Джонатан Уилсон.

Революция на газоне. Книга о футбольных тактиках



скачать книгу бесплатно

Felix qui potuit rerum cognoscere causas[1]1
  Счастливы те, кто вещей сумел познать основы.


[Закрыть]

Вергилий, «Георгики», № 2, 1490



Jonathan Wilson

INVERTING THE PYRAMID: THE HISTORY OF SOCCER TACTICS


© Jonathan Wilson, 2008

© First published by Weidenfeld & Nicolson Ltd, London in 2008

© Курочка Д. С., перевод, 2012

© ООО «Издательство «Э», 2018

* * *

Футбол – это не игроки, ну как минимум это не только игроки – это схема, расстановка, свободное пространство, разумное использование футболистов, их грамотное перемещение на поле…»

Джонатан Уилсон

Слова благодарности

Когда пишу эти строки, не могу не вспомнить, насколько щедры были люди, посвящая мне свое время и делясь мыслями. Список этих людей длинен, но это не должно преуменьшить важную роль, которую сыграли все люди, включенные в него.

В Украине, Венгрии и России я хотел бы выразить благодарность Тарасу Гордиенко, Шандору Лашко и Владимиру Солдаткину, которые все подробно мне разъясняли. Также я благодарю Алексея Жиля и его соратников – фанатов клуба «Динамо» (Минск) за их советы и Криса Фрейзера, который нас познакомил.

В Аргентине я благодарю Марчела Мора-и-Арайхо, представившего меня своим многочисленным друзьям, Родриго Ориуэла, Федерико Майол, Нила Клэка и Клауса Гало за их помощь в организации интервью, переводе, поисках и транспортировке меня по стране, а также Арачели Алемана за доступ в ее обширнейшую библиотеку, Хуана Романа Рикельме за регулярные исследования в… во всем и, конечно же, за продолжительную прогулку.

В Бразилии благодарю Ивана Сотера, Роберто Ассафа, Паоло Эмилио и Альберто Хелена-младшего за их время и легкость в обучении, Кассиано Гоббета, Роберта Шо и Джордану Альварес-душ-Сантуш за их работу по исследованиям, переводу и логистике, а также Айдана Хэмильтона и Алекса Беллоса за обрисовку истории и знакомство с экспертами в этой области.

Благодарю Габриэле Маркотти за его помощь с итальянскими разделами, за такую информированность и жизнерадостность, но больше всего за то, что он позволил мне поучаствовать в одном из тех ресторанных споров, где тарелки с хумусом, табуле и дзадзики становятся линией защиты игроков. Кстати, я все еще хочу получить мой таймшер в качестве приза за решение головоломки.

Благодарю Филиппа Оклера за помощь во Франции, Кристофа Бирманна, Рафаэля Хонигштайна и Ули Гессе-Лихтенбергера за их помощь по немецким вопросам, Саймона Купера и Ауке Кока за мудрые слова о голландском футболе, а также Сида Лёве и Гильема Балаге за их советы по Испании.

Благодарю Брайана Гленвилла за его неизменную щедрость духа и за то, что наставлял меня на путь истинный по многим историческим вопросам.

Спасибо Ричарду Макбрирти из Футбольного музея Шотландии в Хэмпдене и Питеру Хорну из Национального музея футбола в Престоне за то, что поделились своими знаниями об истоках футбола, а также работникам Национальной Британской библиотеки в Сен-Панкрац, библиотеки Митчелл в Глазго и Британской газетной библиотеки в Колиндейле.

Также хочу поблагодарить за самую различную помощь в вычитке разделов рукописи, переводе и предложении направлений исследования Джона Адамса, Дэвида Барбера, Маурицио Рибейро Барроса, Ханспитера Борна, Дункана Кастлса, Маркуса Кристенсона, Джеймса Копнелла, Грэхема Карри, Сорина Думитреску, Дейва Фаррара, Игоря Голдеса, Люка Госсета, Гевина Хэмилтона, Джорджа Хейтца, Пола Ховарта, Эмиля Янчева, Мацея Иванского, Ричарда Джолли, Джона Кита, Томаса Нелфулфа, Джима Лотона, Энди Лайонса, Бена Литтлтона, Дана Магновски, Эмму Макалистер, Кевина Маккарра, Рэйчел Николсон, Владимира Новака, Гуннара Персона, Энди Роуз, Пола Рована, Лилиану Ружич, Милену Ружич, Доминика Сэндбрука, Джона Шумахера, Хью Слита, Роба Смита, Грэхема Спирса, Джорджи Шепези, Эрика Уэйла, Дункана Уайта, Акселя Вартаняна, Синобу Яманака и Бруно Зяуддина.

Благодарю моего агента Дэйвида Лакстона и моего редактора в «Орионе» Иана Приса за их бесконечную поддержку и полезные вмешательства, а также литературного редактора Криса Хокса за усердие.

И, наконец, моя благодарность Иану Хоки за то, что провел столько времени за просмотром Кубка наций, делясь своими знаниями и мастерством в расстановке акцентов. Также спасибо железной дороге Нетуорк за поломку к северу от Дарэма, приведшую к долгому ожиданию, во время которого я понял недостаток теории Рипа.

Пролог

Введение

Тапас-бар в центре Лиссабона, вечер после победы Англии над Швейцарией со счетом 3:0 в матче чемпионата Европы 2004 года. Риоха льется рекой, и многонациональная толпа журналистов обсуждает, прав ли был Свен-Йоран Эрикссон, избрав традиционные 4–4–2, или же он мог, может быть, даже должен был выбрать вариант с построением «ромба» в центре поля? Стоило ли такой индивидуально сильной полузащите выстраиваться в прямую линию из 4 игроков?

«Да какая разница? – протестовал мой английский коллега. – Все равно игроки одни и те же, и их расстановка на поле не важна. Даже не стоит об этом и писать».

Возник жаркий спор. Я уже было приготовился начать пламенную речь о том, что таким людям нельзя даже смотреть футбол, не то что обсуждать его, но тут вмешалась аргентинка и, поступив, вероятно, очень мудро, заявила: «Схема – единственное, что важно. Это единственное, о чем стоит писать».

И там, в тот самый момент, мы обнаружили главную проблему английского футбола. Футбол – это не игроки, ну, как минимум, это не только игроки – это схема, расстановка, свободное пространство, разумное использование футболистов, их грамотное перемещение на поле… (Я должен, кстати, отметить, чтобы внести ясность – под «тактикой» я подразумеваю не только схему, но и стиль игры: одна и та же схема 4–4–2 может существенно отличаться, замени мы в ней Роналдиньо на Стива Стоуна.)

Аргентинка, я надеюсь, все же преувеличила значение тактики: сердце, страсть, душа, самоотдача, желание, сила, мощь, скорость, техника – все они играют свою роль в футболе, но должны подкрепляться, как и в любой науке, теоретическим аспектом и переставать быть понятиями абстрактными.

Я не совсем согласен с тем, что английский футбол переживает эпоху своего заката. Если не брать в расчет довоенную ситуацию, то и вовсе ни о каком закате английского футбола говорить не приходится. Эрикссона высмеивали, а ведь, кроме него, трижды подряд в четвертьфиналы крупных турниров наша сборная выходила только под управлением Альфа Рамсея. Даже говоря о провале команды Стива Макларена, который в 2008-м не смог вывести сборную из квалификационной группы, стоит отметить, что все могло бы случиться иначе, реализуй спустя 4 минуты после начала второго тайма в Москве свой шанс Стиви Джеррард.

Посмотрите на Уругвай. На Австрию. Вот где упадок. Посмотрите на Шотландию, которая все еще сражается за свой авторитет, даже несмотря на то, что население страны уже составляет всего около 5 миллионов. Или самый удачный пример – посмотрите на Венгрию. Команда, которая в ноябре 1953 года разбила мечты англичан о футбольном превосходстве. В то время как в ноябре 2006-го скончался лучший игрок той великолепной команды Ференц Пушкаш, нынешняя венгерская сборная покинула первую сотню в рейтинге ФИФА. Вот что такое упадок.

Однако для английского футбола поражение от венгров со счетом 3:6 на «Уэмбли» было Рубиконом. Это был первый домашний проигрыш англичан в матчах с континентальными командами, и, более того, сам стиль, в котором венгры переиграли хозяев, полностью уничтожил идею тотального превосходства футбольной Англии над остальным миром. «История британского футбола и его соперничества с иностранцами, – писал Брайан Глэнвилл в «Soccer Nemesis» после того поражения, – это история безграничного превосходства, принесенного в жертву глупости, близорукости и развращающей изолированности. Это история позорно растраченного попусту таланта, экстраординарного самодовольства и безграничного самообмана». Все так и было.

И тем не менее тринадцать лет спустя Англия выиграла титул чемпионов мира. То самое безграничное превосходство, может, и было растрачено попусту, но англичане по-прежнему были в элите мирового футбола. Я сомневаюсь, что что-то серьезно изменилось во второй половине двадцатого века. Да, возможно, появилась неприятная тенденция, когда сборная Англии не попадает на важнейшие мировые турниры, когда четвертьфинал становится верхней планкой. Но Англия остается в когорте стран (их порядка 8–10), которые всегда имеют реальные шансы на победу в чемпионате мира или Европы (забудем тут о сенсационных победах Дании или Греции). Вопрос теперь в том, почему мы этой возможностью никак не можем воспользоваться. Возможно, более вразумительная система детского футбола, повышенное внимание к технике и тактической дисциплине, лимит на легионеров в Премьер-лиге, дисквалификация игроков за их неспортивное поведение и любая другая из сотен панацей, которые предлагались в истории, смогла бы увеличить шансы сборной Англии, но успех – сложная добыча. Везение остается одной из важнейших составляющих любого футбольного матча, и в таких турнирах, в которых приходится играть шесть, максимум семь матчей, его важность только возрастает.

Существует теория, согласно которой победа на чемпионате мира в 1966 году – это худшее, что могло произойти в английском футболе с точки зрения его развития. Роб Стин в «The Maverick» и Дэвид Даунинг в его книге о противостояниях Англии с Аргентиной и Германией утверждают, что этот успех отбросил Англию назад в своем футбольном развитии, утвердив мысль о том, что функциональная готовность команды Рамсея является единственно верным путем к победам. В целом я не могу сказать, что полностью не согласен с тем и с другим, но мне кажется, что проблема – не в команде Рамсея и ее стиле игры, а в том, что поколения фанатов и тренеров выросли с мыслью, что именно такая игра является единственно истинной. На деле же все было иначе – лишь когда удачно сложились внешние обстоятельства, когда команда была полна необычных игроков, а футбол проходил довольно нетипичную ступень своего развития, этот путь оказался эффективным. Если бы Англия в 1966 году попыталась сыграть как бразильцы, то и закончила бы как бразильцы, вылетев из турнира на групповом этапе, смятая более мощными в физическом плане соперниками.

Если и есть какой-то общий рецепт успешности команд сэра Алекса Фергюсона, Валерия Лобановского, Билла Шэнкли или Бориса Аркадьева, то это их способность к эволюционированию. Их команды могли в разных матчах играть в абсолютно непохожий футбол, а заслуга этих великих тренеров в том, что они совершенно ясно понимали, как и когда изменять свою собственную, личную формулу успеха, а когда – и вовсе выводить новую.

Я бы хотел, чтобы читатель ясно понял: по моему мнению, нет «правильного» метода, нет «правильной» тактики. Да, с эмоциональной и эстетической стороны мне больше по душе комбинационная игра Венгера, чем прагматизм Моуриньо, но это мой личный выбор, который не может в итоге повлиять на решение о том, какая из этих двух тактик верная, а какая ошибочная. Я прекрасно знаю, что на самом деле компромисс – в сочетании теории и практики. На теоретическом уровне мне ближе «Динамо» Лобановского или «Милан» Фабио Капелло. Но на поле в те два студенческих года, когда у меня был шанс влиять на стиль игры нашей университетской команды, мы играли в футбол, крайне зависимый от функциональной подготовки. Правда, мы были не очень хороши, хотя и получали максимум из того, на что были способны игроки, но тогда я хотел, чтобы наша команда играла в более красивый футбол, чем было на самом деле. Впрочем, на тех пивных пирушках, что сопутствовали нашему футболу, всем вроде бы на это было наплевать.

Сложно говорить и о том, что «правильно» играет тот, кто выигрывает и набирает очки, – так могут рассуждать только самые отъявленные циники. В игре всегда должно оставаться место для романтики. Это противоречие между красотой и цинизмом, – тем самым, что бразильцы называют «futebol d’arte» («футбол как искусство») и «futebol de resultados» («футбол как счет на табло»), – так вот, это противоречие постоянно, настолько оно фундаментально, причем не только в спорте, но и в жизни. Выигрывать или играть красиво? Все вокруг должно быть подчинено нахождению компромисса между прагматизмом и идеализмом.

Игры высокого уровня

Следующая сложность – определить, что мы понимаем под «экстра-классом», под высоким уровнем и т. д. Слава, успех – не абсолютны, но зависят от того места и времени, от той среды, где они измеряются. Британским болельщикам быстро надоедают долгие и медленные розыгрыши мяча в атаке, а, например, в первых матчах «Реала» под руководством Капелло трибуны освистывали Йерро, когда тот длинным пасом отправлял Роберто Карлоса в забег по флангу. В нынешней реальности многие футболисты в Англии на любительском уровне все еще относятся к пасу как к чему-то из разряда «не по-мужски», и это отношение совершенно непонятно для меня. Более того, может быть, нам стоит (раз уж это так активно развивается в остальных национальных культурах) пересмотреть свое отношение и к ненавидимым симуляциям.

Даже признав, что футбол – это нечто большее, чем решение вопроса о победе конкретной команды в конкретном матче, было бы нелепо отрицать важность победы, важность игрового результата. Венгер может сколько угодно считаться чертовым идеалистом, но и он в 2005 году в финале Кубка Англии избрал настолько внешне непривлекательную тактику, что стало понятно – и он временами приходит к выводу, что красотой нужно пожертвовать в угоду результату. Осуждение Рамсея, принесшего Англии такую победу, о которой болельщики следующих поколений могут только мечтать, в том, что он разрушил английский футбол, и вовсе выглядит лицемерно извращенной оценкой.

Я не говорю, что мы должны полностью отказаться от таких оценок, но, по моему мнению, слишком опасно делать далеко идущие выводы по выступлениям команд на главных международных турнирах. Очень редко на таких турнирах играет одна команда, которая действительно сильнее остальных на голову, еще реже эта команда побеждает в турнире. Есть, конечно, такие примеры, как Бразилия на чемпионате мира 2002 года, которая побеждала своих соперников играючи, даже несмотря на довольно вялую игру в квалификации. Но на том турнире бразильцы изначально были сильнее всех основных конкурентов, ослабленных травмами, усталостью после сезона, внутренними противоречиями в команде. Французы, возможно, и были лучшими в 1998 году, но показали они это только в финале. А два года спустя они были, безусловно, сильнейшей командой на Евро, но едва не уступили итальянцам золото чемпионата.

И вообще, две лучшие команды в истории мирового футбола, Венгрия-1954 и Голландия-1974, свои финалы проиграли – оба раза команде ФРГ, которой, может быть, просто больше повезло, а может быть, и нет. Далее – Бразилия-1982, которая не прошла далее второго группового этапа. Лучшее (если не брать 1966 г.) выступление сборной Англии в 1990-м запомнилось слезами Газзы и поражением в серии пенальти, что, хоть и стало впоследствии злым роком нашей сборной, дало толчок невероятному футбольному буму, который мы переживали в 1990-е годы. Даже тогда англичане с трудом прошли квалификацию, пресса безжалостно уничтожала Бобби Робсона, докладывала из тренировочного лагеря о постоянных раздорах между игроками, всему этому сопутствовал лейтмотив футбольного хулиганства. В матчах против Ирландии и Египта игра сборной оставила гнетущее впечатление, против Бельгии и Камеруна нам просто повезло, и лишь в матчах с Голландией и Германией мы действительно сыграли здорово (хоть и проиграли). И вообще, единственной командой, кого мы тогда обыграли в основное время, был Египет. Тот турнир, кстати, был первым шагом к случившейся вскоре революции середняков в футболе.

На протяжении всего сезона в Премьер-лиге травмы, удача, какие-то ошибки игроков и рефери уравновешивают друг друга. Англия уже более 40 лет ничего не может выиграть, и тренеры, игроки, чиновники и наши соперники в различной степени виновны в этом, но это не фундаментальный упадок английского футбола. Возможно, не совсем верен тот путь, который мы называем «британским футболом», возможно, наш консерватизм и правда в чем-то является причиной этих неудач, но всерьез говорить об упадке английского футбола, базируя свои доводы только на результатах, просто невозможно.

Глобализация стирает различия между странами, но традиции, хранимые тренерами, игроками, специалистами и болельщиками, до сих пор сильны и сохраняют самобытность. При написании этой книги я ясно осознал, что каждая страна очень быстро пришла к пониманию своих сильных сторон и никакая другая команда не могла эту сборную превзойти в их развитии. Бразильский футбол – это талант и импровизация, хотя в самом начале своего пути их организация обороны выглядела очень по-итальянски. Итальянский футбол – это цинизм и тактический интеллект, но они всегда близки к англичанам в своем отношении к физической составляющей. Английский футбол – это упорство и энергия, которые стремятся к овладению бразильской техникой.

Между двух противоречий

История тактики, по-видимому, это история двух взаимосвязанных противоречий: красоты игры против результата, с одной стороны, и техники против физической готовности – с другой. Те, кто делает ставку на технику, идут крайне непростым и трудоемким путем к результатам, те, кто делает ставку на физику, крайне прагматичны в тактике, но еще ведь есть и зрители – и, кроме результатов, нужно бороться и за их любовь. Британские фанаты, к примеру, могли бы восхищаться финалом Лиги чемпионов – 2003 между «Миланом» и «Ювентусом», но на самом-то деле им только и подавай матчи, в которых команды Премьер-лиги крушат, колошматят и рвут друг друга на поле.

Хотя на самом деле футбол Премьер-лиги уже не тот, что был 10 лет назад – он более техничен, но по-прежнему очень быстр и базируется на передвижениях игрока без мяча более, чем любой другой футбол в мире. И не просто так телевизионные права на трансляции чемпионата Англии в 2007 году были проданы за 650 миллионов фунтов – другие страны могут этому только завидовать.

Огромное количество публикаций в пятидесятые годы прошлого века констатировали закат английского футбола. Агрессивные тексты Глэнвилла, разоблачающий текст «Футбольная революция» Вилли Майзля, младшего брата великого австрийского тренера Хуго Майзля… Майзль, непреклонный англофил настолько, насколько только может быть иммигрант, наполнил свою статью такой тоской по английскому футболу, что она казалась погребальной песней. Все эти авторы, раскритиковавшие необъяснимый консерватизм в английском стиле игры, теперь, с высоты прошедших лет, уже не могут называться просто критиканами, поддавшимися паническим настроениям по поводу кончины великой Империи, – теперь ясна их безусловная правота, которая в то время не была признана абсолютно. Именно наша близорукость и послужила тому, что английский футбол – уже не лучший в мире. Безусловно, рано или поздно весь остальной мир, как печально пишет Глэнвилл, превзошел бы англичан, как любой ученик старается превзойти своего учителя, но в этом случае учителя, слишком высокомерные и замкнутые в себе, сами виновны в своем падении.

Эти слова прозвучали давно. Свержение англичан с пьедестала – это уже далеко не новость. Изучая эволюцию футбольной тактики, мы постараемся разобраться, как же Англия стала играть столь непритязательную роль, так что эта книга, можно сказать, из той же серии, что и «Soccer Nemesis» или «Soccer Revolution», но с абсолютно другой главной идеей. Англия не опускается на дно – она просто не может взобраться на вершину.

Замечание по терминологии

В Британии термин «центрхав» часто используется для обозначения центрального полузащитника. Для этого имеются исторические причины, объясняемые в начале четвертой главы, но для ясности скажу, что я использовал этот термин для описания центрального полузащитника в построении 2–3–5. Надеюсь, остальные термины, описывающие позиции игроков на поле, не требуют разъяснения.

Глава 1
Шотландское происхождение

Футбол в викторианской Англии

В начале был хаос, и футбол был хаотичен, и не имел никакой формы. И пришли викторианцы, и систематизировали его, и пришли теоретики, и анализировали его.

До конца 20-х годов прошлого века тактики, как мы ее понимаем сейчас, не существовало, но уже в начале 70-х годов века позапрошлого было ясно, что даже расположение игроков на поле значительно меняет течение игры. Однако в своей самой ранней стадии развития футбол не предполагал ничего столь изощренного, как тактика.

Различные культуры могут указать в своей истории на игры с мячом. Рим, Греция, Египет, Карибы, Мексика, Китай и Япония вполне могли стать родиной современного футбола, но его истоки – в игре черни в средневековой Англии. Правила, если они вообще существовали, были различны в разных регионах страны, но суть была в том, что две противоборствующие команды пытались загнать сферический объект в противоположный конец ограниченного поля. Это была грубая, буйная и анархичная игра, зачастую проходившая без каких-либо вообще правил. Лишь в начале девятнадцатого века, когда школы, провозглашавшие себя апологетами христианства, решили, что посредством спорта им удастся влиять на моральное воспитание людей, появилось нечто, отдаленно напоминающее современный футбол. Прежде чем могла появиться тактика, должен был появиться комплексный свод правил.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Поделиться ссылкой на выделенное