Дмитрий Дёгтев.

Борис Немцов. Слишком неизвестный человек. Отповедь бунтарю



скачать книгу бесплатно

8 декабря 1991 года СМИ объявили о том, что главы трех республик – учредителей СССР, Борис Ельцин, Леонид Кравчук и Станислав Шушкевич, подписали Соглашение, в котором заявили о прекращении деятельности СССР и создании Содружества Независимых Государств. Большинство граждан восприняло эту новость с полным равнодушием, о чем свидетельствовали социологические опросы тех дней. Только некоторые были шокированы и встревожены, а другие, напротив, преисполнены оптимизма. «Знаете, я доволен, – заявил репортерам краевед В. Котов. – Какая-то определенность возникла, забрезжил наконец-то свет в конце тоннеля». «Я почти полсотни лет в партии, а ее расформировали, – сокрушался пенсионер К. Котельников. – Не пойму, что к чему. Что происходит?» «Грустно… Не пойму, потеряли мы или приобрели от всего этого, – констатировала анонимная учительница. – В какой же стране мы живем, кто бы сказал…» «Как жили, так и будем жить, – прагматично ответил токарь К. Соловьев. – На наше поколение, по крайней мере, лучшей жизни не хватит». «Сегодня мы стоим на развалинах чудовища, которое сами сотворили за 70 с лишним лет, и оторопь берет: что же наделали, как все раскурочили и оплевали! – писала журналистка Т. Санина. – Сегодняшний день не радует. Будущее не ясно. Но разве все так безнадежно? Разве не стали мы другими, если уже почувствовали, как освобождаемся от пещерного страха, если позволяем себе произносить вслух то, о чем раньше лишь перешептывались по кухням?» И действительно, стали! Ведь именно в декабре 91-го в упомянутой «Ленинской смене» к 50-летию битвы за Москву вместо традиционных рассказов о подвигах панфиловцев вышла статья «Разгром советских войск под Москвой». Даже Великая Отечественная война – одна из главных канонических страниц советской истории – отныне перестала быть святая святых.

Местные власти решили идти в ногу со временем. Они не только не протестовали против упразднения Союза, но и пытались воспользоваться ситуацией для упрочения собственных позиций. Так, 12 декабря Нижегородский горсовет народных депутатов предложил сделать Нижний Новгород фактически столицей нового СНГ! (Правда, само слово «столица» из-за неприятных ассоциаций с Советским Союзом тогда было не в моде, его заменило более обтекаемое словосочетание – «организационный центр».) «Поддерживая создание Содружества Независимых Государств, проявляя заинтересованность в сохранении мира и стабильности на всей территории бывшего Союза, желая внести вклад в создание благоприятных условий для возможного участия в Содружестве Независимых Государств и других бывших союзных республик, городской Совет народных депутатов решил: предложить Верховному Совету РСФСР рассмотреть возможность размещения организационного центра Содружества в Нижнем Новгороде», – говорилось в документе. Однако никакого «оргцентра» в итоге так и не создали, а посему идея нижегородцев оказалась невостребованной.

Стоит отметить, что массовая ностальгия по бывшему СССР возникла лишь в начале 2000-х годов, когда жизнь в стране более-менее наладилась и большая часть населения уже не испытывала трудностей, связанных с покупкой еды и одежды.

Наевшись и приодевшись, народ вдруг вспомнил, «как хорошо было в Советском Союзе». А вот в тот период, когда еще было что «спасать», судьба страны никого особо не волновала. Гораздо больше трудящиеся беспокоились, как бы достать водки и не лишиться при этом шапки.

Воцарение «камикадзе»

На фоне всех этих событий Борис Немцов наконец получил официальный статус, 30 ноября президент Ельцин подписал указ о назначении его на должность главы администрации Нижегородской области. «Горячо поздравляем нашего губернатора и его ближайшего помощника – Ивана Склярова, который стал вице-губернатором. Новоиспеченных отцов области в народе уже „окрестили“ камикадзе. Тем не менее – удачи вам!» – писала «Ленинская смена» 1 декабря. При этом у 32-летнего ставленника был полный президентский карт-бланш: бери в команду кого хочешь – и вперед, к светлому демократическому будущему! Чем Немцов и воспользовался. Одним из первых указов на новой должности он окончательно добил атомную котельную – ГАСТ, с борьбы против которой, собственно, и начинал свою общественную деятельность. Здание станции передавалось в областную собственность с целью перепрофилирования в газовую котельную. Впрочем, в данном случае Немцов, позднее многократно приписывавший «победу» лично себе, фактически пинал мертвую собаку. Еще в ноябре Министерство атомной энергетики СССР издало приказ о ликвидации дирекции строящейся ГАСТ и фактическом прекращении всех работ на объекте. В условиях экономической разрухи у ведомства попросту не было денег на достройку станции, а в рыночные времена бредовый проект ядерных котельных оказался не востребован. Не вспомнил про него даже апологет мирного атома Сергей Кириенко в бытность главой Росатома.

Кстати, народ тогда и впрямь ждал от Немцова чудес. Вскоре после его назначения появились слухи, что он собирается продать за границу атомную подлодку, строящуюся «на одном из волжских заводов» («Красное Сормово» еще не успели официально рассекретить), за 5 миллиардов долларов. «Это сообщение взбудоражило Нижний, – писал журналист Владимир Кочетков. – Еще бы: перспектива получения нескольких миллиардов в СКВ позволила бы превратить область в один отдельно взятый оазис посреди пустыни». В то время была идея обогатить страну продажей военной техники, которая потом получила воплощение в Нижегородской ярмарке. Однако новость оказалась «дезой», или, как сейчас говорят, «фейком». Во-первых, субмарина не являлась собственностью области, во-вторых, стоила гораздо дешевле. «Но не будем унывать, ведь в „одном из волжских городов“, помимо лодок, есть еще много чего», – успокаивал Кочетков.

Кстати, духом суверенизации в то время были охвачены многие регионы. Еще вчера считавшиеся лишь частями огромной и как бы дружной советской семьи, теперь каждая республика и область мнили себя автономными государствами. И хотели самостоятельно распоряжаться своими «богатствами». Вот Мордовия, например, десятки лет поставляла в соседние регионы лампочки для светофоров. Однако в 1991 году «суверенное» руководство республики и ее предприятия решили данный товар попридержать для других целей. Если раньше Горьковская область получала 90 тысяч лампочек ежегодно, то за этот год всего 16 тысяч. Как итог – к началу 1992 года из 350 светофоров в Нижнем Новгороде 50 вышли из строя полностью, еще столько же частично. То есть красный свет горел, а зеленый нет и наоборот! «Наступившую суверенность республик нижегородцам придется оценивать не только по пустым прилавкам, но и по резкому росту дорожно-транспортной аварийности, обусловленному отсутствием светофорного регулирования дорожного движения, – писала газета „Нижегородские новости“. – Сотрудникам ГАИ в поисках выхода из такого положения, пожалуй, придется за нарушение правил дорожного движения с пешеходов и водителей взимать электролампочки». В итоге вопрос поставки лампочек пришлось лично решать губернатору Немцову!

Вторым мероприятием Немцова стало назначение угодного ему мэра Нижнего Новгорода, фактически превратившееся в небольшой переворот местного масштаба.

Когда в начале декабря в недавно избранном Горсовете народных депутатов услышали фамилию Бедняков, почти у всех возник резонный вопрос: «А кто это?!» Лишь немногие слышали, что это некий бывший милиционер, полковник, преподаватель высшей школы МВД (готовившей специалистов зловещей для торгашей и спекулянтов ОБХСС), а в последнее время член какого-то экономического совета при Верховном Совете. Но с чего бы ему быть мэром?! В советские времена, чтобы дослужиться до председателя горисполкома или первого секретаря горкома, люди сначала проявляли себя на производстве или партийной работе, потом вкалывали в райсоветах и райкомах, затем немногие из них поднимались до замов – с надеждой при удачном стечении обстоятельств возглавить город. А тут вот так – раз, и вылез! Сам Дмитрий Иванович честно говорил журналистам, что лучше всего разбирается в технологиях реализации (и разбавления) бензина, изготовления сыра, знает, что такое базисная жирность молока, как списывают овощи и делают на этом миллионы. Все это он знал, потому что расследовал такие уголовные дела! Но эти ли качества требовались в то кризисное время главе администрации? Вряд ли. Зато Бедняков имел важный козырь: он был другом Немцова. С коим познакомился… в курилке здания Верховного Совета РСФСР! Закурили, разговорились и подружились.

12 декабря кандидатура Беднякова рассматривалась на заседании Горсовета. При этом из 199 народных избранников на заседание явились только 159, но для кворума этого оказалось достаточно. Немцов лично выступил с речью и настоятельно рекомендовал утвердить Дмитрия Ивановича.

Главным аргументом губернатора было «опасение за судьбу Нижнего». «Я не хотел бы просыпаться в холодном поту и со страхом думать, что у меня там с городом, – заявил Борис Ефимович. – Станет мэром Бедняков – при полном взаимопонимании можно будет изменить к лучшему жизнь города и области». И никто, кроме Беднякова, по его мнению, не мог обеспечить губернатору приятных сновидений. Однако на депутатский корпус все это не произвело никакого впечатления. «Мы вас не знаем! Кто вы такой вообще?» – доносилось из зала. В итоге за Беднякова отдали голоса всего 63 депутата, 93 высказались против, а трое воздержались. После этого сконфуженный Дмитрий Иванович покинул зал, а собравшиеся решили утвердить своего мэра – заместителя председателя горсовета Евгения Сабашникова.

40-летний депутат был из одного поколения с Бедняковым, более того, его коллегой по Высшей школе МВД СССР, где работал преподавателем общественных наук. В то время он входил в руководство Российского движения демократических реформ (Попова-Собчака), руководил его Нижегородским региональным отделением. В общем, типичный демократ первой волны. Правда, в отличие от Беднякова, он был избранным депутатом и политиком, успевшим завоевать у коллег авторитет и доверие. Это подтвердило голосование: ПО человек высказались за Сабашникова, 42 проголосовали против. В тот же день отправили телеграмму президенту Ельцину: «В связи с несогласованием Городским советом кандидатуры Д. И. Беднякова просим Вас назначить на пост главы администрации г. Нижнего Новгорода заместителя председателя Горсовета народных депутатов Евгения Викторовича Сабашникова».

Депутаты не учли, что у последнего был серьезный «недостаток»: он не являлся другом Немцова и не ходил с ним по одним курилкам. Именно это обстоятельство и не позволило Сабашникову стать первым постсоветским мэром Нижнего Новгорода. Скорее всего, Борис Ефимович, имевший прямой выход на Ельцина, позвонил тому еще до того, как горсовет оформил свою телеграмму, и представил произошедшее в выгодном для себя свете. Мол, депутаты утратили чувство реальности, устроили цирк, да и вообще все это очередной заговор против демократии! «Мне кажется, у депутатов случилось некое затмение: большинство из них просто зациклилось на своем уязвленном самолюбии, – прокомментировал отклонение своей кандидатуры сам Бедняков. – Сейчас все заражены духом суверенизации, каждый мнит себя верхом совершенства… Кроме того, депутаты не понимают простой вещи: три месяца назад ситуация была одна, а теперь она совершенно другая. Тогда еще существовала возможность выборов главы городской администрации, сегодня речь может идти только о назначении». В итоге так оно и вышло. 26 декабря Бедняков попросту издал постановление о вступлении в должность самого себя! И у него имелись на то все основания. Дело в том, что за два дня до этого президент, вероятно под влиянием Немцова, подписал указ о назначении глав администраций в областных центрах РСФСР, в том числе в Нижнем Новгороде. В результате оппозиция в лице Горсовета была полностью разгромлена. Бедняков стал правопреемником его исполкома, почти все работники получили уведомления о «высвобождении» с 3 января 1992 года.

Собственно, примерно в таком духе Немцов, не по профессиональным признакам, а в силу личных симпатий и лояльности, подбирал всю свою команду. Неофициальным советником молодого губернатора по экономике и политическим вопросам стал скандально известный бизнесмен Андрей Климентьев. Как утверждает последний, с Немцовым они познакомились летом 1989 года в «Ждановце» – загородном лагере отдыха Горьковского политехнического института, расположенном на восточном берегу Горьковского водохранилища. «И я и Немцов поехали туда девок кадрить, так вот и познакомились, – вспоминает Андрей Анатольевич. – А потом сдружились на почве антикоммунизма. Немцов ненавидел советский строй, и я ненавидел советский строй. А с женским полом у него проблемы были с детства, он всегда переживал, что девушкам не нравится. Со мной советовался по этой теме».

Андрей Климентьев был на пять лет старше Немцова, он вырос в Горьком в семье партийно-хозяйственного функционера, занимавшегося снабжением колхозов и совхозов области сельскохозяйственной техникой. После окончания школы он поступил на Автомобильный факультет Горьковского политехнического института, но на пятом курсе бросил учебу. Про таких, как Климентьев, в те годы говорили – «золотая молодежь». Дети больших начальников, с юных лет не знавшие трудностей и материальных проблем, жившие красивой жизнью. И если в Москве к тому времени такой молодежи стало уже довольно много, то в провинции юноши, разъезжавшие по центру города на собственной «Волге» и снимавшие девок, а потом устраивавшие шумные гулянки в ресторанах и игравшие в азартные игры, во время которых проигрывались десятки тысяч рублей, быстро привлекли внимание партийных органов. После того как в 1982 году трагически погиб Климентьев-старший (утонул в машине во время поездки в область), все трое его сыновей были арестованы и показательно осуждены. В тот период, когда советская мораль быстро разлагалась, власть реагировала на эти факты особенно остро. Андрей был обвинен в распространении порнографии (якобы устроил коллективный просмотр фильма «Эммануэль») и «попытке мошенничества в особо крупных размерах» (играл в покер) и приговорен к восьми годам тюрьмы. Именно эти липовые «преступления» позднее позволили утверждать, что «криминал рвется во власть».

Вышел из тюрьмы Климентьев в 1989 году и оказался в совсем другой стране, где порножурналы продавались на «толчках» вместе с сувенирными машинками, а певец Вячеслав Добрынин уже сочинял свою песню «Казино». Андрей Анатольевич конечно же не стал отставать от времени и тотчас организовал собственный бизнес. Ну а когда Немцов стал губернатором, он, как старший товарищ и знаток рыночной экономики, был его неофициальным советником, который оказывал большое влияние на многие принимаемые решения. Бизнесмен, не занимавший никаких официальных постов в администрации, ходил в здание бывшего обкома, как к себе на работу. «Немцов самостоятельно не мог принять ни одно решение, – утверждает Климентьев. – Все тогда решалось коллегиально, либо у Немцова на даче, либо прямо в его кабинете. Сели, обсудили и решили. Многие решения принимал я лично, а потом они оформлялись постановлениями губернатора. Я был в курсе всех тем и вопросов». Конечно же не стоит думать, что областью в первые годы правил Климентьев. У Немцова сформировался некий ближний круг, «семья». Периодически в нее вливались новые люди, а старые, наоборот, впадали в опалу. В поддержке «семьи» Борис Ефимович очень нуждался. Не только в силу молодого возраста и неопытности, но и определенных психологических особенностей, подробнее о которых будет рассказано ниже.

Ничего удивительного во всем этом не было. В периоды распада государства и кризисов у власти всегда оказывались случайные люди и авантюристы, которых волна перемен как бы сама забрасывала на борт тонущей страны. Во время Смуты были Лжедмитрий II, Семибоярщина и Василий Шуйский, в эпоху дворцовых переворотов – Меньшиков, Остерман и Ко, в 1917 году – Керенский, в 1953-м – Лаврентий Берия. Не был исключением и период распада СССР. Так или иначе Немцов возглавил область в самый сложный период, предстояли глубокий экономический и промышленный спад, «шоковая терапия», «криминальный беспредел», окончательное крушение прежних ценностей и т. д. Страна вступала в новую эпоху.

Глава 4
Немцовская губерния

«Плюс спекулятизация всей страны»

В январе 1992 года советские граждане, только что превратившиеся в россиян, впервые после долгих лет советской власти узнали, что такое рыночная экономика. Если выразиться точнее – рыночные цены. Люди, привыкшие к тому, что стоимость большинства товаров от копеечного коробка спичек до пятнадцатитысячной «Волги» не меняется годами. Поэтому «новогодний сюрприз» от правительства Гайдара многим показался кошмарным сном. К примеру, возле рожка из белой муки, долгие годы стоившего пять копеек, появился устрашающий ценник – 90 копеек. Сметана, долгие годы продававшаяся по 37 копеек, «взлетела» сразу до 60 рублей! В среднем же цены в магазинах выросли в 20–30 раз. Либерализация цен являлась первым пунктом программы неотложных экономических реформ, одобренной Съездом народных депутатов РСФСР в октябре 1991 года. За нее тогда проголосовало 878 народных избранников из 894. Об этом, кстати, забывают многие критики последующих реформ, приписывая ответственность за них исключительно «не легшему на рельсы» президенту Борису Ельцину и премьер-министру Егору Гайдару.

Со 2 января 1992 года 90% розничных и 80% оптовых цен были освобождены от государственного регулирования. При этом контроль за уровнем цен на ряд социально значимых товаров и услуг (хлеб, молоко, общественный транспорт, услуги ЖКХ) был временно оставлен за государством. Наценки на такие товары были лимитированы. Помимо либерализации цен, в это же время начались и другие реформы, в частности либерализация зарплат, введение свободы розничной торговли и др.

Впрочем, в первое время покупатели не заметили в магазинах обещанного изобилия. В связи с чем у части народа даже возникла паника, мол, цены вырастут, а дефицит останется! Словом, было плохо, а будет еще хуже. Голод грядет! «После второго января нас ждет совсем другая жизнь. Так в один голос говорили политики, экономисты, бизнесмены, мол, отпустим цены на свободу и в магазины будем ходить как в музей, где будет недоступное большинству изобилие, поэтому исчезнут очереди, – писал журналист О. Васильев. – Стены, завешанные лоснящимися от жира копчеными колбасами, витрины, ломящиеся от разнообразия сыров, прилавки, заваленные рыбными тушками всевозможных размеров и форм, в общем – молочные реки и кисельные берега рисовало голодное воображение… Увы, экскурсия по нижегородским магазинам разочаровала. Очередей действительно не стало, но совсем по другой причине. Прилавки и витрины поразили девственной пустотой… В торговых залах царило запустение. Правда, ценники заменили на новые, по крайней мере, стоимость товара, который ожидается продавать за тем или иным прилавком, узнать можно. Как написал бы Михаил Жванецкий времен свободных цен: вчера не было по три рубля, а сегодня по пять».

«Поэтому трудно удержаться от вывода, что нынешняя „либерализация“ сродни павловскому апрельскому повышению цен, – пессимистически констатировал журналист Михаил Левин в статье „Плюс спекулятизация всей страны“. – Даже по своей методе они схожи, ибо страдают опять-таки простые потребители, т. е. мы с вами… Из ничего ничего не появится. Безудержная государственная гонка цен никогда не заменит конкуренции – а конкурировать сейчас некому и не с кем. А если что и маячит впереди, то это гиперинфляция и (давайте скажем честно) товарный голод».

А в некоторых магазинах даже как бы по инерции продолжалась торговля по талонам. Дело в том, что рыночные цены с Нового года ввели, однако как такового приказа об отмене карточек никто не издавал. Соответственно, на местах власти поступали по своему усмотрению. Благо все магазины пока оставались государственными, их заведующие подчинялись пищеторгам, а те горисполкомам. «А вот официальный список товаров, которые мы можем приобрести в январе по талонам: крупа из наличия – 500 г, макаронные изделия – 325 г, маргарин – 250 г, винно-водочные изделия, коньяк, шампанское – 2 бутылки, соль нулевого помола – 1 кг на квартал, синтетические моющие средства (включая пастообразные) – 500 г на квартал, мыло хозяйственное – 1 кусок на квартал, мыло туалетное – 500 г на квартал, – сообщали СМИ 4 января. – Срок действия талонов на сахар за ноябрь 1991 г. продлен до 1 февраля».

В этих условиях 9 января 1992 года в Нижний Новгород прибыл президент Борис Ельцин. Целью его поездки по городам Поволжья было на месте оценить ход реформ и поддержать население в эпоху трудных испытаний. Визит был полон сюрпризов и импровизаций. Так, еще утром президент уклонился от намеченного маршрута и неожиданно появился в гастрономе на площади Горького (впоследствии получил известность как «климентьевский» магазин «Европа»). Там он с изумлением увидел на прилавке масло крестьянское по 207 рублей за килограмм. Губернатор Немцов, сопровождавший главу государства, впоследствии вспоминал:

«Прилетев, Ельцин высказал пожелание: „Хочу в гастроном“. – Я: „Пожалуйста. Прямо сейчас?“ – „Да, и в какой – выберу сам“. У него, чтобы ты знал, такая фишка была: мол, вы мне тут специально потемкинскую деревню устраиваете, а я не позволю пускать пыль в глаза… Едем, короче, по Нижнему, и вдруг около одного из гастрономов он скомандовал остановиться – ткнул пальцем: „Вот этот“. Заходим, а там бабушки – набросились на него, естественно, с кулаками…

– …и палками…

– …„Что ты, – кричат, – натворил?!“ Ельцин подошел к прилавку, увидел там напуганных продавцов, для которых появление президента было полнейшей неожиданностью».

Борис Николаевич тут же обратился к Немцову с вопросом: «А кто торгует маслом по таким ценам?» Заместитель губернатора Иван Скляров тут же сообщил, что «спекулянтом» являлось объединение «Горькиймолокопром» и его дочернее предприятие «Молокоторг». Тогда Ельцин потребовал в суточный срок ликвидировать указанную контору, а цены опустить. Немцов выполнил указание главы государства в тот же вечер! Вот как быстро и легко решались вопросы на заре капитализма. Попутно в очереди за молоком президент встретил бывшего народного депутата СССР ректора Нижегородского университета Александра Хохлова. Тот, пользуясь случаем, пожаловался главе государства на социальную незащищенность людей и низкие зарплаты. Ельцин пообещал разобраться. После чего кортеж тронулся дальше.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8