скачать книгу бесплатно
Порхая на высокой приставной лестнице от одного стеллажа к другому, я заинтересовалась позолоченной надписью тома «Эленбергская рукопись 1810 года», но рука все же потянулась к другой – «Детские и семейные сказки» братьев Гримм.
Я вытянула книгу и принялась механически листать, пока не наткнулась на черно-белый портрет старой женщины с припиской: Сказительница «Доротея Виманн».
Вот чье имя здешние периодически восклицают. Лордов и короля здесь считают потомками богов, а значит – поклоняются им. Но кому могут поклоняться сами боги? Неужели сказителям, вроде этой женщины?
– Мистер Сэйдж! Не уделите нам минуту?! – Низкий голос капитана разлетелся по библиотеке.
Уголки моих губ сами полезли вверх. Не могу отказать себе в удовольствии немного поиздеваться над капитаном Шассерфи. Он так мило хмурится, стоит мне только открыть рот.
Винтовая лестница загудела от приближающихся шагов. Рядом с капитаном шел усатый эльф, одетый в форму хранителей порядка с рынка.
– Капитан, тененте, – улыбнулся Сэйдж. – Чем могу быть полезен?
Мужские голоса долетали обрывками, из-за чего было сложно понять, что привело капитана и этого тененте в эту библиотеку.
– С чего вы взяли, что этот психопат вдохновился именно легендой? – донесся вопрос библиотекаря.
– Первые две жертвы были старик и старуха, – ответил эльф. – Третья – молодая эльфийка. Тем более, у него своеобразный почерк.
– Есть ли сказка, где герой следует возрастной градации? – спросил Лассен.
– Их сотни…
– «Я убежал от маленькой старушки, и от маленького старичка! И от вас убегу это уж точно!» – продекламировала я отрывок из сказки и вышла из-за полки. – День добрый, капитан.
Лассен стоял, упершись ладонями в стол. Он медленно выпрямился и почтенно кивнул в ответ. В глазах промелькнул неподдельный интерес.
– День действительно добрый, мисс Эвелин, раз вам знаком подобный сюжет сказки.
– Пойду, поищу, что у нас здесь есть похожее, – пробубнил мистер Сэйдж.
– Как ваши дела? Как продвигаются поиски той самой Избранной? – пролепетала я, одарив мужчин приторной улыбкой.
– Говори, что знаешь, – приказным тоном выпалил эльф.
Этот тенете не производил впечатление приятной личности. Весь его вид кричал о надменности и нежелание работать с капитаном. Кем бы он ни был, в замке он явно власти не имеет, так что я лишь продолжила ковырять ногти, делая вид, что занята.
– Хм… у меня очень плохая память, знаете ли. Может, пара карлинов поможет освежить память.
Эльф окинул меня сальным взглядом. Он напоминал грязную свинью.
– А может, вечер в участке с моими ребятами поможет восстановить твою память?
– Закрой рот и дай сюда кошель, – прорычал Лассен, заставив фейца побледнеть.
Я впервые увидела капитана таким: жестким, в какой-то мере злым. Голос ударил точно хлыст. Пожалуй, скажи он мне что-то подобным тоном, я бы непременно стала послушной девочкой. Ненадолго.
– Она всего лишь прислуга, а …
– А я капитан королевской гвардии. И дважды я не повторяю, Таран. Если только, конечно, ты не хочешь провести этот вечер с моими ребятами.
Таран недовольно сжал челюсти, но молча вынул кошелек.
Будь мы с капитаном хотя бы в дружеских отношениях, я бы решила, что он заступился за мою честь. Но тут дело скорее в том, что свинья Таран попытался продемонстрировать власть на чужой территории.
Вложив в мою ладонь два золотых луара, капитан вопросительно вскинул бровь.
– Продолжайте, мисс Эвелин.
Я потрясла рукой, выпучив губки, точно обиженный ребенок. И только когда в ладони звякнули еще пара карлинов, заговорила с расстановкой, растягивая слова:
– «Я убежал от маленькой старушки, и от маленького старичка, и от крестьян с молотилками, и от косцов с косами, и от коровы, свиньи…». Это народная сказка о Пряничном человечке. Хотя я впервые прочла ее на русском. И там его зовут Колобок. Неужели здесь такой не знают?
Тененте насмешливо фыркнул:
– «Колобок»? Зря только потратил мои деньги. Хотите сказать, капитан, что другими жертвами будут коровы и свиньи?!
– Нет, но могут быть те, кто связан с выведением скота, – предположил Лассен, не отрывая взгляда от меня. – Вы сказали, что после старика и старухи следовали крестьяне с молотилками. Эдели подрабатывала на гумне.
– Это ничего не значит, – упрямился эльф, закипая от злости.
– Это уже мне решать. У нас нет времени. Нужно проверить теорию, – сказал капитан и направился к лестнице. – Таран, не вынуждай напоминать о том, что мне в очередной раз приходится выполнять вашу работу…
Они продолжили спорить, я же не спеша прошагала к перилам второго этажа и бросила вдогонку:
– До свидания, капитан!
У порога Лассен обернулся и нацепил ту самую галантную улыбку, подыгрывая.
– До скорой встречи, мисс Бёртон.
Я тряхнула головой и недовольно сложила руки на груди.
Да как он смеет! Вообще-то, это я устанавливаю правила под названием «Достать капитана».
* * *
Из открытой крышки фортепиано лилась прекрасная мелодия. Сложно было не узнать в ней сонату Бетховена «К Элизе». То волнительная, то нежная, она искрилась из-под пальцев принца, порхающих по черно-белым клавишам.
Прозвучал финальный аккорд, и собравшиеся в зале гости одарили музыканта аплодисментами.
Дориан никак не выказал уважения публике, лишь потянулся за очередной сигариллой.
Так и проводились их чаепития. Мы ходили, подливали ароматные чаи в кружки господ, разносили десерты и убирали посуду. Они отдыхали и вели беседы в небольшом зале, уставленным живыми цветами и рогатыми канделябрами с подтаявшим воском. Серый, белый, темно-лиловый – вот какие цвета были спутниками вечера, начиная с нарядов гостей и заканчивая обивкой мебели.
Выдохнув пару раз плотный дым, Дориан уложил на пепельницу сигариллу, и та продолжила тлеть, разнося тонкий аромат горького шоколада. Едва его пальцы коснулись клавиш, присутствующие вмиг притихли, предпочтя разговорам музыку. На этот раз заиграла «Лунная соната».
– Принц любит Бетховена? – прошептала я Лорелей. – Откуда вам вообще известна наша музыка?
– Бетховен? Кто это? – тихо спросила эльфийка, следя за руками пианиста.
– Тот, кто написал эту музыку. Человек.
– А… Какое-то время принц Дориан обучался среди людей. Сыновья лордов все получают обучение в мире людей.
– Какие у него умелые пальцы, да? Интересно, он все делает ими также виртуозно?
Стоило двусмысленной фразе слететь с губ, как Лорелей вмиг зарделась, потупив взгляд.
– Пойду, принесу еще закуски с кухни, – промямлила она и вышла вон.
Пришлось прикусить губу, чтобы не выдать победную улыбку. Я ощутила на себе взгляд, слишком пристальный, чтобы считать случайным: зеленые глаза, подведенные сурьмой.
Продолжая играть мрачную сонату, исподлобья на меня посматривал Дориан. Ямочка на колючей щеке свидетельствовала о скомканной ухмылке. Принц просто наблюдал, небрежно сдувая упавшие пряди со лба.
Он не мог слышать, что я сказала. Слишком далеко, да и музыка играла. Но все же в его взгляде читалось – он понял, что я намеренно провоцировала Лорелей.
Обучался в мире людей, говоришь? Принц Дориан слывет пьяницей, мотом, картежником и любителем женщин. Быть может, пора использовать свое женское очарование? Вино и красивая собеседница хорошо развязывают язык мужчинам.
* * *
Очередная ночная вылазка по скрытым тоннелям оказалась джекпотом: я наткнулась на винный погреб. Жаль, что не взяла с собой кружки, так бы сцедила себе немного для крепкого сна.
Спрайт-фонарь, который явно был не в восторге оттого, что я везде его с собой таскаю, также рассматривал со мной огромную комнату: мрачно, холодно и лишь шорох крысиных лапок гулял то тут, то там. Наверху послышались грузные шаги. Я спряталась за огромной винной бочкой, накрыв фонарь плащом.
В погреб спустился повар Дразен. Он воровато огляделся, прошел туда-обратно, и только тогда вынул из-за пазухи пустую бутылку.
Тролль принялся отливать себе вина из бочки, вдобавок делая большие глотки. Видимо, чтобы влезло больше.
– Дразен! – Я выскочила из укрытия, изображая искреннее негодование. – Вы воруете?!
– Ua, che ciort![12 - Неапол. Перевод: “Проклятье!”]
От испуга повар пролил немного напитка на пол, в попытке неуклюже спрятать бутылку.
– Я?! Я… ни в коем случай! Я взять немножечко вина для десерта!
– Не лгите. Я видела, как вы его пили. Вы понимаете, что крадете у самой короны!
– Но я… я… Да! – сдался повар. – Есть у меня такая слабость. Но не говори никому! Я тебя умолять. Меня уволят и будут наказать по строгости закона!
– Даже не знаю… Вы же понимаете, что я не могу промолчать. Вы продолжите и дальше воровать вино, – продолжила свое выступление я, хотя про себя смеялась до слез с нелепой реакции повара.
– Нет! Не буду! Ну, может, чуточку и буду, но… Ну, bella, ну… может… может, может, договоримся? Что ты хотеть за молчание? – с надеждой в голосе поинтересовался он, дружелюбно раскрыв ладони. – Дразен все для тебя сделать!
Еще с минуту я продолжала строить из себя самую честную служанку во всем Лэндэльфе, пока не сказала благосклонно:
– Есть одно пожелание… Еда у персонала абсолютно непригодна для питания…
– Хочешь, буду готовить тебе такие блюда, что ты с ума сойти?! Ты только другим не говори, а то я разориться на продуктах.
– Хорошо, идет. Я сохраню вашу тайну Дразен. – Повар облегченно выдохнул, вернув нормальный зеленый цвет лицу. – Но… Мне очень нужно попасть завтра на меркато. И попасть мне нужно одной. Не подсобите и с этим?
– Все что угодно! – на радостях выпалил Дразен и сделал смачный глоток.
* * *
Повар выполнил свою часть сделки, и уже на следующее утро, нацепив самодельные уши, я отправилась на центральный меркато. Дразен лично договорился со стражей, чтобы меня выпустили без сопровождения, оправдывая это срочностью дела.
Так как я уже неделю вела себя как послушная девочка, доверия ко мне стало больше. Да и фейские уши идеально вписывались в образ замковой прислуги.
Я слегка изменила свой маршрут, чтобы изучить центр. Лори говорила, что этот район зовется Фаволозо. Все тот же серый дым и утренний туман были спутниками столицы и просачивались даже в самые узенькие улочки. Сам Лэндэльф представлял собой остров с речными каналами, что расходились мелкими артериями, из-за чего город был усыпан небольшими арочными мостами. На пути попадались уличные коты и собаки. Хотя их окрас и отличался от привычных – лиловые, ярко-зеленые, желтые. Горожанка вынесла миску с объедками и подозвала вечно голодных котов:
– Чиш-чиш-чиш.
Подул прохладный ветерок. Я подтянула края капюшона к лицу и зашагала дальше. Судя по погоде, наступила ранняя осень или был конец лета. Каналы источали неприятный запах тухлой рыбы и забродивших водорослей.
Остановившись на середине очередного мостика, я разглядела вдалеке шпили готического собора.
Прохожие приветственно кивали, приподнимая шляпы. Выйдя к бурлящему жизнью меркато, я сразу направилась в знакомую лавку с травами. Все та же трель дверного колокольчика, все та же мрачная атмосфера.
– Доброе утро, мисс, – поздоровался продавец, вытирая раскрасневшиеся глаза. – Вы из замка? Что на этот раз ваш повар удумал состряпать?
Я аккуратно спустила капюшон, чтобы не слетели накладные уши, и сделала вид, что осматриваю товар. Травник явно был чем-то подавлен, но продолжал соблюдать приличия, как владелец лавки.
– Признаться честно, мистер Пойзон, я здесь по другому делу.
Фейец напрягся и опустил руку туда, где в прошлый раз лежал арбалет.
– Внимательно слушаю.
Я положила драгоценную заколку на стеклянную витрину. Мистер Пойзон тут же расслабился: его руки вновь оказались в поле моего зрения.
– С чего вы решили, что я могу вам помочь? Я травник, а не оценщик ювелирных украшений.
В какой-то момент, уверенность уступила сомнениям, но я и виду не подала, продолжая зондировать почву:
– А с чего вы взяли, что мне нужна оценка этой безделушки?
Уголок его губ дернулся – это можно было понять по движению седых усов.
– Думаю, вы не скажете, кто посоветовал прийти именно ко мне, а не к местному старьёвщику. И не скажете, откуда эта вещь у вас.
– Я же не спрашиваю, зачем украшение травнику. Если скажу, что заколка досталась по наследству, вам от этого станет легче? Ваша совесть будет чиста?
Мистер Пойзон надел очки в тоненькой оправе и вооружился огромной лупой.
– Совесть – это роскошь для Лэндэльфа. А я небогатый фейри, – пробормотал он, разглядывая украшение через призму стекла. – Могу дать за нее тридцать луар.