Odni bez Nadeжdы: Апокалипсис

Джон Гоуст

Odni bez Nadeжdы: Апокалипсис

Глава 1. Начало

Посвящается Павлу Метешкину,

человеку, благодаря которому

существует данный мир!

Грех — это плохо.

Жить в грехе — ещё хуже.

Но самое худшее — им оказаться!

Джон Гоуст

Это было обычное осеннее утро в небольшом городе, название которого мало кто вспомнит. Хотя нет, для одного человека это был крайне важный день. А как иначе, когда ты известный в узких кругах писатель, и сегодня твоя первая встреча с фанатами на новом месте? Тем более, когда тебя лично пригласили организаторы. Как тут отказаться? Писатель оказался мужчиной лет сорока с чёрными волосами, небольшой сединой у корней, молодыми чертами лица и худощавого телосложения. Он был спокойным по характеру, юморным и вполне себе приятным в общении, если речь не заходила о его творчестве. О нём он мог разглагольствовать часами напролёт без каких-либо перерывов. Предпочитал он строгий стиль одежды, говорил по-деловому, но мог сказать что-нибудь неподобающее. Но самой главной его негативной чертой была огромная лень, которая мешала ему во многих аспектах жизни, не давая насладиться всем в полной мере. Даже сейчас она банально мешала ему встать с кровати.

В небольшом отеле под скромным названием «Эдем», на третьем этаже в номере тридцать шесть происхожила не шуточная борьба между сонным писателем и будильником. Он уже шесть раз переставлял его на десять минут.

«Ну, почему этот чёртов будильник никак не смирится и не замолчит на веки вечные волшебным образом…» — размышлял он, находясь меж сном и явью, уткнувшись лицом в подушку и закрывшись одеялом от солнечных лучей, что так и пытались проникнуть внутрь тёмной комнаты. На седьмой раз у кое-кого закончилось терпение.

— Дорогой, — рядом зевнули, — у тебя сейчас есть очень простой выбор: либо ты встанешь и дашь мне доспать в этот пока ещё чудесный день, либо готовься к моральной лоботомии!

В кровати с ним лежала девушка в чёрной ночной сорочке. Мужчина, конечно, попытался проигнорировать и её, но после небольшого толчка ногой в спину сон как рукой сняло, и тот принял своё поражение.

— Ну, хорошо, хорошо, я встал, встал!

Он сбросил с себя одеяло, отключил будильник на телефоне и пошёл в ванную комнату, перед этим нацепив зелёный халат и очки прямоугольной формы. После недолгих утренних процедур и холодной воды человек окончательно проснулся. Он вышел из ванной, позвонил и заказал в номер английский завтрак на двоих.

— Рота, подъём! — ласково пропел он, раздвигая тёмные шторы и давая проникнуть лучам света в их мрачную обитель, за что получил подушкой в лицо.

— Ой, иди к чёрту! — сонно простонала девушка, протирая глаза.

На вид ей было лет тридцать, она была очень красива, с ясными голубыми глазами, светло-русыми взлохмаченными волосами и кожей, светлее, чем у её смуглого ухажёра. Она была ниже его ростом на полголовы и звали её Агнес Гоуст.

— Как мило… Тогда, может, это скрасит твоё утро? — улыбнулся писатель, протягивая ей несколько веточек гипсофилы в красивой лавандовый обёртке.

— Боже, это мне? Как красиво! — благоговейно протянула Агнес, прижав букет к груди. — Но это же не ты их купил?!

— Но я заставил их купить! В смысле, попросил администрацию отеля…

Писатель поставил на кровать небольшой поднос, на котором были яичница из одного яйца, несколько кусочков бекона, пара нарезанных томатов и шампиньоны.

— Прошу. Приятного аппетита, мадам, — торжественно произнёс он, убирая цветы в небольшую вазу, за которой он последовал на кухню.

— А как же самое главное? — крикнула ему вслед голубоглазая спутница.

Писатель вернулся к ней с двумя большими кружками.

— Ну, конечно же, какое утро без кофе? — улыбнулся он, протягивая одну ей.

— А объём?

— Семьсот миллилитров, — сообщил писатель, попивая из своей кружки чай.

— Цветы, кофе, завтрак в постель? Это ты так хочешь оправдаться за будильники?

— А у меня разве не вышло?— с наигранным удивлением уточнил писатель.

Агнес сделала очередной глоток.

— Живи пока.

— Да, моя королева!

Они рассмеялись и приступили к завтраку.

Закончив утреннюю трапезу, они заправили кровать и начали подготовку к мероприятию. Фантаст надел свой лучший костюм, состоящий из классических чёрных брюк, красной рубашки, жилетки, галстука и средней длины плаща, обул чёрные остроносые туфли и завершил образ чёрной шляпой-федорой.

Его спутница заняла ванную комнату на добрый час, чтобы подготовиться к выходу. Заскучавший фантаст тем временем сидел в кресле и боролся со сном.

— Агнесса, дорогая, ты там долго? Я тебя, конечно, не тороплю, ибо время есть, но если в ближайшие минут десять я тебя не увижу, то лягу обратно в кровать прямо в костюме! — заявил он.

Супруга вышла к нему в чёрном платье до колен в стиле панк-готики с белым воротником и рукавами, в тёмных капроновых чулках и ботинках на длинном каблуке. Её голову украшал берет. Волосы были распущены, макияж — лёгкий, почти незаметный.