Ромашка- 3. Партизанская

Дмитрий Шемякин

Ромашка- 3. Партизанская

1

Ольга инстинктивно втянула голову в плечи. Снег провалился за шиворот и потёк отвратительной холодной струйкой по спине. Ноги в туфлях утопали в сугробе. Она ещё раз огляделась по сторонам и увидела едва заметную тропинку, заметённую снегом. Холод уже проник под лёгкий весенний плащ, джинсы тоже не спасали. Увязая в снегу, Ольга заковыляла по тропинке, чувствуя, как стужа своими ледяными руками обнимает её всё крепче и крепче.

-По-мо-ги-те!!что есть силы заорала Ольга. Но в лесу по-прежнему было тихо. Лишь изредка поскрипывали деревья.

Крик немного взбодрил её, но ненадолго. Идти становилось всё труднее. Ольга споткнулась и упала. С огромным трудом она заставила себя подняться и поплелась дальше. Слёзы застилали ей глаза, делая всё вокруг расплывчатым и ненастоящим. Держись, Сосна, держись, дорогуша. Помнишь "Любовь к жизни" Джека Лондона? Она ещё раз споткнулась и упала прямо лицом с искрящийся снег. Вставать не хотелось. Как хорошо и уже почти не холодно. Вот значит, как это происходит. А Вадим Троя хороший, надёжный, любит тебя.. И одинцов.. Может, потому ты и здесь..а как там Коля Щеглов..уже в Молотове или так и спит на диванчике с рыжим котярой Жоржем на груди? А у Саши маечка красивая.. Спать хочется..Как жарко..Пётр Петрович..сало..ромашка..Всё..

********

Ольга очнулась. Ужасно болели, видимо отмороженные ноги, голова разламывалась, вместо лёгких она ощущала два больших острых камня. Как же плохо..

-М-м- простонала Ольга. Она с трудом разлепила глаза и огляделась вокруг. Она лежала в какой-то избушке, на топчане, укрытая лоскутным одеялом. В углу комнаты стояла печь, в которой уютно потрескивали горящие дрова. Рядом с печью стоял грубо сколоченный стол и два стула. В комнате никого не было. Чувствуя, что сейчас она развалится на куски, Ольга кое-как села на кровати, отыскивая глазами, где тут вода. Внезапно Ольга ощутила, что её одежды на ней нет. И не только одежды. Нижнее бельё с неё тоже кто-то снял, а одета она была в какое-то рубище до щиколоток. Кое-как Ольга доползла до ведра с водой, зачерпнула кружкой тёплой воды, и напившись, снова завалилась на своё ложе провалившись в тяжелое забытье. Когда она вновь пришла в себя, то увидела, как у её изголовья сидит женщина лет сорока пяти, в шапке-ушанке и ласково смотрит на неё

- Ну проснулась, кастаточка? -тихо спросила она- а я уж думала, не выживешь.

Женщина была ещё не стара и сохранила на лице остатки былой красоты. Серые, спокойные глаза, и мягкая полуулыбка делали её похожей на какую-то добрую лесную волшебницу.

- Где я? -с трудом просипела Ольга.

Она чувствовала себя лучше. Уже не те так раскалывалась голова, и ныли ноги и тело. Правда вот голоса почти не было, из носа текло, как из не закрытого крана, а грудь рвал тяжелый кашель.

- Вестимо, в охотничьей избушке- отозвалась женщина. Пять дён провалялась в небытие. Я уж думала, богу душу отдашь, ан нет, крепка ты, девка.

- Как я тут оказалась?- прошептала Ольга.

- Та погоди ты спрашивать- сказала хозяйка вот навару попей немного- она протянула Ольге миску с каким то бульоном. Ольга только сейчас поняла, как она голодна. Она медленно выпила всё до донышка и снова откинулась на подушке.

- Я на зайца и белку пошла, глядь- смотрю, кто-то снежком припорошенный лежит- думала, медведь, а это ты- женщина тихо рассмеялась. Ну я тебя волоком и дотащила до избушки, вещи твои заледеневшие стащила да вот, положила тут. Как ты только тут в такой одёжке оказалась..

Ольга помолчала, вспоминая произошедшие с ней события и соображая, что бы ответить.

- Я не помню.

Женщина не настаивала.

- Ну лежи поправляйся, а я силки проверять пошла. К вечеру буду. С этими словами она надела полушубок, и огромные валенки и вышла из избушки.

Ольга слезла с топчана и заглянув в маленькое, подслеповатое окошко увидела, как женщина надела лыжи и уверенно заскользила в сторону леса. Ольгу снова скрутило в приступе мучительного кашля. Отдышавшись, она снова внимательно осмотрела всё помещение. Где же она очутилась? Почему не у ромашки? Нет, где -это понятно. Лесная охотничья изба. Но какой год и место? Урал? Сибирь? Дальний Восток? Хорошо, хоть, что в России. Хотя не факт..Ольга потрогала рукой шрам. Его не было. Так, всё ясно. Задание окончено. Нового нет. Иначе бы..

На столе стояла алюминиевая кружка, тарелка, да железный чайник с вмятиной. Такие могли быть и в двадцать первом веке, и в двадцатом, и девятнадцатом. Стоп! У печки между поленьями Ольга увидела несколько скомканных обрывков газет. Это уже что-то. Она медленно опустилась на колени перед дровами и взяла эти несвежие, испачканные смолой листки. Так.. У Ольги вновь всё поплыло перед глазами. Город Брянск. Газета Новый Восход. Выходит по четвергам и воскресеньям. 8 января 1942- год. Мамочка! Ольга разобрала названия статей -"1942 год принесёт окончательную победу. Новогоднее обращение фюрера", "Мощный фронт национальных государств против мирового еврейско-капиталистического -большевистского заговора".

Однако..Ну Сосна, тебя занесло.. Из безопасного, весеннего и такого родного Среднекамска, в какие- то дремучие зимние ебеня. Да ещё и в войну. Неужели это новое задание, ведь Саша говорила, что избранные запросто перемещаются во времени, если того требуют обстоятельства. Но одно дело слышать, а другое- держать в руках газету за 1942-й год. Видимо об этом хотела ей сказать Яррославцева, когда звонила, но не дозвонилась после битвы с чумными и сворой Аматова..

Ольга шмыгнула носом, понимая, что Саша далеко по расстоянию, и ещё дальше по времени. Ольга доковыляла до топчана и без сил рухнула на постель.

Так, Ольга Сосновская. Рассуждаем спокойно. Ты в 1942-году, где-то под Брянском. Что было в войну под Брянском? Известно что- партизаны. Но, раз были партизаны, значит и были те, против кого они воевали. Логично? Логично. Немцы. Вот и газета их. А когда немцев выбьют из-под Брянска? Вопрос, конечно интересный. Надо было в школе не в морской бой на уроке истории играть с Васькой Черкасовым, а слушать.. Эх, ворона ты, ворона. А вдруг эта тётка предатель и выдаст её немцам? А зачем? Смысл? Ты дура, Сосна или прикидываешься? Тебя никто не насиловал ещё? Не бил, не издевался? Это тебе не алкаш Петрович, тут твои приёмчики не помогут. Тем более, шрама у тебя нет!

Ольге стало страшно. Она вспомнила жуткую кинохронику сгоревших деревень, замученных пытками людей, бульдозеры, сгребавшие в концлагерях груды трупов. Бли-ин...Что же делать? Может, того.. поленом эту тётку огреть? Так сил нет не то, чтоб треснуть, а даже ходить, как следует. Но даже если так, то что она будет делать дальше? Уйдёт в закат? И что потом? Попадёт к немцам -что угодно могут сделать, попадёт к своим- а вдруг за шпиона примут? Хотя, скорее всего, за сумасшедшую. Нет, не годится. В общем, так Сосна. План такой- так же лежишь, и включаешь дурака, будто ничего не помнишь, а сама тихонько узнаёшь от женщины обстановку. А там уже видно будет. Ольга, наконец, успокоилась и ей стал даже уютно лежать в полумраке и наблюдать за причудливыми тенями, которые отбрасывала горящая печка. За окном уже стало смеркаться. Ольга подкинула в печку несколько берёзовых чурбаков и лежала, вспоминая события предшествующие попаданию сюда. Хорошо они умыли Аматова с его ведьмами. Интересно, почему его самого нельзя уничтожить? Или можно? Как там её мужчины поживают и куда их занесло- Пётр Петрович, Коля Щеглов. Костя Одинцов..

Её размышления прервал звук за окном. Кто-то подошел к домику, и топал, отряхивая обувь от снега. Ольге опять стало страшно. А вдруг это немцы? Захотелось спрятаться под одеялом с головой и верить, что зашедшие люди тебя не найдут. Но двери отворились и в избушку зашла румяная Ольгина спасительница. Она бросила под скамейку несколько окоченевших тушек то ли зайцев, то ли белок и с улыбкой посмотрела на Ольгу.

- Ну как, ты гостьюшка, пришла в себя?

- Да не совсем - Ольга даже не притворяясь, опять зашлась в сухом, раздирающем горло кашле.

- И всё ещё не помнишь, кто ты и откуда?

- Извините, нет- просипела Ольга, опуская глаза.

Женщина улыбнулась, после чего достала из кармана своей душегрейки маленькое зеркальце, увитое пластмассовыми стебельками пшеницы.

Она поднесла его к лицу Ольги и та задохнувшись, беззвучно открыла рот.

2

Ольга вскочила с кровати и снова поперхнувшись, зашлась в кашле так, что выступили слёзы.

Женщина улыбнулась и сняла себя шапку. На плечи ей упала копна серых волос. На правой щеке у неё Ольга явственно увидела красный шрам.

- Так вы наша!- прохрипела Ольга- Избранная! Чего ж вы сразу не сказали?!

- Здания не было и ты без шрама была. А почём я знаю, красная ты или чёрная. Вот задание получила и ты тоже смотрю, в силу вошла. А я уж думала, у тебя и впрямь память отшибло- ласково засмеялась женщина.

Ольге вдруг стало так хорошо и спокойно, что она, уткнувшись в подол, севшей к ней на топчан женщины, расплакалась. А та, ласково гладила её по голове свей мягкой ладонью и утешала- ну будет тебе, будет.

Ольга вдруг вспомнила свою маму и заревела ещё громче. Так они просидели , пока совсем не стемнело.

- Ну, будем вечерять, а то слезами сыт не будешь- спокойно сказала хозяйка. Давай знакомиться. Василиса Ивановна Уварова. Можно просто Василиса. Избранная. 1942 год. Координатор.

- О..Оля Сосновская -проблеяла Ольга, всё ещё глотая слёзы. 2002 год.

- Ну вот и познакомились- ласково сказала Василиса.

Своей статью, неторопливой полной достоинства манерой говорить она напоминала Ольге актрису Мордюкову. Василиса подобрала из под лавки обмякшую тушку зайца, бросила её в железный таз, достала нож, тускло блестевший в отблесках печи и принялась ловко потрошить добычу. Ольга молча наблюдала, как управляется с ножом хозяйка дома, и подумала, что вздумай она на самом деле треснуть поленом Василису, то её, Ольгу, наверно бы ждала участь этого несчастного зайчишки.

Василиса тем временем ободрала зайца, рассекла его на части, бросила в невесть откуда взявшуюся кастрюлю и поставила на печь. Ольга снова села на кровати, рассматривая своё рубище.

- Василиса Ивановна, а как вы про меня узнали? -прошептала Ольга.

- Так у нас своя связь- получила сигнал, что прибудет кто-то, а кто- неизвестно, пока задания не будет- ответила хозяйка охотничьего домика. У нас, координаторов, ведь как?- где то рядом избраннный, иди ищи, или он должен тебя найти. Я в деревне живу. Сюда на охоту хожу, да силки проверяю- почти вся деревня баб, мужики- то на войне, поди. А жить надо.

- И у вас на войне?- спросила Ольга.

- Конечно! Нешто я особенная? И муж и сын воюют.

- А немцы далеко?- со страхом спросила Ольга

- Да бывают, заезжают, дьяволы- за едой да за самогоном, да своих местных холуёв проверить.

В избушке вкусно запахло мясом. Василиса помешала варево и сказала:

- Вот тебя к нам, Оленька, и забросили, чтоб ты нам подсобила. Но об этом давай после посудачим. Тебе поправляться надо и лечиться.

Похлёбка из зайца была уже готова и хозяйка дома стала заваривать в чайнике какую- то траву, очевидно от Ольгиной хвори. Ольга вылезла из под одеяла и села к столу, а Василиса достала из мешка хлеб и несколько кусков сахара.

- Ну, отведаем, что бог послал.

Насытившись и напившись чаю вприкуску с каменным куском сахара, Ольга почувствовала себя лучше.

- Вот твоя одёжка- сказала Василиса- вся как есть, сухая. ЧуднО вы там у себя одеваетесь, ну то не наша печаль.

Ольга натянула привычные джинсы и футболку и снова села за стол. Василиса отложила ложку и сказала.

- В общем так, Оля. В подчинении немца пять десятков полицаев, шестеро из которых- чёрные избранные. Их координатор- наш односельчанин Мартин Нойман.

- Немец что ли?- поинтересовалась Ольга.

- Из поволжских- отозвалась Василиса. Давно у нас живёт. Вот дождался, гад своих. То отдельная история, как нибудь потом расскажу.

Она подкинула печку ещё дров и продолжила.

- Чёрные избранные и полицаи контролируют всех жителей деревни. Но всех, да не всех. В окрестностях Громово- наша деревня так называется, действует партизанский отряд имени товарища Калинина. Я являюсь его связной. В отряде есть один наш- Яков Огнецвет. Одному ему не справиться, сама знаешь. Вот тебя к нам и забросили в помощь ему.

Ольга задумчиво слушала спокойный рассказ Василисы и думала. Вот ты теперь, кто будешь , Оля. Партизанка. С позывным Сосна. Конечно, хотелось бы куда-то, где поспокойней и потеплее, но..Избранные не выбирают, где оказаться. В конце концов тётка Василиса- женщина надёжная и деловитая. Конечно, она, Оля Сосновская- это не Люба Шевцова, но в паре с неведомым Огнецветом она сделает то, что уже дважды делала в ХХI веке- уничтожала чёрных избранных.

Уварова продолжала.

- По нашим сведениям, через десяток дней с Громово, из нашего элеватора будут вывозить зерно в Германию. Командование отряда приняло решение сжечь элеватор. Наша с тобой задача- нейтрализовать чёрных Избранных, дабы ослабить их влияние на полицаев и жителей деревни. А там уже наши бойцы довершат начатое. Но. Ты, Оленька, ещё очень слаба. До деревни без лыж не добраться. Денёк поживи тут, пока я не вернусь с ещё одной парой лыж, да одёжку тебе по сезону. В Громово скажем, что ты моя племянница из Брянска. Добро?

- Добро- согласилась Ольга, вздохнув, ибо перспектива жить одной в избушке затерянной в глухом, снежном лесу её немного пугала.

- Да ты не робей, милая- будто прочитав её мысли сказала Василиса. Еды я тебе оставлю, дверь запри и всё ладом будет. А ежели что, вон топор. Суперспособность береги, зря не трать.

То, что, она сможет воспользоваться топором "ежели что", Ольга конечно, сомневалась, но с ним, конечно, как то спокойнее.

Василиса погасила лампу и они вдвоём легли на топчане, укрывшись одеялами.

- А деревня большая у вас?- спросила Ольга

- Большая- отозвалась Василиса почитай, две сотни дворов, школа, клуб, колхоз. Комендатура теперь в здании бывшего сельсовета- Василиса вздохнула.

- И что же всё это пять десятков полицаев контролируют?

- Вместе с чёрными Избранными. Ну и немцы под боком. Ох и полютовали они, когда вошли, сволочи. Председателя нашего Никиту Петровича повесили с женой на воротах, а дом сожгли. А всё Нойман, гад навёл- Василиса всхлипнула.

Ольге снова стало страшно. Она поёжилась. Но Уварова, будто снова прочитав её мысли, спокойно сказала.

- Ну ничего. каждый ответит. каждого найдём и накажем. И немцев и их холопов. Каждого.

В её голосе не было угрозы ни отчаяния. Была какая-то неотвратимость и деловитость. Ольга вспомнила "Белый клык", как бульдог Чероки медленно и не торопясь, весь в крови, но всё же добрался до горла главного героя и сомкнул на нём свои челюсти. Василиса зевнула.

- Давай спать, Олюшка. Завтра рано уйду, затемно, силки ставить. А ты за хозяйку тут.

Не прошло и пяти минут, как она спала, тихонько посапывая. Но Ольге не засыпалось. Она всматривалась в правильные черты лица Василисы.

Вот женщины раньше были! Не то, что мы. Такая и зайца выпотрошит, и врага на вилы подымет, и мужа с сыном будет любить крепко и беззаветно. И проводив на войну, будет не заламывать руки, а жить, трудиться, и вести свою войну. Ольга заснула , доверчиво, прижавшись к Василисе, как маленькая дочь к маме.

Утром, когда Ольга проснулась, в избушке уже никого не было. Ольга встала, потянулась и с удовольствием отметила, что практически выздоровела. Она завернулась в одеяло и вышла на улицу. Зимнее лесное утро было великолепно и сказочно. Огромные ели, на лапах которых блестели сугробы, окружали опушку. Кое-где на снегу можно было увидеть гроздья рябины. расклёванной птицами. Кругом царили покой и умиротворение. Ольга даже обернулась посмотреть, не выросли ли у избушки курьи ножки.

- Ну что, партизанка Сосна- весело сказала Ольга сама себе- ты за хозяйку сегодня.

3

Ольга принялась за уборку избушки. Она тщательно отскоблила стол, подмела сор у печки, помыла пол. Нашла в сенях большой, то ли армяк, то ли зипун- она не очень разбиралась в этих тонкостях, облачилась в него и, взяв у дверей деревянную лопату, стала чисть снег около избушки. Полюбовавшись через час своей работой, Ольга осталась довольна. К дровянику теперь вела аккуратная тропинка, и сам дворик около избушки был освобождён от сугробов. Ольга зашла в дом, затопила погасшую печь и принялась, как Василиса, только неумело, обдирать зайца, которого добрая хозяйка оставила ей, помимо хлеба, соли сахара и чайной заварки. Пообедав, Ольга развалилась на топчане и от нечего делать, стала листать ещё несколько газет Новый Восход. Внимание её привлекла статья " Свершилось! Пришли немцы!" за авторством некоего Артура Смолянинова.

"Буквально в первые же часы изгнания большевиков с брянщины, многие честные русские люди явились в военную комендатуру с предложением своей помощи в созидательной работе"

Ольга вдруг разозлилась. Тема Великой Отечественной Войны всегда была как- то в стороне от неё. Она никогда ей особо не интересовалась. Просто знала, что, знал каждый советский школьник, не более. Плакала, когда смотрела "А зори здесь тихие", в детстве весело махала шариками на параде 9 мая..

Суки, думала Ольга, закипая- прибежали крысы, шестерить на хозяина! ну мы вам, гниды, покажем "наконец-то пришли немцы"! "Честные русские люди", бля!

Уже стемнело и она зажгла фонарь и подбросила дров печку. Вновь весело затрещал огонь. Ольга забралась под одеяло и молча смотрела на пляшущие на потолке языки пламени.

А вдруг я не вернусь- подумала она- Саша же рассказывала, что Избранные тоже гибнут..Вдруг мы проиграем? Она вспомнила, как её выворачивало во время первой схватки с Аматовым.

Аматов.. Значит там, в 2002-м он, а тут этот..Нойман.

Ольга сама не заметила как заплакала. Эх..сейчас бы на просторную Сашину кухню, есть торт и хохотать над её историями..Эх Сашечка, увидимся ли..

Всхлипывая, Ольга свернулась калачиком на топчане и накрывшись с головой, уснула. Проснулась она от стука в окошко и глухого голоса Василисы

- Хозяюшка! открывай, родимая! Свои!

Ольга быстро выпрыгнула из- под одеяла и ёжась от холода, так как печь за ночь остыла, отперла дверь и пустила Василису Ивановну. На улице уже светало.

- Ну как ты , Олюшка, легче тебе?- спросила Василиса, растапливая печь.

- Всё хорошо!- отрапортовала Ольга- выздоровела, могу хоть сейчас выполнять задания правительства, партии и товарища Сталина!

Василиса рассмеялась

- Ну прямо Чапаев! Вот, одевайся, солдат- и она бросила Ольге ворох одежды.

Ольга неуклюже принялась напяливать на себя ватные штаны и свитер, который висел на ней, как на вешалке. Василиса улыбнулась.

- Ну и видок у тебя, красавица! Ты на лыжах -то хаживала?

- Ну-у- протянула Ольга- была физкультура в школе.

- Ладно, тут недалеко. Собирайся. И помни- ты моя племянница из Брянска.

- Может, лучше из Минска? -предложила Ольга. И подальше и врать не надо. Я там на самом деле в детстве жила у дядьки.

- Добро- согласилась Василиса и стала надевать свою ушанку.

Ольга тоже натянула принесённые для неё телогрейку, валенки и повязала тёплый платок на голову.

Эх, видели бы меня сейчас Одинцов с Вадимом -подумала Ольга- ни дать ни взять, колхозница. Зато тепло.

Они вышли на улицу надели лыжи и медленно пошли по уже проторенной Уваровой лыжне. Василиса впереди, Ольга сзади. Причём, Василиса поминутно оглядывалась и с жалостью качала головой. На лыжах Ольга шла примерно так же, как пастор Шлагг в «Семнадцать мгновений весны».

Вот вдалеке за деревьями заблестел купол церквушки, показались избы, послышался лай собак. К морозному воздуху добавился запах дыма.

- Вот моя деревня, вот мой дом родной- продекламировала Василиса с улыбкой.

- Вот качусь я в санках по горе крутой- подхватила Ольга и они довольные, что отлично поняли друг друга, засмеялись.

Дом Василисы Ивановны находился на самой окраине Громово- на небольшом возвышении с которого хорошо было видать и деревню, и посёлочную дорогу, уходившую в сторону Брянска. Василиса толкнула калитку и к ним с радостным лаем кинулся огромный лохматый пёс. Ольга в страхе спряталась за Василису, а она потрепала его по лохматой башке и весело сказала:

- Тише, Трезор, свои, свои. Оля знакомься. Это -Трезор, Трезор- это Оля. Погладь его!

Ольга несмело дотронулась до лохматой холки и пёс, немного поворчав для приличия, принял гостью за свою. Ольга обмела снег с валенок, и они зашли в просторную избу Василисы. Стол, комод, покрытые вышитыми полотенцами, спаленка, комната, большая русская печка, цветные половички, тарелка радио, иконы в "красном углу". Обычная крестьянская изба, и убранство, не менявшееся столетиями. В нашем времени бы добавился ещё телевизор с видаком, покрытые кружевной салфеткой- подумала Ольга, а так всё то же самое.

- Ну проходи, племянница, располагайся- говорила Василиса- спать вот тут будешь- она показала на маленькую комнатушку с кроватью. - А вообще, не робей и не бойся. Всё будет хорошо.

Василиса скинула одежду и сев за стол и покопавшись в мешке, вытащила несколько заячьих и беличьих шкурок.

- Завтра снесёшь на рынок. Если кто спросит- говори, что тётка Василиса послала. Присматривайся с чёрным избранным. Они, дьяволы, любят по базару ходить. Ольга вздрогнула, услышав знакомое слово. Опять рынок! Хорошо, хоть, не ромашка..

Она прошла в комнату и с любопытством посмотрела на стены. Помимо репродукции картины Саврасова "Грачи прилетели, стена была по моде того времени увешана фотографиями. Вот совсем молодая Василиса. Вот они с мужем. Степенно стоят и смотрят в объектив. Вот сын Василисы в военной форме, видимо, перед уходом в армию.

- Красивый у вас муж- сказала Ольга, - и сын тоже красавчик.