Энди Уорхол.

Дневники Энди Уорхола



скачать книгу бесплатно

Нужно, конечно, обратить внимание читателей на некоторые, присущие именно ему, специфические особенности: разговаривая с Энди, можно было услышать немало странных, внутренне противоречивых выражений: он мог, например, назвать кого-нибудь cute little creep («клевый мерзавчик») или же сказать: «О, там до того было здорово, что я оттуда еле ноги унес». (И разумеется, как и в любом дневнике, его мнение о ком-то или о чем-то с течением времени могло довольно сильно измениться.) Он постоянно все преувеличивал – о человеке ростом в полтора метра мог сказать, что в нем полметра, а о ком-то, кто весил чуть больше ста килограмм, – что в нем все двести… Его любимым числом было «18»: если у него на вечер было намечено много визитов, он говорил, что придется побывать «в восемнадцати местах». Он легко употреблял такие слова, как fairy («педик») или dyke («лесбиянка»), даже если речь шла просто о мужчинах несколько изнеженного вида и о громкоголосых женщинах. Точно так же он всуе, безо всякого разбора, бросался словами «бойфренд» или «любовница». Когда в пятидесятых Энди пришлось зарабатывать на жизнь в качестве рекламного художника-фрилансера, по ночам рисуя, а потом целыми днями бегая по Манхэттену, чтобы показать кому-нибудь портфолио, он завязал буквально сотни контактов с работниками рекламных агентств, издательств и розничной торговли. Позже, когда он перестал заниматься рекламной графикой и сделался поп-арт-художником, о нем шутили, что он о любом из этих своих знакомых говорил: «Вот кто первым дал мне заказ на работу», хотя это лишь означало, что такой человек имел отношение к раннему периоду его жизни. Про Энди не раз писали, что, говоря о себе, он употребляет «монаршее Мы». В какой-то мере это верно – он в самом деле без конца говорил «наши фильмы», «наш журнал», «наша вечеринка», «наши друзья», однако это относилось уже к тому времени, когда была создана «Фабрика»: любого человека из тех, что он знал до того, как снял помещение для первой «Фабрики», он всегда называл «мой друг» или «мой приятель». Да и все, связанное с его художественной деятельностью, он всегда, разумеется, описывал в первом лице единственного числа: «моя картина», «моя выставка», «моя работа», «мое творчество».

Больше всего на свете Энди боялся банкротства. И еще что заболеет раком: едва у него начиналась головная боль или появлялись веснушки, как он тут же считал, что это опухоль мозга или рак кожи. Как ни странно, сегодня, уже задним числом, понятно, что когда он по-настоящему беспокоился о своем состоянии здоровья, он почти ничего не говорил об этом: например, когда в июне 1977 года у него появилась опухоль на шее (правда, врачи в конце концов признали ее доброкачественной) или же когда возникли проблемы с желчным пузырем в феврале 1987 года (что и стало причиной его смерти).

Чтобы Дневник можно было опубликовать в одном большом томе, я сократила изначальные двадцать тысяч страниц до нынешнего объема, оставив то, что, на мой взгляд, наиболее интересно и наилучшим образом говорит о личности Энди.

Пришлось, конечно же, оставить «за кадром» записи за некоторые дни, а порой и недели, но чаще всего части одного дня. Если Энди в какой-то вечер побывал на пяти мероприятиях, я порой оставляла в тексте упоминание лишь об одном из них. Такой же принцип я применила к упоминанию имен: да, мне пришлось изъять из текста очень много имен, чтобы дневник был связным повествованием, а не колонкой светской хроники с перечислением имен и фамилий, мало значащих для читателя. Если Энди упоминал, например, десять человек, я могла оставить имена лишь трех из них – тех, с кем он разговаривал на каком-то мероприятии, или же тех, о ком он рассказал более детально. Это никак не помечено в тексте, чтобы не отвлекать внимания читателей и не замедлять процесс чтения.

В этом Дневнике также нет указателя имен и фамилий. Упрощенное объяснение всего того, что связывало Энди с этими людьми, не дало бы никакого представления о самом существенном для него, о том, какой своеобычный, неструктурированный мир он создал вокруг себя. Сам Энди стремился не включать людей ни в какие категории: он считал, что любой человек должен иметь возможность пересечь любую границу и выйти за рамки определенной категории. Тех, кто снимался в его андеграундных фильмах шестидесятых годов, называли «суперзвездами», но что это на самом деле означало? Быть такой «суперзвездой» мог кто угодно: и одна из самых красивых манекенщиц Нью-Йорка, и парень-посыльный, который, принеся для нее пачку сигарет, вдруг очутился перед объективом включенной кинокамеры.

Для Энди компромиссом была уже сама необходимость представить что-либо в достаточно понятном виде. Он сердился, когда я порой просила его повторить что-то или иначе сформулировать только что сказанное, чтобы я могла это понять. Его первый «роман», опубликованный в 1968 году под названием «А», на самом деле был литературным экспериментом: записанные на магнитофон разговоры его суперзвезд и друзей, тех, кто существовал в пропитанной амфетаминами, пан-сексуальной субкультуре тогдашнего Нью-Йорка, Энди поручил «расшифровать» непрофессиональным машинисткам, и те, пытаясь угадать сказанные слова и фразы, порой не понимая их, наводнили текст огромным количеством технических и смысловых ошибок. Энди, однако, распорядился, чтобы все они – любая опечатка, любой ляп – были опубликованы «как есть»…

Еще я постаралась свести к минимуму свои редакторские разъяснения (они приведены в тексте курсивом и в квадратных скобках): ведь только так звучание собственного голоса Энди, с его порой необычными речениями, было возможно сохранить безо всяких примесей. По-моему, если бы я предложила вниманию читателя всяческие разъяснения от редактора (которые действительно облегчили бы процесс восприятия этого текста), то преимущества, полученные от такого вмешательства, были бы незначительными, зато личная интонация речи Энди оказалась бы искаженной: читателю пришлось бы, без особой на то необходимости, постоянно отрываться от его текста. Разумеется, истинную природу взаимоотношений Энди с целым рядом персонажей его дневника можно уяснить себе лишь в результате известных усилий – но читателю, по-моему, стоит самому немного потрудиться, если он хочет понять, что к чему. В этом ведь отчасти и заключается сущность знакомства с чьим-то дневником: мы наблюдаем за естественным процессом течения жизни человека, пусть при этом порой и недопонимаем происходящее. Тем, кто желает свести это к минимуму, нужно просто читать записи в Дневнике последовательно, от начала к концу.

Наконец, редактируя Дневник перед публикацией, я полностью удалила свои разговоры с Энди, то есть его прямые обращения ко мне или высказывания, которые имеют смысл лишь для меня одной. В относительно небольшом числе случаев, когда я все же оставила в тексте его обращение лично ко мне, я взяла на себя смелость несколько изменить текст, используя третье лицо и собственные инициалы – «П. Х.». Моя цель состояла в том, чтобы любой человек смог прочитать этот Дневник, пребывая в столь же непринужденном, сокровенном состоянии, как это бывало каждое утро, когда Энди звонил мне, чтобы поделиться произошедшим накануне: только в этом случае читатель тоже станет тем самым собеседником на другом конце провода, к кому Энди Уорхол всегда обращается на «ты».

ПЭТ ХЭКЕТТ
Нью-Йорк,
январь 1989 года

1976

Среда, 24 ноября 1976 года – Ванкувер – Нью-Йорк

Проснулся в семь утра в Ванкувере, потом мы взяли такси до аэропорта (15 долларов, 5 долларов на чай, журналы – 5 долларов). Та к завершилась наша поездка в Сиэтл на открытие моей выставки в городском музее изобразительных искусств, после которой мы отправились в Лос-Анджелес, на свадьбу Марисы Беренсон и Джима Рэндала[9]9
  Мариса Беренсон (р. 1947) – манекенщица, кинозвезда, внучка дизайнера Эльзы Скьяпарелли. Джеймс Рэндал (р. 1942) владел крупной фирмой по производству заклепок для авиапромышленности. Брак продлился, однако, всего полтора года.


[Закрыть]
, а уже после нее прилетели в Ванкувер на открытие другой моей выставки – в галерее «Эйс». В Ванкувере, правда, никто не покупает произведения искусства – живопись там никого не интересует. Кэтрин Гиннесс [см. «Введение»] до последнего дня поездки вообще не «возникала», но под конец вдруг принялась доводить меня, задавая один и тот же вопрос (как это вообще любят делать англичане): «А все же что такое поп-арт?» Точь-в-точь как в тот раз, когда мы с ней брали для нашего журнала интервью у этого парня-блюзовика, Альберта Кинга, и она без конца его спрашивала: «А все-таки что такое соул-фуд[10]10
  Соул-фуд – традиционные блюда афроамериканцев, особенно распространенные в южных штатах США.


[Закрыть]
?» Вот и теперь: в самолете она битых два часа терзала меня этим своим вопросом (такси из аэропорта «Ла-Гуардия» 13 долларов, на чай 7 долларов: это Кэтрин выказала широту души, дав таксисту двадцатидолларовую бумажку, без сдачи). По дороге завезли Фреда[11]11
  Фредрик Хьюз (1944–2001) – бизнес-менеджер Уорхола на протяжении более четверти века.


[Закрыть]
к нему домой. Потом я приехал к себе домой. Довольно рано сел с Джедом [см. «Введение»] за ужин в честь Дня благодарения. Наша машина, оказывается, уже прошла техобслуживание, по его инициативе: ведь завтра поедем в Чэдс-Форд, к Филлис и Джейми Уайетам[12]12
  Джейми Уайет (р. 1946) – художник-реалист, третье поколение известной семьи американских художников. Филлис, его супруга с 1968 года, его модель, смогла, несмотря на последствия автомобильной катастрофы в 1962 году, успешно работать в правительственных комиссиях, защищавших права инвалидов.


[Закрыть]
.


Четверг, 25 ноября 1976 года – Нью-Йорк – Чэдс-Форд, штат Пенсильвания

Фред позвонил в восемь утра – узнать, во сколько мы собираемся выезжать. А после него звонила Барбара Аллен[13]13
  Барбара Аллен (в девичестве Тэннер, р. 1951) – одна из постоянных «тусовщиц» на «Фабрике» Уорхола, в 1970–1973 годах была женой инвестора, вложившего средства в раскрутку Interview. В 1983 году вышла замуж за Хенрика де Квятковски (1924–2003), американца польского происхождения, и посвятила себя, вместе с мужем, разведению породистых скакунов на собственной ферме.


[Закрыть]
. Она сказала, что если мы отправимся после полудня, она поедет с нами (19,98 доллара за фотопленку). Взял такси до дома 860, чтобы кое-что прихватить с собой оттуда. [По этому адресу – Бродвей, дом номер 860, около 17-й улицы, на северо-восточном углу Юнион-сквер – Энди снимал весь третий этаж для своего офиса и для офиса журнала Interview]. Выехали около часа дня (такси 3,60 доллара, бензин 19,97 доллара, плата за проезд по шоссе 3,40 доллара). День был чудесный. Джед даже ухитрился довезти нас прямо до ворот Уайетов – хотя совершенно непонятно, как ему это удалось: он лишь однажды позвонил им из телефона-автомата, чтобы уточнить, как лучше всего до них доехать (телефон 0,10 доллара), но это уже на развилке, совсем недалеко от их дома, в самом конце поездки. Приехали в четыре. Движение на шоссе было нормальное. А вот Барбара Уолтерс[14]14
  Барбара Уолтерс (р. 1929) – известная телеведущая, журналистка, вела популярные программы Today («Сегодня»), 20/20 («Стопроцентное зрение»), The View («Точка зрения»).


[Закрыть]
к ним так и не добралась. Там был Эндрю Уайет, отец Джейми. Еще – Фролик Уэймут[15]15
  Джордж Алексис Уэймут (р. 1936) – художник, участник движения за охрану природы. Имя «Фролик» получил случайно: так звали пропавшую собаку его старшего брата.


[Закрыть]
, один из соседей, от которого только что ушла жена: она, племянница Эндрю, после долгих лет замужества бросила мужа (хотя он из Дюпонов) ради какого-то торговца антиквариатом или чем-то в таком роде; в общем, Фролик абсолютно раздавлен случившимся, вот его и пригласили на ужин. Еще были две сестры Эндрю, одна из них совершенно чокнутая, у нее такой вид, словно она только и делает, что пьет да пишет картины.

Мы просидели за столом много часов, все было идеально, просто зд?рово. Много выпили. Я, правда, все еще чувствовал себя совершенно измотанным после всех этих перелетов в начале недели. Джед отправился спать около двух ночи, остальные засиделись почти до четырех.

Еще там разворачивалась некая романтическая интрижка. Робин Уэст – тоже сосед Уайетов, сотрудник Пентагона, но он вот-вот должен потерять свой пост, потому что президентом теперь будет Картер, – в общем, он тоже был у них на ужине, и Кэтрин из-за него принялась молоть чушь, да еще она завела разговор про бар садомазохистов в Нью-Йорке под названием «Наковальня» (Anvil)[16]16
  Клуб существовал с 1974 по 1985 год на границе аптауна и даунтауна, на углу Десятой авеню и 14-й улицы, но власти закрыли его в связи с уже набиравшей силу эпидемией СПИДа.


[Закрыть]
, и ему это явно понравилось, вот он и проявил к ней интерес. Он как раз ищет сейчас богатую невесту, и он даже спросил меня, где же, о, где, не по ту ли сторону радуги найдется для него тот самый лакомый горшочек с маслом, а я ему на это – мол, кто знает, может, в горшочке-то вовсе даже и не масло окажется, а пиво «Гиннесс», да только достанется оно ему, если он сумеет правильно выложить все свои козыри. И он пообещал вскоре покатать нас на авианосце, пока его место еще не отдали кому-то из демократов.


Пятница, 26 ноября 1976 года – Чедс-Форд

Утром ездил на экскурсию на Винтертур[17]17
  Музей американского декоративного искусства, созданный Генри Фрэнсисом Дюпоном (1880–1969) в фамильной усадьбе Винтертур.


[Закрыть]
(билеты 24 доллара, книги 59 долларов). Потом Филлис Уайет распорядилась запрячь коляску, мы съели обычный американский завтрак, покормили моих Арчи и Амоса [см. «Введение»] и поехали прокатиться. Даже переехали прямо в коляске на другой берег реки Брендивайн, она в том месте неглубокая.

Джед отправился на станцию встречать Винсента [см. «Введение»], а еще – Шелли, Ронни [см. «Введение»] и Джиджи[18]18
  Джорджет («Джиджи») Уильямс (р. 1950) – художник-визажист, работала у дизайнера Дианы фон Фюрстенберг, ее работы печатались в ведущих журналах моды. Постоянно участвовала в жизни «Фабрики».


[Закрыть]
. Мы же с Джейми поехали в музей Брендивайн, нас там фотографировали, была пресс-конференция. Когда вернулись в дом к Джейми и Филлис, нам подали коктейли. У них в гостях была миссис Бартоу, у которой я купил дом на Восточной 66-й улице, и она спросила, когда же я наконец соберусь освежить его с помощью пескоструйного аппарата и отчего меня никогда нет дома: ведь в нем всегда темные окна. Там еще были Картер Браун[19]19
  Джон Картер Браун (1934–2002) – директор Национальной галереи искусства (1969–1992) в Вашингтоне.


[Закрыть]
, а также Дженни Хольцер и Боб Денисон[20]20
  Дженни Хольцер (в девичестве Брюккенфельд, р. 1940) – «суперзвезда» Уорхола, дочь крупного инвестора, модель, актриса, позже жена наследника владельца крупной ипотечной компании. На «Фабрике» ее звали «Бэби Джейн». Ее отношения с инвестором Бобом Денисоном продлились пять лет, до 1979 года.


[Закрыть]
.

Съездили в музей. Там, представляя Джиджи, я назвал ее «Джорджем», и одному типу сказал, что она якобы на самом деле драг-квин, только он не понял, что я шучу, и пришел от этого в полный восторг; она стала отнекиваться: «Что вы, я Джорджет!» (Как оказалось, это и правда ее настоящее имя, чего я не знал.) Все получилось как надо – любая драг-квин именно так и сказала бы, вот в чем смех. А мужику тому она действительно очень понравилась, только вот она сама так и не поняла: может, это потому, что он решил, будто она – мужчина…


Суббота, 27 ноября 1976 года – Чедс-Форд

Опять выезжали в коляске. На этот раз запряг свою коляску и Фролик. Он целый день пил. Прихватил с собой спиртное и, пока мы ездили, все время прикладывался. Джейми повез меня к своей тетке посмотреть на кукольный домик размером в пять футов. В общем, было, как на старое доброе Рождество. Дальше двинулись в музей, где один торговец антиквариатом устроил бенефис для оперной школы, и мне все очень понравилось, они там пели какую-то оперу. Когда пустили шляпу по кругу, Фролик передал Кэтрин свои 20 долларов, чтобы она подала их, будто бы от себя, ну и я тоже дал 20 долларов. Спать не ложились почти до четырех утра.


Воскресенье, 28 ноября 1976 года – Чедс-Форд – Нью-Йорк

Кэтрин позвонила в Нью-Йорк, домой к Джоди Фостер[21]21
  Джоди Фостер (р. 1962) в 1976 году была номинирована на премию «Оскар» (ей исполнилось всего 14 лет) за роль несовершеннолетней проститутки в фильме «Таксист» Мартина Скорсезе.


[Закрыть]
, чтобы подтвердить, что во второй половине дня я буду брать у нее интервью, но тут мать Джоди стала вдруг отнекиваться, сказала, что Джоди приболела, что, может, не стоит, но чтобы мы все же позвонили, когда доедем до города. В Нью-Йорке были в половину первого (бензин 16,50 доллара, плата за проезд по автостраде 3,40). Довезли Кэтрин и Фреда домой. Кэтрин еще раз позвонила Джоди, и она сказала: ну ладно, давайте…

Еще один чудесный теплый день, опять градусов семнадцать. Зашел за Кэтрин, и мы добрались пешком в отель «Пьер», на встречу с Джоди. По дороге я со многими здоровался, и мне отвечали тем же. В отеле увидел красивую женщину, которая уставилась на меня, и тут оказалось, что это – Ингрид Бергман. Пока я с ней разговаривал, из машины нам стал что-то кричать, размахивая руками, Ко к о Браун[22]22
  Хэрри Джо Браун-младший (1934–2005) был известен как «Коко» или «Коко Браун». В молодости актер и сценарист, впоследствии – инвестор и девелопер, занимался крупными проектами в Беверли-Хиллз, в других местах США, а также в Канаде, Европе, Южной Америке.


[Закрыть]
. Тут появился, наверное, муж Ингрид, он увел ее с собой, а мы с Кэтрин зашли в ресторан, чтобы подождать Джоди. Она пришла туда с матерью и с каким-то типом, которого, как они сказали, подцепили где-то, вроде в Ливерпуле, но я так и не понял, кто он – телохранитель или любовник матери. Джоди была в высоких сапогах и в шляпе, она прехорошенькая, и нам страшно понравилась (30 долларов с чаевыми).

Потом мы все отправились в магазин «Ф. А. О. Шварц» посмотреть на игрушки. Купили несколько для Джоди (10 долларов). Она дала несколько автографов. На обратном пути в гостиницу прошли мимо продавца больших леденцовых палочек, и он подарил одну Джоди, а другую мне.

Поехали домой. Из Лос-Анджелеса позвонил Нельсон Лайон[23]23
  Нельсон Лайон (1939–2012) – фотограф, журналист, автор киносценариев и скетчей для телевидения, режиссер фильма «Телефонная книга» (1971), который тогда считался порнографическим; был знаком с главными фигурами американской контркультуры той поры. Его карьера оборвалась в 1982 году после смерти его друга, актера Джеймса Белуши, от передозировки наркотиков: Лайон, принимавший участие в их трехдневном наркотическом марафоне, ввел ему смертельную дозу героина.


[Закрыть]
и рассказал, как он провел День благодарения: Пол Моррисси[24]24
  Пол Моррисси (р. 1938) – кинорежиссер, приобрел известность благодаря сотрудничеству с Энди Уорхолом.


[Закрыть]
пригласил было его на званый ужин к Чейзу Меллену[25]25
  Чейз Меллен – юрист, специалист по правовым вопросам в развлекательной индустрии.


[Закрыть]
, но потом перезвонил, чтобы отменить приглашение, сказав, что там, оказывается, все будет «для очень-очень узкого круга», и он ошибся, пригласив с собой кого-то еще. Ну, стоило Нельсону услышать, что мероприятие будет «для очень-очень узкого круга», он тут же распсиховался, что его туда не зовут, вот и начал, как очумелый, туда пробиваться, все силы на это бросил, и в конце концов ему это удалось через кого-то еще. А там, оказывается, просто тысячи гостей, так что он, встретив там Пола, только и спросил его: «Интимный круг, да?»

Звонила Бриджид Полк [см. «Введение»], сказала, что похудела еще больше – до 89 килограммов. После того, как она увидела себя со стороны в фильме «Плохой» [см. «Введение»], когда весила 136 килограммов, Бриджид взялась худеть, села на диету, но с ней так скучно разговаривать – она же вообще никогда ничего не делает, никогда ни о чем не думает, она просто лежит у себя в комнате на кровати в отеле «Джордж Вашингтон» и ждет, что ее жир как-нибудь сам собой рассосется. Я ей сказал, что могу взять ее на работу – тогда ее жир мог бы рассасываться у нас на «Фабрике», пока она отвечает на телефонные звонки, но Бриджид – ни в какую. У нее тридцать девять лет ушло на то, чтобы похудеть, а теперь, наверное, понадобится еще тридцать девять, чтобы пойти работать.

Я слишком устал, чтобы на ужине встретить всю свиту Дианы Вриланд[26]26
  Диана Вриланд (1903–1989) – известная журналистка, редактор раздела моды в журналах «Харперс базаар» и Vogue.


[Закрыть]
. Вместо этого просмотрел по телевизору программы с Люсиль Болл[27]27
  Люсиль Дезире Болл (1911–1989) – комедийная актриса, звезда телесериала «Я люблю Люси», получившая в США прозвище «Королева комедии».


[Закрыть]
за двадцать пять лет.

Виктор Хьюго, «консультант по вопросам искусства» Хальстона[28]28
  Виктор Хьюго (р. 1948) – художник из Венесуэлы, дизайнер витрин, был широко известен в 1970–1980-е годы в артистических кругах Нью-Йорка. Его любовник Рой Хальстон Фроувик, или просто Хальстон (1932–1990) – выдающийся дизайнер модной одежды, театральный костюмер ведущих бродвейских мюзиклов.


[Закрыть]
, позвонил мне из Сан-Франциско, потому что я сказал ему как-то, что мне очень понравилась витрина, которую он оформил, использовав индюшачьи кости, в магазине Хальстона на Мэдисон-авеню. И вот, оказывается, только что кто-то забрался туда и украл индюшачьи кости – и Виктор решил, что это был [смеется] я.


Вторник, 30 ноября 1976 года

Даниэла Морера, итальянский корреспондент нашего журнала Interview, появилась в офисе с Оливье Кокленом, который пригласил меня поехать в январе на Гаити на свадьбу Нимы Фарманфармайян и Криса Айшема[29]29
  Нима Фарманфармайян (р. 1950) – дочь художницы из Ирана Монир Шахруди Фарманфармайян и иранского юриста-международника, жила в Нью-Йорке, писала статьи для Interview. Энди знал ее мать еще в пятидесятые годы, когда оба выполняли оформительские заказы для универмага «Бонвит Теллер». Кристофер Айшем, сын дипломата, в 1976–1978 годах работал в редакции новостей телекомпании «Эн-Би-Си».


[Закрыть]
. Коклен – владелец того курорта, где будет свадьба. Его стоило бы интервьюировать для «ПОПизма»: ведь именно ему в шестидесятые годы принадлежала большая дискотека на углу Бродвея и 53-й улицы, она называлась «Чита» («Гепард»). Я не хочу сегодня долго разговаривать, потому что хочу сходить в «Блумингдейл», пока там не слишком много покупателей.

[Энди каждое утро говорил о событиях предыдущего дня в прошедшем времени; поэтому когда он употреблял настоящее время или если встречались слова «сейчас» или «сегодня», это относилось к происходившему в тот момент, когда он говорил, или же к тому, что, как он ожидал, случится позже в тот же день. Например, эта дневниковая запись была сделана в среду утром, поэтому в тексте «вчера вечером» означает «во вторник вечером»; «сегодня во второй половине дня» – «после полудня в среду», а «завтра» – «в четверг».]


Среда, 1 декабря 1976 года

Преисполнившись духом наступающего Рождества, начал покупать подарки для деловых партнеров (такси 8 долларов). В отделе мужских рубашек универмага «Блумингдейл» столкнулся с Джин Кеннеди Смит[30]30
  Джин Кеннеди Смит (р. 1928) – младшая сестра Джона Кеннеди, в 1993–1998 годах посол США в Ирландии.


[Закрыть]
. Нас обслуживала одна и та же продавщица. Потом взял такси до Юнион-сквер (4 доллара). Амос, моя такса, в этот день был у нас в офисе, и Рикки Клифтон фотографировал его в костюме папы римского.

Поехал в галерею Илеаны Соннабенд на открытие выставки Дэвида Хокни. Ничего нового он не показывал, только свой стандартный набор. Взял с собой Амоса (такси 2,50 доллара). Встретил случайно Джерарда Малангу [см. «Введение»]. Он уже писал Фреду, спрашивал, отчего бы ему не фотографировать для Interview, но, по-моему, он просто хочет получить пресс-карту. Фред не желает иметь ничего общего с Джерардом, потому что мы все еще никак не можем распутаться с последствиями всех этих фальшивых «Электрических стульев», которые, как мы подозреваем, сделал именно он – их ведь перепродают и перепродают, и каждый раз за все б?льшую сумму, так что Фред не собирается ничего ему давать. Народу на открытии выставки было много. Дэвида Хокни я не видел, он был, наверное, в другой комнате. Потом я переоделся и отправился на ужин в посольство Ирана. На самом деле это никакое не «посольство», если ты понимаешь, чт? я имею в виду – просто я пошел в гости к мистеру Ховейде, представителю Ирана в ООН[31]31
  Ферейдун Ховейда (1924–2006) – крупный иранский дипломат, писатель, мыслитель. Был представителем Ирана в ООН с 1971 до 1979 года.


[Закрыть]
(такси 3 доллара). Там была Чина Мачадо[32]32
  Чина Мачадо (р. 1930) – известная манекенщица, работала в крупнейших домах моделей Европы и США (например, у Олега Кассини, Баленсиаги и проч.).


[Закрыть]
, и она сказала, что знает мистера Ховейду уже лет десять, если не больше, еще с той поры, когда и он, и ее муж в шестидесятые годы жили во Франции, тусуясь с французскими киношниками. Мы говорили о том, до чего ужасен Аведон[33]33
  Ричард Аведон (1923–2004) – известный фотограф. Чина Мачадо была одной из его любимейших моделей.


[Закрыть]
, и она сказала: он получает от человека то, что ему нужно, а потом просто бросает его. Я согласился с ней, и все тут же завопили, что сам-то я поступаю точно так же…

Там была Пэт Кеннеди Лоуфорд[34]34
  Патриция Кеннеди Лоуфорд (1924–2006) – сестра Джона Кеннеди, до 1966 года была замужем за известным английским актером Питером Лоуфордом.


[Закрыть]
, а также еще одна знатная дама, из Дюпонов, она живет рядом с этим посольством, и она заявила: как приятно, когда на ужин не нужно далеко ходить (хотя именно она и ухитрилась опоздать). На ней было черное с золотом платье с драгоценными камнями на вороте, и из-за них, по ее словам, платье вечно задерживают на таможне. Еда была хорошая, но черной икрой всех обнесли только один раз.


Четверг, 2 декабря 1976 года

В Калифорнии на этой неделе будет показ «Плохого» – чтобы найти прокатчика. Нам в этом помогает Сью Менгерс[35]35
  Сью Менгерс (1932–2011) – агент многих кинорежиссеров и актеров в Голливуде в 1960–1980 годы.


[Закрыть]
. Никто из прокатчиков не желает, однако, платить аванс.

Послал Ронни купить метлы (20 долларов). Подвез Кэтрин Гиннесс к ней домой (такси 4 доллара), потом поехал к себе – переодеться – и снова к ней, а дальше мы доехали до дома 18 на Западной 18-й улице (такси 3,60), там было открытие нового клуба, куда нас пригласила Хелен Брэнсфорд[36]36
  Хелен Брэнсфорд (р. 1948) – журналистка, работала для Vogue, написала книгу о косметических операциях, третья жена писателя Джея Макинерни.


[Закрыть]
: они хотят быть чем-то вроде «Рено Суини»[37]37
  Reno Sweeney’s – модное кабаре с небольшим залом (существовало в 1972–1977 годы), его открыл композитор, пианист и импресарио Льюис Майкл Фридман (1944–1992).


[Закрыть]
. Хелен сейчас всюду появляется в обществе с Джоном Радзивиллом[38]38
  Ян (Джон) Станислав Радзивилл (р. 1947) – сын польского князя Станислава Радзивилла.


[Закрыть]
. По мнению Фреда, она чудесная, и мы должны к ней хорошо относиться. В клубе пел Тим Хардин.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15