Диана Гэблдон.

Написано кровью моего сердца. Книга 2. Кровь от крови моей



скачать книгу бесплатно

Мюррей ничего не ответил, он еще не бредил, но уже, похоже, разговаривал мысленно.

– Я, быть может, знаю тебя не так хорошо, зато Рэйчел знает, – вслух сказал он.

От этой неоспоримой правды Уильям испытал смешанное чувство стыда, гордости и гнева. Рэйчел и ее брат и в самом деле хорошо его знают. Они спасли его, выходили, путешествовали с ним несколько недель, деля и еду, и опасности.

– Она говорит, ты хороший человек.

У Уильяма защемило сердце.

– Я благодарен ей за хорошее мнение, – сказал он.

Вода, похоже, мало помогла – Мюррей покачивался в седле, полуприкрыв глаза.

– Если ты умрешь, я женюсь на ней, – громко сказал Уильям. Помогло: Мюррей тут же открыл глаза. И слабо улыбнулся.

– Знаешь что? Я не собираюсь умирать. К тому же ты должен мне жизнь, англичанин.

– Нет, не должен. Я тоже спас твою дурацкую жизнь. Я спас вас обоих от того маньяка с топором в Филадельфии… как там его, Баг? Мы квиты.

Спустя какое-то время Мюррей снова поднял голову и сказал:

– Сомневаюсь.

Глава 91
Счет

Джейми проводил Греев до порога и вернулся с чувством мрачного удовлетворения на лице. Смеяться было больно, и я просто улыбнулась.

– Твой сын, твой племянник, твоя жена, – сказала я. – Фрэзер – Грей: три – ноль.

Он озадаченно посмотрел на меня, но потом впервые за последние дни его лицо расслабилось.

– Тебе стало лучше. – Он подошел ко мне, встал на колени и поцеловал. – Скажи еще какую-нибудь нелепицу, а? – Он тяжело опустился на табурет и облегченно вздохнул. – Знаешь, не представляю, как я буду кормить тебя без денег, без офицерского чина, без какой-либо профессии. Но уж как-нибудь прокормлю.

– Так уж и без профессии? Назови хоть что-нибудь, чего ты не умеешь.

– Петь.

– Точно. А кроме этого?

Он положил руки на колени и критически посмотрел на искалеченную правую кисть.

– Вряд ли я смогу заработать на хлеб фокусами или карманничеством. Не говоря уж о переписывании бумаг.

– Тебе не нужно писать – у тебя есть печатный станок по имени Бонни.

– Верно, есть. – Его глаза загорелись. – Но сейчас она в Уилмингтоне. – Ричард Белл позаботился о том, чтобы станок на корабле перевезли из Эдинбурга, и теперь, наверное, дожидался, чтобы вручить его владельцу, когда тот объявится.

– Мы заберем ее, а потом… – Я осеклась, не желая сглазить будущее долгосрочным планированием. Времена сейчас неспокойные, никто не знает, что принесет новое утро. Я взяла Джейми за руку. – Но сначала тебе нужно отдохнуть. Ты выглядишь так, будто вот-вот умрешь.

– О такой нелепице говорить не нужно! – Джейми засмеялся и тут же широко зевнул.

– Ложись, – решительно сказала я. – Поспи хотя бы до тех пор, пока лейтенант Биксби не принесет еще сыра.

Американская армия отошла в Инглиштаун, находящийся в семи милях отсюда – всего в часе езды верхом. Англичане свернули лагерь и куда-то ушли, но по дорогам все равно бродили люди: ополченцы, чей контракт с армией окончился, возвращались домой.

Джейми лег на тюфяк почти не протестуя – верный признак того, как сильно он устал, – и тут же уснул.

Я и сама еще была слаба и быстро уставала даже от такой малости, как визит Греев, и потому легла и уснула, просыпаясь от малейшего шума. Однако Джейми спал крепко, и я с легким сердцем слушала его тихое, размеренное сопение.

Кто-то постучал во входную дверь внизу, и я, проснувшись, сонно подняла голову с подушки.

– Эй, есть кто-нибудь в доме? – раздался крик у двери.

Я сразу же насторожилась. Я знала этот голос.

Джейми еще спал, свернувшись как ежик. Мучительно медленно я спустила ноги с кровати. До окна было всего два шага, но я преодолела их осторожно, будто старая черепаха и не выпуская из рук спинку кровати. Навалившись на подоконник, я посмотрела вниз.

Во дворе стоял красивый гнедой мул, поперек его седла лежало полуобнаженное мужское тело. Я ахнула – боль тут же усилилась, но я осталась стоять, лишь сильно прикусила губу, чтобы не вскрикнуть. На мужчине были штаны из оленьей кожи, а в длинных темных волосах красовались два грязных индюшачьих пера.

– Иисус твою Рузвельт Христос, – процедила я сквозь стиснутые зубы. – Молю тебя, Господи, лишь бы он… – Ответ на мою молитву пришел раньше, чем я ее окончила: дверь внизу открылась, и из дома вышли Уильям и лейтенант Маккен. Они сняли Йена с мула, закинули его руки себе на плечи и унесли в дом.

Я повернулась, машинально потянувшись к медицинской сумке, и чуть не упала, но успела схватиться за спинку кровати. Однако при этом я невольно застонала, и Джейми тут же приподнялся и обвел комнату диким взглядом.

– Все… хорошо, – сказала я, расслабляя мускулы живота. – Со мной все в порядке. Там Йен. Он вернулся.

Джейми вскочил на ноги, потряс головой и кинулся к окну. Он напрягся, и я, держась за бок, подошла к нему. Из дома вышел Уильям и подошел к мулу. Одет он был в довольно грязную рубаху и штаны, солнце зажигало в его каштановых волосах рыжие искры. Миссис Маккен сказала ему что-то от двери, и Уильям обернулся. Я не издала ни звука, но он все-таки взглянул вверх. И застыл. Джейми тоже замер.

Не изменившись в лице, Уильям повернулся к мулу, сел в седло и уехал. Джейми выдохнул.

– Давай я отведу тебя в постель, саксоночка, – тихо сказал он. – Мне нужно найти Денни и попросить его осмотреть Йена.

Глава 92
Я не оставлю тебя в одиночестве

Его напоили опиумом, прежде чем заняться раной на плече. Странное зелье. Он уже пил его когда-то, давным-давно, хотя и не знал тогда, как оно называется. Теперь Йен лежал на спине и медленно моргал, приходя в себя и пытаясь понять, где он и что произошло на самом деле. Наверняка большая часть того, что он сейчас видит, не имеет отношения к реальности.

Боль. Она настоящая, ее можно использовать как якорь. Боль еще не полностью утихла – Йен был в этом уверен, пусть и смутно: после сна, вызванного бурым зельем, мысли текли словно грязный ручей. Сосредоточиться удавалось с трудом, но Йен заставил себя осмотреться в поисках чего-нибудь знакомого.

И сразу же это увидел.

Девушка. Малышка… Черт, как же ее…

– Рэйчел, – прохрипел он. Девушка тут же оставила свое занятие и подошла к нему. Лицо ее было встревоженным и вместе с тем сияло.

– Рэйчел? – неуверенно повторил он.

Она прижала к груди его здоровую руку, вгляделась в лицо и тихо сказала:

– Ты проснулся. Кожа у тебя горячая, значит, жар еще не прошел. Как ты себя чувствуешь?

– Мне лучше оттого, что я вижу тебя, малышка. – Он попытался облизнуть сухие губы. – Здесь есть вода?

Устало вздохнув, она поднесла к его рту чашку. Вкуснее он ничего не пил, и особую прелесть этому придавало то, что Рэйчел поддерживала его голову. Его начало подташнивать. Йен не хотел останавливаться, но Рэйчел убрала чашку.

– Чуть позже дам еще, – пообещала она. – Тебе нельзя пить слишком много или слишком быстро, иначе тебя стошнит. Мы и без того намучились, отмывая тебя от грязи, крови и прочего.

Йен хмыкнул и лег. Он и в самом деле был довольно чистым. Кто-то смыл с него олений жир и краску, а также большую часть крови и пота. Плечо перевязано, от него пахнет чем-то терпким и знакомым, но затуманенное сознание не помнило названия этой травы.

– Это тетушка Клэр перевязала мою руку?

Рэйчел посмотрела на него и нахмурилась.

– Твоя тетя больна. Помнишь, я говорила тебе, что ее ранили – подстрелили в бою?

– Нет. – Йен смутился: он не помнил ни того, что происходило в последние два дня, ни битвы. – Что… С ней все хорошо?

– Денни удалил пулю, а твой дядя Джейми сидит с Клэр. Оба твердо уверены, что она поправится. – Уголки ее губ дрогнули в слабой встревоженной улыбке. Йен постарался улыбнуться в ответ.

– Значит, так и будет. Дядя Джейми очень упрямый. Можно мне еще воды?

В этот раз он пил медленней, а Рэйчел отняла чашку позже. Откуда-то доносилось равномерное звяканье, поначалу Йен принял это за слуховую галлюцинацию, но звук вдруг оборвался, сменившись ругательством.

– Что… где мы? – спросил Йен, ощутив в себе достаточно сил, чтобы еще раз осмотреться.

Они находились в небольшом хлеву. Пахло свежим сеном и теплым коровьим навозом. Однако коровы сейчас здесь не было, а Йен лежал на охапке сена, накрытой одеялом.

– Это место называется Фрихолд, – пояснила Рэйчел. – Сражение произошло неподалеку. Вашингтон и его армия бежали в Инглиштаун, но местные жители дали приют многим раненым. Мы же наслаждаемся гостеприимством кузнеца, джентльмена по фамилии Хьюган.

Кузница, значит. Вот откуда звяканье металла и ругательства. Йен смежил веки – это помогало справиться с тошнотой, однако разные образы из снов все равно представали перед внутренним взором, и он снова открыл глаза. Рэйчел по-прежнему здесь. Хорошо.

– Кто выиграл сражение?

Она пожала плечами.

– Судя по всему, никто. Американцы хвастают, что их не победили. Но и англичане не проиграли. Однако моя забота – ты. И ты поправишься. – Она нежно коснулась его лба. – Я так сказала. А я упряма, как любой шотландец, чье бы имя ты ни назвал – включая тебя самого.

– Я должен сказать тебе кое-что, малышка, – Йен не собирался говорить это слово, но оно слетело с губ так привычно, будто он уже много раз произносил его.

– Надеюсь, не в том же духе, что недавно? – Рэйчел остановилась вполоборота к нему и посмотрела обеспокоенно.

– Я что, разговаривал, пока?.. – Он пытался изобразить рукой свое недавнее состояние, но даже здоровая рука была тяжелой, будто свинец.

Прикусив верхнюю губу, Рэйчел пристально смотрела на него.

– Кто такая Гейлис? – резко спросила она. – И что, во имя всего святого, она тебе сделала?

Йен удивленно моргнул, испытывая при этом облегчение. Да, именно это ему привиделось… о боже… Облегчения как не бывало.

– Что я говорил? – встревоженно спросил он.

– Если ты не помнишь, то я не хочу напоминать тебе об этом. – Шурша юбками, Рэйчел опустилась на колени рядом с ним.

– Я помню, что случилось. Я всего лишь хочу знать, о чем я говорил.

– Что случилось… – медленно повторила Рэйчел, не сводя с него глаз, – в твоих видениях? Или… – Она умолкла и тяжело сглотнула.

– И там, и там, малышка, – тихо сказал Йен и коснулся руки Рэйчел. – Я говорил о Гейлис Абернатти?

– Ты просто сказал «Гейлис». – Рэйчел накрыла его руку своей. – Ты был испуган. И кричал от боли – разумеется, ты испытывал боль, так что… но потом… что бы ты ни видел, это…

Ее шея и лицо медленно покраснели. Снова соскользнув в бред, Йен на миг увидел Рэйчел в облике орхидеи с темной горловиной, куда он мог бы погрузить свой… Тяжело дыша, он отбросил это видение.

– Кажется, ты испытывал не боль, а нечто иное. – Рэйчел нахмурилась.

– Верно, – согласился он и сглотнул. – Можно мне еще воды? Рэйчел напоила его, не сводя пристального взгляда, подразумевавшего, что она не даст отвлечь себя от интересующего вопроса.

Йен вздохнул и лег.

– Это было давным-давно, a nighean, так что сейчас тебе не о чем беспокоиться. Лет в четырнадцать меня забрали… похитили. Пока дядя искал меня, я какое-то время жил на Ямайке с женщиной по имени Гейлис Абернатти. Жилось мне там не очень хорошо, правда, и вреда мне тоже не причинили.

Рэйчел выгнула изящную бровь. Йену нравился этот жест, иногда даже больше остальных.

– Там были и другие подростки, но им не так повезло…

Потом он долго еще боялся засыпать, потому что их лица вставали перед глазами. Но воспоминания о них постепенно тускнели, и теперь он ощутил вину за то, что позволил им кануть во тьму.

– Йен… – Рэйчел провела ладонью по его небритой щеке – приятное до мурашек ощущение. – Тебе не обязательно рассказывать. Не хочу, чтобы ты об этом вспоминал.

– Ладно. Я расскажу тебе об этом, но позже. Это старая история, и тебе не обязательно слушать ее прямо сейчас. Но…

Он осекся, и она выгнула обе брови.

– Но я должен рассказать тебе о другом, малышка…

Многое еще из событий последних двух дней оставалось для него загадкой, но Йен ясно помнил двоих абенаки, которые охотились на него. И он рассказал Рэйчел о них и о том, что сделал в английском лагере.

Рэйчел молчала так долго, что Йен засомневался – может, он ведет этот разговор во сне?

– Рэйчел? – позвал он и беспокойно поерзал на колючем сене.

В открытую дверь хлева падал свет, но Йен не мог прочесть по лицу Рэйчел абсолютно ничего. Ее светло-карие глаза смотрели на его лицо, но так отрешенно, будто она глядела сквозь него. Йен испугался, что это так и есть.

Снаружи ходил туда-сюда кузнец, позвякивая металлом и хрипло ругаясь. Йен слышал даже, как нервными толчками бьется его собственное сердце.

Наконец Рэйчел вздрогнула, будто просыпаясь ото сна, и положила руку на его лоб. Ласково откинула назад его волосы и посмотрела в глаза. На сей раз ее взгляд был нежным и бездонным. Ее палец медленно прошелся по татуировке на его скуле.

– Полагаю, ждать больше нельзя, мы должны пожениться как можно скорее. Я не хочу, чтобы ты сталкивался с подобным один. Времена сейчас лихие, мы должны быть вместе.

Он закрыл глаза и выдохнул. Потом умиротворенно вздохнул и прошептал:

– Когда?

– Как только ты сможешь ходить самостоятельно, – ответила Рэйчел и поцеловала его легко-легко – будто упавший лист коснулся губ.

Глава 93
Дом на каштановой улице

Дом не пустовал – из трубы в западном крыле поднимался дым. Однако дверь оказалась заперта.

– Интересно, что случилось с прежней дверью? – сказал Джон Хэлу, на всякий случай еще раз потянув за ручку. – Она была зеленой.

– Если ты постучишь в эту дверь, то, вполне возможно, кто-нибудь выйдет и ответит на твой вопрос, – предложил Хэл.

Оба они были в гражданской одежде, но Хэл заметно нервничал. Впрочем, он начал нервничать еще после встречи с генералом Арнольдом.

Генерал-губернатор принял их холодно, однако держался вежливо. Трижды или четырежды прочтя письмо Фрэзера, он разрешил им войти в город и провести любые расследования, которые понадобятся.

– Надеюсь, вы понимаете, – в голосе генерала прорезалась пресловутая надменность, – что если будете вести себя неподобающе, вас арестуют и выставят из города на штакетине.

– На чем? – недоверчиво переспросил Хэл, не знакомый с этим специфическим американским методом, который давал гостям понять, что они нежеланные.

– На штакетине, – радушно улыбаясь, повторил Арнольд. – Длинная доска, знаете? Ее используют при постройке заборов.

Хэл повернулся к Джону и поднял бровь, будто прося его перевести речь какого-нибудь случайно встреченного готтентота. Джон мысленно вздохнул, но пояснил:

– Того, кого хотят выпроводить из города, сажают на эту самую штакетину, как на лошадь. Потом несколько человек берутся за оба конца доски, идут по улицам и выносят всадника из города. Полагаю, иной раз изгоняемого предварительно обливают смолой и обваливают в перьях, хотя физического воздействия штакетника обычно бывает достаточно.

– Яйца сплющиваются так, будто на них конь наступил, – улыбаясь, подсказал Арнольд. – Заду тоже нелегко приходится.

– Полагаю, так и есть, – вежливо ответил Хэл.

Лицо его слегка покраснело, но больше он ничем не выказал своей обиды – верный признак того, что их миссия важна для Хэла. Хотя Грей и не нуждался в подобном подтверждении.

Воспоминания его прервал скрежет отодвигаемого засова. Дверь распахнулась, и на пороге возникла домоправительница-повариха с охотничьим ружьем в руках.

– Лорд Джон! – ахнула она, уронив ружье.

– Собственной персоной, – сказал Джон, поднимая ружье и улыбаясь миссис Фигг – по-прежнему массивной, аккуратной и в одежде, украшенной ленточками. – Рад снова видеть вас. Позвольте представить вам моего брата…

– Мы знакомы, – с толикой недовольства заявил Хэл. – Как поживаете, мадам?

– Судя по вашему виду, лучше, чем вы, ваша светлость. – Миссис Фигг сузила глаза. – Впрочем, как я погляжу, вы еще дышите. – Судя по тону, этот факт ей не нравился.

Хэл широко улыбнулся.

– Вы успели закопать столовое серебро?

– Разумеется, – с достоинством ответила та и повернулась к Джону. – Вы пришли за ним, милорд? Я могу прямо сейчас выкопать его.

– Возможно, позже, – сказал Джон и осмотрелся. В перилах наверху не хватало балясины, а стена у лестницы была чем-то испачкана. – А что случилось с люстрой?

Миссис Фигг вздохнула и мрачно покачала головой.

– Это дело рук мастера Уильяма. Как он, милорд?

– К сожалению, не знаю. Я надеялся встретить его здесь… но, похоже, его здесь нет?

Миссис Фигг встревожилась.

– Нет, сэр. Мы не видели его с… э-э… с того дня, как вы сами пропали. – Она окинула его пристальным взглядом, отметив и обрезанные волосы, и заживающие синяки, и невзрачную одежду. Покачав головой, миссис Фигг вздохнула, однако тут же расправила широкие плечи и весело сказала: – Рада видеть вас, милорд! И вас, ваша светлость, – добавила она после короткого раздумья. – Располагайтесь, а я через пару минут принесу вам замечательный чай.

– У вас есть чай? – просветлел лицом Хэл.

– Ящичек с чаем мы закопали в первую очередь, – пояснила миссис Фигг. – Но я только что достала немного для мисс Дотти, так что…

– Дотти здесь?

– Разумеется. – Миссис Фигг с радостью выступила разносчиком добрых вестей. – Я схожу на кухню и позову ее.

Однако это оказалось не нужным – звук открывающейся задней двери оповестил о появлении Дотти. В фартуке у нее лежало что-то округлое. Кабачки – их желто-зеленый поток хлынул на пол, когда Дотти бросилась обнимать отца.

– Папа!

На миг лицо Хэла полностью изменилось, смягчившись, и Грей с удивлением и смятением ощутил, как к глазам подступают слезы. Он отвернулся, моргая, и отошел к буфету. Пусть отец и дочь побудут наедине.

Серебряный чайный сервиз, конечно же, исчез, однако мейсенские фарфоровые тарелочки по-прежнему стояли на узкой полке. Грей тронул позолоченный волнистый край тарелки, чувствуя себя здесь чужим.

«…и место его не будет уже знать его»77
  «Не возвратится более в дом свой, и место его не будет уже знать его» (Книга Иова, 7:10).


[Закрыть]
.

– Я так рада, что вы оба живы и оба сейчас здесь!

Дотти обращалась к ним обоим, и Грей с улыбкой повернулся к ней. Щеки ее разрумянились, глаза сияли – и у Грея сжалось сердце от осознания, что ее радость омрачится, как только Хэл расскажет причину их возвращения. Но прежде чем ее постигла эта участь, Дотти перехватила поводья разговора и направила его совершенно в иную сторону.

– Раз уж вы здесь… дядя Джон, можно нам воспользоваться твоим домом? Для свадьбы? Пожалуйста, пожалуйста?!

– Свадьбы? Твоей свадьбы? – Хэл нежно высвободился из объятий дочери и кашлянул.

– Ну разумеется, моей, папа! Не будь таким глупым. – Дотти ласково улыбнулась дяде и кокетливо положила руку ему на рукав. – Можно, дядя Джон? Мы не сможем пожениться в Доме собраний, но для должной свадьбы по законам Друзей нам нужны свидетели. Вряд ли папа захочет, чтобы мы женились в гостинице или таверне. Правда? – Она повернулась к отцу, который напустил на себя прежнюю сдержанность.

– Ну разумеется, дорогая моя племянница, – согласился Грей, осматривая гостиную. – Если я все еще буду владеть этим местом ко дню вашей свадьбы. Когда она состоится и скольких свидетелей нужно будет разместить?

Колеблясь, Дотти постучала ногтем по зубам.

– Точно не знаю. Придут несколько Друзей, которых отлучили от собрания за то, что они, подобно Денни, вступили в Континентальную армию. И еще несколько друзей… друзей с маленькой буквы, не примите это за неуважение к ним, я всего лишь хочу сказать, что они не квакеры, – если они еще в Филадельфии, конечно. И, наверное, семья? – Она искоса глянула на отца.

Джон подавил улыбку. Хэл на миг закрыл глаза и глубоко вздохнул.

– Да, я приду на твою свадьбу, – смиряясь, согласился он. – Генри тоже придет, даже если мне придется притащить его за шиворот. Полагаю, миссис Вудкок тоже нужно пригласить, – без энтузиазма предложил он. – Но, разумеется, Адам… и Бен…

Джон решил было, что Хэл сейчас расскажет ей все, но брат умолк и решительно поджал губы. Хэл не смотрел на него, но Джон уловил его мысль – «Не сейчас, ради бога, пусть она подольше побудет счастливой» – так ясно, будто брат произнес ее вслух.

– Их не будет, а жаль, – грустно произнесла Дотти и посмотрела отцу в глаза. – Сочувствую маме. Я написала ей.

– Правда, милая? – спросил Хэл почти нормальным голосом. – Ты поступила очень заботливо. Ты хочешь сказать мне что-то еще? – Прищурившись, он склонил к ней голову.

– Ох. – На ее щеки вновь вернулся румянец, и Дотти принялась рассеянно мять фартук. – Видишь ли… Ты знаешь, что Рэйчел – сестра Дензила – помолвлена с Йеном Мюрреем? Это племянник мистера Фрэзера… ох нет, нельзя употреблять слово «мистер», прошу прощения. Ты знаешь…

– Знаю, – ответил Хэл тоном, пресекающим дальнейшие расспросы. – Я имею в виду, что знаю, кто это. Что ты хочешь сказать, Дотти? Говори без околичностей, пожалуйста.

Дотти фыркнула, однако ничуть не смутилась.

– Ладно. Рэйчел и Йен хотят пожениться как можно скорее, как, впрочем, и мы с Денни. Раз уж свидетели придут, почему бы не отпраздновать обе свадьбы сразу?

Хэл все-таки посмотрел на Джона. Тот выглядел не менее ошарашенным.

– Э-э… хорошо. Полагаю, будут еще гости? Включая вышеупомянутого мистера Фрэзера? Уж извини за то, что употребляю это слово, но я привык к подобным социальным излишествам.

– Да. Рэйчел говорит, что миссис Фрэзер уже лучше и они вернутся в Филадельфию завтра или послезавтра. Разумеется, на свадьбе будут также Фергус и его жена Марсали, быть может, с детьми. Не знаю, есть ли еще какие-нибудь друзья… вряд ли у Йена найдутся родственники-могавки поблизости…

– Один, два, три, четыре, пять… – Джон отвернулся и начал пересчитывать небольшие позолоченные стулья, которые стояли у обшитой деревянными панелями стены. – Полагаю, их может не хватить, Дотти, если только…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10