скачать книгу бесплатно
– Там всякая нечисть… и звери, но вокруг поставлены крепости. Болота держат под пристальным наблюдением люди господина Зорденса Гадруни. Я уже послала к нему сестру… если кто-то и прошёл через портал, комендант обязательно будет в курсе.
– Спасибо. – Голос Тины дрогнул. – Ты столько для меня делаешь…
– Ждём в столовой, – заторопился хариф и как-то виновато пообещал: – Собирайтесь и не волнуйтесь, я сейчас всё улажу.
– Она похожа на наставницу из женской школы для сирот, – разочарованно вздыхала Сая, рассматривая девичью фигурку, – или на послушницу храма всех святых.
Тина и на самом деле выглядела очень строго в платье из матового шёлка тёмно-серого, с лёгкой просинью, цвета и очень простого, почти монашеского фасона.
А ещё как-то возвышенно. Едва заметный синеватый отблеск ткани выгодно гармонировал с глубиной серых глаз и оттенял бледность пока не успевшей загореть кожи. Собранные в высокий пучок волосы подчёркивали изящный овал лица и гордый изгиб шеи. И всё же до праздничного этот облик как-то не дотягивал.
– Можно, я тебя немного подкрашу? – деликатно спросила моряна. – Совсем чуть-чуть? И какое-нибудь украшение? Иначе гости могут заподозрить неладное.
– Валяй, – сдаваясь, хмуро буркнул Костик, чувствуя себя невероятно уставшим от непривычного занятия. И физически, и морально.
Всё же парню собираться намного легче, натянул всепогодные джинсы и свежую футболку, собрал волосы в хвост и готов хоть в поход, хоть в гости. Да и как он начал теперь прозревать, во многих остальных, житейских и личных делах тоже много проще.
Моряна легко провела чем-то пушистым по лицу, губам, мимолётно коснулась волос. Потом коротко кольнуло мочки ушей. Однако боль мгновенно исчезла, зато появилась тяжесть.
– Моряна! Ты чего это творишь? – так и подскочил землянин, но его остановило мягкое прикосновение ладоней к плечам.
– В этом мире серьги носят не только женщины, но и мужчины, – сообщила королева примирительно. – И я уже всё залечила… можешь посмотреть.
Ещё сердясь на наставницу за несанкционированное прокалывание своих мочек, Костик обернулся к зеркалу… и завис.
Позорно, как деревенский лох перед ожившей скульптурой Екатерины Второй.
– Блин, моряна! Как ты это сделала?! – Ему не хватало слов описать испытанное потрясение. – Слушай! Какая она хорошенькая! В смысле – я.
Губы Атины расцвели нежно-розовыми лепестками, на скулах появился чуть заметный румянец. Но вовсе не лёгкие прикосновения румян и помады кардинально изменили облик девушки.
– Но откуда всё это? – трогая пальчиком серьги чернёного серебра с синевато-прозрачными сосульками камней, изумлялась девушка. – И это?
Ажурная сеточка, изящной шапочкой покрывшая её макушку, явно была из одного набора с серьгами. По краям её свисали на виски и лоб точно такие же, только крошечные синеватые капли. По замысловатому плетению сеточки тоже были рассеяны загадочно посверкивающие в свете свечей камушки.
– Не хорошенькая, а красивая, – строго поправила моряна, посмеиваясь про себя.
Давно нужно было показать упрямому мальчишке в зеркале его облик в таком выигрышном виде. Может, тогда уже перестал бы наконец говорить про себя – я сам.
– Точно, красивая, – тщательно рассмотрев своё изображение, вынес окончательный вердикт Костик и вдруг искренне возмутился: – И этот козёл Тарос покушался на такую красоту?! Пусть и не мечтает! Ну, идём?
Тине явно не терпелось поразить своим видом общество.
Желаемого эффекта она достигла очень скоро. Васт, ожидавший их в кресле у дверей, чтобы отвести невесту в столовую, замер статуей и целых десять секунд не мог вымолвить ни слова.
– Васт, – пожалев командира, окликнул его Костик, чувствуя, как стремительно улучшается настроение, – а вы чего-нибудь в сарае нашли?
– Что?! – Анлезиец не сразу понял, о чём именно его спрашивает прекрасная незнакомка, потом сообразил, снова смешался и наконец взял себя в руки. – Да, ты молодец. Там были яйца каменных муравьёв.
– Если бы мне ещё кто-нибудь объяснил, кто они такие, я могла бы порадоваться вместе с вами, – прозрачно намекнула Тина.
Однако лучник уже вспомнил о своей важной миссии и о том, что до столовой всего две минуты хода.
– Давай я завтра всё расскажу? – предложил он девушке дружелюбно, потом о чём-то вспомнил, оглянулся на моряну и суше поинтересовался: – Или мне теперь положено называть тебя госпожа Констанатина?
– Попробуй, – кротко махнула ресницами красавица и решительно взяла его под руку, – сразу получишь по шее. Кстати… Васт, я тебя утром… не слишком ушибла? Извини… я не хотела.
– Это ты извини, – помрачнел Васт, – я повёл себя как последний тупица. Не знаю, где были мои глаза.
– Это стереотип, Васт, – великодушно пояснил Костик, – люди обычно судят о человеке по внешнему виду. И потому так часто ошибаются. Так поясни мне, чем страшны муравьи?
– Каменные, – уточнил Васт, первым шагнув на лестницу и нехотя добавил: – Они способны грызть камни. И очень любят сладкий сок корешков горной берёзы. Достаточно побрызгать на камни сиропом с этим соком, и они начинают его грызть.
– Неужели он собирался развалить крепость?!
– Ну, нет, на всю крепость нужно несколько сотен бочек сиропа и раз в тысячу больше яиц. Он просто хотел сделать потайной ход. Один из складов, где он хранит самые ценные вещи, расположен почти под стеной. Всего несколько шагов…
– Понятно, – хмыкнул Костик, – дальше можешь не объяснять. Тарас убил за такое собственного сына.
– Кто такой Тарас? – насторожился анлезиец. – Твой знакомый?
– Нет, предок… но очень дальний, – не стал пускаться в объяснения землянин, обнаружив, что они уже пришли.
– Готова? – внимательно оглянулся Васт. – Открываю.
– Давай уже, Сусанин, – фыркнула Тина, всерьёз начиная подозревать, что ведёт себя вовсе не так, как положено местной невесте.
Чёрт, и почему он не расспросил про это у моряны?! Может, местные девушки слезами обливаются, топая в загс, и цепляются за все углы, изображая страстное нежелание выходить замуж?! Или наоборот, танцуют и поют всю дорогу? Хотя он всё равно не стал бы ломать комедию, однозначно. Но вот для общего развития – интересно.
– Госпожа Констанатина Запольская, приёмная дочь королевы морян, – официально объявил Васт, шагнувший в столовую первым и, отступив в сторону, жестом фокусника предъявил обществу невесту.
Общество, с ожиданием и любопытством взиравшее на дверь, разумеется, потряслось. И достаточно сильно, один из офицеров, раньше совершенно равнодушный к Тининому присутствию, даже головой потряс, словно пытался сбросить наваждение.
Но Костику почему-то казалось, будто в их изучающих взглядах сквозил интерес совершенно другого рода. Они словно бы чего-то ожидали, хотя он пока никак не мог понять, чего именно.
Быстрее всех пришли в себя дамы, Тина до этого момента даже не догадывалась, что офицеры пригласят ради её фиктивной свадьбы своих жён и возлюбленных. И теперь они просто пожирали глазами платье и украшения невесты. Ну вот, ехидно отметил парнишка, на несколько дней город обеспечен темой для сплетен. Вслед за дамами пришли в себя офицеры, зашевелились, заулыбались, к немалому разочарованию Тины, намного быстрее, чем Васт. Только Тарос стоял, словно в оцепенении, не сводя с наречённой взгляда. Однако на него никто особого внимания не обращал, видимо, считая такое поведение вполне типичным для жениха.
Моряна слегка подтолкнула ученицу в спину, и Тина храбро направилась в центр комнаты, где возле маленького столика её поджидали хариф и Тарос. Королева, замотанная в несколько слоёв зеленоватой морянской вуали, не отставая, шла следом, ледяными взглядами гася направленные ей фривольные улыбочки.
Едва Тина остановилась у стола, квартерон оказался рядом. Решительно взял девушку за руку, крепко, но бережно сжал тонкие пальчики. Костик спорить и качать права не стал, никогда не выносил публичных разборок. Насмотрелся в детстве на соседей, которые, поссорившись, выбегали на улицу и начинали во весь голос разоблачать друг друга в самых неблаговидных поступках. Да и чувство мужской солидарности пока не совсем заглохло в его душе, понимал, сейчас Тарос не столько доказывает свои права невесте, сколько зрителям на неё.
Ну и пусть потешит своё самолюбие, Костику не жалко. Лишь бы потом не забыл, что брак у них всё-таки фиктивный.
Речь харифа девушка слушала вполуха, что-то насчёт уважения и терпеливости, похоже, во всех загсах всех миров текст напутствий одинаков. Впрочем, хариф не стал особо размусоливать, сказал несколько фраз и предложил взять браслеты.
Протянул руку к стоящей на столе шкатулке и открыл крышку. Тина помнила, что браслет ей должен надеть хариф, но неожиданно вперёд шагнула моряна.
– Как лицо, имеющее среди присутствующих самый высокий статус, я собираюсь воспользоваться своим правом надеть браслеты молодым супругам, – заявила она сухим официальным тоном и достала из шкатулки пару браслетов. Тот, который выбрала Тина, и второй, точно такой же, лишь чуть большего размера.
По комнате словно мор прокатился, стихли все разговоры и смешки. Стоящий почти рядом с Тиной Васт при виде этих браслетов даже побледнел.
– Энтарос ле Сизилли, – спросила королева, не сводя с квартерона строгого взгляда, – по доброй ли воле ты выбрал этот браслет, не вело ли тебя чувство обиды, мести или соперничества?!
– Я выбрал его по доброй воле, – твёрдо объявил Тарос и чуть крепче сжал руку Тины.
– Готов ли ты в таком случае подтвердить чистоту своих намерений кровью?
– Готов.
Королева положила браслеты в шкатулку и протянула её Тине.
– Констанатина, надень свой браслет на левую руку.
Костик, подозрительно прислушивающийся к странному диалогу, о котором и речи не было в комнатах харифа, настороженно глянул в глаза моряны и почувствовал прикосновение успокаивающей энергии. Ладно, поверим, хмыкнул про себя и, спокойно вынув из шкатулки тот браслет, что поменьше, натянул на левую руку.
– Дай ключ, – повелительно протянула ладонью вверх перепончатую лапку моряна, и хариф так же безмолвно вложил в неё странный стальной предмет, похожий на одну из полосок браслета.
Не дотрагиваясь до Тины, королева одной рукой туже сжала браслет на девичьей руке, а второй провела по нему пластинкой. А когда разжала пальцы, Костик вдруг понял, что браслет сел, точно влитой. Словно всегда тут находился, не мешая и не болтаясь.
– Энтарос, надень свой браслет на левую руку.
Та же процедура, и на руке Тароса плотно сидит парный браслет.
– Руку, – доставая из складок вуали тонкий стилет, приказала моряна новобрачному, и он бестрепетно протянул правую руку.
– Тина, протяни руку с браслетом.
Костик нахмурился, но подчинился, свято веря, что ничего плохого королева ему не сделает. По крайней мере, до тех пор, пока он ей нужен.
Моряна легко кольнула остриём клинка в ладонь Тароса, и алые капли торопливо закапали на металл.
Вот ещё дурость, огорчился Костик, придётся теперь бежать мыть, кровь на металле застывает очень быстро, а вычистить её из-под пластинок будет трудно.
Но в следующий момент забыл про всё, изумлённо наблюдая, как капли крови впитываются в металл, словно в песок. А позже почувствовал, как постепенно нагревается браслет, делаясь совершенно живым и упругим. И даже цвет сменил, стал более светлым. Закончилось всё как-то разом, моряна повернула ладонь Тароса раной вверх, провела над ней лапкой и отпустила.
Кожа квартерона была совершенно цела.
– А невесту не желаешь проверить, моряна?! – Дерзкий голос принадлежал Силлу, тому самому лучнику, который в первые дни задевал Тину больше всех.
– Я против, – по-хозяйски взяв жену за руку, резко возразил Тарос, и именно по этой самой поспешности Костик сразу сообразил, что квартерон этого вопроса ждал и почему-то опасался.
– А я нет, – гордо фыркнула девушка и обернулась к королеве. – Ваше величество, вы не против проверить и меня?!
– Если ты не боишься боли, – бесстрастно уронила моряна, но в уголке её губ Костик заметил мелькнувшую лукавинку.
И сразу успокоился, всё будет хорошо. Да и какие у него могут быть нечистые намерения?! Но вслух сказал совершенно другое.
– Конечно, боюсь! Но ведь интересно же!
– Вот упрямая, – еле слышно фыркнул Тарос, покорно протягивая моряне левую руку.
– Ах, – нарочито громко воскликнула Тина, когда острое жало стилета вонзилось в её ладонь.
Дамы дружно охнули и закрыли лица ладонями.
А невеста спокойно повернула ладонь так, чтобы капли падали на браслет, и внимательно уставилась на стальные пластинки. Теперь она уже немного представляла, чего ждать, и не желала пропустить самого важного момента. Если это удастся, можно будет выяснить, в чём тут дело, в странных свойствах металла, из которого выкованы пластины браслета, или это какой-то морянский фокус с энергией.
Однако рассмотреть она так ничего и не успела. Браслет Тароса жадно поглотил первые же капли крови и мгновенно посветлел, становясь чистым и похожим на её собственный. А в следующий момент моряна провела пальцем по руке Тины, и от раны не осталось даже воспоминания.
Озадаченному этим странным фокусом Костику очень хотелось задать моряне целую кучу вопросов, но он всё же сдержался, решив не портить церемонию. Никуда королева от него не денется, завтра прямо с утра займётся её допросом.
– Поздравляем, теперь вы одна семья, – важно произнёс хариф, снова выходя вперёд, и протянул молодой жене шкатулку – это от меня подарок.
– Потом посмотришь, – тихо шепнул Тине Тарос и метнулся куда-то в сторону.
Глава 4
Тина
Квартерон вернулся с пачкой сероватых листов плотной бумаги и толстым грифелем, бросил листы на столик и проворно что-то начертил. Судя по тому, как уверенно двигалась его рука, практиковался Тарос очень часто.
Костик не выдержал и пристроился рядом с новобрачным. А через несколько секунд весело хихикал, узнавая в важном хутаме, возникающем на листе, черты Пруганда.
Сам хариф подарком был очень доволен, забрал, посмеиваясь, и пообещал повесить в кабинете.
Потом дарили подарки офицеры и, получив в ответ смешные картинки, отходили в сторону, рассаживались на диванах и стульях в ожидании праздничного ужина. Сногсшибательные запахи доносились от составленных в углу блюд, накрытых салфетками, и из кухни через приоткрытую дверь в коридор. Слуги тоже хотели посмотреть на свадьбу хоть в щёлку.
Вскоре дело двинулось быстрее, Костик заметил, что большинству гостей Тарос заготовил рисунки заранее, и теперь просто вынимал их из пачки. Наконец все отдарились, и осталась только королева. Махнула в сторону коридора, и в комнату скользнула молодая моряна со свёртком в руках.
– Держи, девочка… он тебе нравился, – королева развернула ткань и подала новобрачной обещанный инструмент.
Он ещё с первого раза полюбился Тине своим звучанием, этот гибрид гитары и мандолины, и был не раз испытан в те долгие часы, когда она без дела сидела в морянских скалах, восстанавливая энергию.
– Спасибо, – послала признательный взгляд девушка, – за него я отдарюсь сама.
Отошла к окну, села на стул, взяла несколько аккордов… и на несколько секунд задумалась. Что же спеть?
Что-нибудь лёгкое, весёлое? Но душа почему-то не хочет веселиться. Это сейчас у неё праздник, а ещё с утра была война. Да и праздник ненастоящий, и счастье фиктивное. А главное – совершенно Костику ненужное. И как повернёт его судьба завтра – тоже неизвестно. Чужие люди, чужие обычаи и правила. И всем от него, или как они думают, от неё, что-то нужно, все видят в иномирянке только козырную карту. А сама Тина ощущает себя воином, забежавшим на денёк переночевать в родном доме…
Нет, не станет она петь весёлых песен. Руки сами взяли первые аккорды одной из самых любимых песен матери, просто обожавшей Тэм, тревожную и грустную историю воина и странника.
Первые слова Тина спела тихо и несмело, но постепенно песня окрепла, повела за собой, стала проникновенно резкой и тревожной. Она заставила забыть про гостей и свадьбу, шпиона и морян, обманы и обиды… Ведь впереди её ждут ещё более опасные и незнакомые места и суровые испытания.
Здесь тихо и в печи горит огонь,
Здесь можно оставаться до утра,
Но у крыльца мой застоялся конь,
И мне в дорогу дальнюю пора.
И я уже совсем готов уйти,