скачать книгу бесплатно
– Как это, не трогал? Шутишь? Ты на мне почти лежал! Бесстыжий!!! – смотрю на его довольное лицо. Я успокаиваюсь, когда вижу, что он в футболке и домашних штанах.
– Не кричи только, мы просто спали, – он убирает волосы с моих плеч в сторону и целует.
– Прекрати. Я не понимаю, как так вышло, что я не заметила, как ты вернулся в мою комнату? – выпалила на одном дыхании, – я раньше спать не могла, если в комнате был комар! Просыпалась от любого шороха! А тут.. – он улыбается и тянется ко мне губами, – я когда проснулась, моя рука лежала поверх твоей, находилась на моем животе! Это недопустимо!
– Перестань, лучше поцелуй и пожелай мне доброго утра! – он ложится и тянет меня за собой.
– Немедленно уйди! Пока никто не проснулся и не обнаружил нас вместе, – я прихожу в ужас, когда, игнорируя поцелуи Артема, хватаю телефон и смотрю время, – Мама! Время половина десятого утра! Какой стыд. Столько проспать! Мама меня убьет, когда узнает.
– Успокойся, пожалуйста, – он успевает расцеловать мое лицо, шею, плечи, пока я дергаюсь, стараюсь освободится от его плена.
– Артем.. пожалуйста, давай оденемся и спустимся вниз. Иди в свою комнату.
– Хорошо, я уйду, оденься и спустись. Буду ждать тебя внизу, – он еще раз целует меня в губы, вызывая во мне табун мурашек, лишь потом встает.
Наспех принимаю душ и спускаюсь вниз.
– Доброе утро, – я надеюсь, никто не узнал, что мы спали вместе, потому как его мама сейчас улыбается, можно подумать, что узнали все.
– Доброе утро, дочка, – мама Артема возится у плиты, а папы нигде нет.
Артем с влажными волосами после душа сидит уже за столом, перед ним стоит тарелка с дымящимся омлетом и горячий чай.
– Садись рядом, позавтракаем, – Артем отодвигает стул, приглашая сесть рядом.
– – Я могу чем-нибудь помочь? – обращаюсь к его маме, Господи, как мне вспомнить ее имя, игнорируя Артема.
– Нет, дочка, садись, позавтракай, – его мама ставит тарелку с омлетом рядом с Артемом, – тебе чай или кофе?
– Я … я кофе, сама могу сделать, вы только покажите, где у вас лежит что лежит, – еще не хватало, чтобы она меня обслуживала, да мама мне просто шею свернет!
– Дочка, садись и успокойся, – она ставит чашку с кофе передо мной. Садится напротив, но завтракать не собирается, – мы уже с позавтракали с Араиком, он уехал на работу.
Так, я «вспомнила», как зовут его отца, а ее имя, когда я вспомню?
Я сажусь рядом с Артемом и хватаю чашку с кофе. Артем забирает ее у меня и отставляет в сторону.
– Сначала позавтракай, – он указывает мне на тарелку.
– Я обычно не завтракаю, только пью кофе, – тянусь за чашкой, но Артем отодвигает её еще дальше.
– Это вредная привычка и ты ее поменяешь. Сначала завтрак, – подмигивает и уплетает свой омлет.
Мне становится так обидно, что я хочу встать и выйти из-за стола! Но из уважения к его маме я сдерживаюсь и глотаю ком обиды.
– Я дышать тоже буду только когда ты мне разрешишь? – спрашиваю шепотом.
– Что ты делаешь, Артем? – не сдерживается его мать, – Не может она менять свои привычки по твоему желанию, – она ставит передо мной мою чашку с кофе, – пей, дочка. И не надо так смотреть на меня, – это было адресовано уже Артему.
– Мама, впредь попрошу не вмешиваться, – он угрюмо смотрит на мать, потом на меня так, что я к кофе вовсе не притрагиваюсь.
– Ты ничего не съела, дочка.
– Я не хочу, спасибо, – встаю и убираю со стола, когда Артем заканчивает со своим завтраком.
– Артем.. она ничего не съела! Даже кофе не выпила!
– Я сам ее накормлю, когда она проголодается. Не беспокойся, мам.
– Дочка, сегодня на ужин я хочу приготовить плов, поможешь?
– Да, конечно.. правда, я не умею готовить..
Артем, гад, который стоит рядом, смеется в голос, просто хохочет! Ловит мою руку, подносит к губам, целует.
– Я тебя обожаю, – говорит сквозь смех, – прости, ты просто не видела свое лицо, когда говорила, что не умеешь готовить.
– Очень смешно?
– Дочка, не обращай на него внимания. Я научу тебя готовить, – говорит его мама, – и ничего смешного тут нет, – она шутя бьет полотенцем сына, как маленького ребенка.
– Пошли, – все еще смеясь, он тянет меня за собой.
– Куда?
– Со мной, в мою комнату, в нашу комнату.
Его комната просторнее той, что мне выделили. Помимо огромной кровати, тут еще диван, напротив него на стене висит огромный плазменный телевизор. В дальнем углу располагается компьютерный стол. Вся мебель светлых тонов, как и сама отделка.
– Сядь на диван и жди меня, – сам уходит.
Минут через пять он является с подносом.
– Это тебе, – он ставит поднос на журнальный столик и катит его ко мне, – пока все не съешь, с места не встанешь!
Сам садится рядом, берет бутерброд и подносит к моим губам.
– А можно начать с кофе? Ты сам сварил кофе? – улыбаюсь и откусываю бутерброд.
– А можно не вредничать и поесть нормально? С моих рук?
– Я сама могу….
– Мне хочется тебя накормить, – он двигается ко мне вплотную и, несмотря на мои протесты, помогает мне с завтраком.
– Кофе очень вкусный, сам его варил?
– Конечно, сомневалась? – он отталкивает от нас столик и впивается в мои губы. Кусает, – это чтобы впредь не упрямилась и ела нормально со мной.
– Артем, – говорю и двумя руками толкаю его в грудь, – отойди от меня.
– И не подумаю, – он наклоняется к моей шее вдыхает, – как приятно ты пахнешь.
– Артем, – я подрываюсь и сбегаю от него, – как-то неприлично, знаешь, закрываться в комнате. Мы в доме не одни. И, вообще, не прикасайся ко мне, – дыхание срывается, пульс частит, этот мужчина не может влиять на меня по-другому.
– Хорошо, хорошо, ладно, – смотрит возбужденным взглядом, – как скажешь, – он подходит ко мне и тянет в сторону компьютера, – я тебе кое-что покажу, – садится в кресло и сажает меня себе на колени, игнорируя мои протесты, – я тебя не съем, расслабься, – Артем открывает папку с фотографиями и погружает меня в свое счастливое детство.
– Какой милый и хороший мальчик.
– Поверь, я не изменился.
– Не изменился?
– Все такой же милый, только посмотри на меня, – улыбается и целует меня. Все время целует.
– Ни одной фотки с девушкой нет, заранее все удалил?
– У меня их и не было, зачем они мне? Я ни с кем ни фотографировался.
– То есть, у тебя не было девушек? Ни за что не поверю!
– Я сказал, что не фотографировался с ними…
– И много?
– Что, много?
– Было у тебя девушек?
– Не считал, – смеется.
И мне становится плохо, не по себе от такого ответа. Такой неприятный спазм сковывает горло.
Уфф, какая мне разница, сколько их у него был, неинтересно!
– Ревнуешь? – улыбается, стискивает крепче.
– Нет, с чего такие выводы, отойди от меня.
– Заметно, – довольно улыбается.
– Я вообще не ревнивая. Нисколько. Понятно?
– Ага, рассказывай мне. Не ревнивая она.
– Вот посмотришь! И вообще, отпусти меня.
– Тебе пора привыкать к моим рукам, к моим объятиям и ко мне, в принципе.
– Артем, пусти меня!
– Ты теперь моя. И находишься там, где и должна быть, – целует меня в щеку, – кстати, о соцсетях. Удалишь все свои профили.
– Что???
– Что слышала, – щекочет шею, вызывая во мне мурашки. Я ерзаю на нем, хочу встать.
– Я не буду удалять. Там мои одноклассники, друзья!
– Удалишь, зачем тебе соцсети? С кем там общаешься?
– Я же сказала, у меня там друзья. Одноклассники, что в этом плохого!
– Или с кем-то там знакомишься, общаешься?
– Нет! Что за допрос? Я же тебя ни о чем не спрашиваю?!
– А ты спроси, я отвечу, мне нечего скрывать! А ты сможешь зайти при мне на свой профиль? Можешь? Ничего не боишься?
– Могу! А ты можешь показать мне свои переписки? – спрашиваю, раз хочет. Тоже интересно!
– Могу! Я тебе сказал, если люблю, значит люблю. Мне никто другой не нужен. Больше не повторю.
– Многих ты любил?
– Никого не любил, – он угрюмо смотрит, – Нина…
– Что?
– Я в любое время, когда захочу, буду заходить к тебе в профили в соцсетях, при тебе, конечно, чисто удостовериться, ок?
– Это мое личное пространство. Ты не имеешь право!
– Не кипишуй. Я сказал, при тебе. Я не буду читать твои переписки, но, если замечу, что что-то не то, тебе… будет плохо. Поняла?
– Хватит. Отпусти меня, – отпускает.
– Я не слышу ответа! – он тоже встает, подходит вплотную.
– Хорошо. Да, не смотри так на меня.
– Как?
– Вот так, как смотришь…
– Ты мне очень нравишься. Сводишь меня с ума. Я тебя ни с кем не хочу делить, даже с друзьями. Ты должна заниматься только мной, понимаешь?
– Не понимаю.