Бронислава Вонсович.

Пролетая над орочьими степями



скачать книгу бесплатно

Глава 1

Инор Павоне был в ярости. Нет, он был в ЯРОСТИ. Неужели этот заносчивый мальчишка думает, что сможет обвести его вокруг пальца? И это после всего, что он для него сделал! Да если бы не он, Марчелло Павоне, не видать бы этому щенку Паренте руки Виттории. А ведь свадьба уже завтра, и допустить ее никак нельзя. Нет, все же как удачно, что он случайно услышал разговор, в котором женишок почти в ультимативной форме потребовал от невесты, чтобы после заключения брака она отправила отчима подальше, мол, теперь будет кому заниматься ее делами. А на робкое замечание невесты, что муж ее покойной матери прекрасно справляется со своими обязанностями уже столько лет, невозмутимо ответил, что если прекрасно справляться – это значит обкрадывать вверенное ему, то да, инор Павоне достиг совершенства в управлении: тащит все, что плохо лежит, продает по одним ценам, в отчетах указывает другие, а разницу кладет в свой карман, да еще и жалование назначил себе просто громадное. Несмотря на то что все это было чистой правдой, инор Павоне чувствовал себя глубоко оскорбленным тем, что падчерица согласилась с доводами жениха. Ведь он так хорошо к ней всегда относился. Можно сказать, любил больше собственных детей, о количестве которых имел лишь смутные подозрения, а уж чтобы навестить кого-нибудь, даже никогда не задумывался. Все, все свое время он посвящал воспитанию Виттории, и вот такая черная неблагодарность в ответ! Но он этого так не оставит! Нет, не оставит!

Инор Павоне нахлестывал лошадь, выливая на нее свое раздражение. Бедное животное и так старалось из последних сил, поэтому недоуменно косило на седока глазом и обиженно фыркало, но всадник не обращал внимания, полностью поглощенный своими думами. Официально причиной срочной поездки была задержка с доставкой вина для завтрашнего приема. К поставщику он тоже зайдет, но потом. Первым, кого он навестит, будет изгой Золотого Леса, Таринель. Изгоям родового имени не положено, так что эльф обходился без фамилии, что не мешало ему обделывать дела, не всегда находящие понимание у служителей правопорядка. Но обвинений предъявить пока не удалось ни разу.

– Марчелло, ты привез очередную плату? – вместо приветствия спросил эльф у гостя.

– Если бы, – зло бросил тот. – Мне опять нужна твоя помощь.

– Опять? – недовольно скривился эльф. – Ты еще за прошлое не расплатился. Осталось, конечно, немного, но тем не менее…

Он выразительно посмотрел на собеседника. Мол, я пошел тебе навстречу, а теперь ты мне вообще на шею хочешь сесть.

– Я бы давно отдал, если бы не дура Тереза.

И Павоне грязно выругался, что, впрочем, его собеседник воспринял совершенно равнодушно, поскольку сам при случае мог еще не так завернуть. Нет, когда Таринель хотел произвести впечатление благовоспитанного эльфа, это всегда удавалось, но в некоторых кругах воспитание слетало с него, как шелуха с семечки, и наружу вылезало то самое, что сделало невозможным пребывание в родном анклаве.

– Это твои проблемы, – холодно сказал он.

– Мои, – согласился Павоне.

Что поделаешь, сделал огромную глупость: прежде чем отравить, не проверил, составила ли супруга завещание.

Кто знал, что она запишет мужа лишь опекуном, а в случае смерти девочки состояние целиком уходит в монастырь святой Лючии, покровительницы семьи Вивиани? Не очень-то эта покровительница им помогла – от некогда многочисленного семейства осталась одна Виттория. Тереза утверждала, что виной всему далекий предок ее первого мужа, который совершил страшный грех и покровители от него отвернулись. И тем не менее завещала все в монастырь. Не дура ли? Лично он, Марчелло Павоне, ни за что бы не стал давать деньги тому, кто в трудную минуту отворачивается. Да он вообще никому не стал бы давать денег! Но у этой дуры, покойной жены, было совсем другое мнение. А ведь утверждала, мерзавка, что любит. Врала, наверное, как это у женщин обычно бывает.

– Ладно, говори, чего хочешь, – снизошел до него Таринель. – Платил ты регулярно, чего уж там. Так что могу пойти навстречу.

– Мне нужно, чтобы свадьба завтра не состоялась, – выпалил Павоне.

– А что так? – насмешливо сказал эльф. – Сам приходил со счастливым женихом, просил помочь с приворотным зельем, а то несмотря на все ваши старания, дева на него и не глядела.

– Он меня решил кинуть, – хмуро ответил человек. – Мы договаривались, что он получает Витторию и половину ее состояния. Вторая половина – моя. А сейчас он меня избегает, а вчера вечером я их разговор услышал. Выпнут меня сразу после свадьбы.

– Ай-яй-яй, какой нечестный компаньон, – поцокал языком эльф. – Никогда не имей с ним дела больше. И сейчас ты от меня хочешь отворот?

– Да ну, – отмахнулся Павоне. – Мне нужно, чтобы она вообще ни за кого не выходила. Разве я смогу кому-нибудь доверять, после того как этот щенок Паренте так подло поступил?

– Сам жениться собрался? – расхохотался эльф. – Иначе рано или поздно хорошенькая инорита с таким состоянием непременно выйдет замуж, и денежки уплывут из-под твоего носа.

– Нет, сыт я уже этим семейством по горло, но и травить девчонку не хочу, все же она мне почти как дочь, – немного подумав, проворчал Павоне.

– Не в твоем вкусе, – понятливо покивал Таринель.

Павоне хмыкнул. Виттория действительно была не в его вкусе. Слишком худая, с остреньким личиком и пышными черными волосами, она походила на покойного отца, а не на мать – круглолицую блондинку, чьи формы не в последнюю очередь привлекли к ней нового мужа. Можно сказать, жену он даже по-своему любил, но деньги любил еще больше. Двум любовям в его сердце стало слишком тесно, пришлось с одной расстаться. Правда, как оказалось, вторую он тоже потерял. А ведь он потратил на Терезу целых три года своей жизни, лучших года, между прочим. А потом пришлось еще пять лет заниматься делами ее дочери.

– И все же, что ты хочешь от меня? – лениво протянул эльф. – Долго делать больной ее нельзя. Заинтересуется Опекунский Совет, а они въедливые, будут искать, пока не найдут причину. Если найдут, может и смерть Терезы показаться подозрительной, полезут туда. А я в тюрьму не хочу.

– Я бы тебя никогда не выдал! – стукнул себя в грудь Павоне. – Ты же знаешь, мое слово твердое.

Эльф скептически прищурился. Он знал, что любое твердое слово размягчается при угрозе пожизненного заключения, и не горел желанием проверять, что будет, если Павоне попадется.

– Нет, здесь нужно другое, – задумчиво сказал он. – Если она с замужеством долго тянуть будет, опять же обеспокоится Опекунский Совет.

Человек выругался опять. Про это он совсем не подумал, когда хотел получить очередное эльфийское зелье.

– Вот если бы она пропала, – мечтательно сказал он, – но так, чтобы магический поиск показывал, что жива и здорова, а найти не получалось.

– Хм, – неопределенно помотал в воздухе рукой эльф, – интересно.

– Помочь можешь? – оживился Павоне.

– Могу, – довольно улыбнулся Таринель. – Только предупреждаю, меня из-за этого заклинания изгнали.

Павоне жадно уставился на собеседника. Он представить себе не мог, что же такое случилось, чтобы эльфы изгнали соплеменника. Он даже никогда не слышал ни о ком, подобном Таринелю. Тот рассказывать не торопился, смотрел в окно, морщился, дергал правым ухом. Левое у него всегда было неподвижно – последствие давней дуэли, еще в Золотом Лесу. Павоне невольно вспомнил об усиленно курсирующих в последнее время слухах о том, что эльфам в придачу к длинным ушам достался еще и хвост. Размеры хвоста у разных рассказчиков варьировали, неизменным было только одно – его наличие. Правда, дамы, имевшие близкие отношения с эльфами, все как одна отрицали присутствие такого запоминающегося украшения, но кто их знает, этих выходцев из Золотого Леса с их запретной магией, что они могли устроить, чтобы не выплыла правда наружу.

– У меня была жена, – наконец выдавил из себя Таринель. – То есть она, конечно, и сейчас есть. Браки у нашего народа прерываются только со смертью одного из супругов, а она жива, и я, как видишь, – тоже.

Павоне важно покивал головой, но спросил:

– Так если жива, почему изгнали? Ведь ничего непоправимого не случилось.

Он вообще не мог представить что-то непоправимое для эльфов. Если, конечно, быстро обратиться к их лекарю. Да и регенерация у этого народа на высоте.

– Как сказать, – зло усмехнулся Таринель. – Когда я застал ее с одним из младших принцев, очень разозлился. Ему повезло – свита успела вызвать лекаря. Хотели меня уже тогда отправить, но, увы, вызов от меня шел по всем правилам, придраться не удалось.

– Неужели у вас тоже? – изумился Павоне. – Я думал, уж у эльфов-то браки незыблемы и измены невозможны.

– Редки, но не невозможны, – ответил Таринель. – До него добраться мне больше не дали, но оставалась она. Живая, здоровая и насмехающаяся надо мной. Но смеяться ей пришлось недолго. Ровно столько, сколько потребовалось на разработку нового зелья, идеального во всех отношениях. Его даже нет необходимости пить, достаточно, чтобы нужное количество попало на кожу. Жертва превращается в филлара.

– Филлара? – недоуменно спросил человек. – Это что еще такое? Никогда не слышал.

– Полумагический зверек, размером чуть меньше домашней кошки. Гибкий, юркий, очень любит драгоценные камни. На нашем континенте его нет, да и на других редок. Так вот, вылил я на жену весь флакон и посадил в клетку, где она просидела два месяца, пока ее искали. Поиск как раз показывал, что жива, здорова, но неизвестно где.

– А как нашли? – заинтересовался Павоне. – Если поиск не давал результатов.

– Ее брат заподозрил. Сестра пропала, а неизвестный зверек появился. Проверил на родство. Увы, гении часто прокалываются на мелочах. Нужно было ее в подвале держать, – зло сказал Таринель. – Да пожалел я.

– Так изгнали-то почему, если нашли, и она жива-здорова? – недоуменно спросил Павоне. – У вас же в таких случаях пожурят виновника, да превратят жертву обратно. Вот и все дела.

– Не получилось, – усмехнулся эльф. – Заклинание необратимое. Брат ее, правда, надежды не теряет. Лет пятьдесят уже. Но результатов как не было, так и нет. Думаю, и не будет. С этими полумагическими животными часто бывают непредсказуемые результаты. Почему у нас и запретили экспериментировать на своих.

– А на людях можно, – довольно сказал Павоне, не столько спрашивая, сколько утверждая. – И сейчас ты предлагаешь, чтобы я заплатил за твой эксперимент…

– Ты очень понятливый. Для человека, конечно.

– За участие в экспериментах обычно доплачивают, – намекнул Павоне.

Уж очень ему не хотелось расставаться с очередной крупной суммой. Он ведь еще за предыдущие услуги эльфа не все отдал. Хотя мог бы, конечно, опекунство приносило ощутимый доход, только отказывать инор себе ни в чем не привык, а Таринель не торопил. Как уговорились на определенную сумму в месяц, после того, как узнал о провале тщательно подготовленного плана, так и встречались регулярно. Мысли о том, чтобы не расплатиться с эльфом, Павоне никогда не посещали – слишком много слухов, что бывает при таком раскладе.

– Тебе могу и заплатить, если вдруг выразишь желание поучаствовать.

Сказано это было таким тоном, что у Павоне холодок побежал по спине и желание шутить сразу испарилось. Таринель мог быть очень убедительным, даром что эльф.

– Спасибо, я себе нравлюсь таким, какой есть, – хохотнул человек, стараясь не показывать испуг.

Он себе действительно нравился. С его точки зрения, красота и ум в нем сочетались идеально. Еще бы везения немного. Но с этим ничего не поделаешь. Даже тогда, когда казалось, что удача наконец повернулась к нему лицом, в самый последний момент она внезапно хихикала и махала на прощание ручкой. Ни одно дело не выходило так, как надо. За что ни брался, все терпело крах. За ним даже кличка закрепилась «Марчелло-неудачник». Но когда он встретил Терезу, богатую и довольно молодую вдовушку, то решил – вот она, удача, успей только за хвост ухватить. Даже дочка жены не казалась помехой первое время. Если бы только Тереза не была столь прижимиста, то жила бы и по сей день. Но это было так унизительно, выпрашивать каждый грош сверх назначенного содержания. А у него кроме постоянной статьи расходов на любовное зелье для любимой жены были и другие.

– Тогда постарайся на себя не попасть, – эльф распахнул сейф и достал маленький флакон синего стекла. – Клетку купи и накрой тканью, чтобы никто не видел, что пустая. Скажешь, подарок на свадьбу. Зверек действительно забавный.

– А что хочешь взамен?

Павоне брать не торопился. Сосуд выглядел таким хрупким, что, казалось, может лопнуть прямо в руке.

– Вы с Паренте собирались разделить наследство твоей жены пополам? Так вот, я тоже хочу половину.

– Но я же буду только управлять, – запротестовал человек. – Ни продать, ни подарить права не имею.

– Половину всех доходов, что ты будешь получать, – уточнил эльф. – Думаю, лишний раз говорить о том, что обманывать не надо, не стоит.

– Не стоит, – Павоне осторожно взял флакон и повертел в руках, даже принюхался, потом деловито уточнил. – Само не лопнет?

– Наше стекло, да еще и зачарованное? – высокомерно сказал эльф. – Это не ваша жалкая человеческая поделка.

– Просто вылить на девушку?

– Просто вылить, – подтвердил Таринель. – Не надо даже стараться, чтобы зелье попало на кожу. Оно мгновенно впитывается.

– Точно необратимое? А то если назад обернется, не поздоровится ни тебе, ни мне.

– Это угроза?

– Что ты, – испугался Павоне. – Просто сразу же ясно будет, что это эльфийская магия, а мы с тобой считаемся друзьями.

– Друзьями? – брезгливо скривился Таринель. – Не волнуйся, не обернется. Жене за пятьдесят лет не удалось, хотя ей наши лучшие умы пытаются помочь.

Он подумал, что все же несколько погорячился, не стоило превращать жену в животное. Но он и представить тогда не мог, что не удастся исправить, что не смогут ей вернуть нормальный облик. Вот и приходится теперь общаться с такими уродами, как Павоне, которые к тому же еще и навязываются в друзья.

– И все же, если вдруг попадет на меня? – человек был полон сомнений.

– Для запуска процесса необходимо, чтобы попало больше половины флакона, – раздраженно бросил эльф. – Несколько капель тебе не повредят.

– Беру, – повеселел Павоне.

Они проговорили магическую форму заключения договора, позволявшую эльфу сразу узнать, если партнер вдруг соберется нарушить слово, и расстались, вполне довольные сделкой.

Глава 2

Возвращался инор Павоне куда в более хорошем настроении. Тем более что поставщик вина долго извинялся, тут же отправил обещанное, да еще и вернул часть денег за доставленное неудобство. Деньги, пусть и небольшие, грели карман и душу, но еще больше инора грела мысль, что скоро все будет принадлежать ему. Как это раньше в голову не пришла замечательная идея посоветоваться с Таринелем? Клетку инор Павоне купил большую и просторную, внутрь поместил домик с мягкой лежанкой – падчерице будет уютно. Угрызений совести он не испытывал. Виттория собиралась вышвырнуть отчима как использованную и ненужную вещь. Чернейшая неблагодарность после стольких лет заботы! Еще бы щенка Паренте посадить рядышком – пусть будут счастливы вместе, раз уж так этого хотят. Но вот незадача, слишком много запросил эльф за зелье, так что Павоне поразмыслил и решил, что еще придумает, как отомстить напарнику, попытавшемуся обмануть. Вот как прикажете после такого доверять людям? Ведь он почти все сделал для сообщника, а в ответ – черная неблагодарность.

За ужином инор Павоне выпил совсем немного, чтобы опьянение не повлияло на четкость движений – второго шанса не будет, все нужно сделать сегодня вечером. Зато он много шутил, особенно на расспросы Виттории, что за предмет, так тщательно укутанный, стоит в кабинете. Правда, шутки были понятны только ему самому, но это никак не портило удовольствия. Франческо что-то заподозрил, смотрел на бывшего компаньона настороженно и без особой приязни. Марчелло ему отечески улыбался. Захотел все вместо половины? А теперь ничего не получишь. Будешь знать в следующий раз, как партнеров обманывать. Он задумался, нельзя ли будет обвинить в пропаже падчерицы этого прохвоста. Хорошо было бы, конечно, только слишком мало времени осталось, чтобы придумать подходящий план. Но намекнуть Сыску непременно нужно будет. А для начала он попросил дворецкого, инора Корсини, зайти в кабинет сразу после ужина. А Виттория сама прибежит, он уверен – глаза у девушки так и светились любопытством.

– Федерико, мне нужно с тобой посоветоваться, – сказал Павоне трагическим шепотом, когда они с дворецким остались наедине.

Тот его не любил, и вполне объяснимо, но Павоне не терял надежды подобрать когда-нибудь ключик и к его сердцу, ведь инор Корсини очень любил Витторию. Своих детей у него не было, так что всю отцовскую любовь он отдавал этой худышке. Павоне никогда такого не понимал. Вот если бы управляющим доплачивали за любовь к нанимателям, тогда такое поведение имело бы смысл, а так – одна сплошная глупость.

– Не думаю, инор Павоне, что мой совет придется вам по вкусу, – хмуро ответил дворецкий.

– Речь идет о будущем Виттории, – возразил Павоне. – Я знаю, что ее судьба тебе не безразлична.

Инор Корсини согласно склонил голову и внимательно посмотрел на собеседника. Тот несколько поежился под пристальным неприязненным взглядом, но продолжил, делая вид, что не замечает явного недружелюбия:

– Как ты знаешь, я сегодня был в городе. И там я совершенно случайно узнал очень неприятную вещь, – он сделал паузу и выразительно посмотрел на собеседника. – Жених Виттории покупал любовное зелье.

Невозмутимость дворецкого сползла с него как съеденная молью шуба с вешалки, и он громко охнул.

– Это что же получается? Паренте ее опоил?

Павоне прикрыл глаза, стараясь притушить довольный блеск в них, и сказал с трагическими нотками в голосе:

– Получается, что так. Как ты помнишь, Франческо ей сначала совсем не нравился, хотя он сам влюбился в нее с первого взгляда и очень переживал, что не находил отклика. Парень-то он неплохой, из хорошей семьи, вот я и не возражал, чтобы он продолжал к нам приходить. Но я и подумать не мог, что сын моего боевого товарища способен на подлость!

Павоне даже слезу в голос подпустил и подумал, не переигрывает ли, но дворецкий выглядел весьма обеспокоенным и не обратил внимания на ненатуральность поведения собеседника.

– Но ведь свадьба уже завтра, – наконец сказал Корсини. – И девочка ходит такая счастливая. Что же делать-то? Что же теперь делать-то, а? Инор Павоне, вы как человек отслуживший столько лет, наверняка принимали решение в сложных ситуациях.

Павоне надулся от гордости. В армии он никогда не служил, но при случае очень любил рассказать парочку армейских баек, подслушанных в разное время и от разных людей. Эти байки, а также бравый вид позволяли ему выдавать себя за военного в отставке, что было особенно удобно для того, чтобы привозить в поместье разных, подозрительных, с точки зрения дворецкого, типов. Ответ был один – «мой боевой товарищ».

– Федерико, не поверишь, не знаю, – притворно вздохнул он. – Если бы мне стало известно хотя бы неделю назад, я бы безо всяких колебаний рассказал бы все девочке. Но теперь я весь полон сомнений.

– Парень-то неплохой, – задумчиво сказал дворецкий. – Да и деньги у него есть, правда?

– Франческо из хорошей семьи, – подтвердил Павоне. – Доходы у них приличные.

Родителей Паренте он никогда не знал, а деньги, которые тот имел, были получены в результате одной сомнительной аферы с вином. Но слова – это только слова, они ничего не стоят, их не жалко – сколько бы ни тратилось, меньше не становится.

– Девочку нашу любит, – продолжил Корсини. – Поступок с зельем, конечно, некрасивый, но он же не желал ей зла, правда?

– Не знаю, не знаю, – опять вздохнул Павоне. – В семейной жизни честность – самое главное. Вот у меня от Терезы никаких секретов не было, да и не подливал я ей ничего – мы просто как встретились, поняли, что жить друг без друга не можем. Жаль, что злая судьба отвела нам так мало счастья. Вот меня и беспокоит, Федерико, что Франческо пытается начать совместную жизнь со лжи. Как я могу быть уверен, что он и дальше не будет обманывать нашу девочку? Что я скажу Терезе, когда мы встретимся с ней за Гранью?

Марчелло никогда не сомневался, что никого за Гранью он не встретит, но это всегда так эффектно звучало и вызывало сочувствие у окружающих. Вот и сейчас Корсини явно смягчился по отношению к нему, особенно после упоминания о Терезе. Павоне давно думал, что управляющий был влюблен в свою хозяйку, поэтому и не женился, да и к Виттории испытывал чувства скорее отца, чем подчиненного.

– Даже не знаю, инор Павоне, что вам и посоветовать, – наконец после долгих раздумий сказал Корсини. – Так-то вроде партия для девочки неплохая, может, она и сама бы в него со временем влюбилась бы.

– Да только он ждать не захотел, – продолжил Павоне. – Федерико, как думаешь, может, поговорить сначала с ним? Сказать, что я все знаю? Или сразу обсудить с Витторией? Но совсем нехорошо перекладывать груз решения на ее хрупкие плечики. Ты представить себе не можешь, как я расстроился, когда узнал…

– А вдруг и нет ничего такого? – оживился Корсини. – Ведь могли и оболгать парня. Молодой, красивый, вдруг девочка сама в него влюбилась, безо всяких магических ухищрений?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5