Эта звезда, лишь подделка....

Дарья М. Величко

Эта звезда, лишь подделка....

Глава 1

Концертный зал ревел.

Илана стояла на балконе, над ревушей толпой, вцепившись пальцами в холодные перила, и чувствовала, как вибрация от этого гула голосов проходит через металл прямо в её ладони. Мурашки бежали по рукам, по спине, поднимались к самому горлу — и там застревали, не давая дышать.

Она очень хотела попасть на этот концерт — ждала его с того дня, как объявили дату. И сейчас, стоя здесь, в этом гуле, она наконец позволила себе выдохнуть: она здесь. Впервые — вживую.

Мужская фигура появилась на сцене — и в тот же миг ударила музыка. Резко, без предупреждения. Гитарные рифы — надрывные, колючие, почти агрессивные — резали воздух, били по нервам, заставляли толпу двигаться. А он шёл сквозь этот звук неторопливо. Не так, как выходят к толпе, жаждущей зрелища, — а так, как входят в собственный дом, где каждый уголок знаком и не нужно ничего изображать. Он двигался сквозь свет софитов, сквозь вспышки камер, крики — и всё это словно не касалось его.

Музыка бушевала вокруг, а он лишь слегка покачивался в такт — одной ему слышимой мелодии. Контраст был настолько острым, что вызывал замешательство, но даже оно терялось в энергетике зала.

Илана поднесла камеру к лицу. Пальцы двигались сами — привычка, вбитая годами практики. Настроила объектив, поймала фокус.

Щелчок.

Идеальный кадр: свет, тень, наклон головы, линия плеч — всё сошлось удачно. Она поймала секунду такой, какой хотела её видеть: живой, с глубокой атмосферой. И от этого внутри поднялась волна детского восторга, что пришлось прикусить губу, чтобы не засмеяться вслух.

Сириус смотрел куда-то вглубь зала — поверх голов, поверх света софитов. Туда, где тьма сгущалась в плотную стену.

И когда он поднёс микрофон к губам, надрывные рифы начали стихать — не резко, а словно выдыхаясь. На смену им пришла другая гитара: мягкая, текучая, почти невесомая. Одинокая струна повела за собой остальные инструменты. Музыка будто сменила кожу — стала тише, глубже. Такой, к которой зал оказался не готов.

Глубокий вздох, многократно усиленный динамиками, разошёлся по залу. И лишь после этого песня полилась — тихо, без надрыва. Строки ударили чем-то колюче знакомым, точно кумир пел о личном, но личном для каждого в своей степени.

Тишина...Всё вокруг сотрясается.Тишина...Нити нервов вот-вот затрещат.Тишина...Так всё и начинается:В тишине наши души кричат.

Дождь холодный кажется каменным,Ударяя по коже, как град.С каждым новым ударом всё взбалмошней,Бьёт, пока наши кости трещат.

И от солнца уже нету трепета,Оно — словно всё прожгло в нас...И мы тихо твердим: «Это временно»,Но вот время не грезит о нас.