скачать книгу бесплатно
– Я мучаю, а ты не встревай! – Ираида разозлилась. Она встала и распрямила плечи. Черные как смоль волосы рассыпались по плечам, а зеленые глаза горели так ярко, что всполохи от этого завораживающего огня гуляли по стенам и потолку. Старик казался карликом рядом с разгневанной женщиной. – Я мучаю, потому как не хочу, чтобы он судьбу своей матери повторил. Понял?
Старик покосился на разбушевавшуюся хозяйку, потом гордо выпрямился во весь свой росточек, собираясь что-то возразить.
– Да успокойтесь вы оба, – раздался усталый голос Егора. – Ба, налей еще водички. Что-то мне подсказывает, ты туда не только мяту добавила. – Он пристально посмотрел на женщину. Она тут же приняла свой обычный вид и засуетилась у стола.
– Нет, дружок, – ласково произнесла Ираида, подавая ему чашку. – Ничего тут больше нет. Только вода эта не из простого колодца, а заговоренного, что в лешачьей деревеньке. Порошенька такая ласковая девочка. Как увидела, что тебе худо, так сначала нас позвала, а потом в деревеньку за водицей сбегала.
– Пороша – это девушка, что вывела меня из леса, – вспомнил Егор. – Такая странная.
– Лешачиха она. Ты ей тоже странным показался, Егорушка. – Ираида придвинулась к нему поближе. – Ты, может, чего еще вспомнишь? Из того, что привиделось? Видел ирода того, что на мою дочь напал?
– Нет, – мотнул головой Егор. – Странно так. Лиц никаких не помню, кроме Алениного. Но был там главный. Алена его еще Хозяином назвала. Я только видел, видел… – Егор напрягся, пытаясь собрать воедино смутные воспоминания-ощущения о последних мгновениях жизни своей матери. – Его руки. Они такие мерзкие, с пигментными пятнами и ногтями страшными, как в противогрибковой рекламе.
– В какой такой рекламе? – опять подключился к разговору старик. – Это болячка такая, что ли?
– Почти, – неожиданно для себя улыбнулась Ираида. – Ты в следующей раз, когда в деревню, за моей старушечьей пенсией пойдешь, напросись кому-нибудь в дом телевизор посмотреть. Там рекламу-то и увидишь.
– Да на что она мне, – возмутился старик. – Болячек я, что ли, в этой жизни не видел.
– Бабуль, – Егор так посмотрел на Ираиду, что у нее защемило сердце. – Когда моя мама умерла… когда я понял, что она умерла, я вдруг почувствовал, – он нерешительно запнулся. – В общем, сначала было больно, а потом… Мне вдруг стало так легко и радостно. Я словно на крыльях взлетел. И столько силы во мне было. Дом бы этот мог разобрать по бревнышку и собрать обратно за минуту. Понимаешь? Я что, урод какой-то? Как мог смерти матери обрадоваться?
– Ай да Полина! Ай да умница! – Ираида, подскочила, не в силах усидеть на месте. – Ни с чем остался ирод-убийца. Так ему! – В избытке чувств она обняла Егора. – Мать у тебя была сильной ведуньей. Это ж надо – через такое расстояние силу свою тебе отдала. Я до сих пор такого не видела. Так, слышала от старых знакомых. Но думала – это сказки все. Чудят старики.
Егор уставился на женщину, силясь понять сказанное.
– Часть твоей матери теперь всегда с тобой, понял? – объяснила ему Ираида. – Она силу тебе отдала. Видать, любила тебя больше жизни. На такое пошла, – она внимательно посмотрела на внука, словно пыталась понять, чего такого нашла в нем дочь. – И, вообще, коли так все случилось, значит, не до конца она ушла. Глядишь, и свидитесь еще, – туманно добавила бабка.
– И что мне теперь делать? – озадаченно спросил Егор.
– Сам думай, – отрезала Ираида, казалось, от ее недавнего расположения не осталось и следа. Она села за стол и стала разглаживать невидимые морщинки на скатерти.
Он беспомощно глянул в сторону старика, ожидая поддержки. Но тот занимался перетиранием целой горы посуды, неизвестно каким образом очутившейся на скамейке, где совсем недавно лежал Егор.
– Бабуль, – Егор подошел к женщине. Сел за стол и примирительно положил ладонь на ее беспокойную руку. – Я маминого убийцу найти хочу. Но боюсь, просто так с ним не справиться. Ты говорила, что я как ребенок. Сила есть, а что делать с ней, не знаю. Может, научишь?
– Это ты так в обучение просишься, что ли? – Ираида недовольно освободила свою руку из-под его широкой ладони.
– Договориться хочу, – обаятельно улыбнулся Егор.
– Да неужели? – так же обаятельно улыбнулась женщина. – А магию приворотную зачем используешь?
– Когда это? – искренне удивился Егор.
– Да только что, – женщина внимательно, но уже не сердито посмотрела на него. – Неужели не понимал, что делаешь?
– Н-не знаю, – Егор потер подбородок. – Может, чуть-чуть и понимал. Только не знал, как это называется.
– Да научи ты его, – встрял в разговор старик. – А не то и правда дров наломает.
Егор и Ираида, не сговариваясь, одновременно посмотрели в сторону старика. Он пожал плечами, поняв, что эти двое друг друга стоят.
– Ладно, – Ираида протянула внуку раскрытую ладонь. – Буду тебя учить всему, что сама знаю. Не поймешь – не моя вина.
– Согласен, – Егор накрыл ее ладонь своей. – Вот только основы обучения уложим в месяц. Дела меня ждут в городе.
– В два месяца, – Ираида накрыла его руку своей. – В этот небольшой срок только основы и уместятся.
– Договорились, – Егор положил сверху вторую руку.
– Разбей, старый, – позвала старика Ираида.
Он подошел и стукнул по их рукам полотенцем.
– Вот и ладушки. Завтрак с обедом пропустили. Ужинать пора.
– И то верно, – согласилась женщина. – Только у меня еще одно небольшое условие.
– Какое? – нахмурился Егор.
– Перестань называть меня бабушкой. Зови, что ли, теткой. Песок из меня пока не сыпется. Я, может, еще замуж выйду.
Старик в углу недовольно загремел посудой. Ираида хитро подмигнула Егору.
– Хорошо, тетя, – притворно покорным голосом ответил Егор.
Старческие руки в пигментных пятнах неторопливо раскладывали карты. Пасьянс никак не хотел сходиться. Хозяин в раздражении отшвырнул колоду. В комнату «на полусогнутых» вошел Светловолосый.
– Вот же, знаю, что карты чепуха, а все равно балуюсь, – улыбнулся ему Хозяин. – Что раскопал?
– Парень увлекался паркуром, это такой модный бег с препятствиями…
– Знаю, еще что?
– Да ничего существенного. Обычный подросток. Успеваемость в школе средняя. Друзей не много. Пару лет занимался борьбой. Но уровень у него детский. Для дворовых потасовок.
Хозяин скептически посмотрел на Светловолосого, оценивая его умственные способности.
– Тогда почему ему удалось бежать? – Баритон хозяина зазвучал обманчиво мягко.
– Не могу понять. В парня будто бес вселился.
– Заткнись, – рявкнул Хозяин. – Скажи хоть что-нибудь, что поможет его найти.
– Он с друзьями по паркуру регулярно собирается на тренировки. У них есть сайт в Интернете. Там назначаются места для встреч, есть информация об их соревнованиях.
– И?
– Очередной сбор в это воскресенье.
Лиза стояла рядом с Ильей и нервно наматывала на палец завиток черных как смоль волос. Судя по количеству собравшихся, тренировка по паркуру явно не состоится.
– Ну и где все? – Вопрос адресовался куда-то в пустоту. Но Илья посчитал своим долгом ответить.
– Чертовщина какая-то, – пробормотал он. – Вчера был в интернет-кафе. Реферат распечатывал. На нашем сайте в чате все обещали быть. Даже Андрюха набился на встречу.
– А Егор? – Лиза задала вопрос таким безразличным тоном, что даже бесхитростному Илье стало понятно, ей не все равно.
– Не знаю, – пробасил он. – Я звонил ему домой несколько дней назад. Он там что-то говорил про школу и экзамены. Потом телефон не отвечал. В общем, Серый должен был ему звякнуть на сотовый. Хочешь, с твоего позвоним? – Илья скосил глаза на изящный футлярчик, отделанный стразами, на поясе у Лизы.
– Ты же знаешь, я не могу. Вдруг мама звонки проверит, – вздохнула Лиза.
– Я понимаю, – протянул Илья. – Ну дай хоть в стрелялки поиграть, пока ждем.
Лиза достала мобильник и отдала Илье. Она знала, как хочет он иметь телефон. Как и то, что семья Ильи не может себе этого позволить. Лиза прекрасно понимала друга. Она тоже много чего не могла сделать.
Строго говоря, звали ее не Лиза, а Луиза. Густые вразлет брови, иссиня-черные волосы и смуглая кожа с южным румянцем выдавали в ней уроженку одной из знойных кавказских республик. Вот только родилась она в Москве. Дитя договорного брака, объединившего бизнес двух крупных семейств. Единственный обласканный и окруженный излишней заботой многочисленных родственников ребенок в семье.
Впрочем, нет. Она всегда была вторым ребенком. А первым всю жизнь оставалась мама. Выйдя замуж за человека старше ее на тридцать лет, она навсегда потеряла свободу выбора. Муж решал, что ей носить, с кем общаться, куда ездить отдыхать. А поскольку он оплачивал свои решения, она считала такой порядок вещей вполне нормальным. Недостаток же свободы и власти компенсировался за счет подрастающей дочери.
Нет, мама очень любила маленькую Луизочку. Ей бы и в голову не пришло обидеть свою малышку. Но любовь эта была сродни затянувшемуся безумию. За Луизу так же решали: что носить, с кем дружить. Интернет долгое время был под строгим запретом (там приличная девочка может неизвестно чего набраться). Все телефонные звонки на супернавороченном мобильнике ежедневно проверялись мамой. А за деньги, лежавшие у нее в кошельке и на пластиковой карте, надо было давать постоянный отчет.
Разумеется, ни мама, ни тем более папа не пожалели бы нескольких тысяч рублей, потраченных на подружек в кафе. Но обожаемая Луизочка должна была рассказать: что это за кафе, достаточно ли оно приличное? Что за девочки с ней обедали? Что именно они ели? Выслушав подробный отчет, мама, как правило, удовлетворенно кивала, гладила по голове, как маленькую, и добавляла: «Ты уже взрослая, Луиза, и знаешь, что я тебе доверяю. Но ты должна помнить о положении своего отца и нашей семьи. Лучше в следующий раз, отправляясь на встречу, возьми с собой меня или тетю». Луиза тоже улыбалась, вежливо кивала и со всем соглашалась. Потом представляла себя в компании друзей под охраной своей полной болтливой тетушки и тяжело вздыхала.
Собственно говоря, у такой девчонки, как она, не было никаких шансов познакомиться ни с Ильей, ни с Егором, ни тем более с этой шумной компанией свободных ребят, занимающихся паркуром. Все произошло абсолютно случайно.
В восьмом классе после одного из уроков она задержалась в кабинете. Мама позвонила на мобильник, проверяя, все ли у нее в порядке. В результате, понимая, что опаздывает, и кое-как покидав книжки в сумку, Луиза решила срезать и проскочить на урок физкультуры напрямую через двор, не блуждая по школьным коридорам. Была ранняя осень, она рискнула обойтись без куртки, висящей в общей гардеробной. Луиза летела через школьный двор мимо открытых спортивных площадок и гаражей. Ей нужен был корпус с крытым залом, где сегодня пообещали игру в теннис. Неожиданно ее привлек шум, доносящийся из-за гаражей.
Строго говоря, учителя предупреждали всех ребят о недопустимости игр рядом с ними. Да и сама школа вот уже много лет вела непрекращающуюся тяжбу с гаражным кооперативом по поводу переноса железных коробок за пределы учебной территории. Но школьники относились к этому запрету по-разному. Луиза знала, что часто влюбленные парочки из ее же класса в качестве места для встреч выбирали эти самые гаражи. И вот именно теперь, когда Луиза бежала на урок, она услышала, как тихо скулил забравшийся в просвет между домиками для машин щенок. Девочка уже проскочила мимо, но остановилась. Она представила себе мохнатого глупыша, потерявшегося в лабиринте из железных конструкций. Ее сердце сжалось.
– Я быстренько, – пробормотала она, успокаивая себя. – Сейчас вытащу его – и на урок.
Луиза протиснулась в довольно узкий проход. Глаза постепенно привыкли к сумраку. Она сделала несколько шагов и замерла. На небольшой внутренней площадке три парня избивали одного. Собственно, бил один. А двое держали кого-то, зажимая ему рот. Невысокий рыжеволосый парень, как мог, извивался в крепких руках старшеклассников. Именно он издавал эти скулящие звуки. Луиза застыла в нерешительности. Она узнала в этой жестокой тройке самых заносчивых парней в школе. Парень, наносивший удары, остановился.
– Отпустите его, – скомандовал он.
Рыжий обессиленно опустился на землю. Он уже не пытался кричать, держась руками за живот.
– Повторяю последний раз. Нам платят все. И если ты, быдло, ходишь в эту школу, значит, будешь платить. Понял?
– Понял, – сказал рыжий, он поднял на своих мучителей глаза, заплаканные злыми слезами. – Только я платить не буду. У меня денег нет.
– Вот урод, – лениво произнес один из державших. – Сейчас опять начнет ныть про свою мамочку, которая одна работает.
– Придется еще объяснить, – бивший закатил рукава.
– Оставьте его в покое, – неожиданно для себя выпалила Луиза и вывалилась из прохода на площадку между гаражами.
– Луизка? – Кто-то из ребят узнал ее и смутился, но быстро взял себя в руки. – Вали отсюда, детка, – протянул он, подражая героям американских фильмов. – Здесь тебя твой папик не защитит.
И это хамство разбудило в Луизе тигрицу. Она мгновенно забыла мамины наставления и подошла к избитому парню.
– Я ухожу отсюда вместе с ним, – она упрямо посмотрела на парней.
Рыжий, опираясь спиной на стенку гаража, стал медленно подниматься с земли.
Парни замолчали, пытаясь сообразить, что делать дальше. Но победил не разум, а желание сохранить лицо.
– Да ты что, милашка, – один из них попытался похлопать ее по щеке и внезапно согнулся пополам. Никто, включая Луизу, не ожидал, что едва стоящий на ногах рыжий мальчишка сможет нанести противнику такой сильный удар.
– Ах ты, урод, – на рыжего накинулись два других. Но тут, к всеобщему удивлению, к драке подключилась Луиза. Она совсем не умела драться. По представлениям семьи, это точно было занятие не для девушки. Но крепкая от природы Луиза просто схватила одного из парней за ветряк и изо всех сил отшвырнула его обратно. Рыжий пропустил удар в челюсть от второго нападавшего. Но стоически выдержал его и ответил тем же. Тем не менее, силы были явно неравны. Несложно представить, чем закончился бы этот неравный бой. И тут свет в проходе между гаражами перекрыла чья-то тень.
– Опять над малышами издеваемся?! – раздался голос.
Произошедшее дальше сложно было назвать дракой. Протиснувшийся за гаражи парень оказался на голову выше всех находящихся здесь. Может, он и не был сильнее драчунов, но неожиданная помощь сбила с них спесь. Драться на равных трое на трое им не хотелось. А потому хулиганы бросились в щели между гаражами, как разбегающиеся тараканы. За ними вышла на свет и троица победителей.
– А на малышей вы непохожи, – улыбнулся темноволосый парень. – Неужели целоваться туда полезли?
– Совсем нет, – Луиза покраснела. – Его там били, а я услышала и…
– Ясно, – парень стал серьезным. Он протянул ей руку. – Егор.
– Луиза, – едва слышно произнесла она и добавила: – Я тебя помню, ты в параллельном классе учишься.
– Точно, Лиза, и я тебя помню, – он так открыто улыбнулся в ответ, что она не стала его поправлять. – А вот этого красавца уже полгода как зову к нам в секцию. – Егор повернулся к рыжему. – А он от подонков по подворотням прячется. Ведь забьют когда-нибудь.
– Ну и пусть забьют, – рыжий упрямо сжал губы, – а на секцию не пойду.
– Ну, объясни ты ему, Лиза, – Егор почему-то решил, что она может повлиять на рыжего, – объясни, что меня два года назад тоже били. А потом я взялся за ум. Стал заниматься спортом. И, между прочим, не затем, чтобы кого-то бить. Только для самозащиты.
Луиза внимательно посмотрела на серьезного и уверенного Егора, не представляя себе, кто бы мог его бить.
– Не-е, – покачал головой рыжий, – не могу.
– Почему? – удивилась Луиза, подумав, что Егору удалось-таки втянуть ее в разговор.
– Дорого все это, – смущенно пояснил рыжий. – Форма, занятия и все такое. Мама у меня одна работает. Медсестра она. Брат младший. Я бы сам пошел работать. Да мама говорит, что я умный, значит, должен учиться. Грант вот на обучение в этой школе выиграл, гори она синим пламенем. Нас таких нищих здесь человек пять. И всех бьют. Благотворители хреновы, – голос его задрожал. – И уйти не могу. Матери обещал в вуз поступать.
– Ну, это ты загнул, – Егор скептически поморщился. – У меня мать тоже одна, и не миллионерша, а простая учительница. А меня никто не достает.
– Угу, тебя достань. Она же учительница в этой школе.
– Знаешь, может, ты и прав, – Егор примирительно протянул руку парню. – Но теперь мы вместе. Только не сбегай, как в прошлый раз, ладно? Тебя как зовут?
– Илья, – рыжий протянул руку в ответ.
– Вот и здорово: Егор, Лиза и Илья навсегда теперь друзья, – темноволосый опять улыбнулся.
И тут Илья стал медленно, как во сне, опускаться на асфальтовую дорожку.