Сливки. Игра по чужим правилам

Елизавета Ашихмина

Сливки. Игра по чужим правилам

Глава 1

Вышел зайчик погулять.

Дело было одним холодным, тоскливым вечером.

Мы впятером сидели за круглым столом и вздыхали – каждый по очереди.

– Скучно, – протянула я.

– Эхх, – синхронно отозвались братья Снех и скривили физиономии. Они и от капусты так не морщились. Вот что делает скука.

– Может, выпьем? – предложил следующий. Коренастый парень с незатейливым именем Тео выглядел удрученнее всех.

– Нельзя, – простонала Лина.

Воцарилось молчание. Густое, тяжелое – хоть ложкой собирай. У всех в голове всплыла одна и та же картинка: наш босс. Начальник или, по-другому, отсталый, но уважаемый старик.

Съели зайчика опять.

– Как вы можете так поступать?! – надрывался босс, пытаясь донести до наших пустых голов всю тупость поступка, который мы совершили. Его лицо напоминало помидор, а широкие ноздри шумно трепетали. Я, как и четверо моих соратников по несчастью, стояла, опустив голову. Тщетно. Босс (он же Большой Олух Секретных Служб) едва ли был выше стула. Как ни старайся опустить голову, низенькая фигура старика попадала в обзор. Маленький, да удаленький. Он набрал в грудь воздуха, чтобы крикнуть ещё громче, – и в этот миг с шумом распахнулось окно.

Ладно, окно открылось не от крика. В него влетел вестник. Маленькая птичка – копия синицы, с одним незначительным отличием: она была полностью механической. Птица приземлилась на плечо босса, застучала лапкой, сигналя о срочном сообщении. Босс встрепенулся, и мы были забыты в мгновение ока.

Синхронный вздох облегчения. Синхронный же шаг назад – к двери. Терпеть ещё полчаса нотаций не хотелось никому. Случайно задетая мною ваза стала нашей плитой, да-да той самой, могильной. Прозвучал острый звон разбившегося хрусталя и мое сдавленное «упс». Между прочим, девиз нашей команды.

Парни успели передать целую гамму чувств одним взглядом, но никто не пустился наутек. Мы ж команда. Почти семья. На душе потеплело от этой мысли – и в мгновение заледенело. Голос босса прорезал тишину: – Вы отстранены! Все вон!

Меня будто приморозило к полу, ноги отяжелели, а челюсть валялась где-то у ног, братья Снех подхватили меня под руки, быстренько ретируясь.

Вот и зайчик погулял, вот он лапку потерял.

Поэтому мы и сидели в темном помещении без окон, где единственными предметами мебели были стол и пять стульев, еще мебелью периодически прикидывался Тео, но сейчас оживился, прикладывая лед к своей шишке. Лин сидела рядом и тихонько смахивала слезы. Нет, вы не подумайте, она не плакса. Просто настроение смертной обреченности висело в воздухе. Лишь братья Снех перебрасывались черными шуточками, от которых я медленно впадала в панику, а нужно было думать, что никак не выходило, сидя между ними.

Мы звали их Лис и Тень. Настоящих имён братья Снех не открывали никому. Может, их и не было вовсе. А эти клички прилипли так же естественно, как грязь к их ботинкам.

– Да, какая разница, – резко сказала я, вставая. Мысли путались, хотелось пройтись.

– Ты это к чему? – хмуро спросил Лис.

– Ну, отстранили. Бывает.

– Бывает?! – с отчаянным сарказмом выдохнула Лин. Слезы на ее лице ускорились, закапав на стол. – Тебе напомнить, что нас ждет?!

– Именно потому, что помню, и говорю – какая разница, – отрезала я, делая первый шаг к углу. Комната была крохотная, но по диагонали давала целых пять шагов – мне бы хватило.

– Она что, не понимает?! – продолжала истерику Лин, (да, у всех бывает, накопилось, она не истеричка!) обращаясь к парням.

– Лин, успокойся, – даже наш сухарик проникся. Тео протянул ей салфетку. Ребятки не любили, когда Лин расстраивалась – обычно она самая позитивная. Тень поднялся, достал плед из стопки вещей, медленно расправил и укрыл её плечи.

Пока ребята приходили в себя, я успела намотать три круга от стола к стене и обратно.

– А мы ведь всего лишь отошли от первоначального плана, – пробормотала я тихо. – Ну и вазу разбили…

Дело в том, что босс не любил импровизацию во время заданий. Либо ты как солдат – исполнительный и верный командиру (есть ещё сравнение с собакой, но это как-то слишком, всё-таки о себе, любимых, рассказываем), либо проваливай на улицу. Впрочем, мы все почти оттуда пришли и не стремились обратно.

Но в этот раз всё пошло наперекосяк. Задание было несложным: перехватить груз на вокзале, доставить боссу, и всё. Я и Лин – приманка и отвлекающий манёвр в одном лице. В ярких платьицах изображали отсутствие мозгов и куриную наивность, играли роль заблудившихся овец, ой, простите, проезжих. Братишки Снех принимали активное участие в нашем маскараде и должны были загнать нас, бедных девиц, вместе с объектом нашего обворовывания за угол – ведь они всегда выглядели угрожающе, два медведя с буграми мышц, а Тео страховал возле выхода.

До этого этапа мы почти дошли, но вот беда: в момент активного завлечения объекта в сети невинных дев из многочисленной толпы к нам навстречу вышел молодой красавец, блондин, к тому же широкоплечий. Он махал рукой, крича во всё горло:

– Лиииинааа, поостой, Лииина!

И так – пока кудрявая и розовощёкая Лин не обратила внимание. Хотя он кричал так, что смотрели на него все, вплоть до нашего объекта отвлечения и завлечения. Кстати, это был долговязый мужичок с похабной ухмылкой, похожей на оскал сумасшедшего волка; от него за километр несло сигаретами. Мне до отвращения хотелось врезать ему и уйти быстрее, но я продолжала глупо улыбаться.

Лин постаралась спрятаться за тощую фигурку нашего объекта – Аврелия. Она ухватилась мёртвой хваткой за его рыжую кожаную куртку, всем видом говоря: «Меня здесь нет. Вам кажется, перекреститесь».

Я отмахивалась журнальчиком, как веером, ощущая всем своим естеством: не пронесёт. И вот на горизонте, а точнее в двух шагах от нашего несчастного угла (который должен был стать местом жестокого ограбления, а не декорациями для романтической сцены), появился тот самый орущий красавчик.

Прямой профиль лица слегка исказился в гримасе пренебрежения, едва он глянул на Аврелия. Но, охватив нашу команду быстрым взглядом, он нашёл Лин. Та всё ещё пряталась за нашим «объектом». Братья же совсем отошли от своих ролей: часто переглядывались и максимально близко подбирались к прямоугольному портфелю, надеясь завладеть им.

Лин перестала изображать глухую. Выпрямилась, расправила тоненькие плечи – и её лёгкий образ в миг перестал казаться невинным, набравшись внутренней силы и достоинства. Она небрежно поправила накидку, будто не она только что трусливо пряталась, и не своим, глухим голосом произнесла:

– Здравствуй, Джед.

Аврелий от резкой перемены разинул рот так широко, что виднелись золотые коронки на нижних зубах. Джед нахмурился ещё больше, подошёл к Лине, осторожно взял за руку, отводя в сторону. Все ждали развязки; казалось, вот сейчас один из них перейдёт на крик. Аврелий, почуяв неладное, начал пятиться, прижимая портфель к груди. Рука Лиса, уже почти касавшаяся ручки, повисла в воздухе. Весь план, вся хитрая конструкция – рассыпалась в прах из-за одного идиота с белозубой улыбкой.

Не успели зрители опомниться, как нашим торможением воспользовался мальчишка. Именно этим, а не криком Джеда, должен был воспользоваться Тень. Но мы все замешкались, выбитые из роли. Мелкий, юркий, в потрёпанных штанишках с дыркой на коленке, мальчишка выхватил портфель у Аврелия и нырнул в подворотню.

В критические моменты мой мозг спит, зато работают инстинкты. Забрали твоё – верни. А чёрный портфельчик стал моим в мыслях с первой минуты. Я, подхватив полы юбки, побежала за воришкой. «Вот и всё, – мелькнуло у меня в голове, пока ноги сами неслись за воришкой. – Съели зайчика. Опять».

Сердце гулко билось. Я сосредоточила всё внимание на цели. Мальчик юркнул в подворотню между двух слепых стен. Я юркнула за ним в темноту. И напоролась на удар в живот. Дыхание спёрло, боль вспышкой ослепила.

– Козлина! – прошипела я сквозь губы.

Со стороны входа вбежали двое – Тень с Тео.

Тео увидел меня первым, сразу же подбежал. На смуглом лице отразилось беспокойство.

– Ты как? – спросил он, аккуратно отстраняя меня от стены, которую я использовала для опоры.

Тень промчался мимо со словами: «За нашу героическую дуру!» – и нырнул в темноту, выражая тем самым отношение к моему поступку.

– Очень смешно! – крикнула я.

Мне стало лучше.

– Жива, – спокойнее сказала я и встала ровнее. В месте удара ещё пульсировало, но боль схлынула, оставляя после себя тёмные точки в глазах. Тео кивнул и побежал вслед, прикрикнув напоследок: «Мы быстро, жди здесь!». Ничего другого мне не оставалось.

Через два часа мы стояли почти в целости и сохранности у главного, где нас «ласково» отчитывали за отход от плана и лишнюю шумиху. О чём вы, собственно, уже знаете. При этом кейс лежал на столе. С тех пор Лин не переставала плакать, Тео прикладывал лёд к огромному синяку под глазом, что остался после погони, продолжил угрюмо молчать, а братья Снех перекидывались шуточками, открыто надсмехаясь над моим поступком.

И, закончив думать, анализировать и строить планы по выживанию (что иногда лишь ухудшало ситуацию), я поняла очевидное: сейчас мы упускаем главную деталь – блондинистого кобелька. Ой, простите, то есть паренька.

– Линааа, – протянула я.

– Рассказывай, – добавила, уже садясь за стул.

Всхлипывания с её стороны лишь усилились.

– А без этого никак? – выдавила она из себя.

Глава