скачать книгу бесплатно
– Да?!
– Конечно. Следи за мыслью. Тебе больно, но ты не даешь себе это ощущать. Почему? Потому что боишься. А что хорошо притупляет страх? Прааавильно – коньяк! Ну или на худой конец винишко.
– Бррр, коньяк только через мой труп!
– Ну до такого состояния мы напиваться точно не будем! Это не терапевтично! – засмеялась Вика, увлекая подругу за собой в ближайший магазин.
Через час они уже сидели в своем номере в хостеле.
– Что ж, соседей к нам так и не подселили, так что будем отрываться по полной на отведенной нам территории! – Вика извлекла из пакета пластиковые стаканчики и бутылку полусладкого. – Там, если что, вторая припасена!
– Погоди, уговора про отрыв не было. Это же типа обезболивающее.
– Одно другому не мешает, подруга. Давай, сдвинем бокалы! За освобождение от страхов.
Еще спустя полчаса, захмелев от вина, усталости и отсутствия закуски, подруги приступили к разбору полетов.
– Ну давай по порядку. О какой боли вела речь эта немолодая любительница мистики?
– Блин, нам точно нужно об этом говорить? – Лиля поморщилась, заглядывая в стаканчик с вином.
– Таков был план. Давай, выкладывай!
– Знаешь, после разговора со Златой я осознала, что всегда закрывалась от мужчин, пыталась выглядеть незаинтересованной, холодной, отстраненной.
– Почему?
– Мне было страшно показать, что мне кто-то интересен. Это вызывало во мне панику!
– Но что такого страшного в том, что тебе нравится мужчина?
– Это делает уязвимой, зависимой. Знаешь, как будто я теряю силу и становлюсь маленькой девочкой, жаждущей любви и внимания. И так страшно остаться ни с чем, одной, с сердцем нараспашку. – Лиля зажмурилась и закрыла лицо руками. – Черт, как же это все неприятно!
– Так, кажется, мы нащупали нить! – невозмутимо заявила Вика, доливая вино.
– Какую?
– Ну вот эта маленькая девочка, она откуда?
– Из детства, понятное дело. – Лиля пожала плечами. Голова плыла от выпитого вина, а разбуженные чувства подступали все выше к горлу. Глаза предательски щипало, заставляя девушку закусывать губу. – Ты же знаешь, что папа оставил нас… маму… нас. В общем, его не было рядом. А мне так хотелось его внимания, любви, заботы, сильных рук. Сначала он приходил часто, мы гуляли, играли вместе, ходили в кино, но потом… встречи становились все реже, ожидание все болезненнее. И однажды я решила, что больше не хочу ждать, надеяться, разочаровываться, когда он обещал, но не пришел.
– Ты решила, что лучше не ждать?
– Нет, я ждала, всегда ждала… И сейчас жду… – голос Лили дрогнул, она с силой выдохнула, поднимая глаза вверх. – Блин, я не хочу плакать!
– Да ладно, что я не видела, как ты ревешь?! Это полезно.
– Это так больно, когда ты любишь всем сердцем, а тебя оставляют, забывают… Я чувствовала себя такой ничтожной, маленькой, глупой. Я верила, что папа всегда будет рядом, поддержит, будет опорой, а он просто… вычеркнул меня из своей жизни. – Лиля чувствовала, как все сжимается в груди от этих воспоминаний, озноб пробегает по рукам и спине, хочется стать маленькой, свернуться в клубочек.
– Тогда ты приняла решение, что больше не позволишь себе чувствовать это? – предположила Вика.
И в этот момент Лиля почувствовала, как что-то внутри надломилось. Будто дамбу, сдерживавшую поток воды, прорвало. Ее захлестнули эмоции, да так неожиданно и интенсивно, что она даже испугалась. Из глаз брызнули слезы, Лиля подтянула колени к груди и уткнулась в них лицом. Сквозь рыдания Вика слышала лишь короткие фразы.
– Я так его любила… Это нечестно… Это подло… Мне было так больно, когда он не приходил. Он просто забыл обо мне… Как будто я ничто… Будто я недостойна любви… Он знал, как дорог мне, но ему было плевать… Он же видел мои детские восхищенные глаза… Как так можно?!
Лиле казалось, что она тонет в черной бездне этой боли. Каждый следующий вдох давался все сложнее, и в какой-то момент девушке стало страшно. Еще немного – и она достигнет дна, утонет. Как вдруг… Все прекратилось. Лиля выдохнула, открыла глаза, убрала намокшие волосы со лба и прислушалась. Внутри звенела тишина. Дыхание еще прерывалось беззвучными всхлипами, но что-то изменилось.
Вика, притихшая на кровати напротив, перелезла поближе к Лиле и обняла ее.
– Все хорошо? Как ты себя чувствуешь?
Лиля с усилием выдохнула, будто пытаясь избавиться от остатков истерики, тряхнула головой и посмотрела опухшими глазами на подругу:
– Знаешь, странно. Я ничего не чувствую.
– В смысле?! – испугалась Вика.
– Мне казалось, что у меня в груди черная дыра. Понимаешь?
– Ну типа глубокая рана? – подняла бровь Вика.
– Нет, типа массивный космический объект, – ухмыльнулась Лиля.
– Сарказм?! Значит, все нормуль. Так и что там с дырой?
– Коллапсирующая звезда. Слышала? В какой-то момент ее магнитное поле становится столь сильно, что она притягивает к себе все вокруг, в том числе и свет. Даже время рядом с ней течет иначе. Одна сплошная тьма… Вот у меня такое ощущение, что что-то подобное было в моей груди. – Лиля вздохнула, отгоняя образ. – А теперь она исчезла.
– Да ты просто поэт! Поэтесса! Только позволь заметить, поле не магнитное, а гравитационное.
– Ах, пардоньте! Я и не в курсе, что ты любитель физики. – Лиля вытерла рукавом глаза. – Но нет, серьезно, этот образ очень подходит. Будто та боль, что я с собой носила, отбирала у меня все силы и веру в свет. А сейчас я чувствую пустоту. Но она совсем другая. Легкая.
– Хорошо. – Вика поднялась с кровати и стала собирать стаканчики и бутылки. – Значит, наша алкогольная спецоперация прошла успешно.
– Да, только я не знаю, что дальше. Что там говорила Злата?
– Не знаю, что говорила Злата, но я говорю тебе точно. Дальше – горячий душ и спать. Серьезно. Прямо сейчас.
Собеседование с рекрутером прошло успешно, и вечером того же дня Илья встретился с техническим директором и по совместительству новым боссом, Денисом. Спортивный мужчина лет 40 в футболке и джинсах, браслеты на руках, небрежная прическа – ничего не выдавало в нем менеджера. Он быстро обрисовал круг будущих обязанностей, рассказал о компании, а затем добавил:
– И хочу, чтобы ты знал: наша команда – большая семья. Это философия нашей работы, а в твоем случае и просто жизненная необходимость, когда работаешь вдали от привычного круга общения. Мы верим в то, что только совместные усилия дают крутые результаты, а для этого нужно, чтобы каждый сотрудник верил в дело и чувствовал поддержку.
– Звучит здорово!
– Да, лично для меня наша неформальная атмосфера один из главный плюсов. Следующий после участия в разработке технологий, которые изменят мир, конечно. – Денис широко улыбнулся. – Что ж, меньше слов, больше дела. Перед тем, как ты приступишь непосредственно к своей работе, хочу проиллюстрировать слова о семейственности. На носу Новый год, самый семейный праздник. Знаю, что ты далеко от родных. Поэтому мы приняли решение, лучшим началом знакомства с командой для тебя станут новогодние каникулы в Чехии. Мы собираемся всем отделом разработки в Праге 30 декабря. Билеты купим тебе сегодня, как только ты дашь свое согласие. Нет других планов на праздники?
– Если не считать серфинга в интернете… Я совершенно свободен!
– Прекрасно. Тогда добро пожаловать на борт!
Глава 3
Следующее утро встретило девушек ярким солнцем, под лучами которого на черепичных крышах таял снег, звонко падая каплями на брусчатку. Лиля потянулась в кровати, с удивлением отметив, что, несмотря на вечернее распитие вина, ее голова не болит и даже вполне свежа. Чего нельзя было сказать о Вике, которая уже встала и, ворча, боролась с чемоданом.
– Куда запропастилась зубная паста?! Черт, я ее точно брала…
– И тебе доброе утро!
– О! Проснулась, Спящая красавица.
– А у неспящего чудовища, я смотрю, настроение не очень…
– Голова болит. Не говоря уже о том, что я заснула, не умывшись, и кто-то коварный украл ночью мои мыльно-рыльные принадлежности.
– Прости, что втянула тебя… Голова, наверно, от вина болит. Да еще и истерику мою пришлось наблюдать. – Лиля виновато шмыгнула носом.
– Да ладно, для чего еще нужны друзья? – снисходительно пожала плечами Вика. – Зато теперь ты просто обязана оторваться со мной по полной этой ночью! Только сначала нужно найти обезболивающее.
– Таблетка у меня есть, сейчас дам. А куда мы пойдем встречать Новый год?
– На Староместской площади есть куранты. Не Красная площадь, конечно… Но говорят, там весело. Глинтвейн, драники, кнедлики, колбаски… Потом на Карлов мост – смотреть фейерверк и загадывать желание у бронзовой статуи кого-то там. Ну а позже забуримся в какой-нибудь ресторанчик, я читала, что местные любят танцы.
– Звучит как план.
– А то!
И план удался! Новогодняя ночь была волшебной, веселой, вкусной и громкой. Стоя на мосту и глядя на разрывающиеся в небе фейерверки, Лиля выудила из памяти образ счастливой семейной жизни. Она зажмурилась сильно-сильно, стараясь всем телом прочувствовать и пожить в воображаемом моменте, а потом расслабилась, выдохнула и проговорила: «Да будет так!»
А вечером 1 января подруги уже летели домой. В самолете их посадили в разных концах салона. Вика тут же воткнула в уши наушники и стала слушать очередную аудиокнигу про бизнес, а Лиля вытащила из рюкзака блокнот, карандаш и принялась рисовать яблоко, стоящее на откидном столике. Рисование было ее личным лекарством от скуки.
– Здорово получается! – заметил молодой человек, сидящий по соседству. Лиля коротко взглянула на него, кивнула и скромно улыбнулась.
– Спасибо.
Короткостриженый блондин с ярко-голубыми глазами и греческим профилем смотрел на нее весело, но внимательно. Из-под расстегнутой голубой рубашки виднелась белая футболка с самонадеянной надписью: Talent inside. Лиля хмыкнула себе под нос и продолжила водить карандашом.
– Всегда поражался художникам. Нужно обладать особым взглядом на мир, чтобы уметь так точно переносить образы на бумагу.
– Ну я не художник, – отмахнулась Лиля. – Просто меня это расслабляет, отвлекает от мыслей.
– Понимаю. За неумением рисовать мне пришлось учиться медитировать.
– Оу, это точно не для меня! Сколько я ни ходила на йогу, это искусство мне так и не покорилось. Стоит только приказать голове не думать, как она начинает генерировать мысли с удвоенной силой.
– Да-да, не думай о белых обезьянах… У каждого свои методы. Меня зовут Илья.
– Лиля.
– Хех, мы отлично подходим друг другу. В смысле наши имена… – молодой человек смущенно потер нос. – Ты где в Москве живешь?
– Я живу в Питере. В Москве у нас с подругой пересадка.
– Жаль, а я уже размечтался, как приглашу тебя на кофе.
Лиля улыбнулась, пожимая плечами:
– Придется приехать в Питер для этого. Ну или обменяться контактами и пить кофе виртуально.
– Голосую за по обоим пунктам!
Ребята обменялись телефонами и продолжили болтать, пока самолет не приземлился в Домодедово.
– Что ж, был рад знакомству! Будем на связи, – помахал рукой Илья, двигаясь по салону к выходу.
– Кто этот красавчик?! – громко зашептала Вика, плюхаясь на сиденье рядом.
– Просто случайный попутчик, – ответила Лиля, собирая вещи обратно в рюкзак. – Помог мне скоротать время, раз уж мы, жертвы лоукостера, сидели далеко друг от друга.
– Я бы тоже с таким скоротала… вечерок-другой! – засмеялась Вика. – А может, это уже действует совет Златы? Ты открыла сердце – и сразу такой мачо нарисовался.
– Тебе стоит погуглить значение слова «мачо» – поморщилась Лиля. – И можешь расслабиться, ничего такого. Он москвич, так что не судьба.
– В наш век технологий это вообще не преграда.
– Поговорим потом. Пора бежать на пересадку.
Петербург встретил моросью и внезапным телефонным звонком.
– Алло, – проговорила Лиля, запрыгнув в подворотню в надежде спрятаться от дождя и ветра. Вика заскочила следом.
– Привет, доча. – Бодрый голос отца будто резкий порыв ледяного ветра заставил девушку отпрянуть. – Как ты?
– Стою под дождем и мерзну. Говори быстрее, что хотел. – Злобно бросила Лиля.
– Твоя мама звонила. Она беспокоится. Говорит, ты уже 3 месяца как не живешь дома и не отвечаешь на ее звонки.
– А тебе что за дело? Мы два года не разговаривали.
– Ты моя дочь, и я беспокоюсь, – голос отца дрогнул, а потом зазвучал напористо. – Ты не имеешь права так с ней поступать. Вернись домой.
– Лучше бы ты сказал это себе. Лет этак 17 назад! – выкрикнула Лиля и повесила трубку.
– Отец? – аккуратно поинтересовалась Вика.
Лиля кивнула:
– Странно, что я так разозлилась. И еще более странно, что я выразила эту злость ему. Раньше я всегда проглатывала обиду.
– Ты взрослеешь. И делаешь выводы. Лучше выплескивать эмоции из себя, чем копить и страдать, я так считаю. Но знаешь, в одном он прав. – Вика потеребила сережку в ухе, делая паузу.