скачать книгу бесплатно
Космологическая теория чисел, которую Пифагор узнал от египетских иерофантов, одна только в состоянии примирить эти две единицы, материю и дух, и может продемонстрировать одна другую математически. Священные числа вселенной в своих эзотерических комбинациях разрешают эту великую проблему и объясняют теорию излучений и циклы эманаций. Низшие категории до того как развиваться в высшие должны быть эманированы из высших духовных категорий, а когда они достигнут поворотного пункта, должны снова слиться с бесконечным.[118 - «Разоблаченная Изида», I, гл. 1.]
Именно на этой истинной математике покоится знание космоса и всех тайн, и человеку, ознакомившемуся с ними, легче легкого доказать, что ведические и библейские построения опираются на «Бог-в-природе» и «Природа-в-Боге», как на коренной закон. Поэтому этот закон, как и все нерушимое и запечатленное в вечности, мог найти себе правильное выражение только в чистейшей трансцендентальной математике, на которую ссылается Платон, а в особенности в геометрии в ее трансцендентальном приложении. Будучи раскрытой людям – мы не боимся и не берем обратно этого выражения – в этом геометрическом и символическом одеянии, Истина обросла и развилась в дополнительный символизм, разработанный человеком для нужд и лучшего понимания широких масс человечества, слишком поздно пришедших в своем циклическом развитии и эволюции, чтобы успеть получить свою долю первоначального знания; и они не могли бы приблизиться к этому иначе. И если впоследствии духовенство, ловкое и жаждущее власти во всех веках, антропоморфизировало и деградировало абстрактные идеалы так же, как и реальных и божественных Существ, которые в самом деле существуют в природе и являются Охранителями и Покровителями нашего манвантарического мира и периода, то вина за это лежит на тех мнимых водителях, а не на массах народа.
Но настал день, когда грубые концепции наших средневековых прадедов больше не могут удовлетворить вдумчивого религиозного человека. Средневековый алхимик и мистик ныне превратились в скептического химика и физика; и большинство из них оказываются отвернувшимися от истины вследствие чисто антропоморфических идей и грубого материализма форм, в каких она преподносится им. Поэтому или будущие поколения должны быть постепенно посвящены в истины, лежащие в основании экзотерических религий, включая их собственную, или же им следует предоставить разбить глиняные ноги последних позолоченных идолов. Ни один образованный мужчина или женщина не стал бы отворачиваться от какого-либо ныне так называемого «суеверия», которое, по их мнению, обосновано на детских сказках и невежестве, если бы только они могли увидеть фактическое основание, которое лежит в основе каждого «суеверия». Дайте им только раз по-настоящему убедиться, что едва ли найдется что-либо в оккультных науках, что не опирается на философские и научные факты в природе, как они устремятся к изучению этих наук с тем же самым, если не с большим рвением, чем то, с каким они их поносили. Это не может быть достигнуто сразу, ибо ради блага человечества такие истины должны раскрываться постепенно и с великой осторожностью, так как общественное мнение не подготовлено для них. Как бы ни приспособляли агностики нашего века свое мышление к требованиям современной науки, люди всегда склонны цепляться за свои старые любимые занятия, пока о них живет воспоминание. Они подобны императору Юлиану – прозванному Отступником, потому что он слишком сильно любил истину, чтобы принять что-либо другое – который, несмотря на то, что в своей последней теофании увидел своих богов бледными, изнуренными и едва различимыми тенями, тем не менее цеплялся за них. Поэтому, пусть мир цепляется за своих богов, какому плану или сфере они не принадлежали бы. Истинный оккультист был бы виноват в величайшем преступлении перед человечеством, если бы он разбил навсегда старые божества прежде, чем он не заменил их целой и чистой истиной, а этого пока что еще нельзя делать. Тем не менее, читателю можно позволить узнать хотя бы алфавит этой истины. Во всяком случае, ему можно показать, чем не были боги и богини язычников, называемые церковью демонами, если ему нельзя узнать целой конечной истины о том, что они такое. Пусть он убеждается, что герметические «Tres Matres» и «Три Матери» «Сефер Иециры» являются одним и тем же, что они вовсе не демоны-богини, но Свет, Тепло и Электричество, и тогда, возможно, ученые классы перестанут их с презрением отвергать. После этого розенкрейцерские иллюминаты могут найти последователей даже в Королевских Академиях, которые будут более подготовлены, может быть, чем теперь, признать великие истины архаической натурфилософии, в особенности, когда их ученые члены убедятся, что в диалекте Гермеса «Три Матери» служат символами для той совокупности сил или факторов, которые имеют отведенное им место в современной системе «корреляции сил».[119 - «Синезий упоминает каменные книги, найденные им в храме Мемфиса, на которых было выгравировано следующее изречение: «Одно естество блаженствует в другом, одно превосходит другое, одно подчиняет другое, но все они едины». Постоянное движение, присущее материи, выражено в изречении Гермеса: «Действие есть жизнь Пта»; и Орфей называет природу ??????????? ?????, «мать, которая создает множество вещей», или гениальная, затейливая, изобретательная мать». – «Разоблаченная Изида», I, гл. 8.] Даже политеизм «суеверного» брахмана и идолопоклонника являет свое raison d'?tre, так как шакти трех великих богов, Брахмы, Вишну и Шивы, идентичны с «Тремя Матерями» монотеистического еврея.
Вся древняя религиозная и мистическая литература символична. Книги Гермеса, «Зогар», «Я-Якав», египетская «Книга Мертвых», Веды, «Упанишады», и Библия – полны символизма так же, как и набатеянские откровения халдейского Ку-тами; будет напрасной тратой времени спрашивать, которая самая древняя, попросту все они являются различными версиями единой первичной Записи доисторического знания и откровения.
Первые четыре главы Книги Бытия содержат в себе синопсис всего остального Пятикнижия, представляющего собою только различные версии одного и того же в различных аллегорических и символических применениях. Открыв, что пирамида Хеопса со всеми своими измерениями находима в мельчайших деталях в построении Храма Соломона, и убедившись, что библейские имена Шем, Хам и Иафет являются определительными
пирамидных измерений, в связи с 600-летним периодом Ноя и 500-летним периодом Шема, Хама и Иафета... термины «сыновья элохимов» и «дочери» Х-Адама (являются), с одной стороны, астрономическими терминами,[120 - «Source of Measures», стр. X.]
автор этого уже упомянутого очень любопытного труда – книги, очень мало известной в Европе, мы с сожалением говорим – кажется не видит в своем открытии ничего больше, как только присутствие математики и метрологии в Библии. Он также приходит к весьма неожиданным и чрезвычайным заключениям, которые очень слабо подтверждаются открытыми фактами. У него, по-видимому, создалось впечатление, что если все еврейские библейские имена являются астрономическими, то священные писания всех других народов могут быть «только этим и ничем больше». Но это большая ошибка со стороны эрудированного и удивительно проницательного автора «Источника мер», если он действительно так думает. «Ключ к еврейско-египетской Тайне» отмыкает только некоторую часть иератических писаний этих двух народов и оставляет нетронутыми писания других народов. Его идея заключается в том, что «Каббала» является лишь той возвышенной наукой, на которой обосновано масонство»; в сущности он рассматривает масонство, как субстанцию «Каббалы», и последнюю, как «разумную основу еврейского текста Священного Писания». Об этом мы не будем спорить с автором. Но почему все те, кто могут найти в «Каббале» нечто, выходящее за пределы «возвышенной науки», на которой якобы построено масонство, должны быть предоставлены общественному презрению?
По своей исключительности и односторонности такое заключение чревато будущим неправильным пониманием и абсолютно неверно. В своем немилосердном критицизме оно набрасывает пятно на самую «божественную науку».
«Каббала» действительно является «сущностью масонства», но она зависит от Метрологии только в одном из ее аспектов, наименее эзотерическом, так как даже Платон не делал секрета из того, что божество всегда геометризирует. Для непосвященного, как бы он ни был учен и наделен гениальностью, «Каббала», которая трактует только об «одеянии Бога», или завесе и покрове истины,
Построена от земли кверху с практическим применением для нужд настоящего.[121 - «Masonic Review», июль, 1886.]
Или, другими словами, представляет собою точную науку только на земном плане. Для посвященного же каббалистический Господь снисходит из первичной Расы, порожденной духовно от «Разумом-рожденных Семи». Достигнув Земли, божественная математика – синоним магии в его дни, как говорит нам Иосиф – сокрыла свое лицо. Следовательно, наиболее значительным секретом, выданным ею в наши дни, является тождественность старинных римских мер и нынешних британских мер, еврейско-египетского локтя и масонского дюйма.[122 - «Source of Measures», стр. 47-50, et pass.]
Это открытие весьма удивительное и оно привело к дальнейшим меньшим раскрытиям различных загадок в отношении символизма и библейских имен. Полностью понято и доказано, как показал Наханид, что в дни Моисея начальная фраза в Книге Бытия читалась Б'раш итхбара элохим, или «В первопричине (или мулапракрити – бескорний корень) развились (или эволюционировали) боги (элохимы), небеса и земля»; тогда как теперь, благодаря Массоре и богословскому коварству, это превращено в Б'рашитх бара элохим, или «В начале Бог сотворил небеса и землю» – одно это жонглирование словами привело к материалистическому антропоморфизму и дуализму. Сколько еще можно найти подобных примеров в Библии, последнем и позднейшем из оккультных трудов древности? В умах оккультистов нет более никаких сомнений, что несмотря на свою форму и внешний смысл, Библия – как объяснено в «Зогаре» или «Мидраше», «Иецире» (Книге Творения) и в «Комментариях о десяти сефиротах» (Азариэля Бен Манахема XII века) – является неотъемлемой частью Тайной Доктрины арийцев, которая объясняет в той же самой манере Веды и все другие аллегорические книги. «Зогар» в своем учении, что Безличная Единая Причина проявляется во вселенной через свои эманации, сефиротов – что вселенная во всей своей совокупности является просто завесою, сотканною из собственной субстанции божества – неоспоримо является копией и верным эхо самых ранних Вед. Взятая сама по себе, без дополнительной помощи ведической и брахманской литературы, Библия никогда не выдаст вселенских секретов оккультной природы. Локти, дюймы и меры этого физического плана никогда не будут решать мировых проблем на духовном плане, ибо Дух не может быть ни взвешен, ни измерен. Разработка этих проблем оставлена в запасе для «мистиков и мечтателей», которые одни только способны выполнить ее.
Моисей был посвященный жрец, сведущий по всем тайнам и оккультному знанию египетских храмов, следовательно, тщательно ознакомленный с первобытной мудростью. Именно в ней следует искать символическое и астрономическое значение этой «Тайны Тайн», Великой Пирамиды. И будучи так знаком с геометрическими секретами, которые лежат сокрытыми в течение долгих эонов в ее прочных недрах, измерениями и пропорциями космоса, включая и нашу маленькую Землю – что удивительного в том, что он использовал свое знание? Эзотеризм Египта был одно время эзотеризмом всего мира. В течение долгих веков третьей Расы он был общечеловеческим наследием, полученным от своих Наставников, «Сынов Света», первоначальных Семи. Также было время, когда религия мудрости не была символичной, ибо она превратилась в эзотерическую только постепенно, – эта перемена была вызвана необходимостью вследствие злоупотреблений и колдовства атлантов. Ибо только «злоупотребление», а не употребление божественного дара, привело людей четвертой Расы к черной магии и колдовству, и в конечном счете, к «забвению мудрости», в то время как люди пятой Расы, наследники риши трета-юги, пользовались своими силами, чтобы атрофировать такие дары в человечестве вообще, и потом рассеялись, как «Избранный Корень». Те, кто избегли «Великого Потопа» сохранили только память об этом и веру, обоснованную на знании их непосредственных отцов о том, что такая наука существовала и теперь ревниво охранялась «Избранным Корнем», возвеличенным Енохом. Но должно снова наступить время, когда человек опять станет тем, кем он был в течение второй юги (века), когда его испытательный цикл закончится, и он постепенно станет таким, каким он был – полутелесным и чистым. Разве Платон, посвященный, не говорит нам в «Федре» всего, каким человек когда-то был и каким он может еще стать:
До того, как человеческий дух погрузился в чувствительность и стал воплощенным вследствие утери своих крыльев, он жил среди богов в воздушном духовном мире, где все истинно и чисто.[123 - См. перевод Кери, стр. 322, 323.]
В другом месте он говорит о том времени, когда люди не создавали потомства, но жили, как чистые духи.
Пусть те люди науки, которые склонны хохотать над этим, сами разгадают тайну происхождения первого человека.
Не желая, чтобы его избранный народ – избранный им – остался таким же погрязшим в грубом идолопоклонстве как и окружающие их массы профанов, Моисей использовал свои познания по космогоническим тайнам Пирамиды, чтобы построить на них космогонию Книги Бытия в символах и глифах. Это было более доступно умам ‘?? ??????, нежели трудно усваиваемые истины, преподаваемые образованным людям в святилищах. Он ничего не изобрел, кроме внешнего одеяния, не прибавил ни на йоту; но в этом он только следовал примеру более старых народов и посвященных. Если он одел великие истины, открытые ему его иерофантом, в весьма искусные выдуманные образы, то делал он это, идя навстречу потребностям израильтян; это жестокое племя не признало бы никакого Бога, если бы Он не был таким же антропоморфическим, как боги Олимпа; и сам он не сумел предвидеть те времена, когда высокообразованные деятели станут защищать скорлупу от плода мудрости, который рос и развивался в нем на горе Синай, когда он общался со своим личным Богом – своим божественным Я. Моисей понимал великую опасность передачи таких истин эгоистичным, так как понимал притчу о Прометее и помнил прошлое. Вот почему он завуалировал их от профанации толп и изложил их аллегорически. И вот почему его жизнеописатель говорит о нем, что когда он спускался с горы Синай,
Лицо его [Моисея] стало сиять лучами оттого, что [Бог] говорил с ним... и Моисей... положил на лице свое покрывало. [Исход, XXXIV, 29, 33]
Итак, он «положил покрывало» на лицо своего Пятикнижия, и притом до такой степени, что, придерживаясь ортодоксальной хронологии, только 3376 лет после этого события люди начали приобретать убеждение, что это «действительно покров». Это не лицо Бога или даже Иеговы, которое просвечивает; это даже не лицо Моисея, но, поистине, лица более поздних раввинов.
Не удивительно, что Климент написал в «Строматах», что:
Подобными еврейским загадкам в смысле утаивания также являются загадки египтян.[124 - V, VII.]
ОТДЕЛ VII
СТАРОЕ ВИНО В НОВЫХ СОСУДАХ
Более чем вероятно, что протестанты в дни Реформации ничего не знали об истинном происхождении христианства или, выражаясь яснее и вернее, о латинской церковности. Также маловероятно, что Греческая церковь знала много об этом, так как разделение между этими двумя церквями происходило в то время, когда в борьбе за политическую власть Латинская церковь старалась обеспечить любою ценою союз с высокообразованными честолюбивыми и влиятельными язычниками, пока у тех была охота принять внешнюю видимость новой веры, лишь бы самим удержаться у власти. Нет надобности напоминать читателю подробно о той борьбе, хорошо известной каждому образованному человеку. Несомненно, что высококультурные гностики и их вожди – такие люди, как Сатурнил, бескомпромиссный аскет, как Маркион, Валентин, Василид, Менандр, и Церинт – не были заклеймены позором (сегодняшнею) Латинскою церковью за то, что они были еретиками, или за то, что их учения и деяния были действительно «ob turpitudinern portentosam nimium et horribilem», «чудовищными и отвратительными», как Бароний высказывается об учении Гарпократа, но просто потому, что они знали слишком много фактов и правды. Кеннет Р. X. Маккензи правильно замечает:
Они были заклеймены позднейшей Римской церковью, потому что пришли в столкновение с более чистой церковью христианства, владение которой было незаконно захвачено епископами Рима, но источник которой хранит преданность к основателю в первоначальной православной Греческой церкви.[125 - «The Royal Masonic Cyclopaedia», «Гностицизм».]
Не желая принимать на себя ответственность за необоснованные предположения, пишущая эти строки считает самым разумным доказать этот вывод неоднократными личными и вызывающими признаниями ярого римско-католического писателя; очевидно это деликатное задание было поручено ему Ватиканом. Маркиз де Мирвиль совершает отчаянные усилия, чтобы в интересах католицизма объяснить определенные замечательные открытия в археологии и палеографии, хотя церковь разумно оставлена в стороне от этого спора и защиты. Это неотрицаемо доказывается его полновесными томами, адресованными Французской Академии между 1803 и 1865 гг. Ухватившись за предлог, что нужно обратить внимание материалистически настроенных «Бессмертных» на «эпидемию спиритуализма», вторжение в Европу и Америку бесчисленных полчищ сатанинских сил, он направляет свои усилия к тому, чтобы доказать то же самое путем приведения полных родословных и теогоний христианских и языческих божеств и проведением между ними параллелей. Все такие удивительные сходства и тождественности только «кажущиеся и поверхностные», уверяет он читателя. Христианские символы и даже действующие лица, Христос, Святая Дева, ангелы и святые, он говорит им, были олицетворены бесами ада за сотни лет до того, чтобы дискредитировать вечную истину своими безбожными копиями. Посредством своего знания будущего, дьяволы предвидели события, «открыв секреты ангелов». Языческие божества, все эти солнечные боги, называемые Сотэрами – Спасителями – родившиеся от беспорочных матерей и умирающие насильственной смертью, были только Феруэрами [126 - В «Феруэрах» и «Дэвах» Якоби (Буквы Ф. и Д.) слово «феруэр» объяснено следующим образом: Феруэр есть часть живого существа (человека или животного), образом которого он является и которого он переживает. Это Ноус греков и поэтому божественен и бессмертен, следовательно, едва ли он может быть Дьяволом или сатанинской копией, каким его хочет представить де Мирвиль (см. «Memoires de l'Academie des Inscriptions», том XXXVII, стр. 623, и гл. XXXIX, стр. 749). Фуше опровергает его целиком. Феруэр никогда не был «принципом чувствований», но всегда относился к наиболее божественной и чистой части человеческого эго – к духовному принципу. Анкетил говорит, что Феруэр есть чистейшая часть человеческой души. Персидский дэв есть антитезис Феруэра, так как дэв был преображен Зороастром в Гения Зла (отсюда христианский Дьявол), но даже дэв лишь конечен, ибо овладев человеческой душой путем незаконного захвата, ему придется оставить ее в великий день Воздаяния. Дэв становится одержателем души покойника в течение трех дней, когда душа скитается около того места, где она насильно была отделена от тела; Феруэр же поднимается в царство вечного Света. Это была неудачная идея, которая заставила благородного маркиза де Мирвиля вообразить, что Феруэр есть «сатанинская копия» с божественного оригинала. Называя всех богов язычников – Аполлона, Озириса, Брахму, Ормазда, Бэла и т. д. «Феруэрами Христа и главных ангелов», он только выставляет Бога и ангелов, которых он хотел бы почтить, ниже языческих богов, как человек по отношению к своей Душе и Духу ниже их; ведь Феруэр есть бессмертная часть смертного существа, образом которого он является и которого он переживает. А может быть этот бедный автор несознательно пророчествует, и Аполлон, Брахма, Ормазд, Озирис и т. д. – будучи вечными космическими истинами – предназначены пережить и заменить собою мимолетные выдумки о Боге, Христе и ангелах Латинской церкви!] – как их называли зороастрийцы – демоническими копиями-предшественниками (copies anticipеes) грядущего Мессии.
Опасность узнавания таких facsimiles, действительно, в последнее время угрожающе возросла. Она грозно витает в воздухе, нависая, как Дамоклов меч, над церковью со дней Вольтера, Дипи и других писателей по той же части. Открытия египтологов, нахождения ассирийских и вавилонских домоисеевых реликвий с легендой Моисея,[127 - См. «Babylon» Георга Смита и другие труды.] и в особенности многие рационалистические труды, опубликованные в Англии, например, «Supernatural Religion», сделали узнавания неизбежными. Отсюда и появление протестантских и римско-католических писателей, назначенных объяснить необъяснимое, примирить факт божественного откровения с той тайной, что божественные персонажи, обряды, догмы и символы христианства были так часто тождественны с персонажами, обрядами, символами, догмами нескольких великих языческих религий. Первые – протестантские защитники – пытались объяснить это на основании «пророческих предвещающих идей»; латинисты же, такие как де Мирвиль – путем изобретения двойного комплекта ангелов и богов; один – божественный и истинный, другой же, более ранний – «копии, опередившие оригиналы», результат ловкого плагиата Дьявола. Протестантская военная хитрость стара, но уловка католиков так стара, что о ней забыли и потому она как новая. «Monumental Christianity» и «A Miracle in Stone» д-ра Лунди относятся к попыткам первых. «Pneumatologie» де Мирвиля – ко вторым. В Индии и Китае каждая такая попытка со стороны шотландских и других миссионеров оканчивается хохотом и не приносит вреда; но план, придуманный иезуитами, более серьезный. Поэтому тома де Мирвиля имеют большое значение, так как они исходят из источника, который бесспорно имеет в своем распоряжении величайшую ученость века, усиленную всею хитростью и казуистикой, на какую только способны сыны Лойолы. Маркизу де Мирвилю, по-видимому, помогали проницательнейшие умы, находящиеся на услужении Рима.
Он начинает не только с признания справедливости всего вменяемого в вину Латинской церкви в отношении оригинальности ее догм, но как бы радуется в предвкушении заранее таких обвинений, ибо он указывает на все догмы христианства, как уже существовавшие в языческих ритуалах древности. Он пропускает целый пантеон языческих божеств и показывает в каждом что-нибудь, что придает ему сходство с персонажами Троицы и Марией. Едва ли найдется тайна, догма или ритуал Латинской церкви, которые не были бы показаны, как «пародированные Curvati» – «Изогнутыми», Дьяволами. И когда все это признано и объяснено – символоги должны бы замолчать. И так оно и произошло бы, если бы не было материалистических критиков, которые отрицают такое всемогущество Дьявола в этом мире. Ибо, если Рим признает эти подобия, то тем же он претендует на право суждения о том, где истинный и где ложный аватар, где настоящий и где ненастоящий Бог, где оригинал и где копия, хотя копия предшествовала оригиналу на многие тысячелетия.
Наш автор продолжает доказывать, что каждый раз, когда миссионеры пытаются обратить в свою веру идолопоклонника, им неизменно отвечают:
Мы имели своего Распятого раньше вас. Что вы хотите нам доказать? [128 - Это настолько же фантастично, насколько произвольно. Где же те индусы и буддисты, которые говорят о своем «Распятом»?] Опять-таки, какая нам польза отрицать таинственную сторону этой копии под предлогом, что согласно Веберу все нынешние «Пураны» являются переделками более старых, так как здесь мы имеем в персонажах того же порядка положительное предшествование, которое никто никогда и не подумает оспаривать.[129 - Указанное издание, IV, 237.]
И автор приводит примеры Будды, Кришны, Аполлона и т. д. Признав все это, автор избегает затруднения вот как:
Однако отцы церкви, которые узнавали свое собственное имущество под всеми такими овечьими шкурами... зная с помощью Евангелия... все уловки мнимых духов света; эти отцы, мы говорим, размысливши над решительными словами «все, кто когда-либо приходили до Меня, суть грабители» [Иоанн, X, 8], не усомнились в опознавании оккультной силы за работой, заранее заданного и сверхчеловеческого направления ко лжи, этого общего атрибута и окружения всех этих ложных богов народов; «omnes dii gentium daemonia (elilim)» [Псалтырь, XCV].[130 - Там же, 250.]
Пользуясь такой политикой, все становится легко. Нет ни одного яркого сходства, нет ни одной полностью доказанной тождественности, с которой нельзя бы разделаться подобным образом. Вышеприведенные, жестокие, эгоистичные, самого себя прославляющие слова, вложенные Иоанном в уста Того, кто сам был олицетворением кротости и милосердия, никогда не могли быть произнесены Иисусом. Оккультисты возмущенно отвергают это обвинение и готовы защитить этого человека, хотя бы перед Богом, указав, откуда взяты слова, заимствованные автором четвертого Евангелия. Они взяты целиком из «Пророчеств» в «Книге Еноха». Чтобы доказать этот факт, можно привести свидетельство ученого библейского исследователя архиепископа Лауренса, и автора книги «Evolution of Christianity», который редактировал перевод. На последней странице введения к «Книге Еноха» мы находим следующий абзац:
Притча об овце, вызволенной добрым Пастырем от наемных охранителей и свирепых волков очевидно заимствована четвертым евангелистом из «Книги Еноха», LXXXIX, в которой автор описывает пастухов, которые убивают и истребляют овец перед приходом их Господина, и таким образом раскрывает истинное значение непонятного до сих пор места в притче Иоанна – «Все, кто когда-либо приходили до Меня, суть воры и грабители» – это слова, в которых мы теперь усматриваем явное указание на аллегорических пастухов Еноха.
Поистине «явное», и кроме того еще что-то. Ибо если Иисус произнес эти слова в смысле ему приписываемом, то, должно быть, он читал «Книгу Еноха» – чисто каббалистический, оккультный труд и, следовательно, признавал достоинство и ценность этого трактата, который его церкви теперь объявили апокрифическим. Более того, он не мог не знать, что эти слова принадлежали древнейшему ритуалу посвящения.[131 - «В.: Кто стучит в дверь?О.: Добрый коровий пастух.В.: Кто предшествовал тебе?О.: Три грабителя.В.: Кто следует за тобою?О.: Трое убийц», и т. д. и т. д.Вышеприведенное представляет беседу, которая происходила между жрецами-посвятителями и кандидатами на посвящение в течение мистерий разыгрываемых в древнейших святилищах Гималайских твердынь. Эта церемония и доныне все еще совершается в одном из древнейших храмов в уединенном месте Непала. Она ведет свое начало из мистерий первого Кришны, перешла к Первому Тиртханкару, и закончилась у Будды; ее называют ритуалом Курукшетры, так как она разыгрывается в память великой битвы и смерти божественного адепта. Это не масонство, но посвящение в оккультные учения этого героя – чистый оккультизм.] А если он не читал его, и эта сентенция принадлежит Иоанну или кому бы то ни было другому, который написал четвертое Евангелие, тогда как можно положиться на подлинность других изречений и притч, приписываемых христианскому Спасителю?
Поэтому объяснение де Мирвиля неудачно. Все другие доказательства, выдвигаемые церковью, чтобы доказать адскую сущность древних и дохристианских подражателей, могут быть опровержены столь же легко. Может быть это неудачно, но тем не менее, это факт – Magna est veritas et prevalebit.
Вышеизложенное является ответом оккультистов двум партиям, которые беспрестанно обвиняют их: одна – в «суеверии», другая – в «колдовстве». Тем из наших братьев, которые являются христианами и попрекают нас за обязательство сохранять тайну, налагаемое на восточных чела, с непременным при этом упоминанием, что их собственная «Книга Бога» является «открытой книгой» для всех, чтобы они могли «читать, понимать и быть спасенными», – тем мы ответим просьбой изучить то, что мы только что изложили в этом разделе и затем опровергнуть, если могут. В наши дни мало осталось таких, кто все еще готовы уверять своих читателей, что Библия имела
Бога своим автором, спасение своей целью, и истину без всяких примесей ошибок в качестве материала.
Если бы теперь Локку задали этот вопрос, он возможно, не захотел бы повторить опять, что Библия
вся чиста, вся искренна, ничего в ней нет лишнего, ничего нет недостающего.
Библия, чтобы не показать, что она представляет собою как раз полную противоположность всего этого, чрезвычайно нуждается в истолкователе, знакомом с учениями Востока в таком виде, как они изложены в его сокровенных томах; также теперь, после перевода архиепископом Лауренсом «Книги Еноха», небезопасно цитировать Каупера и уверять нас, что Библия
... свет дает каждому веку,
Дает, но ничего не заимствует.
ибо она заимствует, и притом очень значительно, особенно по мнению тех, кто, будучи неосведомленными о ее символическом значении и всеобъемлемости истин, лежащих в ее основе и сокрытых в ней, – способны судить о ней только по внешности ее мертвой буквы. Она – великая книга, шедевр, состоящий из искусных остроумных мифов, содержащих в себе великие истины; но она раскрывает эти истины только перед теми, кто подобно посвященным обладает ключом к ее внутреннему значению; это сказание, высокое по своей нравственности и поучительности, и все же сказание и аллегория; это сборник выдуманных персонажей в своих более старых еврейских частях, и сборник затемненных изречений и иносказаний в позднейших добавлениях, и поэтому совершенно вводящий в заблуждение каждого, кто не знает его эзотеризма. Кроме того, это ничто иное, как астролатрия и сабеизм, которые обнаруживаются в Пятикнижии при эзотерическом чтении его, и – архаическая наука и астрономия в весьма убедительной степени при истолковании эзотерическом.
ОТДЕЛ VIII
КНИГА ЕНОХА – ИСТОЧНИК И ОСНОВАНИЕ ХРИСТИАНСТВА
В то время как евреи или, вернее, их синагоги, придавали большое значение «Меркаве», они отвергали «Книгу Еноха»; или потому, что она не была с самого начала включена в еврейский Канон, или же, как думал Тертуллиан, эта книга была
Отвергнута евреями подобно тому, как они отвергли все другие священные писания, где говорилось о Христе.[132 - «Книга Еноха», перевод архиепископа Лауренса. Введение, стр. V.]
Но ни одна из этих причин не была действительной. Синедриону нечего было с нею делать, просто потому, что этот труд больше относился к магии, чем к чистой каббалистике. Нынешние богословы как Латинской, так и Протестантской церкви относят его к апокрифическим произведениям. Тем не менее, Новый Завет, в особенности «Деяния Апостолов» и «Послания», изобилует идеями и доктринами, ныне принятыми и установленными в качестве догм непогрешимой Римской и другими церквями, и даже целыми фразами, целиком взятыми из Еноха или «псевдо-Еноха», который писал под этим именем на арамейском или сирийско-халдейском языке, как утверждает епископ Лауренс, переводчик эфиопского текста.
Эти плагиаты настолько бросающиеся в глаза, что автор книги «Эволюция христианства», который редактировал перевод епископа Лауренса, был вынужден сделать несколько многозначительных замечаний в своем введении. По доказательствам, вытекающим из существа книги,[133 - «Книга Еноха» была неизвестна в Европе в течение тысячи лет, когда Брюс нашел несколько экземпляров ее на эфиопском языке в Абиссинии; в 1821 году архиепископ Лауренс перевел ее с текста, имеющегося в Бодлеанской библиотеке Оксфорда.] установлено, что она была написана в дохристианский период (за два или за двадцать веков до Р. X., это не имеет значения). Как этот редактор правильно указывает, она есть
Или вдохновенное предсказание великого еврейского пророка, предсказывающего с чудесной точностью будущее учение Иисуса из Назарета, или семитическая выдумка, из которой последний заимствовал Свои концепции о триумфальном возвращении Сына человеческого, чтобы воссесть на свой законный трон среди возрадовавшихся святых и трепещущих грешников, ожидающих или вечного счастья или вечного огня, будь эти небесные видения приняты за человеческие или божественные, они оказывали такое огромное влияние на судьбы человечества в течение почти двух тысяч лет, что чистосердечные и беспристрастные искатели религиозной истины не могут больше откладывать исследований связей «Книги Еноха» с откровением или эволюцией христианства.[134 - Там же, стр. XX.]
«Книга Еноха» —
Также хранит записи по сверхъестественному управлению стихиями через деятельность отдельных ангелов, имеющих власть над ветрами, морем, градом, морозом, росой, вспыхиваниями молний и громовыми раскатами. Также даны имена главных падших ангелов, среди которых мы узнаем некоторые из незримых сил, названных по имени в (магических) заклинаниях, написанных на терракотовых чашах еврейско-халдейских вызываний.[135 - Здесь же.]
На этих чашах мы также находим слово «Аллилуйя», доказывающее,
Слово, которым сиро-халдеи пользовались в заклинаниях, через превратности судьбы языка стало теперь тайным паролем современных возрожденцев.[136 - Там же, стр. XIV, примечание.]
После этого редактор приводит пятьдесят семь стихов из различных частей «Евангелий» и «Деяний» с аналогичными отрывками из «Книги Еноха» и говорит:
Внимание богословов было сосредоточено на отрывках «Послания Иуды», так как автор особо называет имя пророка, но совокупность языковых совпадений и идей у Еноха и авторов писаний Нового Завета, которые раскрылись в аналогичных цитатах при нашем сопоставлении, ясно указывает, что этот труд семитического Мильтона служил неисчерпаемым источником, из которого евангелисты и апостолы, или те люди, которые писали под их именами, заимствовали свои концепции о воскресении, суде, бессмертии, гибели грешников и всеобщем царствии праведности под вечным правлением Сына человеческого. Евангельский плагиат достигает своей кульминационной точки в Откровении Иоанна, который приспосабливает видения Еноха к христианству с видоизменениями, в которых мы уже не находим величавой простоты великого мастера апокалиптического предсказания, который пророчествовал от имени допотопного патриарха.[137 - Там же, стр. XXXV.]
Соблюдая честность по отношению к истине, следовало бы, по крайней мере, выдвинуть гипотезу, что «Книга Еноха» в ее нынешнем виде представляет собою просто копию – с многочисленными дохристианскими и послехристианскими добавлениями и вставками – с гораздо более старых текстов. Современные исследования уже настолько продвинулись, что привели к открытию, что в главе LXXI, Енох делит день и ночь на восемнадцать частей и представляет длиннейший день в году, состоящим из двенадцати из этих восемнадцати частей, тогда как день длиною в шестнадцать часов не может иметь место в Палестине. Переводчик архиепископ Лауренс по этому поводу говорит так:
Область, в которой жил автор, должна быть расположена не ниже сорока пяти градусов северной широты, где самый длинный день длится пятнадцать с половиной часов, и не выше сорока девяти градусов, где самый длинный день равняется точно шестнадцати часам. Это относит страну, где он писал, на высоту, по меньшей мере, северных районов Каспийского и Эвксинского морей... автор «Книги Еноха» был, возможно, членом одного из племен, которые Салманасар увел и поместил «в Хале и Габоре у реки Гошен, и в городах Мидии».[138 - Там же, стр. XIII.]
В дальнейшем признается, что:
Нельзя сказать, что доказательства, вытекающие из сути дела, свидетельствуют о превосходстве Ветхого Завета над «Книгой Еноха». ... «Книга Еноха» утверждает предсуществование Сына человеческого. Избранника, Мессии, который «с начала существовал втайне,[139 - Седьмой Принцип, первая Эманация.] и имя которого было названо в присутствии Господа Духов до того, как были сотворены солнце и знаки». Автор также ссылается на «другую Силу, которая была на Земле над водами в тот день» – очевидный намек на язык Книги Бытия, I, 2.[140 - Там же, стр. XXXVII и XL.] (Мы утверждаем, что это также подходит к индусскому Нараяне – «витающему над водами».) Таким образом мы имеем Господа Духов, Избранника, и третью Силу, которые, по-видимому, предвещают эту Троицу (так же как и Тримурти) будущего; но хотя Еноховский идеальный Мессия, несомненно, оказал значительное влияние на первичные концепции о божественности Сына человеческого, нам не удается отождествить его неясный намек на другую «Силу» с верой в догмат Троицы александрийской школы, тем более, что «ангелы силы» изобилуют в видениях Еноха.[141 - Там же, стр. XL и LI.]
Едва ли оккультист не опознал бы названной «Силы». Редактор, заканчивая свои замечательные рассуждения, добавляет:
До сих пор мы узнаем, что «Книга Еноха» была опубликована до христианской эры неким великим Неизвестным семитического (?) племени, который, считая себя вдохновенным в послепророческом веке, заимствовал имя допотопного патриарха,[142 - Который символизирует «Солнечный» или манвантарный Год.] чтобы удостоверить свое собственное восторженное предсказание о царстве Мессии. А так как содержание этой чудесной книги свободно входит в состав Нового Завета, то из этого следует, что если автор не был вдохновенным пророком, который предсказал учения христианства, то он был восторженным визионером, чьи иллюзии были приняты евангелистами и апостолами, как откровения – вот два альтернативных заключения, которые сопряжены с вопросом божественного или человеческого происхождения христианства.[143 - Там же, стр. XLI, XLII.]
По словам этого же редактора, в результате всего этого получилось:
Открытие, что язык и идеи предполагаемого откровения обнаружены в ранее существовавшем Труде, принятом евангелистами и апостолами за вдохновенный, но причисленном современными богословами к апокрифическим произведениям.[144 - Там же, стр. XLVIII.]
Этим также объясняется неохота достопочтимых библиотекарей Бодлеанской библиотеки опубликовать эфиопский текст «Книги Еноха».
Пророчества «Книги Еноха» действительно пророческие, но они были предназначены и охватывают повествование о событиях только пяти Рас из семи – все что относится к двум последним, держится в тайне. Поэтому замечание, сделанное редактором английского перевода о том, что
Глава XXII заключает в себе ряд пророчеств, простирающихся со времени самого Еноха приблизительно еще на тысячу лет после нашего нынешнего поколения,[145 - Там же, стр. XXIII.]
ошибочно. Эти пророчества простираются до конца нашей нынешней Расы, а не просто еще на «тысячу лет» вперед. Очень правильно, что:
В системе принятой (христианами) хронологии один день (иногда) символизирует сотню лет, а неделя – семьсот лет.[146 - Здесь же.]
Но это произвольная и нереальная система, принятая христианами для того, чтобы сделать библейскую хронологию соответствующей фактам или теориям, и не представляет подлинной мысли. «Дни» символизируют неопределенные периоды боковых рас, а «недели» – суб-рас: коренные расы упоминались таким обозначением, которое даже невозможно найти в английском переводе. Кроме того, предложение в конце 150 страницы:
Впоследствии, на четвертой неделе... увидят святых и праведных, установится порядок поколения за поколением,[147 - ХСII, 9.]
совсем неправильно. В оригинале стоит: «порядок поколения за поколением установился на Земле», и т. д.; то есть после того, как первая человеческая раса, порожденная истинно человеческим образом, родилась в третьей коренной расе – что совершенно меняет значение. Значит все, что дано в переводе – так же, вероятно, как и в эфиопском тексте, ибо копии очень переделаны – о событиях, которые должны произойти в будущем, в первоначальной халдейской рукописи, как нам известно, было изложено в прошедшем времени, и является не пророчеством, а повествованием о событиях, которые уже совершились. Когда Енох начинает «говорить по книге»,[148 - Там же, ХСII, 1.] он читает описание, данное великим Провидцем, и эти пророчества не его собственные, а идут от этого Провидца. Енох или Енойхион означает «внутренний глаз» или Провидец. Таким образом каждый пророк или адепт может быть назван «Енойхионом», не становясь при этом псевдо-Енохом. Но здесь тот Провидец, который составил данную «Книгу Еноха», ясно указан, как читающий из книги:
Я родился седьмым в первую неделю (седьмая ветвь или боковая Раса первой суб-расы, после того, как началось физическое рождение, а именно – в третьей коренной расе) ... Но после меня, во второй неделе (во второй суб-расе) возникнет (вернее – возникла) великая злобность, и на этой неделе наступит конец первой, в которой человечество будет в безопасности. Но когда первая закончится, враждебность будет возрастать.[149 - Там же, ХСII, 4-7.]
Так, как переведено, это не имеет смысла. Так, как изложено в эзотерическом тексте, это просто означает, что первая коренная раса должна прийти к своему концу в течение второй суб-расы третьей коренной расы, в период которой человечество будет в сохранности. Все это не имеет никакого отношения к библейскому Потопу, 10-й стих говорит о шестой неделе (шестой суб-расе третьей коренной расы), когда
Все те, кто в ней, потемнеют; сердца их станут забывчивыми к мудрости (божественное знание будет угасать) и в ней возвысится один человек.
По каким-то таинственным собственным причинам, истолкователи считают этим «человеком» Навуходоносора; в действительности он – первый иерофант чисто человеческой Расы (после аллегорического Падения в зарождение), избранный для сохранения угасающей мудрости дэвов (ангелов или элохимов). Он – первый «Сын Человеческий», это таинственное имя давалось божественным посвященным первой человеческой школы Мануши (людей), на самом закате третьей коренной расы. Его также называли «Спасителем», так как Он был тем, кто вместе с другими иерофантами спасали Избранных и Совершенных от геологического пожара, оставляя на погибель в катаклизме Завершения [150 - При завершении каждой коренной расы наступает катаклизм, посредством огня или воды по очереди. Немедленно после «Падения в зарождение», отбросы третьей коренной расы – те, кто впали в чувственность, отпав от учения божественных наставников – были уничтожены, после чего возникла четвертая коренная раса, в конце которой произошел последний Потоп. (См. «Сыновья Бога», упомянутые в «Разоблаченной Изиде», I, гл. 14.)] тех, кто позабыли первоначальную мудрость, погрузившись в половую чувственность.
И в течение завершения ее («шестой недели», или шестой суб-расы) он сожжет дом главенства (половину земного шара или населенный в то время континент) огнем, и вся раса избранного корня будет рассеяна.[151 - Там же, ХСII, II.]
Вышеприведенное относится к избранным посвященным, и совсем не к евреям, к предполагаемому избранному народу, или к вавилонскому плену, как истолковывают христианские богословы. Принимая во внимание, что мы находим Еноха, или его увековечивателя, упоминающим выполнение «приговора над грешниками» в нескольких различных неделях,[152 - Там же, ХСII, 7, II, 13, 15.] говоря, что «все труды неверующих исчезнут с лица земли», в течение этого четвертого времени (четвертой Расы) – то это никак не может быть приложимо к одному единственному Потопу Библии, и тем более к Плену.
Поэтому отсюда вытекает, что так как «Книга Еноха» охватывает пять Рас манвантары и дает несколько намеков на последние две, то она не содержит «Библейских пророчеств», но просто факты, взятые из сокровенных книг Востока. Кроме того, редактор признается, что:
Предшествующие шесть стихов, т. е. 13, 14, 15, 16, 17 и 18, взяты из промежутка между 14 и 15 стихами девятнадцатой главы, где их можно найти в рукописи.[153 - Там же, примечание, стр. 152.]
Этой произвольной перестановкой он сделал путаницу еще более запутанной. Все же он вполне прав, говоря, что доктрины «Евангелий» и даже Ветхого Завета были взяты целиком из «Книги Еноха», ибо это настолько же очевидно, как солнце на небе. Все Пятикнижие целиком было приспособлено так, чтобы оно совпадало с фактами, данными там, и этим объясняется, почему евреи отказались дать место этой книге в своем Каноне, точно так же, как впоследствии христиане отказались допустить ее в число своих канонических трудов. Тот факт, что апостол Иуда и многие из отцов христианства ссылаются на нее, как на откровение и священную книгу, однако, является превосходным доказательством, что ранние христиане признавали ее; среди них самые ученые – к примеру, Климент Александрийский – понимали христианство и его доктрины совсем в другом свете, как их современные последователи, и рассматривали Христа под таким аспектом, который оценить по достоинству могут только оккультисты. Ранние назареи и хрестиане, как их называет Юстин Мученик, были последователями Иисуса, истинного Хрестоса и Христоса посвящения; тогда как современные христиане, в особенности западные, могут быть папистами, греками, кальвинистами, или лютеранами, но едва ли их можно назвать христианами, т. е. последователями Иисуса, Христа.
Итак, «Книга Еноха» целиком символична. Она повествует об истории человеческих Рас и их ранней связи с теогонией, причем символы смешиваются с астрономическими и космическими тайнами. Однако одной главы не хватает в записях о Ное (как в Парижской, так и в Бодлеанской рукописи), а именно, главы LVIII в разделе X; ее невозможно было переделать и потому она должна была исчезнуть, от нее остались лишь искаженные отрывки. Сон о коровах, черных, красных, и белых телках относится к первым Расам, к их разделению и исчезновению. Глава LXXXVIII, в которой один из четырех ангелов «пошел к белым коровам и учил их тайне», после чего появившаяся тайна «стала человеком», относится к а) первой группе, развившейся от первобытных арийцев, и б) к так называемой «тайне Гермафродита», имеющей отношение к рождению первых человеческих Рас такими, какие они теперь. Известный обряд в Индии – обряд, который сохранился в этой патриархальной стране до сих пор, известный как прохождение, или рождение, через корову – церемония, которой подвергаются те из низших каст, которые желают стать брахманами – ведет свое начало из этой тайны. Пусть любой восточный оккультист с большим вниманием прочтет вышеупомянутую главу в «Книге Еноха» и он найдет, что «Господь Овец», в котором христиане и европейские мистики видят Христа, есть иерофант Жертва, чье имя на санскритском языке мы не осмеливаемся выдать. И опять, в то время как западные церковники усматривают в «овцах и волках» египтян и израильтян, все эти животные, в самом деле, имеют отношение к испытаниям неофита и тайнам посвящения, будь то Индия или Египет, и страшнейшему наказанию, навлекаемому на себя «волками» – теми, кто безрассудно раскрывают то, что должны знать только Избранные и «Совершенные».
Христиане, которые благодаря более поздним вставкам,[154 - Эти вставки и изменения обнаруживаются почти во всех случаях, где фигурируют числа, в особенности, когда появляются числа одиннадцать и двенадцать, так как все их (христиане) постарались подогнать так, чтобы они были увязаны с количеством Апостолов, Племен и Патриархов. Переводчик эфиопского текста – архиепископ Лауренс – приписывает их «ошибкам переписчика» каждый раз, когда два текста, Парижский и Бодлеанский, расходятся. Мы боимся, что в большинстве случаев это не ошибки.] усмотрели в этой главе тройное пророчество, относящееся к Потопу, Моисею и Иисусу, ошибаются, так как в действительности она имеет непосредственное отношение к наказанию, гибели Атлантиды и воздаянию за неблагоразумие. «Господь Овец» есть карма, а также «глава иерофантов», верховный посвятитель на Земле. Он говорит Еноху, который умоляет его спасти водителей овец, чтобы их не пожрали хищные звери:
Я сделаю так, чтобы мне было перечислено все... скольких они предали уничтожению и... что они будут делать; поступят ли они так, как я им приказал или нет.
Однако об этом они не должны знать; также не должен ты им что-либо объяснять, и не должен ты их бранить, но должен быть счет подведен под все разрушения, совершенные ими в свое время.[155 - Там же, LXXXVIII, 99, 100.]
... И молча, радуясь, он смотрел, как они были пожраны проглочены, унесены, и оставил их зверям в пищу...[156 - Там же, 94. Вскоре будет показано, как этот отрывок привел к очень любопытному открытию.]
Те, у кого создалось впечатление, что оккультисты какого-либо народа отвергают Библию в ее первоначальном тексте и значении – не правы. Это было бы то же самое, что отвергать «Книги Тота», халдейскую «Каббалу» или самую «Книгу Дзиан». Оккультисты отвергают только односторонние истолкования и человеческий элемент в Библии, которая является настолько же оккультным и потому священным трудом, как и другие. И, действительно, ужасно наказание всех тех, кто преступают дозволенные границы тайных откровений. От Прометея до Иисуса, и от него до высочайшего адепта, как и до самого нижайшего ученика каждому раскрывателю тайн пришлось стать Хрестосом, «человеком скорбей» и мучеником. «Остерегайся», сказал один из величайших Учителей, «раскрывать Тайну вне стоящим», – профанам, саддукеям и неверящим. История свидетельствует, что все великие иерофанты: Будда,[157 - В светской истории, как она изложена у Варфоломея Сент-Илера, Гаутама Будда умирает в преклонном возрасте восьмидесяти лет, он уходит из жизни исполненный мира, со всею ясностью великого святого. Не так гласит эзотерическое и правильное истолкование, которое раскрывает истинный смысл светского и аллегорического повествования, по которому Гаутама Будда, умирает очень непоэтически от свинины, щедро приготовленной для него Цондой. Каким образом человек, который проповедовал, что убийство животных есть величайший грех, и который сам был совершенным вегетарианцем – как мог такой человек умереть от свинины, это вопрос, который никогда не задавали наши востоковеды, хотя некоторые из них сделали из этого предполагаемого события большую забаву (как и до сих пор поступают многие милосердные миссионеры в Цейлоне). Просто истина та, что упомянутые рис и свинина чисто аллегорические. Рис символизирует «запретный плод», подобно «яблоку» Евы, и означает оккультное знание у тибетцев и китайцев; «свинина» – брахманические учения, так как Вишну в своем первом аватаре принял образ вепря, чтобы поднять землю на поверхность вод пространства. Потому не от «свинины» умер Будда, а от того, что выдал несколько брахманских тайн, после чего, увидя, какие плохие последствия своей выдачей тайн он навлек на некоторых недостойных людей, предпочел вместо перехода в нирвану покинуть земное тело и все еще оставаться в сфере живых, чтобы помогать человечеству двигаться вперед. Вот откуда его постоянные перевоплощения в иерархии Далай-лам и Таши-лам, среди других щедрот. Таково эзотерическое объяснение. Более полно жизнь Гаутамы будет обсуждаться в дальнейшем.] Пифагор, Зороастр, большинство великих гностиков, основателей своих соответственных школ, а в нашу более современную эпоху – ряд философов Огня, розенкрейцеров и адептов – закончили свои жизни насильственной смертью. Все они показаны – попросту или в виде аллегории – как понесшие наказание за те откровения, которые они совершили. Читателю-профану это может показаться лишь совпадением. Для оккультиста же смерть каждого «Учителя» важна и кажется полной значения. Где же мы найдем в истории, чтобы «Вестник», великий или малый, посвященный или неофит, который, после того, как он стал носителем какой-либо до сих пор сокрытой истины или истин, не был бы распят и разорван на куски «собаками» зависти, злобы и невежества? Таков ужасный оккультный закон; и тот, кто не ощущает, что у него львиное сердце, чтобы презреть дикий лай, и душа голубя, чтобы простить бедных невежественных глупцов, – пусть тот откажется от священной науки. Чтобы быть успешным, оккультист должен быть бесстрашным, должен храбро встречать опасности, бесчестие и смерть, быть полным прощения и молчать о том, чего нельзя выдавать. Те, кто напрасно трудились в этом направлении, должны в наши дни ждать – как учит «Книга Еноха» – «до тех пор, пока злодеи не будут истреблены» и власть злых уничтожена. Незаконно для оккультиста стремиться к мести или даже жаждать ее; пусть он
Ждет, пока грех не исчезнет; ибо их (грешников) имена будут вычеркнуты из священных книг (астральных записей), их семя будет уничтожено и их души убиты.[158 - Там же, CV, 21.]
Эзотерически Енох есть первый «Сын человеческий», а символически – первая суб-раса пятой коренной расы.[159 - В Библии [Бытие, IV и V] имеются три отдельных Еноха (Каноха или Ханоха) – сын Каина, сын Сета и сын Иареда; но все они идентичны и двое из них упомянуты только с целью ввести в заблуждение. Даны годы лишь последних двух, первый оставлен без внимания.] И если его имя, будучи применено как числовой и астрономический глиф, дает значение солнечного года или 365, в соответствии с веком, приписанным ему в Книге Бытия, то это потому, что, будучи седьмым, он, ради оккультных целей, является олицетворенным периодом двух предшествующих Рас с их четырнадцатью суб-расами. Поэтому он показан в этой книге, как великий дед Ноя, который в свою очередь, является олицетворением человечества пятой, борющегося с человечеством четвертой коренной расы; то был тот великий период раскрытых и профанированных Тайн, когда «сыны Бога» пришли на землю и взяли себе в жены человеческих дочерей и учили их секретам ангелов; другими словами – когда «разумом рожденные» люди третьей Расы смешались с людьми четвертой и божественная наука постепенно была низведена людьми в колдовство.
ОТДЕЛ IX
ГЕРМЕТИЧЕСКИЕ И КАББАЛИСТИЧЕСКИЕ ДОКТРИНЫ
Космогония Гермеса так же завуалирована, как система Моисея, только по своей внешности она гораздо больше гармонирует с доктринами сокровенных наук и даже с современной наукой. Трижды великий Трисмегист говорит: «Рука, которая изваяла мир из бесформенной предсуществовавшей материи, не есть рука»; на что Книга Бытия отвечает: «Мир был создан из ничего», хотя «Каббала» отрицает такое значение в первых своих строках. Каббалисты, как и индийские арийцы, никогда не признавали такого абсурда. У них Огонь или Тепло и Движение [160 - Вечное и непрекращающееся «вдыхание и выдыхание парабрахмана» или природы, вселенной в Пространстве, в течение манвантары или пралайи.] считались главными орудиями при образовании мира из предсуществовавшей Материи. Парабрахман и Мулапракрити ведантистов суть прототипы Эйн Софа и Шехины каббалистов. Адити есть оригинал Сефиры, а Праджапати являются старшими братьями сефиротов. Теория звездных туманностей современной науки со всеми ее тайнами была раскрыта в космогонии архаической доктрины; и парадоксальная, хотя и очень научная формулировка, что «охлаждение вызывает сжатие, а сжатие вызывает нагревание, потому охлаждение вызывает нагревание», показана, как главный посредник образования миров и в особенности нашего солнца и солнечной системы.
Все это содержится в небольшом объеме «Сефер Иециры», в ее тридцати двух Путях мудрости, с подписью «Jah Иегова Саваоф», для каждого, кто обладает ключом к ее сокровенному значению. Что же касается догматического или богословского истолкования первых стихов в Книге Бытия, то на него имеется ответ по существу в той же самой книге, где, говоря о Трех Материях – Воздухе, Воде и Огне, писатель описывает их, как весы, у которых
Добро на одной чаше, зло – на другой, и колеблющаяся стрелка весов между ними.[161 - Указанное издание, III, 1.]
Одно из тайных имен единого вечного и вездесущего божества было одним и тем же в каждой стране и сохранило по сей день звуковое сходство в различных языках. Аум индусов, этот священный слог, стал ’???? у греков и Aevum у римлян – Паном или Всом. «Тридцатым путем» в «Сефер Иецире» названо «собирающее понимание», так как
Им небесные адепты собирают суждения о звездах и небесных знаках, и их наблюдения орбит суть совершенство науки.[162 - Там же, 30.]
Тридцать второй и последний путь назван в ней «служащим пониманием», и так он назван потому, что является
Распорядителем всех тех, кто служит на работе семи Планет, согласно своим Сонмам.[163 - Там же, 32.]
Этой «работой» было посвящение, в течение которого выдавались все тайны, касающиеся «Семи Планет», а также тайна «Солнечного посвящения» с его семью излучениями или лучами отрезанными – слава и восторжествование помазанника, Христоса; тайна, которая вносит ясность в довольно смущающее выражение Климента: