Дмитрий Цветков.

Предел искушения



скачать книгу бесплатно

Илья присмотрелся к мужчинам:

«Господи, да может, они девушек ждут!» – пытаясь избавиться от излишней подозрительности, журналист отошёл от окна и спросил:

– Яков Исаакович, а о какой женщине вы постоянно упоминаете?

– Историк из Голландии – Элеонора ван Голланд. Эта была её идея – начать раскопки в этом месте. Элеонора одержима идеей отыскать «Книгу жизни», – Синеев сухо рассмеялся. – Как видите, ей это удалось.

– А вы не могли бы помочь встретиться с госпожой ван Голланд и, если возможно, с экспертами, давшими положительное заключение по книге?

– Почему не помочь? – старик достал мобильный телефон. – Записывайте.

Илаев перенёс продиктованные номера историков в список своих контактов.

– И последнее, – журналист пристально посмотрел на Синеева. – Есть хоть малейшая вероятность того, что «Книга жизни», написанная Авиценной, действительно существует?

Яков Исаакович потёр рукой лоб и шумно выдохнул.

– Я учёный, и могу оперировать только фактами. А никаких фактов, подтверждающих существование этой рукописи, нет. Но… – старик многозначительно взглянул на Илаева, – факты, опровергающие её написание Ибн Синой, тоже отсутствуют.

– Но вы, же утвержда… – начал было Илья.

– Я утверждал! – прервал его Синеев. – И буду утверждать! Для меня, как для учёного, книги не существует, пока нет фактов и убедительных доказательств обратного… А как для человека, которому свойственно ошибаться… – Синеев задумался. – В любом случае, наша находка «Книгой жизни» не является, и это неоспоримый факт!


7

Синеев не стал провожать Илью до двери. Он выглядел взволнованным и удручённым. Пожилые люди, имеющие твёрдые убеждения, всегда болезненно и ревностно относятся к своим воззрениям, и Илья это прекрасно понимал. Вежливо попрощавшись, он спустился к выходу. Молодой грек – по всей вероятности, помощник историка – что-то произнес на своём языке и учтиво кивнул головой.

– И вам всего хорошего, – ответил Илья и вышел на узкую улочку.

Вокруг никого – тишина и спокойствие. Илаев постоял минут пять, размышляя. Выкурил сигарету, огляделся и направился в сторону центра города.

Оказавшись на более оживленной улице, он остановил такси и объяснил водителю, что хочет разместиться в гостинице, желательно поближе к морю. Таксист с колоритной внешностью уроженца здешних краёв, энергично закивал.

Минут через пятнадцать машина остановилось у отеля, и водитель с чувством выполненного долга указал рукой на здание, а затем на счётчик таксометра. По мнению Илаева, это место больше походило на центр города, а близость моря вызывала большие сомнения.

– А до пляжа далеко? – недоверчиво поинтересовался журналист, и тут же получил поток информации на греческом языке.

Сообразив, что продолжать разговор бесполезно, Илаев грустно кивнул и достал кошелёк. С натянутой улыбкой на лице и безобидными ругательствами на устах он направился в отель.


***

Спал Илья прекрасно.

Без снов.

После завтрака он решил сделать несколько звонков и наконец-то отправиться на пляж.

Из разговора с Синеевым вытекало, что к лжедоказательству подлинности книги приложила руку некая Элеонора ван Голланд. Она представлялась Илье дамой в годах, довольно упитанной, с маленькими бегающими глазками и неизменной сигаретой во рту – эдакой авантюристкой от науки, пытающейся правдами и неправдами обеспечить себе безбедную старость.

Из всего списка, предоставленного Синеевым, дозвониться получилось лишь до одного ученого, к счастью, проживающего в Ираклионе. Капризный научный муж назначил встречу через тридцать минут в таверне «Морская», чему Илаев не слишком обрадовался, так как долгожданное единение с морской пучиной снова откладывалось на неопределённый срок.

Ровно через полчаса Илья зашёл в таверну. Уютный зал практически пустовал: среди посетителей можно было заметить лишь молодую пару и худощавого грека с длинными седыми волосами, степенно поедающего жареную рыбу с овощами. Именно к нему и устремился искатель древних рукописей.

– Простите, вероятно, я с вами договаривался о встрече?

– Коста Симиниди, – сухо представился грек, не переставая жевать.

– Илья Илаев – журналист, – тем же тоном ответил Илья и, не дожидаясь приглашения, сел напротив.

– Так уж и журналист? – Симиниди смерил Илаева насмешливо-недоверчивым взглядом.

– Именно так. Я представляю несколько крупных московских издательств. Можете убедиться в этом, сделав запрос в интернете, – Илья состроил показательно серьёзную физиономию.

– Да ладно, – отмахнулся Симиниди. – У меня мало времени, так что спрашивайте.

– Я здесь по просьбе Всеволода Александровича Реболарова…

– Я знаю, кто такой господин Реболаров. Если бы не он, я вообще не стал бы с вами встречаться, – Симиниди подкрепил свои слова убедительным кивком.

– Тогда сразу к делу?

– Да, конечно. У меня действительно мало времени, – повторился учёный, продолжив трапезу.

Илья тяжело вздохнул, настраиваясь на трудную беседу.

– Вы подтвердили подлинность найденной рукописи, определив её как «Книгу жизни» за авторством…

Симиниди вновь резко оборвал Илаева.

– Я знаю, как я определил находку!

Многолетний опыт журналистской деятельности приучил Илью к терпеливой и сдержанной манере беседы, даже если собеседник – редкостный хам.

– Господин Синеев заявляет, что это не совсем верное заключение.

– При всём уважении, Яков не эксперт в этой области, – огрызнулся Симиниди.

– Но он уверен, что «Книги жизни» вовсе не существует.

Прекратив жевать, Коста сердито зыркнул на Илью. Грудная клетка учёного наполнилась воздухом. Илаев напрягся, ожидая извержения гневной речи, но…

– Видите ли, – неожиданно мягко заговорил грек, выпустив не пригодившийся воздух из легких, – с этим артефактом связано множество загадочных обстоятельств, а Яков полностью отрицает существование вещей, необъяснимых с научной точки зрения.

Илья понимающе кивнул, радуясь в душе несостоявшейся бури эмоций собеседника.

– То, что книга была написана, у меня лично не возникает никаких сомнений, – продолжил Симиниди, – тому есть документальные подтверждения. Конечно, можно отрицать и их подлинность, но… – учёный задумался, подбирая нужные слова, – греки несколько иначе относятся к истории. Сами понимаете, наше государство существует с тех самых времён, с которых эта наука ведёт летопись. Накопленные за тысячелетия знания и опыт нашего народа зачастую сокрыт в легендах и мифах. Так вот, если не воспринимать тексты буквально, то с их помощью можно делать большие открытия. Ибн Сина – по легенде, если вам угодно – после завершения работы над «Книгой жизни» запретил своим ученикам являть её людям. Он был уверен – нам рано давать эти знания. Авиценна спрятал рукопись – спрятал у всех на виду. Человек, готовый впитать великую мудрость, сможет без труда найти её, но тот, чьи помыслы нечисты, не сумеет воспользоваться книгой, – Симиниди замолчал, приняв глубокомысленный вид, будто он лично получил наставления от великого философа. – Так вот… Когда придёт время, человек с чистой душой подарит людям сокровенные знания – так утверждает легенда.

– Вы верите в это? – аккуратно уточнил Илья

Коста загадочно растянул губы.

– За последние двадцать лет эту рукопись находили трижды, и трижды она исчезала абсолютно непостижимым образом. Первый раз книга пропала из палатки археологов через час после обнаружения вместе с глиняным сосудом, в который её запечатали – это было на Тибете. Второй раз – в Индии. Там произошла совершенно мистическая история. Находку аккуратно упаковали и немедленно отправили в аэропорт для транспортировки в Лондон. В машине находился водитель и сопровождающий. По дороге книга исчезла, – Симиниди вопросительно посмотрел на Илью.

– Водитель с сопровождающим вступили в сговор? – предположил журналист.

– Так подумали все, – грустно протянул Коста, – но печати не были нарушены.

– Почему вы считаете, что в Греции обнаружили именно эту книгу?

Симиниди скупо ухмыльнулся.

– Я три раза держал в руках один и тот же документ. Это я был в той машине, и могу заверить: ни я, ни мой спутник не прикасались к находке.

Илья потёр рукой лоб.

– Но книгу могли подменить, пока упаковывали?

– Могли, – безразлично произнёс Коста, – но речь не об этом. Я трижды в разных частях света держал в руках рукопись. Как вы считаете, могу я ошибаться? Поиски этого артефакта превратились в смысл моей жизни.

– А Синеев – он знает эту историю?

– Яков – убеждённый материалист. Он верит только фактам. А, как вы понимаете, фактов, достаточно весомых для научных кругов, нет, как нет для них доказательств небытия.

– А у вас? У вас есть доказательства? – с ноткой недоверия спросил Илья.

– У меня есть, – решительно ответил Коста, отставив пустую тарелку; он сделал пару глотков сока и вытер салфеткой рот. – Извините, но я и вправду тороплюсь.

Илья пришёл к выводу, что он не услышал ничего внятного ни от Синеева, ни от Симиниди.

Что за рукопись нашли в Греции? Действительно ли это «Книга жизни»? Да и вообще, существует ли она? Какая организация так ревностно оберегает секрет Авиценны? Ученики? Последователи? Тайный Орден? Может быть, Синеев прав, и дело лишь в деньгах? Умельцев делать деньги на тайне хватает, а чтобы она не стала явью, тайну нужно бережно хранить и умело прятать – особенно, если она вымышленная.

Симиниди вышел из таверны вслед за Илаевым и молча проследовал к припаркованному рядом джипу. Илья проводил взглядом угрюмого грека, все ещё размышляя о странной истории. «Эх, к чёрту тайны! – подумал журналист. – От них на такой жаре можно сделаться параноиком. Пора, наконец, повидаться с морем. Искупаюсь, освежусь – и голова станет яснее!», – решил он и направился вниз по улице.

Илья не успел пройти и ста метров, как громкие возгласы за спиной заставили его обернуться. У таверны, в которой журналист только что беседовал с учёным, рядом с джипом неподвижно лежал худощавый мужчина, и его длинные седые волосы были размётаны по тротуару. Прохожие уже начали собираться вокруг; одна из женщин пронзительно закричала:

– Это же Коста!

Илья быстро зашагал обратно, но дорогу неожиданно преградил «Ауди»-кабриолет, заехавший прямо на тротуар.

– Прыгай, живо! – скомандовала сидящая за рулем незнакомка, эмоциональными жестами зазывая журналиста в машину.

Илаев посмотрел на растущую вокруг Симиниди толпу. Вдалеке послышался вой сирены скорой помощи. Переведя взгляд на молодую женщину за рулём, он секунду помешкал и, не открывая дверцы, запрыгнул в кабриолет. «Ауди» сорвалась с места, взвизгнув шинами, развернулась и помчалась прочь с места происшествия.


8

Через десять минут загадочная спутница Ильи вывела машину в пригород Ираклиона. Журналист не понимал, зачем он вообще сел в автомобиль: то ли требования женщины были слишком настойчивы, то ли неординарность и неожиданность ситуации не позволили ему принять мало-мальски обдуманное решение.

Дорога, поизвивавшись между разрозненными пригородными строениями, плавно перешла в пологий горный серпантин, оставив за спиной центральный город острова, так и не успевший стать для журналиста курортным.

Илья молчал. Мысли в голове метались и кружились. Он не знал, что случилось с Костой, но хотелось думать, что это был обыкновенный обморок, случившийся из-за сильной жары, хотя…

«Неужели он умер? – Илья ужасался своему мрачному предположению. – Господи, да что за мысли?! Вероятно, ему стало плохо – человек-то немолодой. А может быть, приступ… какой-нибудь хронический недуг дал о себе знать».

– Ты что с ним сделал? – вопрос девушки заставил Илаева вздрогнуть.

– Я? – зачем-то переспросил журналист. – Мы просто беседовали. А когда вышли из таверны, я решил прогуляться к морю, но тут услышал крики и увидел Симиниди, лежащим на тротуаре.

– Это я и сама видела, – язвительно заметила водительница.

– Тогда что вас интересует? – Илаев не понимал себя. Он разговаривал с совершенно незнакомой женщиной, отвечал на её вопросы, позволял везти себя в неизвестном направлении, и даже не интересовался, в каком. – А куда мы, собственно, едем? – наконец, удосужился спросить журналист.

– Здесь недалеко – примерно с полчаса, – непринуждённо бросила незнакомка.

Получив исчерпывающий ответ, Илья тупо мотнул головой, и в разговоре снова наступила напряжённая пауза.

Девушка первой нарушила молчание:

– А ты молодец! Я бы даже сказала, настоящий мужик! Не истеришь, не задаёшь вопросов. Достойно! Тебе действительно нет никакого дела, кто я?

Илья промолчал… А что можно было ответить на риторический вопрос?

В силу своей профессии, Илаеву нередко приходилось заниматься делами, изначально не предвещающими никаких неприятностей, но позднее оборачивающимися крупными проблемами. По опыту он знал, что лишние вопросы могут лишь усугубить ситуацию, посему иногда лучше не задаваться ими, а хорошенько подумать, выжидая подходящего момента.

– Интересная реакция, – она наградила Илью одобрительным взглядом.

– Так кто вы такая? – журналист старался изобразить равнодушие.

– Элеонора ван Голланд, историк, – глядя вперёд, она насмешливо улыбалась, – Удивлены?

Элеонора ошибалась. Илаев был не просто удивлён – он был ошарашен. Помимо того, что внешность ван Голланд абсолютно не соответствовала воображённому им образу, Илья никак не ожидал, что историк будет вести себя на манер суперагента из какого-то блокбастера. Однако он старался не выдавать своей растерянности:

– И что же вы делали вблизи таверны и почему так оперативно предложили услуги такси?

– Следила за тобой, – ничуть не смущаясь, заявила Элеонора. – А когда Коста упал, а ты решил вернуться, подумала: объяснения с полицией – это не то, что сейчас нужно.

– Так вы считаете?..

Ван Голланд не дала Илье договорить.

– На кону большое открытие, а для некоторых – ещё и огромные деньги. В такой ситуации всякое может случиться. Я постараюсь в ближайшее время всё разузнать, а пока тебе лучше исчезнуть, – она на секунду задумалась. – Кто-нибудь знал, что ты встречаешься с Костой?

– Кроме вас? – саркастически уточнил Илья.

Элеонора усмехнулась.

– За полчаса до вашей встречи Симиниди позвонил мне и сказал, что журналист Илаев из Москвы хочет побеседовать с ним по просьбе Реболарова. Я решила понаблюдать за таверной. Всеволод Александрович, как ты понимаешь, не совсем доволен нашей работой, а он человек серьёзный и порой склонен к радикальным действиям. Будь ты причастен к внезапному обмороку Косты – не стал бы возвращаться, но раз уж бросился на помощь, как сестра милосердия, я поняла, что ты встречался с ним с другими намерениями.

– Вы так боитесь своего работодателя?

– Он для меня не совсем работодатель. Реболаров хорошо финансирует мои исследования. Я же, в свою очередь, помогаю ему в приобретении некоторых исторических раритетов. Скорее мы партнёры, – Элеонора натянуто улыбнулась, – если слово «партнёр» вообще применимо по отношению к Реболарову. По сути, он одиночка.

– Считаете, он может представлять для вас угрозу? – спросил Илья.

– Считаю, что всегда нужно быть начеку, особенно если дело пахнет большими деньгами; ведь ты здесь из-за исчезновения книги?

– Именно.

Она кивнула, подтверждая свою догадку.

– Ты не ответил, знает ли ещё кто-нибудь о вашей встрече с Костой? – отчётливо, чуть ли не по слогам, проговорила Элеонора.

– Если только Синеев – он поделился со мной контактами учёных. Но не уверен, что Коста и ему доложил о нашей договорённости. Кажется, они не очень ладят.

Элеонора рассмеялась.

– Яков Исаакович – милейший человек. Он не способен долго злиться на кого-либо, хотя вспылить может. Уверена, меня он окрестил воровкой или интриганкой.

– Мошенницей, – поправил Илья, улыбнувшись.

– Как мило, – Элеонора рассмеялась ещё пуще. – Яков Исаакович – раб науки, он не предполагает даже малейшего отклонения от регламента исследования.

– Наверное, это неплохо для ученого?

– Для администратора, может, и неплохо. А для учёного, скорее, нехорошо: кругозор сужается, творческий поиск и смелые гипотезы, без которых неизбежно развитие любой науки, становятся в один ряд с ересью. Учёный превращается в прокурора, рьяно защищающего установленные правила. Процесс останавливается, и исследования не ведут к открытию нового, а сводятся к подтверждению уже существующего. Если бы Коперник руководствовался этими принципами, ему бы и в голову не пришло строить теории, способные разрушить всеобщее представление о мироздании.

Элеонора в миг перевоплотилась из детектива в историка. Она заговорила, рассудительно, но в то же время, с долей творческой смелости.

Илья, наконец, внимательно рассмотрел свою спутницу. На вид ей можно было дать около тридцати, и лишь осведомлённость о статусе и достижениях Элеоноры ван Голланд вынуждала журналиста накинуть ещё несколько лет. Приятные правильные черты лица, очаровательная улыбка, обнажающая безупречно ровные белоснежные зубы. Её глаза скрывали солнцезащитные очки, а роскошные тёмно-русые волосы оплетал шёлковый платок, не позволяя им развеваться на ветру. Лёгкое кокетливое платье нежно-голубого цвета с открытыми плечиками – явно не из супермаркета – подчёркивало все прелести её изящной фигурки. Словом, выглядела Элеонора исключительно здорово.

Живописные пейзажи горной дороги – узкие ущелья, крутые склоны, заросшие редкой низкой растительностью, периодические проблески Средиземного моря, чередующиеся со зданиями пляжных отелей – сменились пригородными улицами неизвестного населённого пункта, в который они въехали после часового путешествия.

Элеонора лихо управляла автомобилем. Время от времени она давила на клаксон, выразительно жестикулируя и выкрикивая эмоциональные реплики неловким участникам движения. Минут через десять они оказались на набережной. Слева сплошной стеной выстроились отели, рестораны и магазины; справа рябили разноцветные грибы пляжных зонтиков. Вскоре Элеонора свернула в проулок и на второй линии улиц припарковала машину у здания гостиницы.

– Здесь пока и остановишься, – деловито распорядилась она. – Отель неплохой, до моря три минуты. Размещайся, отдыхай. Мне не звони – я сама тебя найду.

Небрежным движением головы она дала понять Илье, что пора выметаться из кабриолета.

– Хорошо, – Илаев подхватил сумку, открыл довольно массивную дверь купе, и, выйдя на улицу, ещё раз внимательно посмотрел на ван Голланд. – Спасибо вам…

– Не за что, журналист, – оборвала она благодарности. – И хватит выкать, а то я чувствую себя старухой.

Илья хотел согласиться, но машина резко сорвалась с места и через несколько секунд скрылась за ближайшим поворотом.

Илаев осмотрелся: место, в котором он оказался, совершенно очевидно, было курортным. По тротуарам праздно прогуливались туристы в полупляжном одеянии. Вторая линия улиц, как и первая, была сплошь застроена отелями. «Интересно, что это за городок?» – подумал он, направляясь к указанному Элеонорой зданию.

Приветливая гречанка, изо всех сил пытаясь скрыть своё удивление странноватым вопросом гостя, с улыбкой объяснила Илаеву, что он находится в городке под названием Ретимно.

Элеонора была права: отель действительно оказался вполне достойным – просторный светлый холл с лёгким налётом греческого колорита, уютный номер, из которого за малоэтажными зданиями и буйно цветущими кустарниками поблескивало море. Илья принял душ, переоделся и без промедления отправился на пляж.

Расположившись на лежаке под огромным жёлто-зелёным зонтом, он скинул с себя шорты, майку и, словно озорной школьник, вприпрыжку побежал к морю.

«В прошлой жизни я точно был дельфином», – радостно думал Илья, наслаждаясь приятной солёной прохладой Средиземного моря.

Он плавал, нырял, лежал на спине звёздочкой, снова плавал и снова нырял. Вдоволь насытившись блаженными ощущениями водных экзерсисов, журналист вышел на песчаный берег, и с минуту погревшись под солнечными лучами, направился к своему зонтику. Он, наконец, занимался тем, чем и подобает заниматься человеку в отпуске, хотя воспоминания о Косте Симиниди, периодически накатывающие в такт морским волнам, несколько нарушали курортную идиллию.

«И почему я вечно и рисую себе всякие ужасы и предрекаю самый дурной исход? Может, Коста уже благополучно занимается своими раскопками после хорошего понюха нашатыря», – эти мысли, не иначе, навеянные беспечным морским воздухом, несколько успокоили Илаева. Он закурил и принялся рассматривать окружающих его курортников и куда более пристально – курортниц.


9

– Мистер Илаев? – миловидная гречанка, возникшая в дверном проёме его номера, вопросительно смотрела на Илью.

– Да. Чем могу быть…?

– Разрешите вам предложить, – и девушка протянула журналисту небольшой рекламный буклет.

Илья рассмотрел его: ресторан «Олимп» приглашал своих гостей отведать блюда греческой и европейской кухни, которые весьма аппетитно были изображены на рекламке.

– Благодарю. Это где-то рядом? – уточнил Илья.

– Да, – девушка быстро объяснила, как пройти до ресторана. Судя по её словам, заведение находилось буквально в двух шагах от отеля.

– Что ж, обязательно посещу. Ещё раз спасибо, – вежливо ответил Илаев.

– Приходите! – её карие глаза засияли. – Наши повара прекрасно готовят, а по вечерам в ресторане живая музыка.

Юная гречанка сделала книксен и удалилась.

Закрыв дверь в номер, Илья повертел буклет в руках и положил его на полочку перед зеркалом.

Несколькими часами ранее, вдоволь насладившись морскими и солнечными ваннами, а также яствами открытого пляжного кафе, разморённый Илаев вернулся в отель. Разлегшись на широкой кровати, он сам не заметил, как погрузился в крепкий послеобеденный сон, который и нарушил нежданный визит рекламного агента из ресторана «Олимп».



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8