Тень над Суегхершимом

Элиас Грейвз

Тень над Суегхершимом

Книга 1: Тень над Суихершимом

Действующие лица:

Вирилла – интуитивная-чародейка, способная читать следы магии и эмоций. Ценит логику, но безоговорочно доверяет внутреннему голосу;

Вольфганг – следопыт-прагматик, мастер выслеживания и тактики. Предпочитает действия разговорам, верит только в то, что можно пощупать или увидеть;

Клоун (Крестьян Ромье Вользузу) – призрачный наемный убийца, чьи мотивы и прошлое окутаны тайной. Передвигается как кошмар, рожденный в опиумном дыму;

Грей Логреттон – амбициозный офицер королевской гвардии, одержимый идеей доказать свою ценность и вернуть роду былое влияние.

Король Далсворда – правитель, несущий на своих плечах груз власти и ответственности за свой народ. Прогрессивный реформатор, чьи методы вызывают страх и восхищение;

Лорд Кассиан Вантросс – харизматичный реформатор. Играет в свои игры на самой грани света и тени;

Мичман Бартоломью – моряк, чье внезапное богатство скрывает мрачную тайну. Жажда лучшей жизни обернулась сделкой с самой тьмой;

Капитан Алисса Д’арси – принципиальная и решительная владелица корабля. Ее корабль – ее крепость, а команда – семья;

Мадам Эвелин – хранительница древних знаний и тайных символов. Видела, как поднимаются и рушатся империи, и знает цену каждому шепоту истории;

Сержант Рорк – уставший от жизни стражник, сохранивший крупицы чести в городе порока. Его цинизм – это броня против отчаяния.

Пролог: Шепот в камне

Тронный зал замка Далсворда был погружен в предрассветный полумрак, воздух был густым и неподвижным, пахнущим воском, холодным камнем и грузом одиноких решений.

Король, прозванный в народе «Архитектором Будущего», стоял спиной к пустому трону, вглядываясь в спящие огни своей столицы. Города, которые он поднял из пепла междоусобных войн и нищеты, взяв власть в свои руки, отстроил улицы, мосты, вернул надежду людям, всё своими собственными руками. Теперь же кто-то невидимый и безжалостный раскалывал его творение изнутри, кирпичик за кирпичиком, душа за душой.

– Сто двадцать шесть, его голос низкий и уставший, будто отзвук далекого обвала, разорвал торжественную тишину зала. Сто двадцать шесть душ, испарились! И твои лучшие сыщики! Не нашли за месяц ни клочка свидетельства, ни крупицы правды?

Из густой тени у подножия трона, где даже свет факелов, не просачивался, вышел худой человек в простом, неброском плаще. Его лицо было скрыто капюшоном, а движения были плавными и бесшумными.

– Ни следов, ни свидетелей, ваше величество. Как будто земля проглотила их. «Тень» сделала едва заметную паузу, кто-то с нечеловеческой, пугающей аккуратностью замёл все улики. Нету ни кровавых брызгов, ни клочков одежды. Есть только тишина и страх, которые начинают просачиваться в ум людей.

Король резко обернулся, его лицо еще не старое, но уже изможденное бессонницей, было искажено гримасой ярости и бессилия. Глаза, цвета грозового неба, метнулись в тень.

– Найди тех, кто сможет докопаться до сути. Со стороны людей, о которых не кричат на каждом углу, чьих лиц не знает весь город. Неочевидных, но чертовски способных. И предложи им золото. Столько золота, чтобы у них перехватило дух, и они забыли о всякой осторожности. Сотни тысяч монет не стоят спокойствия моего народа.

«Тень» склонила голову в беззвучном поклоне и растаяла. Король снова взглянул на город. Первые лучи солнца золотили шпили соборов и крыши богатых кварталов, но нижние, портовые районы все еще тонули в сизой, ядовитой мгле.

Глава 1. Невежливое приглашение

Влажная прохлада таверны «Хмельной Гусь» была густой, как похлебка, что уже третий день булькала в котле на очаге. Воздух пропитали запахи дешевого табака, прокисшего пива и немытых тел. Вольфганг, уткнувшись носом в глиняную кружку, пытался прогнать навязчивые воспоминания о проваленной охоте. Перед глазами все стоял тот проклятый кабан-мутант, ускользнувший в чащу как раз в тот момент, когда стрела следопыта уже должна была вонзиться ему в шею.

Вирилла, сидя напротив, скептически наблюдала, как ее напарник понемногу сползает со стула, бормоча что-то невнятное о «неблагодарной природе» и «кривых траекториях».

– Я все еще не понимаю, как мы, два в целом разумных существа, согласились на это безумие, пробормотала она, отодвигая от себя липкую кружку. Преследовать призрачного зверя по наводке траппера, который на мой взгляд, был не то, чтобы пьян, а пребывал в состоянии перманентного алкогольного откровения.

– Он был не пьян, а вдохновлен, хмыкнул Вольфганг, с трудом фокусируя взгляд. А согласились мы, моя дорогая «логичка», потому что золото, в отличие от этой таверны, оно не пахнет, только благородно блестит. И твоё брюзжание вообще здесь лишнее. Когда-то я верил в благородные цели кончилось – это шрамом на спине и пустым кошельком, золото честнее.

– Мое брюзжание, как ты изволил выразиться, единственная причина, почему мы до сих пор не сидим в долговой яме. Твоя тактика «бей-беги-надейся-на-удачу».

Грохот распахнутой двери с такой силой, что с петель посыпалась щепа, заставил смолкнуть даже самого отпетого завсегдатая. На пороге, залитые косыми лучами заходящего солнца, стояли трое в латах с гербом Далсворда золотым львом на багровом поле. Их позы говорили о готовности к немедленному насилию.

– Есть здесь Вольфганг и Вирилла? Голос офицера, возглавлявшего группу, прозвучал металлически четко, словно клинок, режущий гулкую атмосферу таверны.

– Э-э-э-э-э-э кого там еще принесло? «Ик!», пронеслось из толпы.

Офицер, молодой человек с острым амбициозным лицом, даже не повернул голову.

– Задержать его, скомандовал он, не отводя взгляда от Вольфганга.

Грей Логреттон, несмотря на молодость, держался с уверенностью, которую тщательно оттачивал годами тренировок и влиянием семьи. Его приказ был выполнен с солдатской прямотой, граничащей с откровенной грубостью. Двое стражников набросились на Вольфганга. Тот отчаянно ругался.

– Руки прочь, щенки королевские! Я вас по суставам разложу!

Вирилла, инстинктивно рванувшаяся к черному ходу, наткнулась на грудь еще одного гвардейца, появившегося словно из-под земли. Сильные руки прижали ее к липкому от пролитого пива и чего-то еще менее приятного полу.

– Отстань!

– Хм-м… Кто это тут у нас? Неужели сама Вирилла? В голосе Грея прозвучала смесь насмешки и делового любопытства. Как приятно наконец познакомиться. В менее пахучих обстоятельствах. Обыскать её, вежливо!

Бросив обоих, как мешки с картошкой в карету с королевским гербом, Грей устроился напротив, смахнув со своего безупречного мундира несуществующую пыль.

– Ах да, забыл представиться. Я офицер королевской гвардии Грей Логреттон. Решил лично вас найти и доставить во дворец к его высочеству. Вы оказались на удивление неуловимы.

– Та-ак, погодите-ка, фыркнула Вирилла, потирая затекшую руку и пытаясь сохранить остатки достоинства, то есть это всё – спектакль с задержанием был для того, чтобы вежливо пригласить нас на аудиенцию к королю? А нельзя было как-то помягче, а не прижимать к полу лицом и кидать в карету, словно вещь какую-то?

– Эффективность превыше церемоний, мадемуазель, парировал Грей.

– Капитан, пробурчал Вольфганг, потихоньку протрезвевший от выброса адреналина. И что, собственно, хочет от нас его высочество?

– Вы оба выдающиеся специалисты в своей, скажем так, узкой сфере, начал Грей, глядя в окно на мелькающие улицы. Мы долго и тщательно пытались на вас выйти. В городе творятся вещи, от которых кровь стынет в жилах даже у бывалых ветеранов. Люди пропадают бесследно, уже больше ста двадцати шести человек за два месяца. Ни следов, ни зацепок. Король лично поручил мне найти вас. Считайте это высочайшим признанием ваших талантов.

Глава 2. В пасти мраморного льва

Карета резко остановилась, прежде чем кто-либо успел что-то ответить. Дверь распахнулась, и их, не слишком церемонясь, выпроводили наружу. Воздух ударил в лицо не уличный, плотный от запахов города, а чистый, прохладный, напоенный ароматом цветущего жасмина, роз и чего-то неуловимого, дорогого, создающего иллюзию иного мира.

Они стояли в королевском саду. Вирилла и Вольфганг замерли, забыв на мгновение и про гнев, и про страх, и про все на свете. Сад был настоящим произведением искусства, живым воплощением мечты и власти. Мраморные статуи, столь совершенные, что казалось, вот-вот с их холодных губ слетит шепот или дрогнет веко, стояли среди идеально подстриженных кустов, принимавших формы фантастических существ и гербовых символов Далсворда. Фонтаны не просто журчали они пели тихую, сложную мелодию, а вода в них переливалась всеми цветами радуги в лучах заходящего солнца, будто в ней были растворены самоцветы.

– Черт, выдохнул Вольфганг.

– Это вы еще внутри не были, с легкой, довольной ухмылкой заметил Грей, с наслаждением наблюдая за их немым, детским восхищением. Впечатляет, не правда ли? Его величество любит прекрасное и умеет его создавать. И ценит тех, кто помогает ему в этом.

Белокаменный замок Далсворда возвышался перед ними подобно неприступной горе, высеченной руками титанов. На высоких, острых шпилях башен развевались алые флаги с золотым львом – символом мужества, отваги и «большого сердца», как гласила народная молва. Две гигантские дубовые двери, окованные черным, отполированным до зеркального блеска железом, были настолько огромны, что казались вратами в иной, незнакомый и пугающий мир, полный тайн и власти.

Стражники в латах, отполированных до ослепительного блеска, скрестили алебарды с глухим, угрожающим лязгом.

– Стой! Кто идет?

– Ах да, видимо, вас забыли предупредить, с рассеянным, почти скучающим видом сказал Грей и показал пропуск из цельного, отлитого в виде львиной головы серебра.

Лицо стражника, только что бывшее каменной маской, мгновенно стало почтительным до подобострастия.

– Ой! Ах да! П-п-проходите, п-пожалуйста! Заторопился он, толкая своего напарника, и могучие двери бесшумно, вопреки своему весу, распахнулись.

Двери закрылись за их спинами с глухим, окончательным стуком, впуская их в другое измерение. Контраст был ошеломляющим. После теплого, благоухающего сада на них повеял леденящий холод, исходящий от древних, толстенных камней, помнивших, возможно, времена основания королевства. Одновременно их обдавало почти физическим жаром от десятков пылающих факелов в железных раструбах.

Длинные, казалось, бесконечные коридоры уходили вглубь замка, теряясь в полумраке. Стены украшали расшитые золотом гобелены с историями великих побед Далсворда, портреты суровых, испытующе смотрящих предков висели на высоте, а через витражные окна, изображавшие те же победы, лился призрачный, разноцветный свет, окрашивая все в мистические, неземные тона. Создавалось полное ощущение, что замок живет своей, непостижимой, величественной и пугающей жизнью.

– Ну что же, мы подошли, с нервной, предчувствующей недоброе улыбкой произнес Грей, останавливаясь перед еще одними, еще более величественными и массивными дверями. Из-за них доносились приглушенные, но яростные крики, явно принадлежавшие королю.

Тем временем в тронном зале.

– Какого черта вы тут, в самом пекле, занимаетесь?! Голос короля гремел под высокими сводами, заставляя вибрировать воздух и, казалось, сами древние камни. Почему мое население пропадает средь бела дня, словно крысы в подполе?! Почему уже ко мне лично, в мой кабинет, приходят жалобы от купцов, ремесленников и даже лордов королевского совета?! Какого хрена расследование до сих пор в тупике, а вы тут топчетесь, как слепые котята?!

Королевский доносчик, человек в сером, неброском, идеально маскирующемся под тенью одеяния, стоял на коленях, опустив голову. Его поза выражала полную покорность, но спина была неестественно прямой.

– Прошу прощения за такую оплошность, ваше величество. Смиренно прошу вас выслушать меня. Мои люди, лучшие из лучших, обшарили каждый закоулок, каждую подворотню столицы, но никто ничего не нашел. Ничего существенного. Лишь слухи и детский лепет.

– Вы нашли тех, кого я просил? Король говорил уже тише, но от этого его слова звучали еще опаснее, словно лезвие, приставленное к горлу.

– Да, мой король. Они доставлены и ждут вашего разрешения у входа в зал.

– Что ж, скройся пока. Как будут новости или я тебя позову придешь и доложишь. Даже самую минимальную, ничтожную мелочь, которая покажется тебе незначительной.

– Да, мой король.

Доносчик, не поднимаясь, скользнул в тень за массивным троном и растворился в ней, будто его и не было. Король тяжело вздохнул, провел рукой по лицу и скомандовал, обращаясь к дверям, из-за которых доносились приглушенные голоса.

– Входите!

Со скрипом, полным величия и нежелания подчиняться, открылись дубовые гиганты тронного зала.

Когда они наконец вошли в тронный зал, король Далсворда медленно обернулся к ним. Он не был стариком, но густая проседь в его темной бороде и глубокие морщины у глаз, словно прочерченные резцом, выдавали неподъемный груз ответственности. Его одеяние – это строгий камзол из темного-синего бархата, под которым виднелись латы, наряд короля больше походил на доспех полководца, нежели на традиционную одежду короля.

Грей зашел первым, чеканным, вымуштрованным шагом подошел к трону и встал на одно колено, склонив голову. Вольфганг и Вирилла, следуя его примеру, остались чуть позади, на почтительном расстоянии. Вольфганг стоял на колене, но его руки предательски дрожали, и он судорожно сжимал их в кулаки, чтобы скрыть тремор.

– «Черт возьми, у меня аж дух захватывает. Какая убийственная аура, она похожа на пожар, который вот-вот все поглотит. Он хоть и не старый, но выглядит серьезно, будто на него взвалили всю тяжесть мира. Говорили, ему всего тридцать, но на взгляд ему тысяча лет. И чувствую я, что-то тут нечисто со всем этим. Пахнет здесь не только ладаном и властью, но также страхом», пронеслось в его голове, быстрой и цепкой, как у зверя.

Вирилла же думала о другом, ее ум, привыкший анализировать и раскладывать все по полочкам, сейчас был в хаосе: «Черт возьми, и что теперь делать? Двери закрыли, стража повсюду. У короля такая аура, что в дрожь бросает, мороз по коже пробирает. Такой ощущение, сейчас от этой давящей мощи в обморок упаду. А говорили, что ему тридцать… Вечно все врут. Устала я что-то от этой жизни, полной неожиданностей и опасностей». Грей величественно отрапортовал, вытянувшись в струнку.

– Ваше величество, Вольфганг и Вирилла доставлены в замок и введены в курс дела!

– Похвально, прекрасная работа. Хм-м-м, как тебя там, король с легкой натугой вгляделся в офицера.

– Я Грей Логреттон, ваше величество! Офицер стрелкового отряда скрытых лучников! Сын лорда Альберта Логреттона! Отчеканил Грей, и в его голосе прозвучала затаенная надежда.

– Ах да, семья Логреттон, точно. Что ж, я награжу тебя позже. Свободен.

– Я еще докажу вам, вам всем докажу. – прошептал Грей себе под нос и ушёл с едва натянутой улыбкой.

Король обвел их тяжелым, изучающим, пронизывающим насквозь взглядом. Казалось, он читал их мысли, видел все их страхи и сомнения.

– Я приказал доставить вас сюда, чтобы вы расследовали это дело, голос короля был властным, низким и не терпящим возражений. Чтобы окончательно выяснить, куда пропадают жители моего королевства! И положить этому конец. Для этого я нанял несколько независимых групп. Вы одна из них.

– Подождите, мой король, но мы самые обычные! Вскрикнули они хором, опомнившись от окружающей роскоши и давящего величия.

– Я всего лишь чародейка, которой лишь удалось пару раз, по чистой случайности, раскрыть преступления, и все!

– А я следопыт, которому удалось найти пару скрывающихся в лесу преступников, но на этом мои заслуги закончились! Почему мы? В королевстве полно детективов и стражников получше нас!

– Это вы так считаете и думаете, парировал король, и в его голосе впервые прозвучала не сталь, а нечто похожее на усталую, почти отеческую улыбку. А для нашей страны – это огромные, неоценимые заслуги. Раскрытые тобой, Вирилла, преступления были слишком сложны и запутаны для моих лучших, заслуженных детективов, а ты распутывала их за несколько дней, словно разгадывала детскую головоломку. А ты, Вольфганг, только ты один сумел отыскать и схватить тех беглецов в непроходимых, темных лесах Джуры, где бесследно исчезали целые отряды. Вы – это лучшие кандидатуры. Ах да, я не говорил о награде?

– Пятьдесят тысяч золотых крон. Каждой из групп, кто раскроет это дело. Неважно, будет она одна или их будет несколько.

В зале наступила гробовая тишина, в которой был слышен лишь треск факелов и собственное громкое биение сердца. Пятьдесят тысяч. Цена, за которую можно было купить не просто безбедную жизнь, а целое небольшое, но процветающее поместье, слуг и забыть о нужде до конца своих дней. Вольфганг выдохнул, и его голос прозвучал хрипло и предательски громко.

– Я согласен.

Вирилла, все еще находясь под гипнозом оглушительной цифры, кивнула, не в силах вымолвить слова.

– Я согласна.

– Тогда я распоряжусь выдать вам снаряжение, не уступающее, а, надеюсь, и превосходящее ваше собственное. Отведите их в оружейную, выдайте все необходимое. И снабдите деньгами на текущие расходы.

Их быстро, без лишних слов, отвели в глубь замка, вручили новые, отлично сбалансированные луки и арбалеты, прочные, но легкие кожаные доспехи с тонкой магической прошивкой для защиты и туго набитые золотом кошели. И так же быстро, почти торопливо, выпроводили из замка через боковую дверь со словами: «Дальше сами разберетесь. О результатах доложите».