Елена Блаватская.

Разоблаченная Изида. Том I

(страница 3 из 87)

скачать книгу бесплатно

«Один только Диоклетиан сжигал целые библиотеки с сочинениями по «тайным наукам»; ни одна рукопись, трактующая об изготовлении золота и серебра, не избегла гнева этого неотесанного тирана. <…> Языческие и христианские вандалы уничтожали такие литературные сокровища, где бы они им ни попадались; <…> император Александр Север прошел весь Египет, собирая священные книги по мистицизму и мифологии и разграбляя все храмы…»[25]25
  Блаватская Е. П. Разоблаченная Изида. Т. 1.


[Закрыть]

Отношение невежественных людей к высшим знаниям, до восприятия которых они не доросли, было давно известно тем, кто такими знаниями обладал, именно поэтому эти знания всегда были эзотерическими, то есть рассчитанными на узкий круг последователей. В святилищах и школах тайноведения в древности могли обучаться лишь избранные, наиболее подготовленные духовно и интеллектуально ученики. При этом передача знаний от учителей ученикам осуществлялась устно. Те немногочисленные фрагменты эзотерической доктрины, которые были записаны и дошли до наших дней, не отражают всей полноты древнего знания, к тому же эти источники записаны особым символическим языком, сравнимым с тайнописью, понять которую мог лишь посвященный. Именно поэтому те фрагменты эзотерической мудрости, которые дошли до наших дней в виде письменных источников, кажутся современным ученым наивными и несостоятельными. Получая посвящение от высших жрецов-иерофантов, будущий посвященный давал обет неразглашения передаваемых ему знаний, обещая не передавать их непосвященным ни в устной, ни в письменной форме.

Одним из посвященных древности был великий философ Платон. В «Разоблаченной Изиде» Е. П. Блаватская рассказывает о неизвестном современным ученым аспекте философского наследия Платона. Платон также принимал участие в мистериях и был посвящен в эзотерическое знание, в силу чего он не имел права передать потомкам в устной или письменной форме большинство из того, что знал. Это касалось и вопроса об Атлантиде. Рассказ Платона об Атлантиде Блаватская интерпретирует в «Тайной Доктрине» следующим образом: «Если гипотеза – ныне вызывающая такие сомнения и решительно отвергаемая некоторыми учеными авторами, рассматривающими это как шутку Платона, – будет когда-либо удостоверена, тогда, пожалуй, ученые поверят, что описание материка, обитаемого Богами, не было вполне басней.[26]26
  С тех пор появилось сочинение Доннели «Atlantis», и скоро действительное существование Атлантиды станет научным фактом.


[Закрыть]
И тогда они поймут, что осторожные намеки Платона и то обстоятельство, что он приписывал рассказ этот Салону и египетским жрецам, было лишь безопасным способом передать этот факт миру, и, в то же время, искусно переплетая истину с вымыслом, он не связал с собою сказание, выдача которого запрещалась ему обетами, принятыми при Посвящении».

П. Тайная Док" id="a_idm139754995179120" class="footnote">[27]27
  Блаватская Е. П. Тайная Доктрина. Т. 2.


[Закрыть]
И далее: «Платон, повторяя рассказ, переданный Солону жрецами Египта, намеренно смешивает – как поступил бы каждый посвященный – два материка и приписывает небольшому острову, который погрузился последним, все события, относившиеся к двум огромным преисторическим и традиционным материкам. <…> Платон должен знать, как и каждый посвященный Адепт, историю Третьей Расы[28]28
  Третьей расой считаются лемурийцы, четвертой – атланты. – Прим. авт.


[Закрыть]
после ее Падения, хотя, как произнесший обет молчания и тайны, он никогда не выдавал своего знания в многословии».[29]29
  Там же.


[Закрыть]

Таким образом, относительно известных ему эзотерических истин Платон оставил в своих трудах лишь намеки – не более того. Современные последователи восприняли их буквально, то есть заведомо неверно, и нашли в них повод для критики взглядов великого философа. По словам Блаватской, «непроницаемый покров тайны был наброшен на науки, преподаваемые в святилищах. Вот это и есть причина, почему наши современники осуждают древние философии. Даже Платон и Филон Иудей были обвинены многими комментаторами в абсурдных несообразностях, тогда как в самом деле схема, скрывающаяся под путаницей метафизических противоречий, так сбивающая с толку читателя «Тимея[30]30
  «Тимей» – один из диалогов Платона. – Прим. ред.


[Закрыть]
» – весьма очевидна. Но разве когда-нибудь толкователи классиков читали Платона с пониманием? Задавать такой вопрос нам дает право резкая критика, которой подвергают Платона такие писатели, как Стелбаум, Шлейермахер, Фициний (перевод с латыни), Хейндорф, Сайденхэм, Бутман, Тэйлор и Бургес, не говоря уже о меньших авторитетах. Завуалированные намеки греческих философов на эзотерические истины явно сбили с толку этих комментаторов до последней степени».[31]31
  Блаватская Е. П. Разоблаченная Изида. Т. 1.


[Закрыть]

Как мы видим, в древности принцип неразглашения эзотерических знаний соблюдался неуклонно и жестко. Но времена изменились, и в нашу сложную переходную эпоху хранители Великого Знания открыли нам его основы в книгах Блаватской и Рерихов. Значение предоставленной нам возможности – приобщиться к сокровищнице мировой мудрости – невозможно переоценить! Если в прошлые века искатели древней мудрости готовы были заплатить за свои искания жизнью, то теперь для овладения этими знаниями требуется лишь определенная степень терпения, усидчивости и труда.

Остается лишь пожелать читателю удачи в освоении основ тайной древней мудрости – квинтэссенции культурных достижений земной цивилизации.

Н. Ковалева

Введение

Книга, которая теперь выносится на суд публики, является плодом довольно близкого знакомства с восточными Адептами и изучения их науки. Она предлагается тем, кто готов воспринять истину, где бы он ни встретил ее, и защищать ее, даже глядя в прямо лицо общераспространенным предрассудкам. Это попытка помочь исследователям разглядеть жизненные принципы, лежащие в основе философских систем древности.

Книга написана со всей искренностью. Цель ее – воздать должное и говорить правду, без злобы и без предвзятости. Но она не оказывает ни снисхождения сидящему на троне заблуждению, ни уважения самозваному авторитету. Она требует уважения к оклеветанному прошлому за его достижения – уважения, которое так долго ему не воздавалось. Она требует возврата чужих одеяний владельцам и восстановления оклеветанных, но славных репутаций. Ни к какой форме поклонения, ни к какому религиозному верованию, ни к какой научной гипотезе ее критика в другом духе направлена не будет. Люди и партии, секты и школы только мотыльки-однодневки мирового дня. ИСТИНА, высоко восседающая на своей алмазной скале, одна только владычествует вечно.

Мы не верим ни в какую магию, которая превзошла бы кругозор и способности человеческого ума, ни в «чудо», божественное или дьявольское, если оно подразумевает нарушение законов природы, вечно существующих. Тем не менее, мы принимаем как правильное высказывание талантливого автора Festus,[32]32
  Здесь и далее к словам, отмеченным знаком•, даются комментарии на с. 863. – Прим. ред.


[Закрыть]
что человеческое сердце еще не выразило себя полностью и что мы никогда еще не постигали и даже не понимали степени его сил. Разве это слишком много – верить, что человеку следовало бы развивать новые чувствования и более тесную связь с природой? Логика эволюции должна научить этому, если доводить ее до законных заключений. Если где-то во время восхождения от растения до благороднейшего человека зародилась душа, одаренная разумностью, то не будет неразумным сделать вывод и поверить, что в человеке растет способность, дающая ему возможность разбираться в фактах и в истинах, превосходящих наш нынешний кругозор. Все же мы без колебаний принимаем утверждение Бифе, что «сущность всегда одна и та же». Отбиваем ли мы мрамор снаружи, двигаясь вовнутрь глыбы, скрывающей будущую статую, или же накладываем камень на камень, двигаясь изнутри наружу, пока храм не завершен, – наш новый результат есть только старая идея. Самая последняя из всех вечностей найдет свою суженую другую половину души в самой ранней.

Когда, много лет тому назад, мы первый раз путешествовали по Востоку, исследуя тайники его покинутых святилищ, два приводящих в трепет и постоянно возвращающихся вопроса угнетали наш ум: кто и что есть БОГ? Кто видел когда-нибудь бессмертный ДУХ человека и убедился таким образом в собственном бессмертии?

И когда мы были наиболее озабочены разрешением этих смущающих вопросов, – мы пришли в соприкосновение с некими людьми, обладающими таинственными силами и такими глубокими познаниями, что мы можем, поистине, назвать их мудрецами Востока. Мы чутко прислушивались к их наставлениям. Они доказали нам, что путем комбинирования науки с религией существование Бога и бессмертие человеческого духа могут быть доказаны так же, как теоремы Евклида. В первый раз мы убедились, что в философии Востока нет места ни для какой другой веры, кроме абсолютной и непоколебимой веры во всемогущество бессмертного собственного «Я» человека. Нас учили, что это всемогущество происходит от родства человеческого духа со Вселенскою Душою – Богом! Последний никогда не может быть продемонстрирован иначе, как только посредством первого. Человеческий дух доказывает существование божественного духа так же, как одна капля воды доказывает существование источника, откуда она пришла. Скажите кому-нибудь, кто никогда не видел воды, что существует океан воды, и ему придется принять это на веру или же совсем отрицать. Но пусть одна капля упадет ему на руку, и тогда он будет в состоянии сделать из этого факта все остальные выводы. И после этого он может постепенно дойти до понимания, что существует беспредельный неизмеримый океан. Ему более не будет нужна слепая вера; он заменит ее знанием. Когда видишь смертного человека, проявляющего огромные способности, управляющего силами природы и открывающего взору мир духов, то рассудительный ум потрясен убеждением, что если духовное Эго одного человека может совершить так много, то способности ДУХА-ОТЦА соответственно должны быть настолько мощней и обширней, насколько океан мощнее и обширнее одной капли. Ex nihilo nihil fit;[33]33
  Из ничего не получится ничего (лат.).


[Закрыть]
докажите существование души у человека посредством ее чудодейственных сил – и вы докажете существование Бога!

В нашей учебе нам показали, что тайны не есть тайны. Имена и места, которые для западного ума имели значение только восточных сказок, были нам показаны, как реальности. С благословением мы вступили в духе в храм Изиды, чтобы отодвинуть завесу «того, кто есть, был и будет» в Саисе; чтобы заглянуть через разодранную завесу в святая святых Иерусалима и даже задавать вопросы в подземной часовне, которая когда-то существовала под священным зданием – таинственная Бат-Кол. Филиа Воцис – дочь божественного гласа – отвечала с седалища милосердия за завесой,[34]34
  Лайтфут уверяет нас, что этот голос, который в прошедшие времена употреблялся в качестве свидетельства с небес, «в самом деле создавался магией» (т. II, с. 128). Последний термин применяется высокомерно и презрительно только потому, что он неправильно понимается. Эта книга ставит своей целью исправить такое ошибочное мнение об «искусстве магии».


[Закрыть]
и наука, теология и все человеческие гипотезы, родившиеся от несовершенного знания, навсегда потеряли в наших глазах свой авторитетный характер. Единственный живой Бог говорил через своего оракула – человека, и мы были удовлетворены. Такое знание бесценно; и отказано в нем было только тем, кто проглядели его, высмеивали и отрицали его существование. От таковых ожидаем критики, осуждения и, возможно, враждебности, хотя эти препятствия на нашем пути возникнут ни от обоснованности наших доказательств, ни от подлинных фактов истории, ни от недостатка здравого рассуждения у публики, к которой мы обращаемся.

Течение современной мысли явно направлено в сторону либерализма как в религии, так и в науке. Каждый день приближает реакционеров к той точке, где им придется сдать свой деспотический авторитет над общественным сознанием, которым они так долго пользовались. Когда папа римский может дойти до таких крайностей, как бросать осуждающие анафемы на головы тех, кто поддерживает свободу прессы и слова, или настаивает, что в конфликтах между гражданским и церковным законом предпочтение должно отдаваться первому, или что любой метод обучения, чисто светского характера, должен санкционироваться;[35]35
  Энциклика 1864 г.


[Закрыть]
и когда мистер Тиндаль, как рупор науки девятнадцатого века, говорит: «Непоколебимая позиция науки может быть выражена в нескольких словах: мы требуем и мы вырвем у теологии всю область космологической теории[36]36
  Тиндаль. Научные записки. См. библиографию на с. 881. – Прим. ред.


[Закрыть]
» – то не трудно предугадать, чем это кончится.

Века подчинения еще не совсем свернули жизненную кровь людей в кристаллы вокруг ядра слепой веры; и девятнадцатый век является свидетелем борьбы гиганта, когда он стряхивает с себя карликовые путы и встает на ноги. Даже протестантская община Англии и Америки сейчас занята пересмотром текста своих оракулов и будет вынуждена обнажить источники и достоинства самого текста. День властвования догм над людьми докатился до своих сумерек.

Наше произведение поэтому является доводом в пользу признания герметической философии, древней вселенской Религии мудрости, являющейся единственным ключом к Абсолютному в науке и в теологии. Чтобы показать, что мы совсем не скрываем от себя серьезность нашего предприятия, мы можем заранее сказать, что не будет ничего удивительного, если нижеперечисленные классы ополчатся на нас:

христиане, которые увидят, что мы ставим под сомнение свидетельства подлинности их веры;

ученые, которые увидят, что их претензии на непогрешимость помещены в ту же связку, что и претензии римско-католической церкви, и по некоторым отдельным подробностям мудрецы и философы Древнего мира классифицированы выше, чем они;

псевдоученые, разумеется, будут нападать на нас яростно;

широкомыслящие церковники и свободомыслящие обнаружат, что мы не принимаем того, что они принимают, но требуем признания всей истины;

приверженцы догмы и различные авторитеты, которые прячут свои истинные верования из-за уважения к общепринятым предрассудкам.

Наемники и паразиты прессы, которые проституируют ее более чем королевскую власть и обесчещивают благородную профессию, найдут, что им легко насмехаться над вещами, которые слишком чудесны, чтобы они их могли понять, ибо им плата за абзац дороже, чем цена искренности. От многих может поступить честная критика, а от многих – нет. Но мы смотрим в будущее.

Происходящая теперь борьба между партией общественного сознания и партией реакции уже придала более здоровый тон мышлению. Навряд ли она может окончиться иначе, как окончательной победой Истины над заблуждением. Мы опять повторяем – мы трудимся для более светлого завтра. И все же, когда мы учитываем то ожесточеннейшее сопротивление, на которое мы идем, кто же тогда имеет больше права, нежели мы, выходя на арену, начертать на нашем щите приветствие римских гладиаторов Цезарю:

MORITURUS TE SALUTAT![37]37
  Идущий на смерть приветствует тебя! (лат.)


[Закрыть]

Нью-Йорк, сентябрь 1877

Перед завесой

Джон: На стены вынести развернутые стяги!

Король Генрих VI, акт IV


Моя жизнь была посвящена изучению человека, его судеб и его счастья.

Дж. Р. Бьюканан «Конспекты лекций по антропологии»

Нам говорят, что уже прошло девятнадцать веков с тех пор, как ночь язычества была впервые рассеяна божественным светом христианства; и два с половиною века прошло с тех пор, как светлая лампа современной науки начала сиять во мраке невежества веков. От нас требуют, чтобы мы поверили, что в течение указанных эпох началось истинное продвижение нравственного и интеллектуального развития нашей расы. Древние философы, мол, были достаточно хороши для своих, соответствующих им поколений, но они безграмотны по сравнению с нашими современными мужами науки. Этика язычества, может быть, и отвечала требованиям некультурного народа древности, но только до тех пор, пока появление сияющей «Вифлеемской звезды» не указало ясного пути к нравственному совершенствованию и спасению. В старину животность была правилом, добродетель и духовность – исключением. Теперь даже самый тупой может прочесть волю Бога в слове Его откровения; у людей теперь достаточно побуждений стать добрыми, и они все время становятся лучше. Так полагают: но каковы факты?

Догматическое высокомерие современной науки и теологии

С одной стороны – лишенное духовности, догматическое, очень часто – развращенное духовенство; уйма сект и три воюющие между собою великие религии; разногласия вместо единения, догматы без доказательств, любящие сенсацию проповедники, ищущие богатства и удовольствий прихожане, лицемерие и ханжество, порожденные тираническими крайностями в требованиях приличия, респектабельности, господствующих взглядов – искренность и действительность благочестия становятся исключениями. С другой стороны, научные гипотезы, построенные на песке; нет ни одного вопроса, по которому достигнуто согласие; ярые ссоры и зависть; общее течение в материализм. Схватка насмерть между наукой и теологией за непогрешимость – «вековой конфликт».

В Риме, в самозваном оплоте христианства, мнимый наследник кресла Петра подрывает общественный порядок посредством своей невидимой, но вездесущей сети преданных ханжеских агентов, науськивая их революционировать Европу ради его временного, а также духовного верховодства. Мы видим его, называющего себя «Викарием Христа», как он братается с антихристианским мусульманством против другой христианской нации, публично призывая Божье благословение на оружие тех, кто огнем и мечом препятствовали претензиям его Христа на божественность. В Берлине, в одном из великих оплотов учености, профессора современных точных наук, повернувшись спинами к восхваленным результатам просвещения после Галилеевской эры, потушили свечу великого флорентийца, пытаясь доказать, что вся гелиоцентрическая система и даже само вращение земли не что другое, как обманчивые мечтания заблудившихся ученых; Ньютон же – духовидец, и все астрономы прошлого и настоящего только ловкие манипуляторы числами, старавшиеся доказать не поддающиеся проверке проблемы.[38]38
  См. последнюю главу этого тома.


[Закрыть]

Между этими двумя столкнувшимися титанами – наукой и теологией – находится обалдевшая публика, быстро теряющая веру в бессмертие человека и в какое-либо божество, быстро спускающаяся до уровня чисто животного существования. Такова картина часа, освещенного сияющим полуденным Солнцем христианской и научной эры!

Будет ли строго справедливо осудить на побитие камнями критики самого смиренного и скромного из авторов за то, что он целиком отвергнет авторитет и того и другого из этих сражающихся? Не обязаны ли мы принять за истину афоризм нашего века, провозглашенный Горацием Грили: «Я не признаю безоговорочно взглядов ни одного человека, ни живого, ни мертвого».[39]39
  Грили Г. Воспоминания об одной деятельной жизни.


[Закрыть]

Таков, во всяком случае, будет наш девиз, и мы хотим руководствоваться этим принципом на протяжении всего этого труда.

[Спиритуализм[40]40
  Здесь и далее пункты, названия которых даны в квадратных скобках, отсутствуют в оригинале работы Е. П. Блаватской; они были сделаны в данном издании для удобства работы с текстом. – Прим. ред.


[Закрыть]
]

Среди многих необычных ростков нашего века странное вероучение так называемых спиритуалистов возникло среди разваливающихся остатков религий самозваного откровения и материалистических философий; и пока что оно одно предоставляет последнее прибежище компромиссу между двумя. Что этот неожиданный дух дохристианских времен был встречен нашим трезвым и позитивным веком не очень гостеприимно, – этому нечего удивляться. Времена странно изменились. И совсем недавно хорошо известный бруклинский проповедник очень кстати указал в своей проповеди, что если бы Иисус мог снова появиться на земле и вел себя на улицах Нью-Йорка так, как вел себя на улицах Иерусалима, он бы очутился в заключении в тюрьме.[41]41
  Henry Ward Beecher.


[Закрыть]
Какого же рода встречу мог тогда ожидать спиритуализм?

Правда, этот вещий чужеземец на первый взгляд не выглядит ни привлекательным, ни многообещающим. Уродливый и неприглядный, подобно ребенку от семи нянек, он выходит из своего раннего детства хромой и искалеченный. Его врагам имя легион; друзей и защитников у него горсточка. Но что из этого? Когда же истину принимали сразу a priori?[42]42
  Заранее (лат.).


[Закрыть]
То, что приверженцы спиритуализма в своем фанатизме преувеличивали его качества и остались слепыми к его несовершенствам, – это не дает основания, чтобы сомневаться в его реальности. Подделка невозможна, когда нечего подделывать. Сам фанатизм спиритуалистов является доказательством подлинности и возможности их феноменов. Они дают нам факты, которые мы можем исследовать, а не утверждения, которым мы должны верить без доказательств. Миллионы разумных мужчин и женщин не могут легко поддаться коллективным галлюцинациям. Итак, пока духовенство, придерживаясь своих собственных толкований Библии, и наука, считающаяся только со своим самодельным Кодексом возможного в природе, – отказываются даже выслушивать спиритуалистов, – истинная наука и истинная религия молчат и с серьезным вниманием ожидают дальнейшего.

Весь вопрос о феноменах покоится на правильном понимании старых философий. Куда же мы должны обратиться в своем недоумении, как не к древним мудрецам, если под предлогом суеверия современная наука отказывает нам в объяснении? Давайте спросим их, что они знают об истинной науке и религии; не будем касаться подробностей, но во всей широте понимания этих истин-близнецов, таких сильных в единении и таких слабых, когда разрознены. Кроме того, нам может быть выгодно сравнение этой хваленой современной науки с древним невежеством, усовершенствованной современной теологии с «Тайной доктриной» древней универсальной религии. Может быть, таким образом мы откроем нейтральную почву, откуда мы сможем извлекать пользу из обоих.



скачать книгу бесплатно


Поделиться ссылкой на выделенное