Увидев мое лицо, Соня испуганно вскрикнула:

– Что за хрень? Что с лицом? Кто это сделал?!

Мы прошли в кухню, сели за стол и я в деталях посвятила подругу в события последних двух дней, начиная с признаний Егора и заканчивая разборками с Игорем.

– Да что же происходит с тобой? Егор пошел нахрен со своей любовью, наркоман херов! А этого урода вообще посадить – пусть за решеткой кулаками машет! – Соня разошлась не на шутку и стукнула по столу.

– Я люблю его…

– Этого козла? – София не уточнила, кого имела в виду, но я поняла.

– Нет, Егора. Все еще люблю.

– Ксюша, бывших наркоманов не бывает, не влезай в это, – подруга смотрела на меня с сочувствием, прекрасно понимая, что я все равно не послушаюсь.

Тут в дверь позвонили.

– Это кто?

– Не знаю, я никого не жду.

Соня вышла из-за стола первой, прошла в коридор и посмотрела в глазок.

– Нет, ну вот, блин, наглый! Муж твой!

Я открыла дверь – на пороге стоял Игорь с букетом роз.

– Это тебе, прости меня, – улыбка во весь рот не подняла его в моих глазах ни на сантиметр.

– И что, вот, реально думаешь, что я сейчас тебя пущу и все забуду? – я зло усмехнулась.

– Ну, можно попробовать так поступить.

– Цветочками решил откупиться… А не мала ли цена? Достаточно того, что я не пишу на тебя заявление в ментовку. Гуляй отсюда.

– Ксюша, пожалуйста. Позволь мне исправиться, не забирай у меня сына.

Лишать ребенка родного отца мне не хотелось, и мой муж прекрасно знал, на что надавить. Я задумалась. Заметив мое замешательство, Соня стала буравить меня взглядом, но я слишком быстро приняла решение.

– Хорошо. Сроку даю – два месяца. Ты абсолютно бросаешь пить и устраиваешься на работу. В течение этого времени можешь видеться с сыном по выходным. Разговор окончен, спасибо за цветы.

Я захлопнула дверь перед его носом, оставив переваривать полученную информацию. Подруга схватила меня за рукав и почти закричала:

– Какой испытательный срок? Ты совсем спятила!

– Я всего лишь хочу дать человеку шанс.

– Господи, Ксюша, ты давала уже один, причем, совсем недавно, помнишь? И даже, если не ошибаюсь, на тех же условиях. И чем все это закончилось, а? Да что за аттракцион невиданной щедрости ты устраиваешь? – София гневно сверкала глазами и активно жестикулировала.

– Этот – последний, – твердо отрезала я. – Просто мне пока нечего сказать Егору, не знаю… я запуталась… Мне нужно время. Ладно, спасибо большое за поддержку.

– Ох, сумасшедшая. Люблю тебя, пожалуйста, не наделай глупостей.

Соня обняла меня и побежала обратно на работу.

XII

Потянулись дни, в которые, согласно нашему уговору, Игорь устроился на производство, не притрагивался к спиртному и раз в неделю гулял с сыном.

– Я работаю и веду трезвый образ жизни, – гордо выпятив грудь, похвастался он при встрече.

– Молодец! Две недели позади, посмотрим, насколько тебя хватит.

Глядя на его пухлые губы, я вдруг поймала себя на мысли, что дремавшая внутри меня женщина не готова отказаться от своего, принадлежащего ей по праву.

– А знаешь, я зайду к тебе через полчаса.

– Что-то случилось? – удивился он.

– Ничего особенного, просто есть небольшое дело.

Мы разошлись, а мозг стал посылать сигналы бедствия: «SOS! Ксюша! Что ты творишь? Одумайся!» «Неет, отстань, имею право, хочу и все!» – выстукивал пульс откуда-то из глубины живота.

Быстро приняв душ и переодевшись, я почти побежала к дому Игоря. Поднявшись в квартиру опального мужа, наткнулась на открытую дверь, что оказалось весьма удобно. Позвонись я, и это бы стало известно всем остальным членам семьи, а мне сейчас нужна конспирация.

Игорь сидел в комнате.

– Пока мы еще женаты, мне кое-что от тебя нужно… – с этими словами я закрыла дверь и принялась расстёгивать пуговицы на блузке. Его лицо вытянулось от удивления.

– Не понял?

– Чего не понял? – я подошла к нему вплотную – Раздевайся. Мне нужен от тебя только секс, в губы не целуй.

– Охренеть! – Игорь не мог прийти в себя – Это с чего такая королевская щедрость?

– Ты отвратительный муж, но как любовник ты меня устраиваешь на все 100%. Пока мы не в разводе, я не стану искать тебе замену. Все просто. Предлагаю встречи для секса, скажем, дважды в неделю. Согласен?

Вместо ответа Игорь молча расстегнул ремень.

Наблюдая за его действиями, я испытывала странное чувство: любви нет, мне не хотелось его поцеловать или погладить, не хотелось запустить пальцы в его волосы, как было раньше, когда мы только встречались. Между тем, его накачанное тело пробуждало во мне животный инстинкт, я была в шоке от самой себя. Что это? Обычно так ведут себя мужчины – используют женщин для удовлетворения своих сексуальных потребностей. Сейчас же получалась ситуация наоборот. Мои мысли прервал его хриплый шепот:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5