То, что остается в тишине

Дарья Ятт

То, что остается в тишине

Наталья Викторовна Кирсанова уехала на окраину тайги, приняв это решение с тем спокойным благоразумием, которое редко встречается в особе двадцати семи лет, привыкшей к светскому обществу и обладающей средствами, достаточными для полной независимости. Единственным существом, с которым она не пожелала расстаться, оставляя столичную жизнь, была ее семилетняя колли по кличке Викки — верная спутница, чей кроткий и рассудительный нрав всегда составлял разительный контраст с суетливым легкомыслием петербургских кофеен.

После нескольких лет в столице — среди бесконечных утренних визитов, гула машин на проспектах и душных зал, где истинная доброжелательность подменяется заученными фразами, а жизнь измеряется числом блестящих выходов в свет, — душа Натальи Викторовны взыскала того сурового и ясного покоя, который можно обрести лишь там, где заканчиваются проезжие тракты и начинается вековой лес.

Ее прежние знакомые, разумеется, не преминули высказать по этому поводу самые разнообразные суждения. Тетушка Натальи Викторовны, дама весьма почтенная и склонная видеть в любом отступлении от принятых правил опасное чудачество, находила совершенно непостижимым, как молодая женщина приятной наружности может променять столичные театры на деревенское общество, собаки и вид на сосновые боры. Впрочем, сама Наталья Викторовна не испытывала ни малейшей потребности оправдывать свой выбор перед теми, кто ценил суету выше душевного равновесия.

Дом ее, рубленный из толстых смолистых бревен, стоял на самом краю небольшого сибирского села, там, где за невысокой изгородью сразу поднималась темная стена кедра и пихты. Утро здесь начиналось не с суетливого звонка в передней и стопки пригласительных билетов, а с крика кедровок за окном, густого аромата хвои и тихого, деликатного поскуливания Вики, которая ровно в семь часов подходила к постели хозяйки, напоминая о необходимости выйти на свежий воздух.

Вместо того чтобы часами выбирать платье для вечернего туалета, Наталья Викторовна надевала простое суконное платье, накидывала теплый платок и отправлялась по тропе вдоль каменистой речки. Вики неизменно шла чуть впереди, время от времени оглядываясь с тем степенным достоинством, какое присуще собакам зрелого возраста, уже утратившим щенячью беспечность, но сохранившим живой интерес к миру. Наталья Викторовна находила тихое удовольствие в том, чтобы следить за быстрым бегом прозрачной воды или подолгу стоять на опушке, пока ее колли с важным видом обследовала заросли папоротника.