скачать книгу бесплатно
– Ты должен дать ему более звучное имя: что-то вроде Гром или Мрак…
– Знаешь, Нэн, – улыбнулся Рори, – я не гоняюсь за красивыми именами.
Полковник встревожился. Эта улыбка и интимное сокращенное имя ему не понравились. Надо поговорить с Нэнси – что она позволяет этому незнакомцу! В глубине души он был очень огорчен, что дочь не унаследовала и малой доли его чувства собственного достоинства.
– Ну а дальше? – не унималась она. – Ты вернулся к каравану и взял кого-нибудь, чтобы помочь загнать вороного? Красота!
– Когда он увидел меня, – продолжил он рассказ, – то словно на крыльях умчался в следующую долину. Я пустил мула в галоп, но уже в долине он попал копытом в расщелину и сломал ногу.
– Вот не повезло! – огорчилась Нэнси. – А ты как?
– Ударился головой, – ответил он. – Мула пришлось пристрелить, а я совершенно вышел из себя! – Рори умолк, погрузившись в воспоминания.
Он с улыбкой смотрел на далекие плоские холмы, заливаемые потоками солнечных лучей, и самое голубое в мире небо над ними.
– Ну? – подгоняла его девушка.
– Знаешь, – очнулся он, – я понял, что все равно должен поближе взглянуть на черного красавца. Поэтому пошел прямо к горному кряжу, перевалил через него и двинулся к следующему. И там я опять увидел его на фоне неба. Потом солнце село, взошла луна, а я продолжал идти. У меня не было с собой аркана, но я не мог противиться желанию хотя бы прикоснуться к нему. Вы меня понимаете?
– Сплошное безрассудство, – проворчал полковник.
– Да, но это характер, – возразила девушка. – Я сделала бы то же самое, чтобы поймать антилопу, хотя это все равно что ловить ветер.
– Ну что ж, – сказал Рори, – вот и вся история.
– Как вся?! – воскликнул полковник.
– Я просто шел за ним, по дороге сплел веревку и наконец заарканил его.
– Минуточку, – не понял полковник. – А караван? Полагаю, ты вернулся.
– Нет. Не вернулся.
Губы девушки раскрылись, и она уставилась на него, будто испугавшись его слов или выражения лица.
– А твое имущество в караване? – резко спросил полковник.
– У меня его почти не было. Главной собственностью был мул, но он умер. Поэтому я просто шел за конем.
– Так ты говоришь, – судейским тоном продолжал допрос полковник, – это случилось у Большого Соленого озера?
– Да.
Полковник хмыкнул:
– И ты прошел пешком оттуда до… Минуточку, а где ты поймал коня?
– В двух днях пути отсюда, – сказал Рори. – Не знаю, сколько это миль. За последние два дня я, кажется, прошел миллион.
– О! – с холодной вежливостью произнес полковник. – Ты пришел пешком с Соленого озера?
– Да.
Полковник откашлялся.
– Ну и могу я спросить, когда ты начал свой путь?
– Когда? Месяцев шесть назад, – ответил Рори.
– Шесть… – начал полковник и вдруг совершенно по-детски широко раскрыл рот. Вряд ли Уэйр мог бы это логично объяснить, но откровенная простота ответа мгновенно убедила его в искренности юноши.
Он вспомнил, каким впервые увидел Рори: скелет в лохмотьях шкуры койота. Сочувствие и восхищение наполнили сердце полковника.
– Мальчик мой, – мягко сказал он, – не сомневаюсь, что большая часть пути была сущим адом.
– Мне было больно видеть, как худел и слабел Док, – ответил Рори. – Из-за этого я, в общем, и перестал спать. Моя одежда изорвалась, а мы шли довольно высоко, и было холодно, очень холодно. А Док все слабел… Я боялся, что он умрет и все окажется зря. И еще боялся умереть сам до того, как поймаю его. Но наконец мне здорово повезло.
– Повезло?
– В разгар дня под палящим солнцем конь остановился, шатаясь. Думаю, он спал. Спал с широко открытыми глазами. Я подошел к нему и заарканил.
– Все же ты заполучил его! – воскликнула девушка.
– Да. Конь волочил меня некоторое время, но мне удалось удержаться, пока он совсем не обессилел. А через два дня мы были здесь. Думаю, его спасло бренди. – Он взглянул на полковника Уэйра и сказал: – Я еще не поблагодарил вас за это, но только потому, что не мог найти подходящих слов!
Глава 3
Рори продолжал спать рядом с конем на охапке сена. Именно здесь, в конюшне, и произошло еще одно событие в цепи случайностей, приведших впоследствии к трагедии в Санта-Анне.
Он спал тяжелым сном человека, уставшего до изнеможения, оставаясь в то же время чутким, как кошка, потому что не раз ловил жадные взгляды, которые мексиканцы бросали на его коня, и понимал, что многие с радостью перережут ему горло, только бы увести вороного.
Однако в ту ночь он поймал не мексиканца. Проснувшись от тихого шороха, Рори увидел, как кто-то пробрался в стойло Дока. Подняв голову, он разглядел в окне смутные силуэты отвязанных лошадей, в конюшне оставался только его конь. Все остальные стойла уже опустели. На фоне окна мелькнула голова с двумя торчащими перьями. Под рукой револьвер, но Мичел забыл, что из него можно выстрелить или хотя бы ударить им, как кастетом, и помнил только про свои кулаки. Индеец повернулся, и Рори изо всех сил ударил его в челюсть.
Тот упал в темноту, но Рори мгновенно бросился к нему и, перепрыгнув через ясли, заметил движение под ногами Дока и сверкнувшее лезвие ножа. В последнее мгновение он резко согнул колени, и нож прошел мимо горла, а колено угодило прямо в лицо краснокожего. Индеец лежал неподвижно.
– Эй! – раздался тихий оклик, и силуэт другой головы с перьями появился в проеме открытых ворот конюшни. Голос продолжал по-испански: – Что случилось, брат? Тебя ударила лошадь? Это тот самый черный красавец, который сделает тебя вождем.
Взяв нож из безжизненной руки первого нападавшего, Рори бросился на второго, но тот, выругавшись, метнулся в сторону, выскочил из стойла на лунный свет и, как заяц, понесся прочь.
Рори пронзительно засвистел и поднял тревогу, вернулся к первому человеку и лошадиными путами связал ему руки и ноги. Когда примчались Уэйр, повар и бухгалтер, полуодетые и вооруженные до зубов, они обнаружили своих лучших лошадей, свободно гуляющих в загоне, и Рори, выходящего из сарая с бесчувственным человеком на руках.
Он вкратце рассказал, что случилось, и повар, все еще дрожа от возбуждения, заорал:
– Вот это удачное капиталовложение, полковник Уэйр! Вы дали парню старую одежду и месяц кормили его, а он спас от апачей табун лошадей стоимостью в тысячу долларов! Давайте-ка поглядим на этого ворюгу.
Пленника втащили в кухню и поставили на ноги. Все уже были в сборе: и обе женщины, и несколько мексиканцев со сверкающими, как у кошек в ночи, глазами.
При свете лампы Рори Мичел увидел коренастого молодого человека с лицом, более подходящим для драк, чем для размышлений. Плоский нос с раздувающимися ноздрями, длинная коса, перекинутая на грудь. На одной щеке, там, куда попало колено Рори, был огромный, наливающийся на глазах синяк. Но он не сильно изуродовал это лицо, и так уже достаточно отвратительное.
Индеец почти пришел в себя.
– Ну и чудище, – протянула Нэнси Уэйр, – но исполненное достоинства.
– Что будем с ним делать?
– Повесим, – отрезал Уэйр. – Разумеется, повесим.
В то время в Аризоне не существовало никаких законов. Там, где находились военные форты, действовал военный закон, но только внутри их границ. А за ними – безбрежный океан беззакония. Население состояло главным образом из бандитов, для которых в Калифорнии стало слишком опасно, изменников-мексиканцев из Соноры и разного отчаянного сброда из восточных городов.
Лишь немногие честные люди пытались разрабатывать шахты или добиться успеха в разведении скота, и с правонарушителями они разбирались коротко и жестоко. Во-первых, они не тратили лишнего времени, а во-вторых, тогда наказание за преступление через повешение было вполне обычным делом. Поэтому предложение полковника повесить индейца никто не счел странным.
– Бедняга! – огорчилась Нэнси. – Неужели он заслужил?
– Гарриет! – сурово скомандовал полковник. – Уведи отсюда свою дочь. Это сугубо мужское дело.
Но женщины даже не шелохнулись, продолжая рассматривать жестокое лицо индейца и время от времени поглядывая на Рори, стоявшего на заднем плане.
– Сначала выясним, кто он, – решил полковник. – Эй, Хуан! – обратился он по-испански к одному из мексиканцев. – Ты говоришь на языке апачей, а он вроде из них. Спроси его, кто он.
Круглолицый батрак Хуан важно выступил вперед и задал пленнику несколько вопросов на гортанном диалекте. Но лицо индейца сохраняло каменную неподвижность.
Хуан обернулся к хозяину:
– Он не хочет говорить. Но он апач. На нем мокасины апачей. И перья выкрашены в их цвета. Он убивал людей. Наверное, много белых. По цвету перьев видно.
– Он апач и убийца, – сказал полковник. – И к тому же ворует лошадей. Разве у нас могут быть сомнения? Как ты думаешь, Тод? – обратился он к бухгалтеру.
Тод Меррит был одним из тех маленьких желчных людей, которые никогда не упустят случая посмаковать чужие беды. Сейчас он свирепо смотрел на апача.
– Повесить – это маловато, – сказал он. – Я бы поджарил краснокожего мерзавца. Вот именно, поджарил!
– Тише, Тод, – остановила его Нэнси. – Он понимает английский.
– Почему ты так думаешь? – оторопел бухгалтер.
– Он посмотрел на огонь, когда ты предлагал сжечь его. Что за кошмарная затея, Тод! Прекрати сейчас же!
Индеец, не поворачивая головы, медленно перевел взгляд на лицо девушки и на мгновение задержался на нем. После этого не оставалось сомнений в ее правоте: апач понимал, о чем шла речь.
– Тем больший позор для негодяя, – сказал полковник. – Если он понимает английский, значит, у него был шанс воспользоваться преимуществами нашей цивилизации. А он отверг их. Повешение – единственное, что он заслужил. Надеюсь, он понимает, что я говорю. Тод, Блачер, – обратился он к бухгалтеру и повару, – пойдемте со мной, приладим веревку на тополь. Там как раз подходящая есть ветка. Рори, ты справился с ним, когда руки у него были свободны, надеюсь, что со связанными руками будет проще. Гарриет, Нэнси, отправляйтесь в постель.
Мужчины в сопровождении мексиканцев быстро вышли их комнаты. Со двора доносились их громкие торжествующие голоса. Но женщины по-прежнему оставались в кухне.
Рори повернулся к ним.
– Думаю, я смогу что-нибудь из него выудить, – сказал он, – если вы оставите меня с ним наедине.
– Он не будет говорить, – покачала головой миссис Уэйр. – Такая уж у них натура – они безразличны к смерти. Их растят для ужасной жизни с кошмарным концом. Они понимают только убийство.
Но тем не менее она ушла из кухни вместе с Нэнси. Рори мгновенно перерезал веревки на ногах и руках пленника и жестом показал ему на открытое окно.
Он был изумлен, увидев, что пленник даже не пошевелился. Потом индеец высоко поднял голову, глубоко вздохнул и перевел на белого человека пылающий ненавистью взгляд.
– Знаешь, – спокойно сказал Рори, – я ведь кое-что понимаю. Для вас воровство не преступление, а доблесть. Я рад, что мой вороной остался у меня, и рад, что тебе не перерезали горло. Окно открыто, прыгай.
Индеец быстро шагнул к окну, потом повернулся, как будто что-то хотел сказать, но, похоже, потерял дар речи. Прыгнул в окно и бесшумно опустился на землю.
Рори Мичел бросил веревки в огонь, пылавший в печи, и, только задвинув заслонку, закричал: «Караул! На помощь! Он сбежал!»
Ворвавшись в комнату, все увидели, что Рори пытается встать с пола.
– Что случилось? – выкрикнул полковник.
– Понятия не имею. Думаю, он порвал веревки или выскользнул из них. Знаю только, что свалился на пол от удара, а индеец стрелой выскочил в окно.
– В погоню! – зарычал полковник. – Седлайте лошадей, и в погоню!
Он бросился вперед, а за ним, ругаясь, все остальные. Миссис Уэйр бежала за мужем, умоляя остерегаться засады и не ехать в опасную темноту.
В кухне остались только Рори и девушка.
– Слава Богу, что у него не было ножа, – сказала Нэнси, – а то бы он тебя убил.
– Конечно, – ответил он, – но ты ведь знаешь, мне везет.
– В любом случае, – продолжала она, – я рада, что его не повесили. И если он… – осекшись, она быстро взглянула на Мичела, подошла к печи и открыла заслонку. Потом медленно задвинула ее и вернулась к Рори. – Это самый хладнокровный апач из всех, о ком мне приходилось слышать, – сказала она.
– Верно, – согласился Мичел, внимательно глядя на нее.
– Он даже задержался, – продолжала девушка, – чтобы сжечь веревки. Надо же, какой аккуратный. Можно сказать, цивилизованный, правда, Рори?
Он ничего не ответил. Они смотрели друг на друга, пока не начали осторожно улыбаться.
– Знаешь что, Рори, – наконец начала она.
– Что?
– Я не так молчалива, как тот апач, но иногда я тоже могу молчать.
– Спасибо, – сказал Рори. – Но как ты догадалась?
– По запаху, – ответила Нэнси. – Неужели ты думаешь, что веревки горят так же, как дерево?
Глава 4
Почти час Уэйр и его люди в бешенстве обшаривали окрестности, но ничего не обнаружили и обозленные вернулись обратно. А Рори Мичел пел гэлльские песни под аккомпанемент гитары, которую нашел в доме. Голос у него был несильный, но пел он с чувством, время от времени издавая радостно-торжествующие вопли или изображая звуки сражения. Миссис Уэйр и ее дочь откровенно наслаждались его пением.
Полковник был раздражен. Он сел на веранде и произнес получасовую речь о том, как важно быть осмотрительным с краснокожим, коварным и изворотливым, как змея. Поздравив молодого человека с поимкой апача, он все же заявил, что она оказалась не только бесполезной, но и вредной, потому что теперь индейцы будут презирать жителей форта и, скорее всего, при первой же возможности нападут на него.