скачать книгу бесплатно
Я скрутил колечко из клочка фольги, закрывающей контейнер с унаги-маки, и надел его Алисе на нужный палец. Она рассмеялась: «А себе?». Я сделал второе колечко.
Будь моей фиктивной женой.
Дом восходящего солнца
“There is a house in New Orleans…” [6 - Из культовой песни «Дом восходящего солнца» группы Animals.] – звонок мобильного вырвал меня из недосмотренного сна, в котором я безуспешно пытался догнать уходящую по заснеженной аллее парка Алису, и начал новое моё утро. Эта мелодия у меня установлена на звонки людей, так или иначе связанных с моей работой в переводческой конторе, где я по стечению обстоятельств или недоразумений числюсь штатным транслейтером. Активы фирмы включают две с половиной комнаты, арендованные в бизнес-центре, разделённые приёмной-прихожей, два компьютера, минимальный набор офисной мебели, тоже арендованной, кофейную машину и пару телефонов. «Скромность украшает человека и офис, – говорит Андрей Андреевич, наш шеф, добавляя: – Наш главный актив – люди!».
Наши люди – это десяток более-менее постоянных переводчиков, каждый из которых принят на четверть ставки, включая меня («…And God, I know I’m one» [7 - «И, Боже, я знаю: я один из них». Та же песня.]), которые работают в основном по электронной почте и через интернет-портал нашей унылой «фирмы». Половину коллег я знаю по именам, а вторую – по часто неинформативным никам электронной почты в списке рассылки (например, знаток иврита NataN вместо пожилого мужчины иудейского происхождения оказался тридцатилетней голубоглазой Наташей Н., а зайка ZaYa – суровым сорокапятилетним Захаром Яковлевым, специалистом по чехам и прочим румынам-полякам). Это, впрочем, никому не мешает трудиться дистанционно-заочно на общее благо. Такая форма работы устраивает всех, позволяет экономить на аренде и укрывать в тени значительную часть нашей небольшой прибыли. Изредка для встречи с клиентом или получения персональных заданий от шефа я и мои коллеги прибываем на пятнадцатый этаж стеклянной башни, незатейливо названной «Бизнес-центр «Башня»». Наша фирма называется тоже, в общем, без изысков: «N-ский дом переводов». Я называю её «Дом восходящего солнца» (те, кто слушал «Энималз» и самую малость шарит в английском, поймут).
Шеф бывает в офисе два-три раза в неделю, в основном чтобы провести инкассацию налички и перенаправить скудные финансовые потоки. Постоянно в конторе находится секретарь, зовущаяся офис-менеджером по трудовому договору, а по факту – Машенькой, и Галина Марковна – аварийный слесарь-переводчик. Некоторые из коллег называют Машу Мамка, имея в виду её функцию по распределению благ земных – заданий на перевод. Кто-то считает, что делает она это не всегда справедливо, то есть не поровну: «Этому дала, этому не дала». Я в подобные дискуссии не вступаю. Поровну никогда и ничего не бывает. Делить можно по-братски, по справедливости, по понятиям. Эталона «поровну» в природе нет, зато существует обиходное «большая половина». И если вдруг случится, что у всех будет совершенно одинаковое количество всего, ни к чему хорошему это не приведёт. Это равновесие шара на вершине пирамиды, то есть вещь исключительно умозрительная и годящаяся разве что для философских упражнений. «Поровну» и «справедливо» – немного разные категории, не так ли?
Я взглянул на экран мобильного – Маша. Время – пять минут десятого. Алиса, тоже разбуженная звонком, подняла голову с подушки: «Который час? Блин, проспали!» – ей к десяти надо быть в офисе.
Я прочистил горло, придавая голосу тональность бодрствующего человека (существует разница между «неспящий» и «бодрствующий»), и ответил: «Халё!»
– Ваня, привет! Подъезжай срочно в офис, я тебе работёнку нашла, халтурка-литературка! Я уже договорилась, шеф не против отдать это тебе. Сто пятьдесят страниц! Ручной перевод! Художественный текст! Двадцать процентов за срочность! – Машин голос звучал восторженно, будто у неё родился сын, или она только что выиграла миллион в лотерее среди покупателей стирального порошка. – Немецкий, – уточнила она.
– Литературка? Гёте написал второй том Фауста? – спросил я, поднимаясь с кровати, чтобы потянуть время и выйти за радиус слышимости Алисы; я подумал, что ей незачем присутствовать за кадром нашего с Машей разговора, улавливая не вполне рабочие интонации её голоса. – Отправь на почту, я посмотрю.
Мне совершенно не хотелось сегодня ехать в офис. Работа пока есть. На портале уже появились заявки на перевод для новостных сайтов, небольшие и неденежные, но и не требующие много времени и усилий. Кроме того, есть срочный заказ Алисы и полученный за него аванс.
– Наоборот, перевод на немецкий. На почту скину, конечно, но ты должен приехать. Кое-что уточнить нужно, не телефонный разговор, – Машин голос изменил интонацию: похоже, кто-то появился в офисе рядом с ней.
Литературный перевод – предмет вожделения большинства моих коллег. Это творчество, даже более того, соавторство! В нашей глухомани это как роспись Сикстинской капеллы на фоне рутинной побелки потолка электронной прессы и отбивания через трафарет скучных переводов документов на получение виз и гражданства. Известие о получении и распределении литературки вызывает у обделённых ревность и затаённую обиду. Впрочем, учитывая тот факт, что коллектив у нас большей частью виртуальный, и не все заказы проходят через портал, а частично распределяются директивно и самоуправно Машей, до открытых конфликтов дело никогда не доходит.
– Я обычно перевожу в обратную сторону. Тем более художественный текст… А о чём?
– Я думаю, вы сможете сделать этот перевод в соответствии с нормативом и каталогом услуг за пятнадцать дней. Вторая категория… Проходите, коллеги! Простите, это я не вам. Жду вас в офисе в десять часов. Все подробности сообщу на месте. И оденься нормально, минимум бизнес-кэжуал, а то придёшь в шортах, как в прошлый раз, – добавила Маша, понизив голос.
– Давай в одиннадцать? Я не успею к десяти. Я ещё… – я не стал уточнять, что стою в одних трусах посреди холодной кухни, немытый и небритый. – Я сейчас немного занят, заканчиваю срочную работу, к десяти статья должна быть на сайте.
– Договорились. Жду вас в одиннадцать, не позже, – Маша повесила трубку.
У нас с Машей особые отношения, выходящие за очерченные уставом или коллективно подразумеваемые границы делового общения коллег. Точнее, её ко мне отношение. Я как-то её выручил, помог в одном весьма деликатном, но, в общем, пустяковом деле. В чём суть, я, конечно же, никогда и никому не скажу. И с той поры в её голосе, взгляде, случайных прикосновениях можно обнаружить излучаемые в мою сторону благодарность, душевную теплоту, заботу и некоторую, я бы сказал, интимность, возникающую у хранителей одной тайны. Спектр чувств, почти не отличимый от спектра, характерного для безответно влюблённой девушки. Маша восприняла моё участие как знак внимания, а не обычную человеческую помощь. Я стараюсь не придавать всему этому значения, но порой меня тяготит особое Машино ко мне отношение.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: