Джульетто Кьеза.

Мир на пороге войны. Размышления европейца



скачать книгу бесплатно

Сейчас есть и экономические противоречия между Европой и Америкой. В Америке социальная система значительно отличается от европейской. А если при измерении демократии образцом брать Америку, то ясно, что некоторые страны Европы не соответствуют ему. Они не совпадают с правовым государством Америка. Например, итальянская конституция в значительной мере отличается от американской. И французская не совпадает. А где может остановиться претензия США диктовать свое понимание демократии? Это порождает невиданные противоречия.

Невозможно, даже при большом желании американцев, настаивать, чтобы 1 миллиард 250 миллионов китайцев жили под девизом американской демократии. Это невозможно. Не может даже речь идти об оценках. И мы рискуем, что на этой почве начнется война.


– Понимают ли итальянцы, европейцы, что намерение США в отношении Ирака не имело ничего общего с желанием установить там демократию и обнаружить мифическое оружие?

– Общественное мнение в Европе намного более развито и разумно, чем в Америке. Почему – другой вопрос. По моему мнению, публика в Америке уже давно заманипулирована, общественное мнение уже давно затерроризировано агрессивными СМИ. В Америке порой не понимают то, что в Европе обычно понимается людьми. В Америке часто слепо верят всему, что говорит президент. И этот воинствующий президент (Джордж Буш), видимо, имеет определенный консенсус, если все опросы говорили, что многие готовы были аплодировать даже применению ядерного оружия против Ирака. Это означает, что миллионы американцев являются жертвами их системы информации. Претензия экспортировать американскую демократию всему миру – страшная глупость. Это – система, делегирующая интегрализм. В этом кроется большая опасность.


– Какой была реакция в Европе на слова американцев о ее старости?

– Мы действительно старые, старше господина Рамсфельда. И это означает, что мы можем быть более мудрыми. Я горжусь, что часть Европы реагирует не положительно на решение американской демократии, поскольку на этот раз поведение американской администрации превышало все нормы допустимого, часть Европы считает необходимым реагировать. Я – представитель Запада, вырос на Западе, ценю свободу слова, высокий уровень жизни, чувство солидарности и уважения к разным культурам. Это все я ценю. Но я не думаю, что это те же ценности, что исповедует и хвалит господин Рамсфельд. Мы – разные люди. Запад – это, слава Богу, не только Рамсфельд и Буш. Мы старые, да. Но, видимо, они слишком молодые и слишком амбициозно жаждущие власти во всем мире. На этот раз было бы хорошо, если бы руководители Америки слушались старших.


– Вы активно занимаетесь политической и общественной деятельностью, встречаетесь с людьми разных стран. Понимают ли люди, что нам всем грозит опасность?

– На нашей планете мы достигли уже определенного необратимого уровня развития, которое может привести к трагическим последствиям. Нужно справедливое распределение богатств.

Это одна из проблем. Надо расширять другой тип развития, где должна соблюдаться справедливость и в отношении людей, и природы. Это трудный путь. Но иначе нельзя. Нельзя ни обойти эту проблему, ни уклониться от ее решения. Надо пытаться решить современные проблемы мира. В одной стране решить эти проблемы нельзя. Все современные большие вызовы нашего поколения – это вызовы, которые нельзя решить внутри одной страны, если даже она огромна. Ни Америка, ни Китай, ни Россия не могут решить самостоятельно, в одиночку современные проблемы. Они могут быть решены лишь на международной арене международным консенсусом. Или посредством войны, когда самый сильный захочет решить с помощью силы. Я считаю, что мирно решить нынешние проблемы можно. Но вижу, что самый сильный – США – думает иначе. Они хотят решить эту проблему самостоятельно вопреки воле всего мира. И я вижу, что некоторые европейские политики понимают, что курс Америки на решение проблемы ведет к трагическим последствиям.


– Чем вы объясняете ретивость некоторых бывших соцстран в военных походах на стороне Америки, против Ирака в том числе? Они хотят ухватить свой кусок нефтяного пирога или просто бескорыстно выслуживаются перед похваливающей их Америкой?

– Ясно было, что расширение Европы и включение бывших восточных соцстран будет очень плохо сказываться для демократической Европы. По той простой причине, что как только эти государства получили независимость от Советского Союза, сразу, немедленно продали независимость американцам. Это уже не независимые государства. Это государства, которые живут в системе ограниченного суверенитета. Это трагедия их истории, конечно, что их руководящие круги предпочитают быть вассалами Америки, чем равноправными партнерами Европейского Союза. Жаль, жаль. Потому что они не получат Европейский Союз, который они знали. Европейский Союз будет слабее. Ясно, что этот маневр Америки ведет к расколу Европы. Она расколота на две части этой войной. Это уже первые плоды линии американской администрации. Так иногда случается, что люди и государства получают свободу и оказываются недостойными этой свободы.


– В книге Мишеля Коллона «Нефть, PR, война», вышедшей на русском языке, великолепно раскрывается механизм развязывания войн. Автор учит различать действенные цели и намерения политиков, прикрывающихся пафосной риторикой. Но книги читают не все. А как вы бы посоветовали людям выявлять суть за словесной завесой политиков?

– К сожалению, я этой книги не читал. Но если автор в ней образовывает людей по этому вопросу, очень хорошо. Всегда те, кто управляет, пытаются оправдать свои действия обманным путем – говорят одно, делают – другое. Это не ново. Новость в другом: в том, что мы стоим на грани трагедии. Большой трагедии, которая не сравнима даже с трагедией Второй мировой войны. Поэтому здесь нужен новый, смелый, тотально обновленный подход. Прежние руководители не могут удовлетворить современные запросы. Они привыкли обманывать. А сейчас вранье немедленно приведет к катастрофе. Мы находимся в этом смысле в большом дефиците: дефицит времени и дефицит руководителей. Чтобы спастись, нужен высокий уровень общественного сознания и высокий моральный уровень руководителей.

Одно из центральных полей сражения нашей эпохи – это информационное поле. И ранее владение информацией и ее распространением было важно. Те, кто владел информацией, доминировал. Но сейчас есть особенность, которой раньше не было. Мы находимся внутри концептуальной революции, когда информация становится в прямом смысле политикой. И когда технический уровень манипулирования средствами массовой информации достиг такого уровня, такого масштаба, что можно обманным путем управлять миллиардами людей. Раньше этого не было. Раньше требовались огромные усилия политиков, чтобы обмануть людей и препятствовать развитию демократии. А сейчас можно довольно легко это сделать, используя мощнейшие средства манипуляции – ТВ. Поэтому демократические силы во всем мире должны делать все, чтобы препятствовать манипуляции нашего сознания, должны учить людей видеть правду.

Кто решает судьбу России

[4]4
  Кьеза Д. Кто решает судьбу России? Литературная газета, № 11, 2007


[Закрыть]

– Недавний нефтегазовый конфликт с Лукашенко, спровоцированный российскими властями, а по сути, российскими олигархами, стал большим подарком европейцам. Однако зачем было создавать подобную ситуацию?

– Конечно, Лукашенко и его идеи многим не нравятся. Более того, многие в России видят Беларусь просто-напросто «большим куском мяса», от которого и хотят откусить. Почему? Да потому, что для них самих нет идеи государственности, они не думают о величии России и ее будущем, а соответственно, у них нет и государственной стратегии, в частности по отношению к Беларуси. Они думают только о своей прибыли и больше ни о чем. Оценить же реально последствия того, что сделали, они сами не способны.

Может, кто-то хочет устранить Лукашенко, а потом присоединить Беларусь к России, но уже без Лукашенко, да и безо всякого сохранения ценностей социалистического государства. Просто как добычу. Как кусок мяса. Но, во-первых, Лукашенко – на своем месте. А во-вторых, какова будет дальнейшая стратегия?..

К слову, сейчас в России хотят скопировать систему эксплуатации природы, существующую на Западе. Но она там уже проваливается – на наших же глазах. Причем даже когда ваши политики в свое время копировали западную демократию, то и тогда не видели, что она уже отмирала. Сейчас они хотят внедрять и западную систему развития, когда она тоже уже буксует, останавливается и вообще ведет к разрушению сферы обитания.


– Зачем же тогда все это копировать? Так могут поступать только безумные люди.

– То и дело появляющиеся загадочные откровения российских олигархов объясняют технологию современной российской власти, и мы понимаем, как рассуждает российская власть. Оказывается, ни о какой демократии и речи не идет. Оказывается, действовать надо жестко и только в личных интересах… И такие люди решают судьбы России! И хотя они считают себя значимыми величинами в стране, у них даже не проглядывается никакого чувства государственности.

Это и есть циничная школа технологии власти.

И убеждаешься: все, что мы думали плохого о «сильных мира сего», – правда. У них нет ничего святого, только свои личные интересы. Для них спасение России – вопрос второстепенный, но они хотят держать страну в своих руках как щит для сохранности собственных капиталов. При этом желают, чтобы их воспринимали мощными игроками. А без России это для них невозможно. Но так продолжаться до бесконечности не может. Из-за игнорирования тех противоречий и проблем, которые они не хотят видеть, кризис будет лишь нарастать. Правда, они думают, что смогут спастись. Да, в какой-то мере, если перебраться на жительство в бункер.

Они продали Россию, разрушили ее. Но прошло уже десять лет, и сейчас эти господа не могут не понимать, что на Западе, в лучшем случае, им уготована роль слуг, абсолютно второстепенных персон, а далеко не главных действующих лиц.

Понятно, что для капиталистического мышления желание быть мощным игроком вполне естественно. А потому страна им нужна, чтобы сохранять свою мощь. Или они закрепятся в России и через защиту интересов государства станут защищать свои интересы. Или же без России они тут же лишатся своей значимости, поскольку на Западе они что-то собой представляют, лишь имея огромные российские финансовые и ресурсные возможности. Тем более что у российских олигархов все капиталы находятся в западных банках, да и их интересы – тоже на Западе.

Впрочем, не у всех из них наблюдается полное пренебрежение к судьбе своей страны. Но не потому, что последние – патриоты. А потому, что у них здесь есть свои интересы. Россия – это их площадка, здесь формируется их капитал. Они сильны, пока они в России. А значит, у них не только западные интересы. И эти нюансы очень важно понимать. В этом загадка и противоречие. Запад наступает, а они не знают – где сидеть и с кем строить альянсы. Их капиталы – там, и там же они могут быть заблокированы. Что делать?

По этой причине, кстати, надо развести политику и бизнес. Потому что капиталист думает только о деньгах, а не об интересах страны и ее перспективах. Будучи, условно говоря, и министром, и поставщиком лекарств, он ради прибыли готов забыть об интересах миллионов человек…

А в итоге складывается впечатление, что у руководства России нет четких стратегических целей. Что, например, ярко и продемонстрировал кризис с Беларусью. И здесь Запад может быть спокоен: от российских олигархов ничего плохого ожидать не стоит – они даже готовы подарить Европе Беларусь. Разве можно в таких условиях ожидать объединения с Россией? Ведь если Лукашенко проиграет, то на его место к власти сразу же придут прозападные политики, которые – как это было на Украине или в Грузии – заявят о стремлении в НАТО и в Европу.

«Демократию нельзя экспортировать»

[5]5
  «Завтра», № 24(606), июль 2005.


[Закрыть]

– Не являются ли итоги референдумов во Франции и Голландии предтечей тотального разрушения единой Европы?

– Я не разделяю тревог относительно судьбы Европы и оцениваю голосование французов и голландцев положительно. В данном случае люди голосовали не «за» или «против» новой конституции. Проект евроконституции – 400 страниц. Миллионы людей во Франции и Голландии эту конституцию просто не читали. За что или против чего тогда они голосовали? В основном они голосовали «за» или «против» той Европы, которую они знают. Обыкновенные люди, простые граждане – это не специалисты, не политологи, они не разбираются в политических хитросплетениях. Да, во Франции, Голландии в СМИ была развернута широкая дискуссия по поводу конституции. И это – очень положительный момент. Господин Ширак, хотя он консервативный человек, сделал широкий и смелый шаг: он обратился к народу. Слава Богу. Молодец, что так поступил. А народ ему сказал: «Извини, дорогой, но нам не нравится то, что сделано». Такое обращение к мнению народа – большое продвижение вперед.

На сегодня во Франции и Голландии люди об общей Европе знают намного больше, чем в Германии, Италии, где договор по новой конституции был подписан парламентами. А во Франции, Голландии граждане читали, писали, рассуждали на эту тему. В итоге решили: нет. Но это «нет» – не конституции, которую большинство голосовавших не читало, а той Европе, которая строилась все эти годы. Люди недовольны результатом. Если они отвечают «нет», это надо учитывать.

Чем люди недовольны? Ответ простой и ясный: европейцы старой Европы таким образом отвечают, что не хотят терять те завоевания, социальные в том числе, которые имели до сих пор. Между прочим, очень значительные завоевания, создававшиеся в течение целой эпохи. А все, что происходило в последнее время в Европе внутри Европейского Союза, было борьбой между двумя тенденциями.

Одна тенденция – это построение мирным путем нового государственного союза, способного решить серьезные проблемы общества, которые нельзя решить на уровне национальных государств. Такие проблемы есть. Поэтому нужно создать государство на другом уровне. Но что это значит? Значит, что практически все институты демократии, которые существовали до сих пор, теряют влияние. Влияние поднялось на другой уровень, где демократии нет. Это серьезная проблема. При всей критике недостатков буржуазной демократии надо сказать, что в Италии была серьезная демократия, и она действовала. Но парламент Италии теряет влияние и делегирует решение на другой уровень, где никакой демократии нет. В результате власть переходит из рук народа в руки технократии. А там превалируют теневые интересы мощных структур: банки, финансы и так далее.

В результате создается Европа, очень похожая на Америку. Недемократичная, но конкурентоспособная. Вернее, которая хочет быть конкурентоспособной и которая поэтому отказывается от всех социальных завоеваний. Логика здесь проста: в Америке эффективная экономика, выше производительность труда и нет социального обеспечения людей. Давайте следовать Америке… А потом люди задумываются: подождите, мы не хотим лишиться бесплатного медицинского обеспечения.

Но в Америке нет бесплатного медицинского обеспечения. Ну что, вы хотите, чтобы мы были хуже? Ведь надо быть конкурентоспособными. Понятно, где здесь ловушка. Ловушка в том, что эти технократические круги хотят повторить американскую модель и перестроить Европу на американский манер. Но Европа не может быть Америкой, потому что у европейцев другая история, другие традиции. Поэтому и возникло очень сильное сопротивление американизации Европы.

То, что произошло во Франции и в Голландии, тормозит американизацию Европы. Такое голосование – это не плохо, а хорошо. Означает ли это, что Европа будет разрушена? Нет. Это означает, что в Европе усиливается борьба за сохранение европейских ценностей. Европа не умрет.

Чем осложнялась ситуация? Тем, что в 2004 году, когда я избрался в парламент, произошло сильное расширение европейских границ. В состав Европы вошли 10 новых стран. Многие из них вышли прямо из советского опыта. Они вошли в Европу в определенном смысле не под эгидой Европы, а под эгидой Америки, особенно это касается трех балтийских государств, Польши. Не случайно Америка настаивала, чтобы эти страны немедленно были включены в НАТО. И они действительно немедленно вошли в НАТО. Почему? Потому что НАТО живет под эгидой Америки. И Америка таким образом диктовала курс. Скажем откровенно: Америка завоевала руководящие слои этих государств, она управляла ими. И когда они вошли в состав Европы, они взяли с собой в багаже все американские идеи. Я по опыту работы в Европарламенте могу сказать: депутаты, которые представляют эти страны, имеют иное представление о Европе, нежели мы. В итоге Евросоюз очень сильно ослабел.


– Каковы шансы Сильвио Берлускони остаться у власти?

– Остаться у власти Берлускони сейчас очень сложно, невероятно сложно. Он уже исчерпал себя, и это видно: он сильно проиграл региональные выборы и находится в нелегком положении, тем не менее, здесь не все так явно. Итальянские оппозиционные силы совершенно не подготовлены. У них нет идеи. И самый серьезный риск, который мне видится, это то, что через год на выборах Берлускони потерпит поражение, но на его месте будет берлусконизм без Берлускони, чего я опасаюсь, поскольку Берлускони – явный противник для всех, население его не любит. Но когда придут к власти бывшие коммунисты, левые демократы – у них же нет другого видения ситуации. Мне кажется, они ничего пока не могут предложить.

Важно смотреть на ситуацию открытыми глазами. Сапатеро в Испании тоже социалист. Но Сапатеро сразу, с самого начала стал демонстрировать, что он может отстоять свои идеи, даже когда Америка очень сильно давит на него. Он принял решение после победы на выборах вывести своих солдат из Ирака. А в Италии коалиция левых сил не обещает, что после победы выведет войска. Вот в чем разница.

Они связаны между собой, они все принадлежат к одной партии – партии олигархии. Они создали мажоритарную бипартийную систему, когда между левыми и правыми больше сходства, чем разницы. Так пока не везде: во Франции еще не видно этой тенденции, в Германии тоже нет, там сохранилась традиция значительного различия между двумя партиями, в Великобритании сходная ситуация. Но вот в Италии эта тенденция явно видна, в Америке тоже, где разделение на две партии производит одновременно сближение двух монументальных сил. Сближение к центру, все кошки – серые. Не видно никакой разницы.

Все в этой ситуации зависит от народов: захотят ли они, смогут ли сохранить свою власть или уже готовы делегировать ее олигархии: правой или левой – не важно. В Италии такая опасная тенденция налицо, и я смотрю на это не без волнения. Кризис демократии на Западе сейчас очень силен. И особенно в Америке – самом первом в историческом смысле демократическом государстве, которое теряет все характеристики реальной демократии. Трудно определить будущее в таких условиях. Мы находимся в центре масштабного кризиса, какого не было в течение, наверное, трех веков. В современном мире идет борьба идей. Где, с одной стороны, есть идея построения новой международной демократической архитектуры через реформирование прежних институтов, а с другой стороны – явное давление недовольной Америки, которая говорит: «Мы не хотим никакой новой структуры. Мы сами являемся новой империей и будем диктовать правила игры всему миру».

Кто в этой ситуации выиграет? К сожалению, в нынешней ситуации у Америки больше шансов выиграть. Но в то же время она переживает глубочайший кризис, и глобальная ситуация может очень скоро развернуться на сто восемьдесят градусов. К сожалению, я не вижу в Америке президента, способного сказать правду своему народу. Выход из этого тупика в таком случае один – война. Америка будет начинать новую войну. Затем следующую. Если это не поможет– третью. И будет переходить из состояния одной войны в следующую.


– На чьей территории?

– Скорее всего, следующим объектом войны Америки будет Иран. Там война будет вестись по иной модели, нежели в Ираке. Иран в два раза больше Ирака, и вести там войну будут не так, как в Ираке. Даже господа Болтон и Вулфовиц, самые радикальные теоретики империи, не думают, что можно захватить Иран. Они хотят бомбить, сломать Ирану голову, и только после того, как он окажется в состоянии коллапса, они поставят в правительство там нужных им людей. Приблизительно так было в Югославии. А вот Ирак был ошибкой Буша и его соратников. Они думали, что все там будет просто. Оказалось – нет. Так что модель войны в Иране не будет повторять иракскую.

Да, там погибнет 2–3 тысячи американцев. Ну что ж? Те, кто планирует и начинает войны, в их число не войдут. Иран нужен Америке надолго, возможно, навсегда. У них нет другого выхода: задолженность США такого порядка, что они никогда не смогут по ней рассчитаться, избежав войны.

Многие интересуются в связи с голосованием и разногласиями в Европе: умирает ли евро? Не умирает. Потому что даже Америка этого не хочет. Конечно, они хотят ослабить Европу, чтобы держать ее в подчинении и пользоваться ее ресурсами. Последние два года, когда доллар падал, евро был для США спасением. Доллар упал на 22–23 %, и американцы таким образом уменьшили свой внешний долг. Таково было соглашение с Центральным банком Европы. А вот китайцы, например, не согласились ревальвировать юань. Девальвируете доллар? Пожалуйста, но не за наш счет. Видите, какая разница?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20