Артем Бестер.

Как управлять Вселенной, не привлекая внимания санитаров



скачать книгу бесплатно

Дизайнер обложки Артем Бестер


© Артем Бестер, 2017

© Артем Бестер, дизайн обложки, 2017


ISBN 978-5-4485-5740-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Вселенная в опасности и в любое мгновение может погибнуть. Спасти её могу только я!» – руководствуясь этим убеждением, Мэлор Егоров, пациент психиатрической клиники, решается на побег. Мэлор уверен: в далекой деревне Внуково, в доме родителей, спрятан Пульт управления Вселенной. С помощью Пульта Мэлор рассчитывает восстановить энергетический баланс Вселенной и дать новый шанс Человечеству преодолеть гравитацию и покорить Космос. Вот только родительский дом хранит гораздо больше тайн чем ожидает Мэлор.

Пролог

В котором мы знакомимся со старшим следователем по особо важным делам Чижиковым Евгением Николаевичем.


Москва. Май 2015 года.


– Евгений Николаевич! Мы нашли его! – прокричал Олег Самохвалов, ворвавшись в кабинет старшего следователя по особо важным делам.

Задремавший после плотного обеда Чижиков от неожиданности вскочил с кресла и заспанными глазами уставился на Самохвалова.

– Твою мать, старлей! – зло бросил он, наконец сообразив, кто перед ним стоит. – Тебя стучаться не учили?

– Евгений Николаевич, прошу прощения, – зачастил Самохвалов, понизив голос, – но тут такое! Мы его нашли!

– Кого нашли? Ты толком можешь сказать?

– Маньяка нашли, который на мальчиков нападает. Его одна старушка опознала. Она квартиру ему с марта месяца сдает. Понимаете, что это значит?

Чижиков встряхнул головой – остатки сна улетучились в одно мгновение.

– Понимаю. Нападения на мальчиков как раз в марте и начались. По времени совпадает. Адрес есть?

– Есть!

– Тогда чего мы ждем? – поинтересовался Чижиков и снял со спинки стула кожаный пиджак.

– Группу захвата берем?

– К черту группу захвата, пока они соберутся, мы на месте будем. К тому же наш клиент насильник, а не убийца – вдвоем управимся. У тебя имя его есть?

Евгений открыл сейф, достал пистолет и сунул в кобуру.

– Старуха запомнила, что у него паспорт на имя Константина Бирюкова.

– Ясно.

– Он вроде как из Карелии: из Петрозаводска родом, – добавил Олег.

– Это тебе тоже старуха сказала? – удивился Чижиков.

– Так точно. Она место рождения запомнила.

– Грамотная старушка попалась. Советской закалки. Поехали-ка, лично познакомимся с этим Костей Бирюковым.


Маньяк-педофил появился в Москве месяц назад, в конце марта. На первых порах он вел себя безобидно для маньяка. Ходил за мальчиками девяти-двенадцати лет, фотографировал, иногда пытался заговорить и убегал при малейшей угрозе. Охотился он в разных районах Москвы, а иногда менял место по несколько раз в день – за что впоследствии и получил прозвище Коммивояжер. Его относительная безобидность и мобильность стали причиной долгой безнаказанности.

Все изменилось после первой крови.

Пятого мая преступник впервые пошел на прямой контакт с жертвой. Подкараулив десятилетнего мальчишку в одном из дворов на севере Бабушкинского района, он приставил к его горлу нож и плотно прижавшись имитировал половой акт. Видимо, Коммивояжер плохо контролировал себя в тот момент и поэтому оставил на шее мальчика порез: не опасный для жизни, но достаточный, чтобы взбудоражить общественность. Неделю спустя за ним числилось три новых нападения, и в каждом случае он оставлял порез на горле жертвы.

К расследованию подключился Следственный комитет. Дело поручили отделу по особо важным делам при следственном управлении по центральному административному округу города Москвы, непосредственно майору Чижикову Евгению Николаевичу, как наиболее опытному и надежному следователю.

Приняв дело, Чижиков распорядился собрать информацию по всем случаям нападений, где фигурировали преступники, похожие по описанию на Коммивояжера. Через три дня на его столе лежала внушительная гора документов. Помимо документов у полиции имелся фоторобот злоумышленника, шестьдесят процентов жертв узнавали в нем нападавшего – немного, но с этим можно было работать.

Проанализировав собранную информацию, Евгений с командой пришли к выводу: преступник скрывается в Гольяново. Именно там произошли первые случаи преследования мальчиков.

Впоследствии, видимо, поняв, как сильно рискует, преступник стал выбираться в соседние районы вдоль синей линии метро, а затем перекинулся и на кольцевую. Пока шел сбор и анализ информации, маньяк совершил еще два нападения. Последнюю жертву едва удалось спасти: настолько глубоким оказался порез. Чувствуя безнаказанность, маньяк зверел день ото дня. Общественность негодовала, а начальство требовало результатов.

Чижикову ничего не оставалось делать, как устроить в Гольяново настоящую облаву. Затребовав у руководства людей в помощь, он пустил по району пешие патрули с фотороботом подозреваемого.

Безусловно, такая активность должна вспугнуть злодея. Но что он предпримет? Пустится в бега или заляжет на дно? В любом случае выбора у Евгения не оставалось: так или иначе, но нападения должны прекратиться.

Объявляя розыск, майор не надеялся на быстрый результат, но чудеса случаются. Розыск объявили вчера, а сегодня он ехал на задержание подозреваемого. Призрачный шанс задержать злодея неожиданно стал реальностью.


У подъезда их ожидала сухонькая старушка в сиреневом пальто.

– Это, наверное, Зинаида Ивановна, – предположил Самохвалов, останавливая машину.

– Зачем ты сюда ее позвал? – спросил Чижиков. – Она нам клиента может вспугнуть.

– Не вспугнет! – махнул рукой Олег. – Живет она в этом же доме и часто гуляет во дворе. Она ключ от квартиры принесла.

Евгений и Олег вышли из машины и направились к старушке.

– Зинаида Ивановна? – Олег достал из кармана удостоверение и развернул. – Полиция. Капитан Самохвалов.

– Я, родненький, я это, – закивала головой старушка. – Вот держи, ключик тебе принесла, как и обещала.

– Спасибо, а вы не знаете, ваш постоялец, он сейчас дома? – спросил Самохвалов, забирая ключ.

– Дома, сынок, сама видела, десять минут как зашел.

– Вот и отлично, – Евгений взял старушку за локоть и отвел в сторону, – вы, Зинаида Ивановна, тут не стойте. Опасно тут, идите домой. Мы сами справимся.

– Иду, иду, миленький, – проворковала старушка и зашагала прочь.

Чижиков и Самохвалов поднялись на третий этаж. Евгений вставил ключ в замок и почувствовал, как дверь поддалась.

– Олег, кажется, тут открыто, – прошептал он, толкая дверь, и громче добавил: – Хозяин? Есть кто? У вас дверь нараспашку.

Ответа не последовало. Евгений заглянул в комнату и кухню, а Самохвалов осмотрел ванную – квартира была пуста.

– Пусто! Евгений Николаевич, похоже, он только что ушел.

– Очень даже похоже, если бабка не обозналась, – согласился Чижиков, бросаясь к двери. – Олег! Давай бегом на чердак, а я на улицу и в подвал.

Сбежав по лестнице до первого этажа, Евгений осмотрел дверь в подвал: замок на месте, петли не подломлены. Для надежности он несколько раз дернул ручку – заперто. Евгений выбежал на улицу – никого.

– Черт! Чет! Черт! – выругался Чижиков.

Достав телефон, Евгений набрал номер Самохвалова.

– Олег, что там у тебя? Точно закрыто? Ясно. Спускайся.

Чижиков дал отбой и убрал телефон в карман.

– Упустили! – тяжело вздохнув, произнес он и пнул подвернувшуюся пустую банку из-под пива.

Глава 1. Побег

Глава, в которой Мэлор задумывает и осуществляет побег, попутно вспоминая нечто очень важное.


Петрозаводск. Май 2016 года.


Одним теплым майским вечером, незадолго до заката, в небольшой психиатрической клинике, расположенной на окраине Петрозаводска, случился пожар. В тот день стояла замечательная солнечно-убаюкивающая погода. Птицы неугомонно щебетали, а в воздухе разливался смолянистый аромат распустившихся почек и запах молодой травы, успевшей пробиться сквозь прелую прошлогоднюю листву. Все это милое весеннее великолепие нагоняло на обитателей клиники определенную леность и беспечность. Возможно, именно поэтому они оцепенели, когда вой пожарной сигнализации разорвал томную негу почти состоявшегося вечера.

Первым на сигнал тревоги среагировал дежурный врач – Игорь Аристархович Островский.

– Все на выход! – взревел он, выскочив в коридор из ординаторской с огнетушителем в руках. – Чего сидим раскрыв рты? Выводим пациентов во двор! Проверяем палаты, туалеты, кабинеты. Никого не забываем – это не учебная тревога, пошевеливайтесь, мать вашу!

Последние слова предназначались замершим в нерешительности санитаркам: вой сирены застал их в комнате отдыха за просмотром вечернего ток-шоу. Взглянув на Игоря Аристарховича, бешено вращавшего залитыми пятилетним коньяком глазами, они прыснули врассыпную, исполнять приказание.

В клинике началась настоящая суматоха: захлопали двери, требовательно закричал взбудораженный медперсонал, запричитали растревоженные больные. Из дальнего конца коридора отчетливо потянуло горящими тряпками.

– Горим! Пожар! – срывая голос на визг, проорал кто-то во все горло. – Горим! Пожар!

В следующее мгновение фраза, подхваченная десятками голосов, разлетелась по коридору, заполняющемуся горьким дымом.


Мэлор сидел на краю больничной койки, размышляя над «гаримпажэм». Странное бессмысленное слово: «гаримпаж». Оно висело посреди палаты витиеватыми загогулинами и не давало покоя. Внезапно слово дрогнуло, звонко треснуло и развалилось на две части: «Горим! Пожар!». Внутри стало беспокойно. Что-то острое прочертило в груди глубокую царапину и проявилось во рту кислым привкусом. Мэлор лег в кровать, укутавшись одеялом с головой. Полежал несколько минут – беспокойство не проходило. Скрипнула палатная дверь. Мэлор максимально вжался в матрас и замер.

– Есть кто живой? – послышался незнакомый женский голос.

Пока Мэлор гадал, стоит ли отвечать, дверь закрылась. Он тяжело вздохнул, откинул одеяло и снова сел. Доносившиеся из коридора крики стали стихать. Что ему делать со всем этим переполохом? Ведь делать что-то нужно, он это чувствовал, но не понимал, как должен поступить. Пока Мэлор размышлял, не в силах принять решение, из-под двери стали выбиваться густые клубы дыма. «Нужно срочно выйти!» – здравая мысль с трудом пробилась сквозь витавшие в голове комья ваты, и Мэлор незамедлительно последовал за ней.

В опустевшем коридоре царила тишина. От едкого дыма глаза наполнились слезами, а кашель, сдавив горло, сухими щелчками стал вырываться наружу. Голова шла кругом. Неожиданно из клубов дыма выскочил Игорь Аристархович в толстой марлевой повязке с огнетушителем наперевес. Мэлор от испуга замер и выпучил глаза.

– Ты что тут делаешь? На улицу! Живо! – прокричал доктор сквозь повязку, подтолкнул пациента в нужном направлении, и вновь растворился в сгущающемся дыму.

Мэлор поспешил исполнить распоряжение врача. Чувство приближающейся опасности, ярко полыхнувшее внутри, погнало его к выходу. Проходя мимо большого шкафа, предназначенного для хранения одежды посетителей, он подумал, что нашел достаточно безопасное место, и забрался внутрь. В шкафу было темно, тепло и почти не пахло дымом. Здесь Мэлор почувствовал себя в полной безопасности. Уютно устроившись на куче старых одеял, он почти сразу безмятежно уснул, и ему приснились звезды.


К моменту приезда пожарного расчета огонь удалось потушить. Игорь Аристархович, проявив предписанный инструкцией героизм, справился с возгоранием в одиночку. Все что оставалось огнеборцам, так это провести по горячим следам расследование. Очень скоро пожарные обнаружили очаг возгорания в дальней кладовой, где уборщицы хранили инвентарь. Скорее всего, пациенты, а может, и сами уборщицы устроили в кладовой курилку. От плохо потушенного окурка затлели сваленные в кучу тряпки, а от них загорелся рулон старого линолеума.

Несмотря на то, что пожар удалось потушить в самом зародыше, обратное заселение пациентов заняло большую часть ночи. Получив внеплановую прогулку, больные разбрелись по территории больничного комплекса и возвращаться в клинику не спешили. Медперсонал сбился с ног, отлавливая в потемках пациентов и рассовывая их по палатам.


Мэлор проснулся в полной темноте. Сначала он испугался, но услышав гул голосов, вспомнил, где находится, и выбрался из шкафа. Его появления никто не заметил. В коридоре по-прежнему пахло дымом. Всюду сновали обеспокоенные медсестры, проверяющие комплектность пациентов в каждой палате. Оглядевшись по сторонам, Мэлор побрел к себе.

– Стоять! Вот ты где, – услышал он голос старшей медсестры Ирины Павловны и обернулся. Медсестра сунула ему в руку пластиковый стаканчик с таблетками.

– Вот, выпей скорее, сокол мой ясный, и марш в койку! – распорядилась она и поспешила дальше, не дожидаясь, пока Мэлор выполнит распоряжение. – Олег, стоять! Стоять, я кому говорю! Да-да, это я тебе, Пахомов – не нужно тут под дурака косить, ты дурак и есть! Ну-ка иди сюда – таблетки пить будем.

Мэлор зашел в палату. Его сосед по палате, Дима Караулко, судя по мерно вздымающемуся одеялу, крепко спал. «Кремень!» – подумал Мэлор. Дима был хорошим соседом: он много спал, много ел и почти не говорил, а если и говорил, то в основном о еде и сне. На его тумбочке стоял пустой пластиковый стаканчик. Посмотрев на свой, Мэлор почувствовал, как внутри поднимается волна протеста: «Нет. Таблетки он пить больше не будет». Такое решение, неизвестно как созревшее в голове, озадачило. Раньше он всегда следовал рекомендациям врачей и не пропускал прием лекарств. Однако сегодня, проснувшись в шкафу, он почувствовал себя лучше. Именно в тот момент его осенило: виной угнетенному, а порой и сумбурному состоянию, в котором он находился последние недели (месяцы?), являлись таблетки. Или он понял это прямо здесь и сейчас? «Боже, как все запутанно!». Спрятав таблетки в карман больничной пижамы, он поставил пустой стаканчик на тумбочку и улегся в кровать. Но прежде чем заснуть, долго лежал без сна, думая, как обмануть санитарок во время утреннего обхода и избежать приема лекарств.


Проснувшись на следующий день, Мэлор испытал невиданный душевный подъем. Мир был ярок, резок и очень реалистичен. А главное, его не покидало ощущение близости чего-то важного. Он не представлял, что это будет, но в неизбежности и важности грядущего события не сомневался ни секунды. Главное – не пить таблетки. Интересно, а сможет ли он прочитать записи в дневниках? Вскочив с кровати, Мэлор отодвинул тумбочку, аккуратно вытащил из пола кусок доски и запустил руку в тайник – небольшое пространство между чистовым и черновым полом. В свое время строители поленились приколотить небольшую вставку в углу, а Мэлор заметил и приспособил нишу для своих нужд. Или ему рассказали про тайник? Мэлор попытался вспомнить, откуда он знает о тайнике, но мозг отказывался отвечать на вопросы. Вытащив одну из тетрадей, он раскрыл ее наугад, попробовал читать и нисколько не удивился, когда у него получилось. Знаки складывались в слова, слова в предложения, а схемы соответствовали сопроводительному тексту. Он мог читать и понимать. Удивительное дело, но еще вчера написанное еле-еле поддавалось восприятию и представлялось заумным набором символов. Еще вчера ему стоило больших трудов прочесть даже одну страницу текста. И вообще, откуда у него дневник? Когда он успел его написать? До того, как попал в клинику или во время лечения? Он прекрасно помнил созданную им Теорию единой Вселенной, но совершено забыл, когда успел изложить ее на бумаге.

«Ай да таблетки! Ай да доктора!» – подумал Мэлор. Теперь он понял, зачем его так долго пичкали лекарствами. ОНИ хотели, чтобы он писал. Он нужен ИМ вялым, апатичным, с подавленной волей. Наверняка сейчас куча специалистов в тайном бункере пытается расшифровать его записи. Или нет? Если тетради трогали, то он бы обязательно заметил. В любом случае дневник нужно спрятать назад в тайник. Убедившись, что Караулко все еще спит, Мэлор аккуратно приподнял кусок половицы и засунул тетради в нишу. И все-таки откуда он знает про половицу? Может быть, Дима показал? Или его положили в палату после него? От непривычно большого количества мыслей голова шла кругом. Поставив тумбочку на место, Мэлор взглянул на часы – 7:23, самое время осуществить ночной план.

Выйдя в коридор, он увидел Марину ? рыжеволосую студентку медицинского факультета, проходившую в клинике практику. Она стояла на посту и раскладывала по стаканчикам таблетки для утреннего приема.

– Привет! – облокотившись на стойку, Мэлор попытался изобразить искреннюю улыбку.

– Доброе утро, – отстраненно произнесла девушка, даже не взглянув на него.

– Слушай, я в туалет по-большому хочу. Можно я таблетки сразу выпью, чтобы не торопиться?

Марина взглянула на часы – 7:25. Пятнадцать минут до раздачи лекарств.

– Хорошо, держи, – ничего не заподозрив, согласилась она.

Мэлор подхватил протянутый стаканчик, опрокинул содержимое в себя и с упоением начал жевать.

– Возьми хотя бы водой запей, – поморщилась Марина, подавая ему стакан, – хрустишь, как конфетами.

Мэлор благодарно кивнул, выпил предложенную воду, показал практикантке язык и направился в сторону туалета. Убедившись, что за ним никто не наблюдает, он залез в знакомый шкаф. Вынув из-под языка таблетки, Мэлор сунул их в карман: туда, где лежала вечерняя доза. Марина, сама того не зная, угадала: он действительно жевал конфеты-леденцы, которыми его угостил сосед Дима в обмен на обещание поделиться обеденной котлетой.

До завтрака оставалось немного времени, и Мэлор решил дождаться сигнала к приему пищи в импровизированном убежище. Лежа в шкафу, он с восхищением наблюдал, как медленно раскручивается спираль галактики – Млечный путь. Вскоре в бездонной темноте шкафа зажглась еще одна спираль, а следом еще одна и еще, и еще. А потом он вспомнил почти все и понял: он должен бежать из клиники и бежать нужно непременно сегодня.


Завтракал он молча, не обращая внимания на окружающих, ел много и с аппетитом. Несколько раз к нему подходил Дима Караулко и пытался завести разговор с прицелом заполучить недоеденную кашу. Мэлор лишь отмахивался, продолжая сосредоточенно жевать. Он не мог отвлекаться по мелочам, поскольку разрабатывал плана побега, и получалось у него это крайне плохо. Сначала он хотел бежать, съехав по проводам, как Сильвестр Сталлоне и Курт Рассел в фильме «Танго и Кэш», но передумал, поскольку с детства боялся электричества и высоты. Потом он решил уйти через подземный тоннель, как главный герой в фильме «Побег из Шоушенка», но с ходу отверг и эту идею. Во-первых, он сильно сомневался в наличии подземного тоннеля под клиникой. Во-вторых, если тоннель и существует, то сначала нужно достать его план. На это уйдет неделя, а может, и две. Слишком долгий срок. Он должен бежать сегодня, и лучше до обеда, ведь время существования мира неумолимо стремится к нулю.

По мере того как голова начинала соображать все лучше и лучше, Мэлор не переставал удивляться существованию Вселенной. По его расчетам, мир вокруг давным-давно должен взорваться, развалиться и раствориться в безбрежности небытия. Он ожидал чего угодно: пандемии, ядерной войны, удара метеорита или экологической катастрофы, но никак не тихого, мирного существования. Могло ли случиться так, что некто разузнал, где спрятано его изобретение? Ответ был очевиден: такое возможно. Но даже если это так, никто не сможет разобраться в принципе работы прибора. Никто. Даже он сам в данный момент во всех тонкостях не помнил, как работает Пульт управления Вселенной. Но это должно пройти. Чем дольше он не принимает лекарства, тем больше вспоминает и чувствует. Ему бы только поскорее сбежать.

Один писатель, обожающий прописные истины, однажды сказал: «Когда ты чего-нибудь хочешь, вся Вселенная будет способствовать тому, чтобы желание твое сбылось». Мэлор не помнил, как звали писателя, но в тот день убедился в истинности его высказывания на собственном опыте.

Закончив завтрак одним из первых, он направился в курилку, но у запасного выхода нарвался на засаду в виде взволнованной санитарки. Она работала в клинике недавно, и Мэлор не успел запомнить ее имя.

– О! – радостно воскликнула санитарка и ткнула в его сторону пальцем. – На ловца и зверь бежит. Иди сюда! Как тебя звать?

– Мэлор, – представился он и остановился.

– Отлично, Мэл! А я Даша. Видишь тюки с бельем? – санитарка кивнула в дальний конец коридора, где огромной горой высилось упакованное в большие тряпичные мешки грязное белье. – Будешь добровольцем! Хватай мешки и таскай на улицу в машину. Понятно?

– Понятно, – кивнул Мэлор и убрал сигареты в карман.

– Вот и хорошо, а я пойду еще пару добровольцев найду.

Мэлор не испытывал никакого желания таскать грязное вонючее белье, но возражать не осмелился, поскольку не хотел привлекать внимание к собственной скромной персоне. У тюков он повстречал Михаила и Егора – ребят из соседней палаты. Они лежали в клинике недавно, но успели сдружиться. Оба были наркоманами и проходили курс реабилитации.

– Еще одного отловили, – усмехнулся Михаил, закидывая тюк с бельем на спину. – Давай, дурик, хватай мешок, только смотри пупок не надорви.

Мэлор пропустил язвительное замечание мимо ушей. Подхватив мешок с бельем, он молча направился прочь. Выйдя на улицу и закинув белье в припаркованную у крыльца грузовую «Газель», Мэлор посмотрел на дорогу, ведущую к воротам, и тяжко вздохнул. Вот она – свобода. Полсотни метров парка, четырехметровый забор и больше никаких препятствий, если не считать камер по периметру и охранника с электрошокером в сторожке. Все эти элементы по отдельности преодолимы: от охранника можно убежать, забор можно перелезть, камеру можно разбить, но вместе они представляли собой надежную преграду на пути к свободе.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4

Поделиться ссылкой на выделенное