скачать книгу бесплатно
Волны на стене. Лисофанже. Часть первая
Соня Ергенова
У Полины есть пластилиновая страна Лисофанже. Там живет выдуманная Полиной девочка Глаша, похожая на нее. Глаша умеет управлять Летающей квартирой и летать на ней над волнами.
– Полина, тебе десять лет! Я требую избавиться от пластилина, – говорит мама.
И пластилиновая страна оказывается под кроватью, и над Лисофанже исчезает солнце. Глаша отправляется на его поиски, а попадает на чердак расселенного дома. Того дома, где раньше жила Полина и вместе с папой рисовала на двери комнаты волны. Теперь дверь валяется на чердаке, и сквозь нее Глаша выходит в мир Полины, где встречает Кирилла. Мальчик принимает чумазую девочку за беспризорницу.
Какого же было его удивление, когда на другой день к ним в класс приходит новенькая, точь-в точь как Глаша, только зовут ее Полина, и она клянется, что у нее нет близнеца.
Что произойдет, когда Полина встретит саму себя из придуманного мира? И откуда появился Кент на жуке-плавунце, который напал на Лисофанже и обстреливает его бешеными огурцами?
Соня Ергенова
Волны на стене. Лисофанже. Часть первая
Глава 1. Как Кира встретил Глашу
Кира поднимался по лестнице настороженно, вглядываясь в темные дверные проемы пустых квартир. На предпоследнем этаже он услышал кряхтение и кашель. Перемахивая через три ступеньки, мальчишка промчался беззвучной тенью по пролетам лестницы. Достигнув чердака, знакомой тропинкой он прошмыгнул в дальний угол, где в крыше мерцало окошко с уцелевшими стеклами.
Мальчик устроился на деревянной балке, порылся в рюкзаке и вытащил шоколадный батончик. Кира припас его с утра, стащив из школьной столовой. Батончик помялся, и шоколадная корочка пошла трещинами, как облупившаяся краска на оконной раме. Кира медленно разжевывал вязкий шоколад и отковыривал ногтем вздыбившуюся краску с доски. Так можно ни о чем не думать, ни о чем не вспоминать и быстрее скоротать ночь.
Из-за шума дождя Кира не заметил, как кто-то подошел к нему со спины. Почувствовав прикосновение к плечу, мальчишка дернулся и вскрикнул от испуга.
Кира в секунду вскочил, схватил оранжевый школьный рюкзак и выставил его перед собой как щит. Из рюкзака градом посыпались учебники и тетрадки, голуби возмущенно взлетели под крышу, а Кира уставился на стоящую перед ним девчонку.
На вид она была его ровесницей – лет десяти, не больше. Даже в тусклом свете чердака было видно, какая она чумазая. Нечесаные волосы висели сосульками до плеч. Коленки спортивных штанов изорвались, а кофта была сплошь заляпана грязью. При этом девчонка имела вполне себе довольный вид, криво ухмылялась и разглядывала Киру.
Даже в испачканных промокших ботинках, без пуговицы на пиджаке и с разорванной штаниной (подрался на перемене с Чугуновым) Кира выглядел гораздо опрятнее девчонки.
Наверное, такими бывают беспризорники, о которых вечно твердила соседка Вера Александровна, решил Кира.
– Привет, – чересчур буднично для ночной чердачной встречи заговорила незнакомка и вытерла рукавом куртки нос, – как поживаешь?
– Ты что тут делаешь? – настороженно спросил Кира. Девчонка не ответила, осмотрелась по сторонам, заприметила чердачное окошко и мимоходом поинтересовалась:
– Ты тут живешь?
– Еще чего! – возмутился Кира. – Из дома сбежала?
– Не угадал, – надменно ответила замухрышка и стала пробираться через прогнившие доски к окну.
– Очень надо мне гадать, – фыркнул Кира и принялся запихивать в рюкзак выпавшие тетрадки и учебники.
На потолке отразились фары машин. Девочка с удивлением проводила их взглядом и принялась тянуть на себя запыленную раму, чтобы ее открыть и выглянуть на улицу. Рама со скрежетом поддалась и рухнула. Девчонка ловко отскочила. Стекла вдребезги разбились об пол. По пустому дому раздалось зловещее громыхающее эхо.
– Тише ты! – Кира зажмурился и почувствовал, как от надвигающегося страха забилось сердце.
– Я тебя разбудила? – ехидно поинтересовалась девчонка, но тут же нахмурилась и прислушалась – с лестницы донесся жуткий хрипящий кашель и тяжелые грузные шаги:
– Это еще кто?
– Прячемся! – громким шепотом скомандовал Кира, быстро надевая на плечи рюкзак, и замахал рукой, показывая за балку. – Сюда!
– Бежим! – шикнула девчонка, хватая Киру за рукав и таща в другую сторону. – Туда!
– Прячемся! Пусти! – вырывался Кира.
– Бежим! – тянула его девчонка.
Над уровнем пола чердака взгромождалось, кряхтя и давясь кашлем, бесформенное чудище. Его лицо скрылось за бородой и сальными паклями волос, будто и вовсе не было у него лица, а лишь звериная шерсть и сверкающие из-под нее в тусклом свете оконца воспаленные глазища.
Дети вмиг замолкли, юркнули за балку и замерли как пригвождённые, уставившись в ужасе на чудовище.
Чудище, давясь кашлем, взобралось, наконец, на чердак и перевело сопящее дыхание. Затем подтянуло штаны, которые вываливались из рваных валенок, и запахнуло замасленную жилетку, одетую поверх не сходившегося на нем пальто.
– Кто это? – еле слышно прошептала девчонка.
– Бродяга… – еле слышно ответил ей Кира. – Говорят, они едят детей…
Ребята еще сильнее вцепились друг в друга и затаили дыхание.
Бродяга огляделся, сделал несколько медленных шагов по чердаку, разглядывая хлам под ногами. Затем с кряхтениями наклонился и поднял с пола старую кочергу. Держась за спину, он разогнулся с кочергой в руке и прохрипел:
– Есть тут кто?
Пробираясь через разбросанные под ногами доски и отгоняя кочергой копошившихся голубей, бродяга подходил ближе и ближе к прятавшимся детям.
Девчонка подергала за рукав Киру и стала медленно отползать назад. Но Кира не двигался с места. Мальчика охватил ужас, от которого руки и ноги сделались ватными, во рту пересохло.
Внезапно, бродяга, перешагивая через доску, зацепился за нее рваным валенком и с ревом и ругательствами рухнул прямо на балку, за которой прятались дети.
Перед носом детей шлепнулась заляпанная копотью бородатая рожа с красными глазищами.
– Бежим! – заорала девчонка и бросилась наутек. Как очнувшись от ее крика, Кира бросился следом.
Врезаясь в разлетающихся голубей, не глядя под ноги, спотыкаясь и падая, дети неслись по чердаку.
– Скорее к пони! – закричала девчонка, прорываясь в самый темный угол чердака. И вдруг доски под ногами протяжно заскрипели и рухнули, увлекая за собой, как с горки, беглецов.
Скатившись кубарем по доскам, Кира не ощутил боли при падении, настолько страх захватил его. В голове билась лишь одна мысль: «Бежать!». Он схватил за руку замешкавшуюся на полу девчонку, оторопело смотрящую вверх и твердящую: «А как же мой пони?», и они понеслись вниз по пролетам в полнейшую тьму.
Тьма позади. Тьма впереди. Тьма, заполненная громыхающим эхом топота ног, смыкалась вокруг, наводя ужас. Кире казалось, что из темноты к нему тянутся руки бродяг и хватают его! Беспомощно выпучив глаза, Кира едва нащупывал ступени ногами и боялся выпустить руку девчонки.
Еще один бесконечный пролет, и впереди показалась покосившаяся дверь парадной, мерцающая ярким светом. Ребята выскочили на освещенную фонарями улицу, прошмыгнули в щель строительного забора и очутились на спасительном тротуаре ночного города.
Громко дыша, не произнося ни слова, они уходили быстрым шагом от зловещего дома. Дождь поутих, но все еще моросил, разлетаясь блестками по лужам. Машин и прохожих поубавилось. Кира прикинул, что время приближалось к полуночи.
– Ну ты и испугался бродягу! – как ни в чем не бывало сказала девчонка и засмеялась, замедляя шаг: – Ну и стрекоча ты дал! А калека-то еле ходит.
– Вот и возвращайся к нему, – отрезал Кира.
– Я как раз и собираюсь возвращаться, – надменно заявила девчонка. Киру порядком раздражал ее тон:
– Давай-давай! У тебя же на чердаке пони? Плюшевый или на колесиках?
Девчонка снова ухмыльнулась и собиралась ответить, как рядом с ними остановилась патрульная машина. «Черт!» – тихо выругался Кира и попятился. Полицейский уже выходил из машины со словами:
– Почему одни на улице в ночное время?
– А какое вам дело? – искренне изумилась девчонка, но заметив краем глаза, как Кира опрометью рванул в подворотню, не стала дожидаться ответа полицейского, растерявшегося от ее вопроса, и понеслась следом.
Мальчишка наизусть знал дворы-колодцы в районе и мчался из последних сил. Он специально выбирал дворы с закрытыми воротами, надеясь, что полицейский не перелезет. Сам Кира ловко взбирался на ворота и спрыгивал с высоты. В одном из дворов зубья закрытых ворот доходили до самого потолка подворотни и перелезть через них было нельзя. Кира, не раздумывая кинулся под них, прямо животом в лужу и едва пролез, цепляясь за металлические прутья рюкзаком.
В груди жгло, дыхания не хватало, в боку кололо. Кира чувствовал буквально за спиной полицейского. Еще чуть-чуть и тот его схватит!
– Пусти! – заорал Кира, когда жесткая хватка ужалила ему руку. Эхо ударилось о желтые стены двора-колодца.
– Тише. Это я, – услышал он задыхающийся шепот девчонки, – дядька еще под забором в том дворе не пролез. И что он за нами увязался?
– Если меня поймают, мне конец, – выдохнул Кира, на ватных ногах зашел за мусорный бак и в изнеможении опустился на корточки, сжал руками вспотевшие волосы. Ему хотелось разрыдаться от бессилия и страха:
– Я больше не могу бежать…
– Послушай, – девочка опустилась рядом с ним. – Тебя как зовут?
– Кирилл, – пробормотал мальчишка, не поднимая головы.
– А я Глаша, – призналась девчонка и тихо продолжила. – Послушай, Кирилл, ты молодец. Если бы не ты, я бы одна не удрала. А этот бегает быстрее бродяги. И я не удивлюсь, что он-то точно ест детей. Подумай, где нам спрятаться?
Кира продолжал сидеть, уткнувшись головой в колени, и думал: «Глаша – ну и имечко!».
– Думаете: «Убежали!»? – из-за мусорного бака выскочил патрульный. – Живо в машину!
– Пролез-таки! – фыркнула Глаша и ринулась за Кирой.
Казалось, бежать сил больше не было, но ноги бежали сами знакомыми с детства дворами.
Загнанные обессилившие ребята спрятались под припаркованный автомобиль. Запыхавшийся полицейский долго оглядывался в разные стороны улицы, ища беглецов. Наконец, за ним приехала патрульная машина.
Для надежности Кира и Глаша еще немного пролежали под автомобилем. Кира лбом упирался в холодный асфальт и слушал, как бешено колотится сердце. Наконец, ребята вылезли, перепачканные с ног до головы. Теперь они не отличались друг от друга.
– Ну и нравы тут у вас, – задумчиво произнесла Глаша и зевнула. Кира удивленно посмотрел на нее – она не выглядела перепуганной, как он. И даже теперь устало улыбалась.
– Пожалуй мне пора, – сказала Глаша, протягивая Кире руку. – Подскажи, как к дому с бродягой вернуться?
Кира пожал ее горячую мокрую руку и молча повернул голову в сторону – через дорогу глядел на них пустыми черными окнами заброшенный дом, обнесенный строительным забором. Кире хотелось спросить, зачем ей туда возвращаться, но он так устал, что лишь кивнул на прощанье.
– Прощай, Кирилл! Спасибо за прогулку! – крикнула Глаша с другой стороны улицы. Кира махнул ей рукой и нехотя поплелся домой – больше идти было некуда.
Глава 2. Полина
Классная руководительница представляла классу новенькую. Полина стояла у доски, опустив в пол глаза. Быть новенькой ей не хотелось. Ей вообще не хотелось идти в школу, ведь она была не простой новенькой – Полина впервые в жизни попала в школу и сразу в четвертый класс! Впервые в жизни ее затолкали в школьной раздевалке, пока она переодевала сменку. Впервые в жизни она пробиралась к классу сквозь толпу орущих, кричащих, бегающих детей. И впервые в жизни она стояла у доски, чувствуя, как предательски горит лицо. Учительница стояла рядом, заботливо обхватив Полину за плечи, и говорила:
– Ребята, Полина первые три класса училась дома, на семейном обучении. Полине надо помочь привыкнуть к школьной жизни, показать ей, где у нас столовая, спортивный зал, библиотека. Думаю, вы справитесь. Ребята у нас в классе хорошие. Не переживай, они тебе все покажут, расскажут.
Учительница все говорила и говорила, как вдруг раздался звонкий стук в дверь, и Полина выдохнула – класс моментально переключился на ворвавшегося в класс мальчугана со шкодным выражением лица и ярким оранжевым рюкзаком. Раздались одобрительные смешки, радостные улыбки, ребята оживились, зашептались. Довольный произведенным эффектом опоздавший кивал в ответ одноклассникам и корчил рожи сидевшей на первой парте девочке.
– Инна Марковна, можно войти? – отдышавшись, прокричал мальчишка. – Извините за опоздание.
И на его лице появилась гримаса наигранного раскаяния, которая привела класс в восторг.
Инна Марковна переменилась в лице при появлении мальчугана и тут же повысила голос, чтобы заглушить поднявшийся в классе веселый гомон:
– Ребята, успокоились немедленно! Кирилл Колбасников, опять ты срываешь мне урок? Третье опоздание за неделю. Дневник на стол.
Кира сбросил с плеча рюкзак, кинул его на первую парту прямо перед носом возмущенной одноклассницы и начал в нем рыться. Полина с завистью смотрела на Киру. Как ей хотелось также смело и уверенно разговаривать с учительницей, а не краснеть и мямлить еле слышно.
Мальчишка тем временем оторвался от рюкзака, поправил щегольски поднятый, как у старшеклассников, воротничок пиджака. (Полина обратила внимание, как опрятно он был одет, несмотря на потертый пиджак и пару заплаток на тщательно выглаженных брюках).
Класс затаил дыхание в предвкушении перла. И Кира Колбасников сокрушенно произнес:
– Увы, Инна Марковна, дневник сегодня не придет. Но вы можете написать выговор моему дневнику в тетрадь по математике.
Класс разразился громким хохотом. Кира, давясь от смеха, еле держал серьезное лицо. Инна Марковна побагровела от злости и пулеметной очередью выпалила:
– На место, Колбасников. Я вызову твоих родителей в школу. Вызову, чтоб мне это не стоило. Я домой к тебе приду, Колбасников!
Кира невозмутимо сгреб в охапку рюкзак и, когда направился к последней парте, заметил новенькую.
Войдя в класс, он, конечно, увидел неприметную девочку с русой косичкой, в синем школьном сарафанчике, какие носили в их школе. Но лица ее он не разглядел. А теперь Кира нос к носу столкнулся с новенькой и мгновенно сообразил – Глаша! Только удивительно чистенькая и с выпученными от страха глазами.
У Киры рот раскрылся от удивления, но Инна Марковна неугомонно гнала его за парту. И Колбасникову пришлось идти на место, чуть не свернув голову в проходе, оглядываясь на новенькую.
Едва усевшись и закинув на стол верный оранжевый рюкзак, Кира дернул сидевшего перед ним друга Мишку:
– Это кто такая?
– Новенькая, Полина, – повернулся Мишка, удивившись вопросу. – Влюбился?
– Иди лесом, – отмахнулся Колбасников и про себя повторил: «Полина? А может она не она…». Потом Кира вспомнил про дневник и приуныл. Придется вернуться в заброшенный дом и искать.
Полину усадили за третью парту рядом с хорошисткой Варей. Приветливая Варя на перемене познакомила Полину с окружившими их парту одноклассницами. Девочкам не терпелось проявить заботу и участие. Полине понравились девочки, она заулыбалась и немного расслабилась. Хоть они и смутили ее вопросом, почему она была на семейном обучении. Полина уклончиво ответила, что маме было так удобнее.
– А тебе не скучно было учиться одной дома? – расспрашивали девочки.
– Нет.
– А чем ты еще занимаешься кроме школы?