скачать книгу бесплатно
Мне можно быть одной…
Марина Сергеевна Дунаева
Сегодня мне сорок, и я предложила первому попавшемуся заказчику взять меня на работу при текущем начальнике, а потом еще и уволилась…Что это? Кризис среднего возраста или настала точка кипения? И как вишенка на торте, мне нравится быть одной… мама каждый раз рассказывает про тикающие часики, но, свободу люблю больше, чем надежное плечо рядом и ничего поделать не могу. Можно, конечно, попробовать найти мужчину, что любит свободу так же как я…
Марина Дунаева
Мне можно быть одной…
Глава 1
– Недавно услышала такую фразу, “Одиночество – это выбор между половой и нервной системой в пользу второй” не знаю, кто это сказал, но по моему гениально звучит. – перепрыгивая весело через лужу думала я.
В это самое утро мой возраст перевалил за волшебную цифру сорок, на улице текли ручьи и светило яркое, мартовское солнце. – Еще немного и теплое лето, отпуск. – думала, жмурясь от солнца. Как в кармане, завибрировал телефон.
– Доброе утро, дочь. – услышала строгий голос матери, подняв трубку.
– Доброе мам.
– Желаю, тебе наконец то в этом году выйти замуж… – быстро протараторила мама, своим не терпящим возражения тоном, градус настроения упал.
– Мам, не начинай, пожалуйста! – жалобно взмолилась.
– Что не начинай, сорок уже, еще чуть-чуть и пенсия, а….
– Стоп, – прервала длинную тираду, которую слышала уже не один десяток раз. – Мам, услышь меня, пожалуйста. Я не хочу замуж! Мне не надо.
– Тебе не надо, а мне нужны внуки…
– В стране полно детских домов, пойди и возьми, себе внука или внучку на выбор. – повисла липкая тишина. – Мам! – но лишь гудок, был мне ответом оповещая о том, что мама в очередной раз повесила трубку. Потому что я осмелилась сказать, вещи не нравились родительнице.
– Вдох выдох, так тоже бывает… Мы не обязаны делать так как хотят родители. – повторила, словно волшебную мантру в очередной раз. – Это у мамы есть потребность во внуках. У всех ее подружек есть, а у нее нет! И не важно, что это маленький человек со своими желаниями, а не германская стенка, чтоб ей провалиться. Стенке конечно, стояла, как гроб с музыкой, да и до сих пор стоит, никакого толку, только место загораживает. Но как же ее выкинешь?! Доставалась же по большому блату. А тот факт, что для нее должна быть еще найдена квартира метров на двадцать больше как минимум никого не волновал.
– У всех есть и у нас будет! – коротко сказала когда-то мать, на то что посмела возмутиться, на двухметровый лакированный шедевр производства ГДР.
– Стоп, Лена, успокаивайся! Сейчас придем на любимую работу, и будем творить красоту. А мама? А что мама, уже не исправишь, она такая, как и есть, такую любим и принимаем. Ух. Сделала еще глубокий вдох.
Телефон в очередной раз завибрировал в сумке. – Привет, дочь, с датой тебя! – сказал веселый голос отца.
– Привет, пап. Спасибо. – папа всегда мне поднимает настроение.
– Поужинаем сегодня, или были какие-то планы? – осторожно спросил.
– Нет, планов не было.
– Тогда если не против заеду за тобой на работу.
– Да хорошо, в шесть думаю уже закончу.
– Договорились. Люблю тебя дочь. До встречи.
– Пока пап, люблю. – и положила трубку. Мои родители словно уравновешивали друг друга. У мамы был сложный и властный характер, папа же наоборот был мягким и веселым. А как только я поступила в институт и переехала, папа тут же подал на развод. Со словами, – Прости дочь, но я устал. – для меня это был шок, ведь всегда думала, что в нашей семье, если не все хорошо, то примерно как у всех, такая средняя температура по больнице, тридцать шесть и шесть, где у одного сорок, а у второго ноль.
– Устал. – подумала тогда, несмотря на то, что практически не бывал дома, работая по вахтам. Теперь спустя годы, понимаю, у мамы есть талант, доводить до истерики за пятнадцать минут и считать это нормой. Именно по этому сбегала, как только появлялась возможность, на все каникулы к бабушке, в общагу в институте, на ночевку к подружке куда угодно, только побыстрее из дома. Воспоминания опять накрыли, столько лет прошло, а раны до сих пор болят, может такие воспоминания и не стираются из памяти? Они как вечные якоря, держат немым напоминанием за сердце говорят откуда ты пришел.
Колокольчик на двери мелодично звякнул, когда входила в небольшой офис расположенный на центральной улице, в старинном особняке, хотя больше похож на какую-то фабрику, большие арочные окна в пол много света и воздуха. Стены из красного кирпича, дополняли свисающие с потолка кованые люстры, сделанными под старину лампочками. Зона ресепшен, за ней мягкая для посетителей и посиделок, несколько кабинетов со стеклянными перегородками, в глубине небольшая кухня и винтовая лестница из черного металла ведущая наверх, в кабинеты руководства, вот пожалуй и все наше рабочее пространство.
– Привет, Тоня, – сказала войдя в кабинет, что мы делили на двоих с моей лучшей подругой.
– Лена, с днем рождения, – проговорила девушка вручая мне небольшую коробку с гигрофилами.
– Спасибо.
– Что спасибо, сорок ведь уже?
– Да! – сказала на выдохе, констатировав факт.
– Как будем отмечать? – потирая ручками спросила она.
– С папой!
– Он у тебя конечно видный мужчина, хоть и за шестьдесят, но это как то скучно! Не находишь?
– Для нас забронировала столик на субботу, а сегодня только вторник, не хочу завтра стекать под стол. Заказ Татищева, сам себя не сделает. – сказала, напомнив о работе
– Умеешь, ты испортить настроение, это какой-то прям дар! – взмыла Тони руки к небу.
– Наследственный, я бы даже сказала, передался с молоком матери, но если хочешь с ней договорюсь, мамочка проведет тебе ускоренный курс, как портить настроение за пять минут. – с сарказмом в голосе, сказала Тоне.
– Нет, спасибо, в субботу так в субботу. – сказала подруга примирившись с неизбежным.
– Что там, с Татищевым уже согласовали концепт, который вчера сделала?
– Нет, Павлов сказал, встретила его на входе, что Татищев сам будет к одиннадцати, хочет с нами лично поговорить. – ответила Тоня покачиваясь на стуле.
– С чего бы это вдруг?
– Кто знает! Что он хочет. Нет бы сказать. “Мне все нравится, делаем.” А тут еще разговаривай с ним. – пробурчала под нос Тоня.
– Согласна, не люблю когда сами приходят. – буркнула я.
– Такое ощущение, что ты с ними встречаешься? – недовольно протянула Тоня.
– Для этого у меня есть ты. – сказала обняв подругу за плечи.
К слову говоря, с Тоней работали дизайнерами в крупной фирме нашего города. У нас был хороший доход, полная свобода, могли работать из дома, но мы ежедневно приходили в офис, за редким исключением, тут была дисциплина к которой так привыкли дети рожденные в СССР, и не так скучно. Все таки вокруг были люди, да и сам момент, что нужно собрать, одеться и пойти куда-то, вводил в рабочее состояние.
– Может по кофе? – пока есть время, спросила Тоня.
– А по кофейне? Уже есть результат.
– Ждем ответа, – махнула Тоня рукой.
– А лого для мастерской.
– Принят и заказ на брендбук, но там дело на пару часов. – сказала потягиваясь Тоня. – Пойдем пить кофе, утреннюю миссию я уже выполнила, почту пока ехала в метро, разобрала, отписалась, поэтом у нас есть законные полчаса на горячий кофе, пироженку и свежие сплетни.
– Хорошо, – сдалась я. – Только в офисе. Не хочу снова выходить на улицу.
– Договорились. – сказала подруга, потирая руки.
На кухне, привычно несколько человек, кофемашина и стеклянная витрина с пирожными, установленная кондитерской в прошлом году, как всегда, пользовалась популярностью.
– Ты какое будешь? – спросила Тоня.
– Я буду просто кофе.
– Ну у тебя же сегодня день рождение, как без тортика.
– Это не повод, есть тортики.
– Как ты живешь без сладкого, ума не приложу! – пробурчала Тоня, садясь за столик с шедевром кулинарии в руках. – Вот тебе совсем, совсем не хочется? – спросила наверное в тысячный раз.
– Тонь, ты думаешь, что в один из дней, я отвечу что-то другое, нежели обычно?
– Ну не понимаю, как можно жить без сладкого.
– Я могу, есть и тортики и пирожные, но не хочу, они кажутся невкусными, приторными.
– Как может быть это не вкусным, этот шедевр, не понимаю?
– Что ты хотела рассказать? – спросила у Тони наклоняясь ближе.
– Вчера вечером, когда ты ушла, я быстро все доделала, и мне стало скучно, в общем зарегистрировалась на мамбе и ты не представляешь, там столько мужиков. – сказала, Тоня.
– А как же Славик? – спросила немного удивившись.
– Так я же с твоей фоткой! Мне не надо, у меня есть Славик. А вот ты у нас, так и ходишь в старых девах. Еще чуть-чуть и климакс. Даже родить не успеешь. – внутри в очередной раз за день все оборвалось, мне не хотелось обижать подругу, но когда постоянно говорят о твоей ущербности в глазах других людей, начинаешь задумываться о посыле на три веселых буквы, даже близких людей.
– Тоня, я очень тебя люблю, но, пожалуйста, очень тебя прошу, согласовывай такие действия со мной. – стараясь, скрыть свое раздражение проговорила она.
– Да подожди Лен. Даже не дослушала. С тобой хотят пойти на свидание. Барабанная дробь, та дам, пять офигенных мужиков. – глубокий вдох, Лена, держись, видимо у тебя такая карма.
– Удали! – сказала я.
– Что? – возмутилась Тоня.
– Тоня, ты слышала, сейчас же удали мою страницу. – сказала отпивая кофе.
– Ну сколько можно быть одной?
– Столько сколько нужно, столько и буду. – сказала, чуть громче чем позволительно рамками приличия, но на тот момент на кухне мы были одни, встала и подошла к раковине. Сполоснула чашку.
– И Тамара Васильевна за тебя переживает! – это был последний аргумент, но он только разозлил еще больше.
Подошла к столу и прошипела. – Вот и зарегистрируй на мамбе Тамару Васильевну, пусть мама найдет кого-нибудь, вы будете дружно заниматься своими делами, и прекратите лезть в мои. Договорились? – подруга не успела ответить.
– А вот и наша именинница, – услышала я за спиной голос руководителя Андрея Петровича.
Повернулась и натянула улыбку. В кухню вошел Павлов и пару человек за ним. – Елена, мы от всех души поздравляем тебя с такой датой. Желаю здоровья… – а дальше все по классике жанра, вручение букета желтых роз, пара минут и все сопровождающие Павлова, включая Тоню разбежались по своим кабинетам.
– Елена, у нас все готово к приезду Татищева? – спросил Андрей Петрович.
– Да. – ответила, наливая в вазу воду.
– Этот клиент, может стать одним из крупнейших, у него несколько направлений бизнеса в нашем городе.
– Андрей Петрович, мы сделали все, что нужно, понимаете, но ему может просто не понравится. Иногда такое бывает. – спокойным голосом ответила. – Тогда у вас будет вариант, нанять другого дизайнера, чтобы тот сделал новый концепт и попробовать еще раз.
– У меня уже есть два дизайнера, зачем мне еще?
– Понимаю, будем надеяться на лучшее. А Татищев, уже сказал, что ему не понравилось?
– Нет, он ничего не сказал, но если клиент такого уровня хочет приехать сам, не кажется это странным?
– Кажется. – сказала отстраненно, не хотелось ко всему прочему еще и с Палычем с утра поссорится.
– А вот как ты думаешь, зачем он может хотеть сюда приехать, если не отказаться от услуг, потому что ему не понравилось? – нервно спросил Павлов, приближаясь ближе, существенно сокращая расстояние между нами.
– Я не могу этого знать. Давайте подождем Татищева и уже будем после этого решать. – сказала, спокойно на сколько могла, но откровенно говоря, терпение сегодня уже заканчивалось. – Нужно было взять выходные и отоспаться нормально. – пришла в голову мысль, но уже было поздно.
– Ты понимаешь, что возможно именно тебя мне придется уволить? – словно молния пронеслась надо мной.
– Почему именно меня? – спросила, пытаясь понять, правильно ли поняла, только что, сказанное им.
– Тоня, негласно в вашей группе ведущий дизайнер, она представляет все дизайны, а чем ты занимаешься иногда совсем не понимаю. – выплюнул пренебрежительно он, и куда подевалась та натянутая улыбка, с которой он вручал мне цветы менее трех минут назад.
Усмехнулась и подошла ближе держа в руках, вазу с цветами. Прошептала почти на ухо. – Я их создаю, то что презентует ваш ведущий дизайнер, но вы можете меня уволить. – развернулась и пошла в кабинет. Не хотелось находиться вместе с Палычем. По факту, он был прав, Тоня действительно представляла все проекты, она всегда отвечала на почту и отстаивала дизайны, мои дизайны, я делала основной концепт, а дальше как Тоня правильно сегодня сказала: “Дело техники, ее техники, убеждения и согласования”.
По спине пробежался неприятный холодок, – Не все так плачевно, даже если меня уволят, уйду работать на какую нибудь биржу фриланса. В конце концов, есть небольшие накопления. Как-нибудь протяну, сокращу расходы, отпуск конечно накрылся, но ладно.
– Что Палыч тебе сказал? – спросила Тоня, как только вошла в кабинет.
– Ничего особенного, спросил все ли готово к приходу Татищева.
– И все? – недоверчиво спросила она.
– И все. – монотонно ответила я.
– Зачем, тогда меня отправил на выход? – продолжая допытываться Тоня.