НЕ ДЕТСКИЕ ИСТОРИИ

Erik Trevis

НЕ ДЕТСКИЕ ИСТОРИИ

Глава 1

«Белый конь»

Глава 1. ЛЕТО В ДЕРЕВНЕ

Эта история произошла со мной в одном небольшом городке среди седых Уральских гор. Городок ещё хранил память о тех временах, когда Демидов строил свои оружейные заводы, и в воздухе витали предания и сказки Бажова — о «Хозяйке Медной горы» и «Огневушке‑поскакушке». Именно сюда каждое лето мама отвозила меня в детстве к нашим родственникам погостить.

Мне очень нравилась эта смена декораций. Наш провинциальный городок сильно уступал этому поселению в бытности и той самой аутентичности, что создавала неповторимый этнический колорит и романтику.

Эта деревенька находилась на берегу реки Туры и, наверное, поэтому и название у нее тоже была Тура, а верхней ее назвали так как располагалась на верховье этой реки. Почти все жили в своих домах, держали подворье, разводили живность, растили овощи на огородах. И я до сих пор помню вкус парного молока и свежевыпеченного хлеба.

С прошлых времён 19376 года здесь еще сохранился завод Василия Татищева главного управляющего по Уралу и Сибири и платина, на которую мы с соседскими мальчишками ходили ловить рыбу. Пыльные дороги пересекали эту деревеньку в разных направлениях и терялись в дремучих лесах и бесконечных полях, которые окружали ее со всех сторон. На реке всегда было много лодок и рыбаков, а на берегу с помостов женщины по утрам стирали вручную белье. Вокруг них всегда плавало много уток и гусей.

Мой дядя и мамин брат, был начальником местного конезавода. Любовь к лошадям в их семье была доброй хорошей традицией. Его сын, мой двоюродный брат Алексей, работал там же кузнецом и конюхом.

Я часто бывал у него на кузнице и как завороженный наблюдал за тем, как они куют подковы и подковывают лошадей.

Им меня особо не с кем было оставлять дома, поэтому они часто брали меня с собой на работу.

Уже с детства я знал, как колоть дрова, что такое огород, покос, как кормить, запрягать, распрягать лошадей и носить в ведрах воду из колодца.

На завтрак у меня всегда была большая кружка парного молока с пряниками или батоном. А на ужин — простокваша с горбушкой хлеба. Днём с другими детьми мы, как саранча, подъедали всё, что росло в огороде: от ягод, морковки, репы и гороха до щавеля, ревеня и яблок.

Конечно, помощь по хозяйству для меня всегда была в радость.

В один из прекрасных летних дней брат положил мне на плечо свою большую и тяжёлую ладонь, посмотрел на меня и спросил:

— Хочешь завтра поехать со мной на обгон?

Обгоном они называли поле за лесом, где летом обычно жили в избушке и пасли стадо лошадей. Это напоминало летний лагерь для лошадей.

Я был в восторге от предложения и, предвкушая новые приключения, хотя даже не мог себе представить, какие именно они меня ждут на этот раз.

Дядя Витя сидел за столом и доедал обед деревянной ложкой. Услышав предложение брата, он поднял взгляд и спросил:

— Ты уверен, что это хорошая идея, он достаточно взрослый для этого? — и кивком головы указал на меня.

Брат улыбнулся и хлопнул меня по плечу:

— Он справится, я уверен!

На том все и порешили.

На следующий день рано утром мы запрягли коня по кличке Туман и стали собирать вещи и продукты. Среди вещей брат положил на телегу свой хлыст. Я погладил его рукой. Эта вещь всегда была для меня объектом повышенного внимания и верхом моих детских желаний: деревянная резная ручка с петлёй для руки, искусно сплетённое толстое основание из кожи, переходящее в тонкий и длинный хлыст с хлопунцом из конского волоса на другом конце. Обычно хлыстом пасли коров и лошадей. Брат искусно им управлялся: раскручивал над головой, направлял движение вперёд и резким рывком одёргивал назад и раздавался громкий хлопок, который раскатистым эхо заполнял все вокруг. Брат научил меня обращаться с ним, но своего хлыста, к моему великому сожалению, у меня ещё не было.