Дарья Донцова.

Ночной клуб на Лысой горе



скачать книгу бесплатно

Глава 8

Спустя несколько часов, когда от нас, забрав с собой труп Марфы, уехал эксперт Леонид, мы с полковником пошли к Веронике.

– Была вроде физически здоровая женщина и – раз… умерла, – бормотала я. – Только что нормально разговаривала, пила чай, и все, нет человека. Ладно бы Марфе исполнилось девяносто лет, в таком возрасте всякое случиться может. Но она молодая!

– Наверное, тромб оторвался, – предположил Дегтярев. – Может, Медведева принимала какие-то лекарства, которые увеличивают вязкость крови.

– Я решила, что у Марфы с головой беда, она выглядела странно, – призналась я. – Что, если она состояла на учете у психиатра? Врачи иногда прописывают таблетки, помогающие бороться с основной болезнью, но плохо влияющие на печень, сердце. Вдруг у бедняги случился инфаркт?

– Не стоит гадать, – остановил меня полковник, нажимая на кнопку домофона, который висел на калитке. – Панин разберется.

– Я обиделась на него, – поморщилась я.

– За что? – не понял Александр Михайлович.

Я удивилась.

– Неужели ты не слышал, как Леонид сказал своим подчиненным: «Упакуйте чашку, из которой пила Медведева. Да поаккуратней, там остатки чая. Его надо отправить на токсикологический анализ»?

– Все верно, – кивнул полковник, – нельзя исключать отравление.

Меня охватило возмущение.

– И ты туда же! Неужели думаешь, что я подсыпала гостье яд? А я вот полагаю, что это мог сделать ты!

– Никого нельзя исключать, – без тени улыбки заявил Дегтярев. – Порой преступником оказывается человек, на которого и подумать нельзя.

Я молча слушала приятеля. Здорово! Толстяк живет с нами много лет в одном доме, и он, член семьи, включил меня в список подозреваемых? Ну, погоди! Велю Ирке каждый день готовить на завтрак геркулесовую кашу – все наши едят ее с большим удовольствием, а вот Александр Михайлович овсянку ненавидит. И это еще не вся месть, только начало! Смотреть мне прямо в глаза и говорить про анализ чая в чашке? Конечно, кто Марфе чай заваривал, а потом наливал? Я… Ну, Дегтярев, держись! Александр Михайлович даже не догадывается, на что я способна, если разозлюсь!

Калитка щелкнула и открылась, мы с полковником вошли во двор и увидели на крыльце Веронику, одетую в синие джинсы и серую майку.

– Проходите, – предложила она. – Хотите кофе?

– К сожалению, у нас неприятная новость, – произнес Дегтярев. – Относительно Марфы.

– Да? – удивилась Балабанова. – Думала, она до сих пор спит – дверь в гостевую закрыта, в спальне тихо. Подруга опять к вам пришла? Снова приставала к господину Маневину? Мне казалось, что я убедила ее этого более не делать.

– Марфа прибежала к нам в районе двух ночи, – перебила я ее.

– Совсем с ума сошла! – возмутилась Ника. – Ну точно, голову потеряла окончательно! Умоляю, не сердитесь. Понимаете, Марфа всю жизнь под гнетом матери прожила…

– Она скончалась, – решился наконец сообщить Дегтярев.

– Да, да, – кивнула Вероника, – Евдокия Тимофеевна умерла, поэтому мне удалось уговорить подругу…

– На тот свет ушла Марфа, – уточнил Александр Михайлович.

На лице нашей визави неожиданно появилась улыбка, которую буквально через мгновение сменило сердитое выражение.

– Вы шутите? Но, уж простите, это очень глупая шутка.

– Увы, нет, нам не до веселья, – вздохнул полковник, – ваша приятельница скончалась у нас за столом.

Балабанова схватилась рукой за косяк.

– Умерла? Марфа? Вы что такое говорите? Вчера она спокойно легла спать… Почему вдруг ночью помчалась к вам? Что произошло?

– Давайте сядем и поговорим, – попросила я.

Вероника посторонилась.

– Входите.

Боже! Марфуша! Этого просто быть не может. Нет, не верю… Неправда!

Глава 9

Услышав от нас подробный рассказ, Вероника встала.

– У Марфы были проблемы. И я вам о них расскажу. Но если она ночью решила полакомиться пломбиром и открыла холодильник, который, по ее словам, похож на сундук, то на самом деле увидела там тело.

– Труп? – уточнил полковник.

Я вцепилась пальцами в подлокотники кресла. Так… Медведева была не совсем здорова психически, и Балабанова ей под стать.

– Пойдемте, покажу Аню, – усмехнулась Вероника.

– Мертвую женщину зовут Анна? – спросил Александр Михайлович. – Фамилию можете назвать? Адрес прописки?

– Живет она здесь, в Ложкине, – ответила Балабанова. – Но лучше вам самим взглянуть, трудно объяснить словами.

Полковник встал.

– Подожду вас здесь, – малодушно сказала я.

– Нет, нет, пойдемте, – настаивала Вероника.

Делать нечего, пришлось плестись за ней.

Мы вошли в небольшую комнату без окон.

– Это чулан для запасов, – пояснила Ника, – слева полки со всякими банками. Дом я снимаю, консервы делала не сама, а хозяйка, очень милая женщина. Она мне сказала: «Ешьте что найдете и сколько хотите». Еще здесь находился морозильник, похожий на здоровенный сундук, он был пустым, поэтому я поселила там Аню…

Вероника подняла крышку, я зажмурилась.

– Ого! – воскликнул полковник. – Интересная штука. Почему на льду ее держите? Даша, открывай глаза, все нормально.

Я глянула внутрь гигантского холодильника и взвизгнула.

– Ника! Мертвая!

Балабанова посмотрела на меня.

– Стою тут совершенно живая. Перед вами манекен.

– Он в платье, – передернулась я, – с волосами. Кажется трупом. Жутко и отвратительно! Зачем вам эта кукла? Почему вы храните ее замороженной?

– Думаю, теперь нам лучше вернуться в гостиную, – ответила Ника, – там и поговорим спокойно.

Ежась, я поспешила назад, села в кресло и отказалась от любезно предложенного Балабановой чая. Дегтярев тоже не пожелал баловаться напитком.

– Значит, Марфа увидела куклу и решила, что перед ней ваш труп, – сказал он. – Ее можно понять – манекен очень натурально сделан. К тому же у него ваше лицо. Что все это значит?

Вероника пустилась в объяснения.

– За пару дней до приезда Марфы ко мне в офис приезжал заказчик, на редкость недоверчивый человек. Я объяснила ему технологию съемок, показала готовые работы. Нет, он уперся: хочу увидеть все собственными глазами. Пришлось его домой приглашать. Ох, пожалуй, надо все по порядку… Я владелица рекламного агентства, привлекаю для съемок только моделей, актрис.

Ника вынула из буфета альбом.

– Полистайте.

Дегтярев начал переворачивать страницы.

– Красивые женщины. Но некоторым, на мой взгляд, лет пятьдесят.

– Есть и постарше, – уточнила хозяйка, – в рекламе требуются разные типажи. Недавно мы делали ролик для производителя недорогих байковых халатов. Понимаете, кто их приобретает? Контингент не поверит, что бордовый кошмар из фланели может носить Настя.

Ника показала пальцем на снимок эффектной блондинки.

– А Мария Ивановна… – Вика перелистнула странички. – Вот она. Возраст ближе к семидесяти, на голове химия, внешность простецкая. Тетя Маша чудесно ужасные халатики, белье и унылые платья для пожилых демонстрирует. Люди смотрят на модель и думают: «О! Да она прямо как моя бабушка!» И берут домашнюю одежду.

– У вас тут вес, рост, фото, все объемы, размер ноги указаны, но нет телефонов, – заметила я. – Хотя понятно, почему. Клиент может, минуя вас, с манекенщицей договориться. Полагаю, и имена не настоящие?

– Псевдонимы, – кивнула Вероника. – Да, это мера безопасности. Есть клиенты, которые хотят поближе познакомиться, допустим, с Настей, просят у меня ее контакт. Естественно, я не даю его. Если человек сам искать начинает, то он ищет Анастасию Ростову, студентку. А на самом деле девушку зовут иначе, и она не учится в институте. Без моей помощи никто никогда настоящую модель не найдет. Девицам я никогда не сообщаю, что ими заинтересовались. Зачем соблазнять? Кстати, многие из них замужем, подрабатывают себе на мелкие радости, мужьям о съемках не сообщают. Теперь об Ане.

Хозяйка устроилась в кресле поудобнее.

– Я получила ее в подарок от бывшего мужа. Гражданского. Энрике итальянец, мы с ним провели вместе несколько лет, потом мирно разошлись, но сохранили дружеские отношения. Энрике не последний человек в фэшн-бизнесе, он постановщик шоу-показов, много идей мне подсказал. Манекен – его презент на прошлый Новый год. Аня ростовая фигура, но не дурацкая плоская картонка, фото на подставке, а продукт новейших технологий, кукла, невероятно похожая на человека. Не так давно я возила Аню на презентацию книги одной телеведущей, так даже ее друзья бросились свою «Танюшу» обнимать. На фигуру надевается любой парик, любое платье, а лицо переводится с фотографии клиентки. Как это делается, не скажу, коммерческая тайна. В рабочем состоянии Анечка теплая, на ощупь прямо как человек, руки-ноги сгибаются, может принять любую позу. Единственное неудобство – хранить манекен нужно в замороженном состоянии, потому что внутри особый гель. В момент превращения наполнителя из льда в мягкую субстанцию выделяется много тепла. Видели когда-нибудь в аптеках пакеты от мышечной боли? Упаковка, вынутая из морозилки, холодная, твердая, но мнешь ее в руках, и она делается мягкой, горячей. Вот и с Аней так же. Кукла держит температуру тридцать семь градусов шесть часов, потом медленно остывает.

Балабанова сделала короткую паузу.

– А теперь о том упрямом клиенте. Чтобы получить заказ, то есть, как вы понимаете, заработок, я привела Аню в рабочее состояние, сделала ей лицо из своего фото, потом усадила манекен в гостиной, открыла дверь и сказала недоверчивому клиенту: «Проходите, располагайтесь. Сейчас сварю кофе. Вы не против минут десять провести в компании с Анютой, моей сестрой-близнецом?» Мужик вошел в комнату, а я в коридоре стою и слушаю, как он говорит: «Добрый вечер, Анна, я Владимир. Вы невероятно похожи на Веронику. Наверное, здорово иметь двойника? Прекрасно выглядите». Он еще пару минут кукле комплименты расточал, потом раздался вопль: «А-а-а-а! Она не живая!»

Вероника засмеялась.

– Заказ я тут же получила. Клиент, который ранее сомневался, что Аню с настоящей женщиной спутать можно, согласился на все мои условия.

– Понятно, – кивнула я. – Значит, Марфу напугала кукла. Но ваша подруга еще видела, как вы душите Зинаиду Ефимовну, ее бывшую няню.

Собеседница вдруг вытянула вперед руки.

– Видите объем моих запястий? У меня с руки все браслеты падают – костная система, как у мыши, я вешу меньше вас. Мне с моим запасом сил только людей душить… Ладно, допустим, я лишила жизни няню… Хотя зачем бы мне это делать, а? Я уехала из родного города очень давно, назад не возвращалась, никаких дел с людьми из своего детства давно не имею. И где пожилая женщина могла выяснить мой адрес, чтобы сюда заявиться? Я не прописана в Ложкине, зарегистрирована в комнате, которую купила, когда в Москву перебралась. Но ни одного дня там не ночевала, приобрела трущобу, чтобы получить статус столичной жительницы. Это я к тому, что соседи по квартире о Веронике Балабановой ничего не знают. Хорошо, будем считать, что я вас обманываю. Скажем, я сама зазвала сюда Зинаиду Ефимовну и убила ее. А куда дела труп? Закопала в саду? Для начала: мне ее тела с места не сдвинуть. И в детстве-то моем нянька Марфы килограммов восемьдесят весила, а сейчас, думаю, за центнер перевалила.

– Марфа вас видела, – остановил Балабанову Дегтярев.

Ника скривилась.

– Она и меня бездыханную в холодильнике обнаружила. Медведева вам сказала, где я с теткой разделалась?

– В своей спальне, – пояснил полковник. – Марфа шла по коридору в кромешной тьме, освещая дорогу мобильным, услышала крик из вашей комнаты и заглянула туда.

– Ага, – усмехнулась Вероника. – Посидите тут минут пять, сейчас вернусь.

Мы с Александром Михайловичем остались вдвоем.

– Когда Балабанова открыла морозильный сундук, на какую-то секунду я подумал, что вижу настоящий труп, – признался полковник. – А у тебя какие были ощущения?

– Самые неприятные, – вздохнула я. – В кладовке горит тусклая лампочка, при таком свете подробностей не разобрать. Жуткая вещь эта Аня. Марфа, наверное, до одури испугалась.

– Идите сюда, – закричала издали Вероника.

Мы с полковником поспешили на зов.

– Я создала те же условия, что в два часа ночи, – затараторила хозяйка. – Поясню, я не могу спать, если в комнате есть хоть одна полоска света. Даже крохотная. Мне для полноценного отдыха необходима абсолютная темнота. Поэтому на окнах непроницаемые рулонки и тяжелые портьеры. В коридоре лампа не горит.

Ника щелкнула выключателем.

– Еще я закрыла гардины на всем первом этаже. Итак, в доме ночь…

– Тьма кромешная, хоть глаз выколи, – пробормотала я, держась за стену.

– Марфа сказала вам, что шла, светя себе под ноги экраном мобильного. Дарья, достаньте трубку, включите фонарик, подойдите вот к этой двери и откройте ее, – скомандовала Ника. – Но не нараспашку, а чуть-чуть, так, как это сделала моя подруга, решив тайком посмотреть, что за шум доносится отсюда. Сделать это надо в момент, когда вы услышите женский крик: «Убью тебя, дрянь!» Поняли?

Я кивнула.

– Отлично! – воскликнула Вероника и шмыгнула в спальню.

Через пару секунд я услышала чуть надтреснутый голос пожилой женщины:

– Господи, что ты делаешь? Нет! Нет! Не надо!

– Зачем приехала? – зло спросил молодой женский голос. – Решила мне навредить?

– Нет, нет, я сейчас уйду.

– Убью тебя дрянь! Убью гадину! Задушу!

Я быстро приоткрыла дверь и обомлела. В спальне горел ночник. В его неярком свете было видно стоящую спиной ко входу стройную женскую фигуру в джинсах, сером пуловере, с прической «конский хвост». Ее руки вцепились в горло женщины лет шестидесяти пяти. Лица старухи я не могла рассмотреть, потому что ее голова откинулась назад, но седые мелкие кудряшки оказались на виду, равным образом, как и жемчужное ожерелье, которое спускалось с шеи на грудь жертвы. Пожилая дама была одета в темное бесформенное платье.

– Ах ты скотина! – выкрикнула молодая женщина и изо всех сил тряхнула свою противницу.

Та всхлипнула и рухнула на пол.

– Сдохла! – радостно выкрикнула победительница. – Сама виновата, надо было дома сидеть, а не в Москву переть.

В эту секунду вспыхнул верхний свет.

– Телевизор! – закричала я. – Кино!

– Новая технология, – кивнула Ника, – называется «эффект присутствия». Я, лежа в кровати в полной тьме, смотрела российский детектив, а картинка на экране объемная.

– Марфа убежала из кладовки, напуганная видом «трупа», услышала крик, приоткрыла дверь… а тут перед ее глазами умершая подруга душит Зинаиду Ефимовну. Было от чего бедняге голову потерять, – пожалела я Медведеву.

– Лица старухи не разглядеть, – подхватил Дегтярев, – но прическа, бусы, платье… Так выглядят многие пенсионерки – плотная женщина с седыми кудряшками и искусственным жемчугом на шее. А убийца одета, как Ника: синие джинсы, серая майка. И волосы такие же, темно-русые, собранные в хвост… Медведева была в состоянии сильного стресса после посещения кладовки, вот и не сообразила, что наблюдает сцену из сериала.

– Хоть я и не напугана так, как Марфа, но тоже не поняла, что вижу работающий телевизор, – призналась я. – У этой модели экран словно в воздухе висит, у него отсутствует черная или серая окантовка. А изображение очень четкое. Я подумала, что присутствую при совершении преступления.

Глава 10

На следующий день вечером, вернувшись домой, Дегтярев показал мне фотографию пожилой женщины.

– Узнаешь?

– Седые кудельки, лишний вес, искусственный жемчуг, – перечислила я. – Это Зинаида Ефимовна?

– Ее фамилия Измайлова, – кивнул полковник. Взял с полки чашку, налил в нее заварку и залпом выпил ее. – Бывшая няня Медведевой живет в Бугайске. В Москву очень давно не ездила. Прекрасно себя чувствует.

– У страха глаза велики, – пробормотала я. – Несчастная Марфа. Отчего она умерла?

– В желудке девушки обнаружено вещество, название которого я не могу даже по бумажке прочитать, – вздохнул толстяк. – Этил метил, фосфат бомат… как-то так. Оно безобидно. Имеет приторный вкус.

– Когда ты предложил Марфе положить в чай мед, который поможет ей справиться с кашлем, она ответила: «И так очень сладко», – вспомнила я.

– Вопрос: где она этого фосфата нахлебалась?.. – начал Дегтярев и замолчал.

Я повернулась к холодильнику.

– Ну, продолжай.

Дегтярев не издал ни звука, я обернулась.

Александр Михайлович стоял молча.

– Всем привет! – весело объявила Маша, входя в комнату в сопровождении стаи наших любимцев. – Хочу познакомить…

Полковник кашлянул, и из его ноздрей неожиданно вырвались клубы красного дыма.

– Мама! – взвизгнула Маруська.

Александр Михайлович зашелся в кашле.

Одновременно со звуками изо рта толстяка вылетела туча разноцветных искр.

– А-а-а! – вскрикнул Дегтярев.

Теперь бравого бойца с преступностью окутало темно-синее облако.

Маша молча бросилась под стол, за ней туда же кинулся Хучик. Собака Афина, обладательница слабого мочевого пузыря, от ужаса мгновенно напрудила огромную лужу.

– Поганка, – сказал оконфузившейся псине ворон Гектор, сидевший у нее на спине, и, замахав крыльями, взлетел к потолку.

Поднимаясь вверх, он случайно задел хвостом симпатичного молодого человека, который, войдя вместе с Марусей, скромно стоял в сторонке.

– Зачем приперся? – вопросил Гектор.

Юноша, не ожидавший столь любезного приема, опешил. Дегтярев грозно вопросил:

– Кто это придумал?

Из ноздрей полковника повалили розовые клубы.

– Саша, что с тобой? – удивился Маневин, появляясь в столовой. – Что ты выпил? Кровь зеркального дракона?

– Нет, – ответил Александр Михайлович и снова стал кашлять.

При каждом звуке изо рта толстяка валили разноцветные клубы не то дыма, не то пара, которые тут же медленно поднимались к потолку.

– Офигеваю, – высказался ворон. – Предупреждали тебя, толстый, не ешь много, заболеешь!

Я уставилась на Гектора. Однако он намного умнее, чем я до сих пор считала.

– Я нашел спонсора! – заорал из коридора Гарик. – И модель для съемки! Здрассти, Геннадий. Вот вы все отказали мне в финансировании, так я договорился с другим инвестором. Грызите колени от зависти, не вы прибыль от вложения получите.

Мафи встрепенулась, как всегда, испугалась, что Игорь заберет ее от нас, и бросилась под стол, где уже сидели Маша и Хуч. Мафуся не очень крупная, но крепкая, с сильными ногами. В момент опасности она движется со скоростью пушечного снаряда, сейчас траектория ее полета пролегала, на беду, там, где стоял неизвестный мне юноша. Мафи неслась, не разбирая дороги, и ткнулась пареньку головой под колени. Гость замахал руками, попытался устоять на ногах, но шлепнулся ничком на пол. Мафи пробежала по его спине и спрятала голову под стол. Ее задние лапы и филейная часть с загнутым хвостом остались снаружи. Может, дедушка Мафуси был страус? Иначе почему она считает, что в случае опасности, спрятав башку, останется целой и невредимой?

Вошедший в комнату Игорь споткнулся о ноги незнакомца и рухнул рядом с ним.

– Наш дурак дурнее всех, – выдал Гектор, который терпеть не мог Гарика.

– И что здесь случилось? – заорал Погодин, тоже входя в столовую и почему-то громко икая.

– Куча-мала, – объяснил ворон. Потом спланировал вниз, легонько тюкнул клювом Мафи в попу и радостно заявил: – Ранена!

Мафи живо вползла под стол целиком. Гектор издал звук, похожий на смех, и пропищал, изображая не пойми кого:

– Когда ужин дадут?

– Что происходит? Ик-ик, – сдавленным голосом спросил Гена. – О, Дегтярев радугой чихает! Ик-ик…

– Кто насыпал в чайник дрянь? – возмутился толстяк.

– О чем ты говоришь? – спросила я.

Маша вылезла из-под стола и подошла к юноше.

– Юра, ты жив?

– Да, – ответил парень, – все хорошо.

– Вставай, – велела Маруся.

Паренек поднялся.

– Никто не хочет узнать, как я себя чувствую? – обиженно спросил Гарик. – Не ушибся ли, упамши?

– Как дурак, – объявил Гектор. – Упамши! Ха-ха!

Юра тихо засмеялся.

Ворон сел к нему на плечо.

– Надо мной смеешься?

– Нет, Гектор, – улыбнулся юноша. – Я восхищен твоим умом. Знал, что во€роны очень умны, но ты, пожалуй, многих людей по интеллекту превосходишь.

Птица начала тереться головой о щеку парня и мурлыкать, как кот Фолодя.

– Мяу, мр-мр, мяу…

– Ужин дадут? – осведомился Погодин. – Ик, ик… Кто написал на пол?

– Даша, – сказал Гарик, вставая.

Я взяла бумажное полотенце и начала промокать лужу. Маруся мигом притащила тряпку и вымыла пол.

– Где Ира? – удивился Феликс.

– Куда-то делась, – вздохнула я. – Сейчас поставлю чайник.

– Минуточку! – крикнула Маша. – Прежде чем…

– До того, как вы все начнете есть и ссориться, – перебил Манюню Гарик, – хочу познакомить вас с Наташей Кузнецовой. Она мега-супер-модель. Будет сниматься в рекламе моей чашки с пробкой.

Я окинула взглядом комнату и только сейчас заметила, что Игорь заявился не один. Около буфета молча стояла худенькая девушка чуть выше меня ростом. У нее были темные волосы длиной до середины шеи, а на носу большие очки. Стройную фигуру обтягивала белая футболка, подчеркивая высокую грудь, невероятно узкую талию обхватывал красный ремень, на гостье была короткая синяя юбка в складку, а на ногах лодочки цвета пожарной машины. Незнакомка походила на ожившую картинку в стилистике пин-ап.

– Здравствуйте, – сказала Наташа.

– Добрый вечер, – улыбалась я. – Садитесь, пожалуйста. Извините за суматоху, Александр Михайлович почему-то начал чем-то разноцветным кашлять.

– Это действие этил, бнетил, метил… не могу произнести название, – сказал полковник. – Его в чае, который вчера Марфа у нас пила, нашли целую гору. Медведева нахлебалась заварки и умерла.

– Марфа отравилась? – ахнула Маша. – Ты же говорил, что у нее тромб оторвался.

– Высказал предположение до вскрытия, – возразил полковник. – А теперь выяснили – это отравление. Получается, что Медведеву на тот свет Даша отправила.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6