скачать книгу бесплатно
Сергей почувствовал лёгкое головокружение.
– Слышишь дурь пошла, – спросил Андрюха
– Ага, башка кружится.
– Это Рая печь там за стенкой включила, сердечники отжигает, угар идёт, со временем привыкнешь.
Этажом выше на лестничную клетку цеха зашла уборщица с ведром и шваброй. Она включила тумблер на электрическом щитке, и на всех лестничных пролётах зажегся свет.
Андрюха заговорщицки подмигнул красными глазами и сказал почти шёпотом:
– Здесь разлом. – Я чувствую его. Ты тоже почувствуешь. Видишь? Шевелится муть. Атака! Сейчас прибежит.
– Кто?
Этот момент на участок забежала пожилая взъерошенная женщина.
– Двадцать седьмые не пошли, -завизжала она. – Ты какой припой использовал? Я же говорила! Говорила!
Андрей пожал плечами.
– Я к начальнику цеха пойду, без премии останешься, – вновь завизжала она и убежала.
– Говорила-говорила, – покачал головой Андрюха. – Говорила-говорила, – бормотал он и глядел мутными красными глазами. – Разлом! Действует прямо в мозг. Чувствуешь?
Он указал пальцем в макушку.
Сергей увидел еле различимую тёмную муть, она летала в воздухе как мелкая пыль, как сажа. Но эта сажа не оседала на его ладонях, а проходило сквозь них. Окружающий мир, на какое-то время, стал похож на старый черно-белый фильм.
Появились мутные силуэты множества людей. Десятки человек сидели за верстаками. Поднимался дым множества паяльников. На стене длинный плакат: Выполним пятилетку в три года!
По проходам сновали тележки с деталями. Прошёл рабочий с ворохом чертежей. В углу работал сверлильный станок
Картина прошлого то становилась чётче, то меркла и наконец, пропала.
На консолях, к которым были прикреплены лампы дневного света, под самым потолком сидел бородатый мужик с папиросой в рабочей спецовке. Его фигура была почти прозрачной. Незнакомец скидывал пепел в низ.
– Это что за приведение? – спросил Сергей.
Андрей сдвинул на лоб увеличительные очки, глянул наверх.
– А, Егорыч. – Нет ему покоя. Он здесь в цехе умер лет восемь назад. Остался на ночь, бензухи напился. Народ утром пришёл, а он в курилке на лавочке калачиком свернулся, холодный уже.
– Егорыч! – позвал Сергей и махнул призраку рукой. Но тот, никак не отреагировал.
– Он никогда не отвечает. – Не видит нас, наверное.
Через мгновенье весь морок исчез.
Много заводского народу от бензухи сгинуло.
Привычка пить бензо-спиртовую смесь, которая использовалась для промывки контактов
электронных изделий, появилась во время знаменитой горбачёвской борьбы с пьянством, в конце восьмидесятых. Водку купить было почти невозможно.
Выпивохи стали разводить смесь водой, спирт смешивался с водой, а бензин всплывал сверху. Всплывший бензин сливали, а оставшуюся дрянь пили.
Андрюха посмотрел на часы.
– Выключай паяльник, айда обедать.
***
С утра Сергей принёс сделанные им детали на проверку в ОТК. По отделу носился его начальник Иван Нилыч. Ему было уже за семьдесят. Его лицо украшали большие очки и улыбка или скорее саркастическая ухмылка, означавшая, что её владельцу срочно полагается пошалить.
Шалил Иван Нилыч регулярно. Жил он в пригороде и ездил на работу на электричке. Для бодрости духа утро он начинал с двух стаканов самогона. Передвигался по цеху бегом, в стиле спортивной ходьбы шуруя кулаками и локтями.
Несмотря на годы, Иван Нилыч был большой поклонник женской груди. Появляясь на участке, где работали женщины, он, пробегая, успевал всех потискать. Большинство работниц было преклонного возрасти и обладали впечатляющими бюстами, поэтому, несмотря на плохое зрение и неважную координацию движений он не промахивался.
Единственной кого он не домогался, была Рая. Обладавшая суровым характером, она могла разбить ему очки. Правда, изредка по забывчивости, пробегая мимо Раи, он прикасался к ней. И Нилычу приходилось менять разбитые стекла.
Вот и сейчас он пронёсся по ОТК, за его спиной раздавались визги и писки. Пробегая мимо весящего на стене радиоприёмника, он включил громкость на полную. Хлопнул Сергея по плечу, дохнул на него перегаром и крикнул:
– Серёга, хвост пистолетом!
И выбежал в коридор, откуда раздались визги и писки.
Сергея позвала контролёрша по прозвищу Бабуленька. Бабуленьке было около восьмидесяти. Стекла её очков были, наверное, сняты с бинокля или подзорной трубы и увеличивали глаза до невероятных размеров. Седые волосы были собраны в моток на затылке и проколоты накрест шпильками. Она все время тихонько что-то бормотала, даже когда никого не было рядом. С головой у Бабуленьки видимо были небольшие проблемы, которые ей самой нисколько не досаждали.
Она протянула Сергею три детальки.
– Здесь поры в пайке переделай.
– Где?
– С задней стороны.
Сергей забрал детали и ушёл на рабочее место.
– Не могу сообразить, чего не так. – Поры в контактах где-то увидела, – сказал он Андрюхе.
– Бабуленька проверяла?
Сергей кивнул.
– Она почти ничего не видит.
– А как же она проверяет?
– Этого никто не знает. – Два года назад почти готовое изделие привезли, ракетная установка на колёсах. Не работало в ней что-то. Электроники пол вагона. Несколько инженеров с тестерами лазили, не могли найти. Бабуленька подошла, посмотрела на изделие, побормотала, и сказала в каком блоке, какой элемент сгорел. Его заменили, и все заработало как надо.
– Чудеса! – удивился Сергей
– Я думаю, это разлом на неё так подействовал, – сказал Андрюха. Он уже давно разучился удивляться.
– А с этим как быть. – Сергей указал на детали.
– Дай-ка.
Андрюха взял деталь, контактные стержни почти вплотную прилегали к корпусу, он достал из ящика верстака крошечное зеркало на палочке, вроде тех, что пользуются дантисты, только ещё изящнее. Он завёл зеркальце за контактный стержень.
– Вот тебе пора, – показал он Сергею небольшую дырочку.
Он протянул Сергею тоненький пруток.
– Заточи на наждаке и загни вот так. – Потом этой ковырялкой пору прочисть. Клей видимо попал. Потом по новой пропаяешь.
Сергей взял пруток и пошёл к наждаку – заточному станку. Он почти обточил, когда в глаз ему прилетела искра. Он закончил работу, выключил станок, долго тёр глаз, моргал. Неприятное ощущение соринки не пропадало. Мелкая частичка металла застряла в глазу.
Андрюха взял у него пруток и загнул плоскогубцами
– Вот так. – Глаз то чего красный?
Сергей продолжал его тереть
– От наждака прилетело.
– Серёга мля, ты ведь давно уже не пацан. Он подвёл Сергея к плакату по технике безопасности, где было сказано о защитных очках, и чуть не носом ткнул в него.
– Очки надевать нужно, если без глаз не хочешь остаться, балбес! – Шагай давай к Склихасовскому.
Происшествие сильно разозлило Андрюху.
Сергей накинул телагу и пошёл в заводской медпункт.
Он спустился на крыльце и закурил возле урны. Рядом курил мужичок в потёртой кожаной куртке и кепке. Лицо показалось Сергею знакомым.
– Макс ты!?
– Сергей Геннадьевич? – Вы -то здесь как?
– Вот работаю пока.
Максим Плотников работал у Сергея водителем на фуре и был на хорошем счету. Сергей уволил его одним из последним, до конца надеясь сохранить компанию.
– А меня в заводской гараж на старый ЗИЛ взяли, через биржу труда. – Уж полгода как здесь. Таких заработков как у вас здесь конечно нет, но Завгар понимает и машину даёт, так что подхалтуриваю иногда на стороне.
Через дорогу экскаватор ковшом ломал старый полуразвалившийся цех. Рабочие закидывали металлолом в кузов ЗИЛа.
– Станки старые и металлический хлам на Втормет на металлолом вожу, да мусор на свалку, – продолжал Максим.
Сергей отправил окурок в урну.
– Бывай Макс, увидимся ещё, – попрощался Сергей и пошёл в медпункт.
В здании заводской поликлиники было тихо и безлюдно. Раньше на двух этажах работало два десятка специалистов. Сейчас завод не в состоянии был содержать всех, да и рабочих на предприятии было в разы меньше. На входной двери кнопками была прикреплена картонка, на которой синей ручкой коряво написано «медпункт каб.106».
Владислав Петрович с гордой фамилией Иванов, по прозвищу Склихасовский, был единственным заводским медиком. То ли от одиночества, то ли в силу характера Владислав Петрович очень любил поговорить. Болтал он без умолку, чем очень утомлял своих пациентов. Кто-то из работяг по-простому резко осадил доктора известной фразой из старой советской комедии – «короче Склихасовский», немного исказив фамилию великого врача. Так и пристало к нему это прозвище.
Сергей со скрипом отворил дверь кабинета, чем разбудил дремавшего доктора.
– С чем пожаловали? – поинтересовался врач.
– От наждака в глаз стружка залетела.
Владислав Петрович усадил, а точнее уложил Сергея в кресло дантиста, по какому-то недоразумению оказавшееся в кабинете, включил яркую лампу и надел на лоб круглое зеркало- рефлектор, с отверстием посредине. В руках у доктора появилось огромное увеличительное стекло с костяной ручкой. Такому оптическому прибору позавидовал бы и главный сыщик с Бейкер-стрит.
– Шире глаз откройте. – Хорошо! – Вот наша соринка! – Вы молодой человек Гене Дорохову, не родня часом?
– Сын.
– Как похож на отца, просто копия.
Доктор капнул лекарство в глаз.
– Глазик не закрывать. – Вы знаете, что в древнем Перу почти тысячу лет назад уже делали операции на глазах и даже на мозге. Да-да не удивляйтесь даже на мозге. Индейцы использовали инструменты из золота. И что самое удивительное, операции проходили успешно. Находили черепа со сросшимися разрезами. Люди после этого жили и даже работали.
Склихасовский почти десять минут болтал о достижениях древней индейской медицины, за тем плавно сменил тему.
– А ведь картофель то тоже родом из Перу.
Доктор ваткой на палочке вынул стружку из глаза, капнул новый раствор, и поведал что он уже несколько раз менял на своём приусадебном участке сорта картофеля, что нынче урожай плохой. Зато огурцы нынче уродились. По секрету он поведал Сергею пару рецептов засолки огурцов, особо отметив, что в них непременно нужно добавлять дубовый лист.
– Готово. Можете открыть глаз.
Сергей поморгал, остановив свой взгляд на книжной полке.
– Как у вас много книг по психологии.
– Это моё увлечение. – Кандидатскую пишу. Я ведь одно время психиатром работал.
– А вы в привидения верите?
– Уже встречались?
Сергей промолчал.
– Осторожней с приведениями и всякой местной чертовщиной! – На заводе за последние десять лет 23 человека в дурдом попали. Постарайтесь выработать иммунитет этим видениям. Относитесь к ним спокойно, как к особому природному явлению. Меньше внимания обращайте.