Тайна золотого жёлудя

Анатолий Бевза

Тайна золотого жёлудя

Глава 1. Шишка, которая плакала

Шустрик был самым быстрым бельчонком во всём Лесу. По крайней мере, он сам в этом нисколько не сомневался. Он мог промчаться от Старой Сосны до Малиновой поляны раньше, чем капля росы успевала скатиться с листа. Мог перепрыгнуть с ветки на ветку так далеко, что у Мышки от одного взгляда на него начинали дрожать коленки. А однажды Шустрик уверял, что обогнал ветер.

Ёж тогда заметил:

- Ветер просто дул в другую сторону.

Но Шустрик всё равно считал эту гонку своей победой.

В то утро он снова куда-то спешил. Он нёсся по ветвям старой сосны, распушив рыжий хвост-парашют.

- Дорогу! - весело кричал он воробьям. - Самый быстрый бельчонок Леса идёт на рекорд!

- Летит на неприятности, - проворчала с соседнего дерева синица.

Шустрик хотел ответить, но в этот самый миг не заметил большую сосновую шишку.

- Ой!

Бах!

Шишка сорвалась с ветки, пролетела вниз и приземлилась прямо на колючую спину Ежа.

Ёж сидел возле своей норы и раскладывал на мшистой кочке ягоды. Слева - черника. Справа - земляника. Посередине - три особенно красивые ягоды малины, которые он собирался съесть после обеда. После падения шишки всё перемешалось.

Ёж медленно поднял голову.

- Шустрик.

По его тону можно было понять, что ничего хорошего сейчас не последует.

- Привет, Колючка! - виновато сказал Шустрик, спрыгивая на землю.

- Меня зовут Ёж.

- Я знаю.

- Тогда почему ты каждый раз называешь меня Колючкой?

Шустрик задумался.

- Потому что ты колючий?

Ёж тяжело вздохнул.

- Я два часа раскладывал ягоды.

- Зачем?

- Чтобы был порядок!

- Но ведь ты всё равно их съешь.

Ёж посмотрел на Шустрика так, будто тот только что предложил хранить грибы на дереве.

- Дело не в том, что я их съем. Дело в системе.

Шустрик поднял шишку, отлетевшую в сторону.

- Прости. Я нечаянно. Просто я торопился.

- Ты всегда торопишься.

- Потому что медленно жить скучно.

- А быстро падать больно.

Шустрик хотел возразить, но вдруг вспомнил, зачем так спешил. Его глаза загорелись.

- Ёж! Я такое нашёл!

- Если это ещё одна шишка, положи её подальше от моих ягод.

- Именно шишку!

Ёж нахмурился.

- Я пошутил.

Шустрик приблизился и заговорщицки понизил голос:

- Но она была необычная.

- Кривая?

- Нет.

- Огромная?

- Нет.

- С двумя хвостами?

- У шишек вообще нет хвостов!

- Тогда что в ней необычного?

Шустрик огляделся, словно боялся, что их кто-нибудь подслушает.

- Она светилась.

Ёж некоторое время молчал. Потом поправил листик, лежавший рядом с ягодами.

- Шишки не светятся.

- А эта светилась.

- Не светятся.

- Я видел!

- Светлячок сидел.

- Не сидел.

- Солнечный луч попал.

- Было ещё темно.

- Значит, тебе приснилось.

Шустрик возмущённо распушил хвост.

- Я даже потрогал её! Она была тёплая. Будто внутри горел маленький огонёк.

Ёж прищурился.

- Где она?

Шустрик сразу сник.

- Вот в этом и дело. Я нашёл её у старого пня неподалёку. Принёс домой, положил в дупло, потом побежал за тобой. Вернулся - а её нет.

- Значит, укатилась.

- Шишки сами из дупел не уходят.

- Светящиеся, по твоим словам, бывают. Может, и ходить умеют.

Шустрик открыл рот, но ответить не успел.

Из зарослей орешника послышался треск. Потом шорох. А потом прямо к ним выкатилась Мышка. Она была маленькая, серенькая и носила длинный хвост заплетённым в тонкую косичку, чтобы тот не цеплялся за ветки. Сейчас косичка почти распустилась.

Мышка тяжело дышала.

- Там!

- Что там? - одновременно спросили Шустрик и Ёж.

- Там... странное!

- Что именно странное? - спросил Ёж.

Мышка перевела дыхание.

- Земля.

- Что земля?

- Дышит.

Шустрик перестал улыбаться. Ёж тоже.

- Земля не дышит, - осторожно сказал он.

- Я знаю! Поэтому и прибежала!

Мышка указала на папоротники.

- Там тропинка. Я шла за земляникой и почувствовала: под лапками - тук... тук... тук... Будто огромное сердце под землёй.

- Может, Крот копает? - предположил Ёж.

- Крот так не пахнет.

- А чем пахнет?

Мышка принюхалась.

- Мятой.

Шустрик уже направился к зарослям.

- Показывай!

- Подожди, - пискнула Мышка. - Я... вообще-то боюсь туда возвращаться.

Шустрик обернулся.

- Мы же будем вместе.

Мышка посмотрела на него, потом на Ежа. Ёж вздохнул, собрал ягоды в кучку и накрыл большим листом лопуха.

- Только потому, что я хочу доказать: никакая земля не дышит.

- Конечно, - улыбнулся Шустрик.

- И никакие шишки не светятся.

- Конечно.

- И не улыбайся так.

Они втроём отправились в чащу. Мышка шла первой. Время от времени она останавливалась, принюхивалась и поправляла направление.

- Сюда.

Потом:

- Теперь направо.

Ещё через несколько шагов:

- Тише.

Лес вокруг изменился. Птицы перестали петь. Ветер стих. Даже листья почти не шевелились.

За густыми ветвями орешника обнаружился проход, которого Шустрик никогда прежде не замечал.

- Я сто раз здесь бегал, - прошептал он. - Этой тропинки не было.

- Или ты слишком быстро бегал, чтобы её заметить, - сказал Ёж.

Шустрик сделал вид, что не услышал.

Они раздвинули ветки. И замерли.

Перед ними была поляна. На каждом пеньке, возле каждого камня и прямо среди травы лежали шишки. Десятки. Может быть, сотни. И все они светились. Не ярко. Не страшно. Красноватый свет мягко пульсировал внутри каждой шишки. Тук. Тук. Тук. Словно маленькие сердца.

- Это... - прошептал Шустрик. - Такие же.

Ёж медленно приблизился к ближайшей шишке.

- Не трогай, - сказала Мышка.

- Я только проверю.

Ёж осторожно коснулся её кончиком иголки. Шишка вздрогнула. И издала едва слышный звук. Не писк. Не треск. Вздох. Ёж отдёрнул лапу.

- Она...

- Плачет, - прошептала Мышка.

Мышка легла на траву и приложила ухо к земле. Несколько мгновений она молчала. Потом её глаза стали большими.

- Что? - спросил Шустрик.

- Я слышу голос.

- Чей?

- Не знаю.

Шустрик тоже опустился на землю. Ёж после короткого колебания сделал то же самое. Сначала они слышали только собственное дыхание. Потом - далёкий шум корней. А затем откуда-то снизу действительно пришёл шёпот:

- Помните...

Мышка сжала лапки. Снова:

- Помните нас...

Шустрик поднялся. Посреди поляны лежала самая большая шишка. Она светилась ярче остальных. Он сделал шаг к ней.

- Шустрик, - предупредил Ёж.

- Я только посмотрю.

- Ты всегда «только смотришь», а потом что-нибудь падает.

Но Шустрик уже протянул лапу. И в ту же секунду все шишки разом погасли. Поляна потемнела. Мышка вскрикнула. Шустрик отскочил. Ёж выставил иголки. И тогда сверху раздался низкий голос:

- Вы опоздали ещё не слишком сильно.

Трое друзей одновременно подняли головы. На нижней ветке старого дерева сидел Филин. Большой. Лохматый. С круглыми жёлтыми глазами. Он смотрел на погасшие шишки.

- Что это такое? - спросил Шустрик.

Филин долго не отвечал. Потом слетел вниз.

- Слёзы Леса.

Ёж нахмурился.

- Лес не может плакать.

Филин повернулся к нему.

- А ты десять минут назад говорил, что шишки не могут светиться.

Ёж кашлянул.

- Наука иногда уточняет сведения.

Филин подошёл к одной из шишек.

- Лес старше любого из нас. Он помнит первые дожди, первые деревья, первые птичьи песни. Помнит, как появлялись тропинки. Как звери строили первые дома. Как Старый Дуб был тонким ростком.

- А теперь? - тихо спросила Мышка.

- Теперь он забывает.

Филин коснулся погасшей шишки крылом.

- Каждая такая шишка - потерянное воспоминание. Ночью они появляются там, где Лес забыл что-то важное.

Шустрик посмотрел вокруг.

- Их так много...

- С каждым днём становится больше.

- Почему?

Филин поднял глаза на деревья.

- Потому что Золотой Жёлудь расколот.

- Что за Жёлудь? - спросил Ёж.

- Ключ к Сердцу Леса.

Филин говорил медленно, словно вспоминал старую историю.

- В глубине Леса живёт древнее Сердце - огромный корень, из которого когда-то началась первая роща. А Золотой Жёлудь хранил память Леса и возвращал её Сердцу. Но много лет назад случилось несчастье. Жёлудь раскололся на три части. Их спрятали, чтобы они не достались тому, кто захотел бы управлять памятью Леса.

- И с тех пор Лес забывает? - спросила Мышка.

- Сначала понемногу. Теперь всё быстрее.

- Где части? - сразу спросил Шустрик.

Филин посмотрел на него.

- Я не знаю.

Шустрик растерялся.

- Но кто знает?

- Крот.

Ёж моргнул.

- Крот?

- Он хранит карту корней. Корни помнят дороги лучше птиц.

Филин указал крылом в сторону Старого Дуба.

- Найдите Крота. Он живёт под его корнями.

Шустрик сделал шаг вперёд.

- Мы найдём части.

- Подожди, - сказал Ёж. - Мы ещё даже не знаем, где они.

- Узнаем.

- И насколько это опасно.

- Узнаем.

- И что придётся делать.

- Тоже узнаем.

Ёж вздохнул.

- Вот поэтому я и говорю, что ты сначала бежишь, а потом думаешь.

Шустрик уже хотел ответить, но Мышка неожиданно сказала:

- Я пойду.

Оба посмотрели на неё. Мышка нервно теребила хвост.

- Я боюсь. Очень. Но если Лес забудет всё... он может забыть и мою норку. И мамину тропинку. И где растёт земляника.

Она подняла глаза.

- Я не хочу, чтобы он забывал.

Ёж посмотрел на свои лапы.

- А я не хочу жить в Лесу, который не помнит, где мой дом.

Шустрик улыбнулся.

- Значит, идём вместе.

Филин кивнул.

- Запомните одну вещь. Лес будет помогать вам. Но его подсказки редко лежат на самом видном месте.

Он посмотрел прямо на Шустрика.

- Иногда, чтобы увидеть дорогу, надо перестать спешить.

Шустрик распушил хвост.

- Я умею не спешить.

Ёж фыркнул. Мышка тихо хихикнула. Шустрик посмотрел на них.

- Что?

Филин взмахнул крыльями.

- Идите к Старому Дубу.

Он поднялся в воздух и исчез между ветвями. Трое друзей остались на поляне. Несколько секунд они молчали. Потом Шустрик сказал:

- Ну что?

Ёж поправил на спине маленький мешочек с ягодами. Мышка туже заплела хвост.

- Идём, - сказала она.

Шустрик сорвался с места.

- Кто последний - тот гнилая шишка!

- Шустрик! - крикнул вслед Ёж. - Филин только что сказал не спешить!

Издалека донеслось:

- Это было про потом!

Ёж посмотрел на Мышку.

- Мы ещё даже не начали спасать Лес, а я уже устал.

Мышка улыбнулась и побежала следом.

Глава 2. Подземная карта

Старый Дуб стоял почти в самом центре Леса. Он был таким широким, что Шустрик однажды попытался обежать его вокруг и сбился со счёта кругов. Дуб был стар. Очень стар. В его коре жили жуки, в дуплах гнездились птицы, под корнями прятались норы, а на одной из ветвей рос мох такой мягкий, что белки называли его Лесной Подушкой.

Когда друзья добрались до Дуба, день уже клонился к полудню.

- Где искать вход? - спросила Мышка.

Шустрик подбежал к корням.

- Крот! Эй, Крот!

Тишина.

- Может, постучать? - предложил Ёж.

Он выбрал толстый корень и трижды ударил по нему лапой. Тук. Тук. Тук. Ничего. Шустрик постучал быстрее. Тук-тук-тук-тук-тук! Земля под его лапами внезапно провалилась.

- А-а-а!

Шустрик исчез. Мышка вскрикнула. Ёж заглянул в отверстие. Снизу донеслось:

- Я нашёл вход!

- Ты не нашёл, - крикнул Ёж. - Ты в него упал!

- Результат тот же!

Через минуту Ёж и Мышка тоже спустились в подземный ход. Там пахло влажной землёй, грибами и корнями. Стенки тоннеля мягко светились зелёным: на них сидели светлячки. Мышка прижалась ближе к Ежу.

- Они нас видят?

- Светлячки?

- Да.

Ёж задумался.

- Скорее всего.

- Тогда почему молчат?

- Наверное, воспитанные.

Шустрик шёл впереди.

- Тут три хода!

Перед ними тоннель разделялся. Левый уходил вниз. Правый - вверх. Средний был почти горизонтальным.

- Куда? - спросила Мышка.

Шустрик ткнул лапой в средний.

- Туда.

- Почему?

- Он прямо.

- Очень убедительное научное обоснование, - сказал Ёж.

Мышка принюхалась.

- В левом пахнет грибами.

- Там кладовая Крота, - решил Ёж.

- В правом - свежим воздухом.

- Значит, выход.

Мышка повернулась к среднему.

- А там пахнет... бумагой?

Шустрик удивился.

- Под землёй?

- И сушёной мятой.

Из среднего тоннеля донёсся бас:

- Если будете стоять там ещё долго, успею сварить чай.

Друзья переглянулись.

- Крот? - позвал Шустрик.

- Нет, подземный Медведь.

Шустрик замер. Потом из темноты послышался смешок.

- Конечно Крот. Заходите.

В конце тоннеля оказалась просторная круглая пещера. По стенам висели связки трав. На полках стояли камни разных форм и цветов. В углу лежали корешки. А посреди пещеры сидел Крот. Он был небольшим, чёрным, с широкими лапами и розовым носом. Перед ним стояла чашка.

- Чую белку, - сказал Крот. Принюхался. - Ежа. Снова принюхался. - Мышь. Подумал. - И тревогу.

- Филин послал нас к тебе, - сказал Шустрик.

- Тогда тревога серьёзная.

- Лес теряет память, - объяснила Мышка. - А Золотой Жёлудь расколот на три части.

Крот перестал улыбаться.

- Значит, началось.

- Что началось? - спросил Ёж.

Крот не ответил. Он подошёл к центру пещеры.

- Вы пришли за картой?

- Да.

- Бумаги у вас есть?

Шустрик похлопал себя по бокам.

- Нет.

- Карандаш?

- Нет.

- Чернила?

- Нет.

Ёж тихо сказал:

- Мы собирались быстро.

- Это я заметил.

Крот поднял лапу.

- Впрочем, настоящая карта Леса всё равно не помещается на бумаге.

Он ударил лапой по земле. По полу пробежала волна. Земля задрожала. Из неё начали появляться тонкие корни. Они ползли по полу, изгибались, соединялись и вскоре образовали огромный рисунок. Мышка ахнула.

- Это Лес!

Крот кивнул.

- Карта корней.

Один толстый корень обозначал Старый Дуб. Другой серебристый - реку. Тёмные камешки образовывали гору. А на карте светились три маленькие точки. Первая - возле реки. Вторая - внутри каменного кольца. Третья - высоко на горе.

Крот указал на первую.

- Река Забвения. Первую часть хранит Рыба.