скачать книгу бесплатно
– Тань, можно я с тобой пойду? Хоть рассмотрю хорошенько живого миллионера, а то прошлый раз довольно темно было.
– Нет, это неудобно, не надо устраивать, раньше времени смотрины.
– Ну, Тань! – заканючила Юлька.
А потом в комнате раздалась мелодия ее мобильного телефона. Удивительно, что без этих постоянных звонков мы целых пять минут смогли поговорить спокойно.
– О, Дань, привет!
– Юль, я побежала.
Она лишь закивала головой – отстань, мол.
– Сегодня вечером мы собираемся у Кирилла, – расслышала я последнюю фразу сестры.
Выскользнула из дома.
Шувалов и в самом деле приехал в каске, точнее в крутом черно-красном шлеме, восседая на дорогущем мотоцикле. И его новый белый конь, ну или ослик, наверняка стоил не меньше мерседеса представительского класса, на котором мы ездили прошлый раз. Все принцы – немного выпендрежники. Но выглядел Алекс сногсшибательно, эффектно до дрожи в коленках. Юлька бы верещала от восторга. Я тоже верещала, точнее, издавала писк нокаутированной мышки. Про себя, конечно.
– Привет, Танюш! – задорно, умопомрачительно улыбнулся генеральный директор фирмы «Стройнвест».
Впрочем, сейчас он больше походил на парнишку-хулигана из соседнего двора. Нда уж, поистине, «мужчины всегда остаются мальчишками, просто с возрастом игрушки у них становятся чуточку больше и дороже».
Надо признать, я неосознанно оделась в тему. Чем не мотоледи? Жаль не догадалась попросить у Юльки кожаные штаны с заклепками. Было бы, как говорит сестренка, круто!
– Я на этой штуке никуда не поеду! – произнесли мои губы вместо приветствия.
Чертова рассудительная девочка-отличница вырвалась на свободу.
– Маленькая трусишка, – еще раз коленодрожательно улыбнулся Шувалов.
– Хамовитый выпендрежник! – ой, я это вслух сказала. Ну, надо же.
Хорошо, что Алекс не является моим начальником, значит, не сможет уволить за дерзость. Хотя… Стоит ему попросить о такой услуге Михаила Евгеньевича, и пройти испытательный срок в фирме «Эверест» у меня вряд ли получится. А ведь осталась всего неделя.
Богатенький Буратино рассмеялся.
– Если я пообещаю ехать со скоростью не больше сорока км в час, поедешь?
– Не более двадцати километров в час, – стала торговаться девочка-отличница.
– Согласен! – тут же отреагировал Шувалов.
Чем, признаться, удивил и полностью обезоружил. Даже на миг растерялась от его покладистости. Подозреваю, ехать на таком мотоцикле со скоростью улитки должно быть позорно для любого, даже самого захудалого, принца.
Странно, отчего-то сегодня с Алексом было так легко общаться, и совсем не хотелось выкать.
– Ты меня обманешь!
– Честное пионерское!
– Точно обманешь, и пионером, небось, не был, не до такой степени ты древний.
– Зуб даю!
– В глаз даю, если обманешь!
Алекс заржал, точно белый конь.
– Согласен, Таня, на все согласен! – Шувалов даже поднял руки в знак капитуляции. – Честное гендиректорское, не буду превышать установленный лимит скорости.
Теперь засмеялась я, так трогательно-умилительно он выглядел.
Алекс протянул мне такой же роскошный черно-красный шлем. Кое-как примостила его себе на голову и осторожно села на большой мотоцикл позади Шувалова. Несмело обхватила руками мужскую талию. Ноздрей коснулся кружащий голову аромат чуть терпкого одеколона. Мне нравится, как он пахнет. Этот запах действовал, словно валерьянка на кошек, вдруг захотелось творить непотребства, допустим, громко мурлыкая, точнее тихо постанывая, потереться о широкую мужскую спину, одетую в стильную, явно дорогую, кожаную куртку черного цвета. Алекс почему-то не спешил заводить мотоцикл. Может, он тоже мурлычет?!
– Куда мы едем?!
– В байкерский клуб.
Чуть не поперхнулась. Таня Лазарева, отличница, когда-то занимавшаяся бальными танцами, и байкерский клуб?! Я и мотоцикл – это не просто небо и земля, это разные вселенные.
– Может, не надо?– жалобно прошептала я.
– Не бойся, трусишка, я с тобой!
***
Шувалов сдержал свое слово, ехали мы медленно, очень-очень медленно. Тащиться такими темпами, когда в моторе немерено самых сильных коней, было наверняка довольно сложно для Алекса, впрочем, не только для него, даже мне наскучил наш излишне неспешный темп. Но я из вредности молчала, а неправильный принц держался, словно стойкий оловянный солдатик, и даже соблюдал все правила дорожного движения. Уж я–то знаю, поскольку совсем недавно получила права.
Байкерский клуб находился на выезде из города. Перед, в принципе, ничем не примечательным квадратным зданием, на котором в качестве вывески красовалась эмблема в виде шлема с рогами, находилась небольшая площадка, вся сплошь уставленная мотоциклами. Причем один навороченнее другого, но поскольку я финансист, правильнее сказать – один дороже другого. Помещение внутри, видимо, в поддержку мототемы, украшали студийные фото мужчин во всей байкерской амуниции верхом на самых современных стальных конях и фото полуобнаженных женщин, которым, наоборот, одеждой служили лишь небольшие, прикрывающие самые пикантные места, лоскутки кожи. Девушки в основном полулежали на мотоциклах в соблазнительных, местами даже развратных, позах. В самом центре на небольшом возвышении стояли барабанная установка и черный байк. Видимо, тут зажигают не по-детски.
– О, Алекс, ты с новой девушкой?! – подошел к нам полноватый дядька с бородой. – Красотка, зашибись.
– Это хозяин заведения, – шепнул мне на ушко Алекс.
Его шепот кололся электричеством. Подозреваю, у меня даже мурашки прошлись по коже.
С «новой», значит, каждую свою девушку Шувалов тащит сюда. Отработанная схема охмурения. Ну что сказать?.. Браво! Байкерский клуб мне мигом опротивел.
– И многих девушек он сюда привозил?
Шувалов заметно напрягся от этого простого вопроса. Боится, видимо, что хозяин заведения выдаст мне нелицеприятную правду.
– Он вообще только по старой дружбе заезжает, не чаще трех раз в год. А ведь мы с ним корефаны еще со школьной парты, в одном классе учились.
Удивилась, по мне, этот бородач как минимум лет на десять старше Алекса. Может, почетный второгодник?
– А девушки, только с Милкой был, значит, ты вторая на моей памяти.
Дружок не подвел, могила. Очень хотелось спросить, кто такая Милка, но я ведь не любопытная Варвара. Насчет второй, очень слабо верилось. А быть может, это из разряда «каждый, кто не первый, тот у нас второй», точнее вторая.
– Как новенькой в клубе, тебе сегодня предоставляется право открыть заезд! – продолжил хозяин этого интересного заведения.
Шувалов нахмурил лоб.
– О, нет, Серый, только не она, иди ты со своими дурацкими традициями.
Почему только не я? Что со мной не так?!
– Как понять «открыть заезд»?
Тридцатилетний мужик, который показался мне лет на десять старше Шувалова, то есть сорокалетним дяденькой, задорно мне подмигнул.
– Тебе Алекс потом расскажет… Катька! – позвал он рыжеволосую девушку, одетую в кожаные штаны и кофточку с весьма «скромным» вырезом, показывающим всем желающим добрую половину более чем аппетитных форм, – обслужи-ка этот столик по высшему разряду.
– Ну и что там с открытием заезда? – поинтересовалась я, когда официантка, приняв заказ, отошла от нашего столика.
Лицо Шувалова досадливо скривилось.
– Тебе не понравится, забудь.
– Нет, расскажи, мне стало до ужаса любопытно?
– Да так, глупые пошлые приколы.
– Для его открытия надо раздеться и станцевать стриптиз? – пошутила я.
– Почти, – недовольно произнес Шувалов.
Опачки, угадала, а ведь хотела только пошутить.
– Заезд открывается какой-нибудь интимной частью туалета, лифчиком или трусиками. Ее можно снять под одеждой, не обязательно обнажаться, но главное, это нужно сделать прилюдно. Ну и потом машут ею, словно флагом. А на финише интимная часть женского гардероба достается в награду победителю.
Да уж, действительно, глупые пошлые приколы, аведь кажутся вполне солидными дядечками.
– Забавно, – прошептала я, обалдело хлопая глазами и лихорадочно вспоминая, что сегодня из белья на мне надето. Кажется, ничего сексуального, у меня же дурацкое правило «семи нет». Впрочем, даже не думай, Таня, ты не будешь принимать участие в подобном безумном представлении.
– Но, конечно, это совершенно не для таких девушек, как ты.
«Почему не для таких девушек, как ты?! Мы тоже умеем разными быть», – недовольно заворчала живущая во мне феминистка.
– Не знаю, чего Серый решил вспомнить об этой глупой традиции, – продолжил меж тем Шувалов. – Не переживай, я потом поговорю с ним, и он отстанет.
– Не надо говорить, – вдруг сами по себе произнесли мои губы.
Видимо, во мне проснулась новая девочка – девочка-хулиганка.
Серые глаза потрясенно глянули.
– Таня, нет!
Но, кажется, я вошла в раж, мне хотелось еще больше удивить этого мужчину, сбросить с себя хоть ненадолго ограничительные рамки отличницы-бухгалтерши, попробовать, раз уж представилась такая возможность, вкус жизни из другой для меня вселенной.
Наверно, все эти бунтарские мысли отразились на моем лице.
– Нет, я сказал! – вдруг повторил Алекс, да еще приказным тоном.
А я сделала немыслимое – показала ему язык.
Мужские брови все еще хмурились, а вот губы расплылись в озорной мальчишеской улыбке… Умопомрачительной, колющейся током.
– Даже не предполагал, что ты можешь быть такой хулиганкой.
– Я сегодня решила отпустить занудство погулять.
Он снова рассмеялся.
– Снять трусики будет сложновато.
Серые глаза многозначительно глянули на мои ноги, облаченные в светло-серые чуть расклешенные книзу джинсы. Впрочем, стальным очам мои штаны были слабой помехой, они давно их стащили к чертям собачьим.
– Тогда мне придется пожертвовать другой частью своей одежды, – мило-стервозно улыбнулась я.
– Тогда мне придется участвовать в заезде, поскольку я не могу допустить, чтобы трофей достался кому-нибудь другому.
Это было какое-то сумасшествие, внезапное помутнение рассудка, но я – скромная бухгалтерша Татьяна Лазарева – открыла этот дурацкий мотозаезд. Впрочем, никаких сложностей не возникло, даже обошлась без обнажения со стриптизом, поскольку одежду я надела довольно удобную. Мне стоило только снять куртку, завести назад руки, расстегнуть застежку бюстгальтера и потом с помощью нехитрых манипуляций и подергиваний, под улюлюканье толпы, вытащить через рукава футболки на обозрение присутствующим свой простенький черный лифчик. И чего я не надела что-нибудь поизящней?! Правильная дурочка с переулочка. Оказывается, в жизни надо быть готовой ко всяким непредвиденным обстоятельствам.
Взмахнула лифчиком. Мотоциклы ринулись вперед, на миг оглушив меня рычанием своих моторов. Опасная забава, очень опасная. Таня, ну почему ты не возразила? Позволила Алексу участвовать. Я кусала губы, попеременно то закрывала глаза от страха, то распахивала их сильнее, пытаясь рассмотреть, где находится самая дорогая из этих ревущих дьявольских штуковин и самый красивый водитель в стильном черно-красном шлеме да довольно простой, без всяких заклепок, кожаной куртке, а в руках был зажат мой чертов неказистый бюстгальтер. Хозяин этого непонятного клуба стоял рядом и, матерясь как сапожник, выкрикивал участвующим в заезде сумасшедшим какие-то подбадривающие слова. «Во что ты ввязалась? – орала не своим голосом отличница. – Они же могут расшибиться насмерть! Совсем головы нет!» И мне нечего было ей возразить.
К финишу после пяти кругов ада по большому мототреку позади клуба приближались целых три мотоцикла. Зажмурила глаза. Я сейчас умру от разрыва сердца. Свист, ругань, хохот, рев мотоциклов – все смешалось в один разрывающий барабанные перепонки гул.
– Алекс, бляха-муха! А я думал, ты уже растерял хватку, делая цемент и строя дома, а ты еще крутой перец. Вот что значит правильная мотивация. Впрочем, ради такой красотки я бы тоже всех порвал.
Открыла веки.
Он приехал первым, первым!! О боже, надеюсь, лифчик не сильно замызганный.
Шувалов снял с головы черно-красный шлем. Какой красивый… Держите меня семеро, сейчас побегу его целовать. Нет, конечно, даже с места не сдвинулась, наоборот, впав от волнения в ступор, стояла истуканом, смотря во все глаза на красивое улыбающееся мужское лицо, и комкала в руках свой ничем не примечательный совершенно не сексуальный бюстгальтер.
– Эй, детка, как там тебя?! – обратился ко мне хозяин байкерского клуба.
– Т-таня…
– Иди вручай награду победителю.
Ноги подкашивались, а вокруг все улюлюкали и свистели, подбадривая, но на деле только еще больше смущая меня. Сделала один шаг, второй, дальше оказалось легче. Когда я подошла ближе, Шувалов заграбастал меня в свои объятья и начал целовать. Мужские пальцы чуть сдавили затылок, мужской рот властно разжал мои дрожащие губы, твари внутри живота зашевелились, а когда его рука легла на мою попу, подтаскивая нижнюю часть туловища прямиком к ширинке его брюк, стали биться током. Крик, свист и аплодисменты ворвались в уши, полностью дезориентируя во времени и пространстве. Голова пошла кругом. И я центр мира в этом танце. Для устойчивости крепко схватились за широкие мужские плечи, а мои губы, видно, для лучшей сцепки, чтобы удержаться в этой крутящейся и кричащей действительности, впились в мужской рот, вызвав у Шувалова глухой стон. Это безумие! Это сказка… Да, точно сказка, в которой я – скромная бухгалтерша Таня Лазарева – очутилась по какому-то странному стечению обстоятельств. Меня, видимо, с кем-то перепутали. Наконец, мужские руки на моем теле разжались, а губы отстранились, прерывая поцелуй. Открыла веки, но сказка не исчезла, ведь на меня смотрели серые лучистые глаза настоящего принца.
– Где мой трофей, Таня?