Борис Ракитский.

Наука о социальной политике: методология, теория, проблемы российской практики. Том II. Становление науки о социальной политике



скачать книгу бесплатно

1. Становление народовластия. Существо власти. Собственность как власть в хозяйстве. Народ и человек как хозяева.

2. Общее направление выхода из кризиса. Реальность социалистического выбора. Целесообразна ли и возможна ли конвергенция нашего общества с капитализмом? Общенародность или многоукпадность? Многоукладность или разнообразие форм ведения социалистического хозяйства?

3. Социальная защищённость и социальная справедливость. Проблема доверия народа государству и правительству.

4. Реформа Союза ССР и новые принципы организации народного хозяйства.

5. Нормализация обращения (цены, снабжение, рынок).

6. Социальная защищённость трудящегося (трудовые права и свободы, формирование и реализация трудового дохода).

7. Нормализация денежного обращения.

8. Реформа общественных фондов потребления.

Есть и другие проблемы, но мы ограничимся рассмотрением некоторых из перечисленных, ибо их совокупность достаточно полно отражает взаимосвязь социальных и экономических аспектов созидательных дел революционной перестройки.

Ключевые проблемы перехода

Рассмотрим в самом конспективном виде решающие проблемы выхода страны из кризиса.

Власть, собственность, хозяин. Власть есть объединяющее действие (сила). В обществе с отчуждением и в обществе без отчуждения власть имеет разный характер и разные формы. При отчуждении власть принудительна, в справедливом обществе власть опирается на поддержку управляемых, на добровольность их действий, на понимание справедливости требований со стороны власти. Вот это отношение к власти как к справедливо действующей объединительной общественной функции – суть демократии. Нам предстоит перейти от общества, в котором власть основана на принуждении, к обществу, в котором власть основана на добровольном, осознанном принятии законов и установлений как норм жизни в обществе. Принуждение – формальная власть, непрочное объединение, способное ослабевать и распадаться. Как ни велика принуждающая сила, народ всегда сильнее её. Но он сильнее в потенции. Главная задача принудительной власти – не дать потенции стать реальностью, не дать народу активизироваться. Всякая активизация ведёт к осознанию народом своей силы, своего первородного права на власть. Даже простейшая форма активизации – высказывание собственного мнения – необратимый удар по принуждению.

Собственность неправомерно сводится у нас к имущественным отношениям, тогда как собственность – это и власть в хозяйстве. В этой связи хозяин представляется не как собственник имущества, а как собственник процесса воспроизводства, суверенный субъект хозяйствования.

Крайне важно, чтобы была глубоко понята взаимосвязь народа и человека как хозяев, собственников, субъектов ведения хозяйства. Разные типы этой взаимосвязи лежат в основе разных типов обществ, разных типов хозяйственного устройства (способов производства или хозяйственных укладов). Когда трудящийся народ осуществляет верховную власть в обществе и в хозяйстве (в строгом смысле слова это и есть социализм), тогда положение каждого труженика и трудового коллектива как реальных хозяев (суверенных субъектов хозяйствования, собственников) обеспечивается их функцией представителей всего народа в сфере их хозяйственной деятельности и реальной доступностью для них пользоваться демократическим общенародным государством как политическим выразителем и проводником их интересов.

В этой связи общенародная собственность – не глупость и не способ отчуждения трудящихся от производства. Тоталитаризм помпезно (но без всяких оснований) называет свою антинародную экономическую систему государственной собственностью, общенародной собственностью, социалистической собственностью. На самом деле в государственной собственности тоталитарного (сталинистского) режима нет ни грана ни общенародности, ни социалистичности. В условиях же действительного народовластия, в условиях социализма общенародный характер собственности есть критериальный признак социалистичности экономической системы, способа производства. Это вывод фундаментального характера. Прошу обратить на него особое внимание.

Магистральное направление и варианты выхода из кризиса. Магистраль преодоления кризиса предопределена тем, что коренная причина кризиса – тоталитаризм, командно-карательная система власти как в обществе, так и в хозяйстве. Все, что направлено на демократизацию общества и хозяйства, лежит на магистральном направлении преодоления кризиса, прогрессивно. Это не исключает разнообразия действий, вариантов оздоровления общества и хозяйства. Находясь в целом в русле преодоления кризиса, разные варианты в разной мере эффективны, отражают разные интересы и разные представления о желаемом будущем. С этим нельзя не считаться. На этом должен быть основан сдержанный, демократический подход к оценке разных концепций и доктрин экономического развития.

Мною исследован ряд идеологически острых вопросов, касающихся вариантов дальнейшего развития советского хозяйства. Например, такие: сохранит ли наше хозяйство социалистический характер? Насколько реален для будущего социалистический выбор? Целесообразна ли и возможна ли конвергенция нашего общества и нашего хозяйства с капитализмом? Суть выводов следующая. Вопрос о сохранении социалистического характера нашим хозяйством исходит из того, что наше хозяйство – социалистическое. Наука не подтверждает этой оценки. Правильно ставить вопрос так: может ли советское хозяйство стать социалистическим? По моему мнению, может до тех пор, пока казарменная деформация не привела к окончательному перерождению. Условием социалистического выбора становится теперь антитоталитарная революция снизу, то есть наиболее радикальный вариант перестройки.

Преобладание «революции сверху» приведёт страну скорее всего к модели конвергенции тоталитаризма с капитализмом, к тоталитаризму с цивилизованным лицом. Много и верно написано о невозможности конвергенции капитализма и социализма. Всё тут остается в силе. Но этот вывод не закрывает путь конвергенции с капитализмом казарменному псевдосоциализму. Если казарменный псевдосоциализм пытается выйти из своего кризиса путем ослабления эксплуатации трудящихся, отказа от крайних форм угнетения, попрания прав человека и народов, то почему бы ему не взять на вооружение опыт буржуазной демократии? Либерализация советского хозяйства в форме конвергенции с капитализмом способна принести облегчение эксплуатации, улучшение организации воспроизводства, вхождение не только в мировую торговлю, но и в мировое хозяйство и т. п. Это было бы реальным улучшением во многих отношениях. Это надо признавать. Но не надо самим думать и других обманывать, что конвергенция советского хозяйства с капитализмом была бы шагом на пути к социализму.

В свете сказанного рассмотрим вопрос о так называемом многообразии форм собственности. Надо различать многообразие форм собственности (многоукладность) и многообразие форм реализации того или иного типа собственности (многообразие форм ведения хозяйства). Конвергенция советского хозяйства с капиталистическим предполагает многоукладность экономики. Именно поэтому программы либерально-демократических и отчасти социал-демократических движений в СССР включают положения о многоукладности. У трудящихся мысль о частной капиталистической собственности непопулярна. Социалистический выбор может допустить многоукладность как тактическую меру, но в принципе основан на общенародной собственности при самом широком разнообразии форм ее реализации (форм ведения хозяйства). Разделительная граница тут – допущение или недопущение эксплуатации чужого труда, сохранение или полное устранение отчуждения труженика от функций собственника, хозяина.

Социальная защищенность и социальная справедливость. Доверие народа властям. Общенародный характер собственности вполне адекватно проявляется в форме социальной защищённости хозяйственной деятельности и в форме социальной справедливости ее организации. Социальная защищённость и социальная справедливость – две высших ценности как демократии вообще, так и особенно социалистической демократии. Социальная защищённость – такое положение труженика и трудового коллектива в обществе, когда их права, свободы и обязанности в сфере хозяйствования определены народом (народной властью), закреплены законами и гарантированы всем общественным правопорядком. Социальная справедливость – восприятие установленных и осуществляемых в обществе порядков хозяйствования как приемлемых, верно отражающих интересы человека, народа, трудового коллектива, общества, словом всех субъектов и участников хозяйственной жизни.

Кризис доверия народа к властям отражает недостаточную социальную защищённость и недостаточную социальную справедливость.

Реформа Союза ССР и новые принципы организации народного хозяйства. Воспроизвожу основные положения специальной научной разработки, выполненной в 1989 г.[15]15
  Ракитский Б.В. Проблематика республиканского хозрасчета е контексте перестройки национально-политических отношений е СССР (теоретические аспекты). Препринт доклада на Всесоюзной научной конференции. Таллинн. 1989.


[Закрыть]
. Смысл реформы Союза ССР вижу в отходе от имперских отношений и в утверждении союза суверенных республик.

Экономическая система союза должна быть основана на следующих принципах.

Верховными субъектами, организующими хозяйство общества, являются народы, объединяющиеся в Союз ССР. Обладая политическим суверенитетом, каждая из союзных республик имеет право на экономический суверенитет, то есть на верховенство в организации всей хозяйственной деятельности на территории республики.

Суверенитет союзных республик (народов) не может быть урезан действиями Союза ССР. Хозяйственные полномочия Союза ССР возникают на основе добровольного делегирования республиками части своих суверенных прав Союзу. Хозяйственная деятельность Союза ССР организуется союзным государством и союзным правительством без нарушения суверенитета союзных республик.

Народное богатство Союза ССР состоит из совместного имущества союзных республик и народных богатств союзных республик. Совместное имущество (ресурсы) создается союзными республиками по совместному решению (на основе консенсуса) для ведения совместной (союзной) хозяйственной деятельности или другого совместного общественно полезного использования. Вклад каждой республики в совместные (союзные) ресурсы, а также часть эффекта от совместной (союзной) деятельности остаются собственностью республики.

Союзные республики и Союз ССР договариваются о единых принципах организации хозяйственной деятельности и об определённых формах ее регулирования. По кругу договоренностей (на основе консенсуса) государство и правительство СССР вправе издавать законы, постановления и другие правовые и нормативные акты. Все союзные законы и другие нормативные акты, касающиеся хозяйственной деятельности, вступают в силу на территории союзной республики после их регистрации республиканским органом соответствующей компетенции.

Союз ССР осуществляет долгосрочное и среднесрочное планирование народного хозяйства СССР, а также в полном объеме управление совместной (союзной) хозяйственной деятельностью. Финансовая и кредитная системы Союза ССР строятся на основах защищенности экономического суверенитета союзных республик. В соответствии с этим денежная система может быть как единой для Союза ССР, так и состоящей из нескольких денежных систем, вплоть до самостоятельной денежной системы каждой союзной республики.

Использование союзной республикой своего права на самоопределение (суверенитет) в экономической деятельности не должно вызывать ни со стороны других союзных республик, ни со стороны Союза ССР каких-либо противодействий.

Нормализация обращения (цены, снабжение, рынок). Политика инфляции, проводимая начиная с середины 60-х годов, привела к существенному обесцениванию денежной массы (хотя и к неравномерному). Панические оценки современного состояния хозяйства (грозящая катастрофа, хаос, крах и т. п.) основаны вовсе не на скачкообразном ухудшении положения. Они отражают осознание властями своей неспособности переломить тенденции, вызванные экономической политикой периода застоя. Лозунг оздоровления правилен. Но упор на чрезвычайность мер оздоровления вызывает тревогу, ибо командно-карательная система власти может воспользоваться ширмой чрезвычайности для восстановления и укрепления антидемократических порядков. Здесь требуется особая бдительность масс и немедленное реагирование на любые попытки властей ущемить права и свободы граждан и народов, демократических общественных движений и организаций.

Оздоровление (нормализация) сферы обращения должна происходить при последовательном и неуклонном возрастании социальной защищённости и социальной справедливости.

В основу процесса оздоровления обращения целесообразно положить сегментирование рынка. Эта мера включает в себя: выделение республиканских рынков как защищенных от дезорганизующей экспансии и разделение рынка на социально защищенный и коммерческий.

Республиканский рынок, защищенный от дезорганизующих внешних воздействий самостоятельной денежной системой, представляется непременной составной частью экономического суверенитета в современных условиях. Потребность в сегментировании союзного рынка на республиканские вызывается фактически сложившейся неравномерностью хода перестройки в разных частях СССР. Защищённость республиканских интересов отзовётся повышением ответственности республик, ощущением социальной защищённости и социальной справедливости, а в конечном счете – созидательной активизацией народных сил.

Что касается республиканского рынка, то и он в свою очередь может быть сегментирован в целях быстрейшего оздоровления. Для этого нужно будет выделить социально защищенный рынок, а весь остальной рынок перевести на коммерческие основы. Социально защищенным рынком должна стать та часть потребительского рынка, которая доставляет семьям близкий к среднему уровню объем и состав потребления. Право на гарантированное снабжение на среднем уровне защищается карточной системой. Отоваривание по карточкам ведётся по твердым государственным ценам (как вариант возможна индексация цен, связанная с ростом средней зарплаты). Когда у населения произойдет твердое осознание социальной защищенности среднего уровня потребления, можно будет постепенно (по группам товаров) и обязательно гласно и под контролем народа осуществлять реформу розничных цен с использованием полной компенсации (то есть такое изменение цен, при котором государство не получает в свою пользу ни копейки).

Коммерческий рынок (весь рынок средств производства и часть потребительского рынка) оздоровляется путем введения равновесных цен. С использования цен равновесия начинается оздоровление. Целесообразно в течение 10 лет осуществлять компенсационное государственное регулирование, задача которого – изъятие части превышения равновесной ценой государственной цены и передача этих сумм в форме дотации покупателям. Если равновесная цена ниже государственной, то покупатель доплатит государству, а государство передаст продавцу эту доплату. В первый год компенсационные платежи и дотации могут составлять 90 % разницы между равновесной и государственной ценой, во второй – 80 %, в пятый – 50 %, в десятый – 0%.

Поддерживаю предложения о введении твердого рубля и о продаже конвертируемой валюты на внутреннем рынке. Что касается акций и других форм вовлечения личных средств в производственные вложения, то это направление оцениваю как фактор усиления инфляции, снижения социальной защищённости трудового дохода. По моему мнению, правда, большого притока личных средств в производственную сферу на добровольных началах произойти не должно, так как отсутствует необходимое для этого доверие народа властям. Это относится также к перспективам добровольного участия в новых 5-процентных государственных займах. Попытки силового распространения акций и облигаций, предоставление владельцам акций и облигаций преимуществ на потребительском рынке вызовут ощущение социальной несправедливости.

Оздоровление сферы обращения возможно без обид со стороны населения. Но эта возможность на все сто процентов связана с темпами демократизации жизни общества и хозяйства. Если же чрезвычайность будет понята как неизбежная непопулярность, возникнут предсказуемые последствия – массовые недовольства и разрушительные формы протеста.

* * *

Лето 1989 г. ознаменовалось выходом на общественную арену рабочего движения. Это кладет конец этапу, когда правительственные программы могли существовать как прикрытие оттяжек кардинальных реформ.

В «Декларации основных принципов Конфедерации Труда», принятой в г. Новокузнецке 1 мая 1990 г. формулируется тот облик переходного периода, который устраивает рабочее движение:

«Конфедерация Труда выступает за экономическую самостоятельность предприятий, за развитие регулируемых рыночных отношений по мере осуществления широких социальных программ защиты и улучшения жизни трудящихся. Руководство государственными и коллективными предприятиями должны осуществлять органы и люди, избранные самими рабочими, трудовыми коллективами. Права трудовых коллективов и граждан на хозяйственную самостоятельность, на выбор вида собственности, форм организации производства и труда должны защищаться всей силой демократической государственной власти».

По-моему, очень взвешенный взгляд на вещи. Он вселяет оптимизм.


Печатается по публикации в книге: ЧЕРЕЗ ТЕРНИИ / Сост. А. А. Протащик. – М.: Прогресс, 1990, с. 262–292.

Сентябрь 1990
К пересмотру всей нашей точки зрения на распределение

Ленинское выражение о пересмотре “всей нашей точки зрении на социализм” стало почти крылатым, и многие употребляют его применительно к задачам переориентации современного советского общества. Ни В.И. Ленин, ни социализм в этом случае ни при чём. Ленин ставил вопрос о том, что социалистическую цель и способы движения к ней надо понимать иначе, чем понимали их революционеры прежде. У нас же, говоря о социализме, имеют в виду фактически сложившуюся общественную реальность. Но она – не социалистическая, она псевдосоциалистическая, тоталитарная. Об этом теперь перестают спорить – настолько ясен вопрос.

Тем не менее, рассматривая не строй вообще, а конкретные сферы отношений, сплошь и рядом пытаются описывать существующие здесь реальности категориями и законами социализма. К примеру, берут сферу обращения и говорят: социализм построен на отрицании товарно-денежных отношений, на прямом предписании траектории движения товаров и услуг к потребителю, на нормативно-командном назначении цены и т. п. Да, в советском хозяйстве всё так, но социализм-то тут при чём? Получается, что знак равенства поставлен между тоталитаризмом и социализмом. И когда надо сказать “долой тоталитаризм!”, говорят “долой социализм!”.

Точно так же обстоит дело и с описанием сложившихся в СССР отношений распределения. Многие годы мы пытаемся раскрыть их социалистическую природу, устранить искажения и недостатки. Успехов, если говорить о практике, очень мало. Очевидно, теория неадекватна реальности. Нужна другая теория – теория распределения в тоталитарном, псевдосоциалистическом обществе.

Предлагаю такую теорию. Она многое ставит на свои места, снимает зашоренность, открывает путь к реалистическому рассмотрению фактического положения дел.

Ценности и принципы распределения

К глубокой и полной характеристике отношений распределения методологически оправданно восходить, начиная с общих свойств общественного строя, с социальных ценностей.

Социальные ценности отражают общественное положение человека, социальной группы, класса. Власть в хозяйстве (собственность) находит свою реализацию в социальных ценностях, устойчивое, надёжное обеспечение которых (в том числе и экономическими средствами) считается общественно нормальным. Укоренившаяся в сталинистской политэкономии манера рассматривать общественно-экономические отношения, игнорируя социальные ценности, – это яркое проявление экономического детерминизма, политэкономии без человека, без примата социальных целей (и ценностей).

Чтобы рассмотреть отношения распределения, “не потеряв человека”, надо принять во внимание по крайней мере такие социальные ценности, как социальная защищенность и социальная справедливость. Социальная защищенность – тип и уровень обязанностей общества по отношению к человеку и любой социальной группе, степень реальности их прав и свобод. Социальная справедливость – социально-психологическое восприятие принципов и форм организации общества как отвечающих интересам людей и социальных групп.

Фундаментальная связь человека с обществом в тоталитарном государстве – отчуждение народа от власти, антинародность власти. Права и свободы в таких условиях приобретают сугубо номинальный характер, а защищённость реально возникает лишь в случае прямой “поддержки” руководства. Социальная ценность, адекватная положению человека в тоталитарном обществе, – беззаветная преданность руководству. Именно руководству, хотя до сознания человека это может доводиться и доводится в виде формул “преданность делу коммунизма”, “преданность партии”, “преданность народу”, “верность интернациональному долгу” и т. п. На деле же вся система казарменного “социализма” цементируется преданностью вышестоящему начальству.

Отчуждение народа от власти складывается как система кастового расслоения общества. Правящая каста (номенклатура, элита) обладает властью, но и здесь чёткая иерархия позволяет и требует осуществить принцип беззаветного подчинения руководству. Остальные касты общества подчинены правящей, но одновременно являются и орудиями осуществления её власти над народом.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16