Тихая гавань

Дарья Ятт

Тихая гавань

Весь день парило, но дождь так и не пошел. В квартире на четырнадцатом этаже, откуда открывался вид на серую гладь водохранилища и бесконечные ряды белых многоэтажек, стояла та особенная, вязкая тишина, какая бывает только в хорошо убранных комнатах, где все лежит на своих местах и никто никуда не торопится.

Вера Павловна накрывала на стол. Она двигалась бесшумно, почти не касаясь паркета мягкими войлочными тапочками. У нее были небольшие, всегда прохладные руки, гладкая прическа, собранная на затылке с помощью одной черепаховой заколки, и тихий, ровный голос, которым она обычно спрашивала, не слишком ли горячий чай и нужно ли погладить к утру голубую сорочку. Соседки по подъезду считали ее женщиной удивительно кроткой, даже бесхарактерной, а муж, Сергей Петрович, человек солидный, служивший в одном из столичных департаментов, привык думать о ней как о чем-то само собой разумеющемся — вроде исправного кондиционера или мягкого пледа в кресле.

За ужином Сергей Петрович ел не спеша, обстоятельно. Он только что вернулся из командировки, был в прекрасном расположении духа и рассуждал о новом начальнике отдела — человеке, по его мнению, суетливом и недалеком.

— Понимаешь, Верочка, — говорил он, аккуратно промокая губы бумажной салфеткой и глядя мимо нее в окно, где за стеклом уже собирались тяжелые, лиловые тучи. — Люди делятся на два разряда. Одни созданы для бурь, для шума, для каких-то, знаешь ли, африканских страстей. А другие — для тихой гавани. Вот ты, например. В тебе ведь, слава богу, нет ни капли этого дикого огня. Ты у меня как комнатный цветок: поливай вовремя, не ставь на сквозняк — и будешь жить спокойно до самой старости. Удобно, предсказуемо, без всяких там молний.