Ночной трамвай

Егор Kazancev

Ночной трамвай

Часть I. Трамвай

Глава 1. Кондуктор

Лена работала кондуктором в ночном трамвае уже семь лет.

Она не помнила, как попала сюда. Она не помнила, кто её нанял. Она помнила только правила: не задавать вопросов, не задерживать пассажиров, не выходить на конечной. И ещё одно — самое важное: никогда не смотреть в лицо тому, кто платит.

Трамвай выходил в полночь. Он шёл по маршруту, которого не было на картах города. Он останавливался на остановках, которых не существовало. И пассажиры, которые входили в него, были не совсем людьми.

Лена знала это. Она знала это с первого дня. Она не знала, почему она здесь. Но она знала, что должна быть здесь.

В ту ночь она стояла у задней двери, как всегда. В руке — компостер. На плече — сумка с билетами. Трамвай ехал медленно, покачиваясь. За окнами был туман.

На остановке «Кладбищенская» вошёл старик. Он был бледным, с пустыми глазами. Он протянул ей монету. Лена не смотрела на его лицо. Она пробила билет и отдала ему.

— Спасибо, — сказал он.

Она не ответила.

Старик сел у окна. Он смотрел в туман. Он не двигался. Он не дышал.

На следующей остановке вошла женщина. Она была молодой — может, двадцать пять. Она держала за руку ребёнка. Ребёнок был маленьким, с косичками. Он смотрел на Лену.

— Тётя, а мы куда едем? — спросил он.

Лена не ответила.

— Тише, — сказала женщина. — Мы едем домой.

Она протянула монету. Лена пробила билет. Женщина села. Ребёнок смотрел в окно.

Лена стояла и смотрела на них.

Она знала, что они не живые. Она знала, что они умерли. Она знала, что они не уйдут, пока не доедут до конечной. Она знала, что конечная — это место, которого нет.

Она знала это. Но она не знала, почему она здесь.

Глава 2. Правила

Правила были простыми.

Первое: не задавать вопросов. Пассажиры не любят вопросов. Они хотят ехать. Они хотят забыть. Они хотят добраться до конечной.

Второе: не задерживать пассажиров. Если они хотят выйти — они выходят. Даже если это не их остановка. Даже если они не должны выходить. Ты не можешь их остановить.

Третье: не выходить на конечной. Конечная — это место, где трамвай останавливается. Где пассажиры выходят. Где ты должна остаться. Ты не выходишь. Ты ждёшь. Потом трамвай едет обратно.

Четвёртое: никогда не смотреть в лицо тому, кто платит. Лицо — это память. Память — это боль. Ты не хочешь боли.

Пятое: не спрашивать, кто ты. Не спрашивать, почему ты здесь. Не спрашивать, что будет, когда ты уйдёшь.

Лена не спрашивала. Она просто работала.

Глава 3. Мальчик

В ту ночь в трамвай вошёл мальчик.

Он был маленьким — лет десяти. Он был в старой куртке, с рюкзаком за плечами. Он вошёл и остановился.

Лена посмотрела на него. Она не должна была смотреть, но что-то в нём было не так. Он был бледным, как все. Но глаза у него были живые.

Он подошёл к ней.

— Здравствуйте.

Лена молчала.

— Вы кондуктор?

Она кивнула.

— Я не знаю, куда мне ехать. — Он помолчал. — Я не помню, откуда я.

Лена смотрела на него.

— У вас есть монета?

Он покачал головой.

— Нет.

— Тогда вы не можете ехать.

— Но я не знаю, куда мне идти.

Лена молчала.

— Пожалуйста, — сказал он. — Я не хочу оставаться здесь.

Она не должна была его пускать. Но она пустила.

Она взяла его за руку и провела в вагон. Он сел у окна. Он смотрел в туман.

— Спасибо, — сказал он.

Она не ответила.

Глава 4. Брат

Мальчик ехал с ней три остановки. Он не выходил. Он сидел и смотрел в окно.

На четвёртой остановке он повернулся к ней.

— Вы знаете, кто я?

Лена молчала.

— Я не помню своего имени. — Он помолчал. — Но я помню, что у меня была сестра.

Лена замерла.

— Её звали Лена. — Мальчик посмотрел на неё. — Вы — Лена?

Она не ответила. Она не могла.

Она смотрела на него. На его лицо. На его глаза. И она узнала.

Это был её брат.

Он пропал двадцать лет назад. Ему было десять. Она была старше — на пять лет. Она помнила, как он уходил. Он сказал: «Я скоро вернусь». Он не вернулся.

— Ты умер, — сказала она тихо.

— Я знаю. — Он кивнул. — Но я не помню, как.

— Ты не должен быть здесь.

— Я знаю. — Он посмотрел на неё. — Но я здесь.

Лена молчала.

— Ты можешь мне помочь? — спросил он.

— Как?

— Не знаю. — Он пожал плечами. — Ты кондуктор. Ты знаешь правила.

— Я не знаю, как помочь.

— Тогда зачем ты здесь?

Глава 5. Правила нарушены

Лена нарушила правило.

Она вышла на конечной.

Трамвай остановился. Двери открылись. Пассажиры вышли — старик, женщина с ребёнком, другие. Они ушли в туман. Они исчезли.

Лена стояла на площадке. Она смотрела на брата.

— Иди, — сказала она. — Я не могу.

— Почему?

— Правила.

— Какие правила?

— Не выходить.

— Ты уже вышла.

Она посмотрела на него.

— Ты прав.

Она вышла.

Туман был густым — белым, как молоко. Он пах солью и мёдом. Лена стояла на земле, которой не было на карте.

— Где мы? — спросил брат.

— Не знаю.

— Что теперь?

— Не знаю.

Она услышала голос.

— Лена.

Она обернулась.

Перед ней стоял человек. Высокий, в чёрном пальто. С пустыми глазами.

— Ты нарушила правила.

— Я знаю.

— Ты знаешь, что будет.

— Знаю.

— Тогда зачем?

Лена посмотрела на брата.

— Потому что он мой брат.

Глава 6. Тот, кто следит

Человек в чёрном пальто смотрел на неё.

— Ты не первая, кто нарушает правила. — Он покачал головой. — И не последняя.

— Что будет?

— Ты не вернёшься в трамвай. — Он пожал плечами. — Ты останешься здесь. С ним.

— А если я не хочу?

— Тогда ты должна вернуться. — Он посмотрел на брата. — Без него.

Лена молчала.

— Выбирай, — сказал человек. — Трамвай или он.

Она стояла и смотрела на брата.

Он был маленьким — десятилетним. Он был бледным. Он был мёртвым. Но он был её братом.

— Я остаюсь, — сказала она.

Человек кивнул.

— Тогда ты больше не кондуктор.

— Я знаю.

Он исчез.

Трамвай ушёл. Туман рассеялся. Лена стояла на земле, которой не было на карте, с братом, который умер двадцать лет назад.

— Что теперь? — спросил он.

— Не знаю. — Она посмотрела на него. — Но мы вместе.

Часть II. Брат

Глава 7. Земля, которой нет

Лена стояла на земле, которой не было на карте.

Она не знала, где это. Она не знала, как это называется. Она знала только, что здесь туман — густой, белый, с запахом соли и мёда. И здесь был её брат.

— Как тебя зовут? — спросила она.

Он задумался.

— Я не помню.

— Ты помнишь меня?

— Помню. — Он кивнул. — Ты — Лена. Ты моя сестра. Ты старше меня на пять лет.

— А ещё что?

— Ты любила мороженое. — Он улыбнулся. — С шоколадом. Ты всегда просила шоколадное.

Лена смотрела на него.

— Ты помнишь это?

— Помню. — Он помолчал. — Я помню много. Но не всё. Я не помню, как умер.

Они пошли вперёд.

Туман был густым — он скрывал всё. Лена не видела ни домов, ни деревьев, ни дороги. Только белое. Только туман. Только брата рядом.

— Куда мы идём? — спросил он.

— Не знаю. — Она остановилась. — Я никогда не выходила на конечной.

— А что там? На конечной?

— Пассажиры. Они выходят. Они уходят в туман. Они исчезают.

— А ты?

— Я остаюсь. Я жду. Потом трамвай едет обратно.

Брат молчал.

— Ты боишься? — спросил он.

— Боюсь.

— Я тоже.

Они шли долго. Туман не рассеивался. Он становился гуще — как будто они шли вглубь чего-то, что не хотело их отпускать.

— Лена.

— Да?

— Ты помнишь, как я пропал?

Она остановилась.

— Помню.

— Расскажи.

Она молчала. Потом сказала:

— Ты ушёл в лес. Сказал, что скоро вернёшься. Я ждала. Ты не вернулся.

— А потом?

— Потом я искала. Долго. Я не нашла.

— А потом?

— Потом я попала сюда. В трамвай. Я не помню, как.

Брат смотрел на неё.

— Ты не помнишь?

— Не помню. — Она покачала головой. — Я помню только трамвай. Правила. Пассажиров. Всё остальное — как в тумане.

Глава 8. Дом

Они вышли к дому.

Он стоял в тумане — старый, деревянный, с покосившимся забором. Окна были тёмными. Дверь была приоткрыта.

Лена остановилась.

— Что это?

— Не знаю. — Брат посмотрел на дом. — Но я его знаю.

— Ты был здесь?

— Не помню. — Он покачал головой. — Но я знаю.