скачать книгу бесплатно
Но при всем этом нашем нигилизме мы почему-то неотступно следуем всякого рода приметам, из-за которых мы можем лишиться денег, попасть под кирпич или не дай Бог поссориться с кем-то. А ведь, по сути, эти приметы так же нелепы, как и товарищи с Олимпа. Однако, даже понимая эту вычурную нелепость, мы продолжаем их чтить.
Почему? Возможно потому, что Бог все-таки есть. И просыпаясь по ночам в холодном поту, мы отчаянно возносим к нему наши молитвы. И если в этот момент вас спросят: «Каково его имя?», вы ужаснетесь с еще большей силой, ведь как самый истинный Бог он устрашает даже именем своим. И это не преувеличение, ведь имя этого Бога – «Страх».
Не забывая об очередной примете, я перешагнул порог и только потом совершил рукопожатие с Толиком.
Пока он запирал дверь, я успел скинуть обувь и переодеть носки.
– Так что там случилось? – спросил Толик, когда закончил с дверью.
Не обращая внимания на вопрос, я аккуратно поставил ботинки в угол, а после повел себя как самый наглый гость.
– Может, сначала приготовишь чаю?
Хозяин квартиры мгновенно воспринял намек и двинул на кухню.
А я тем временем зашел в ванную освежиться. На выходе меня уже ждал торжественный прием.
Аромат свежезаваренного чая мягко растекался по всей квартире, на кухонном столе в мгновение ока появилась свежая выпечка и различные закуски, из комнаты приглушенно доносилась ненавязчивая музыка…
– Только не говори, что пока я сутками напролет прозябал в лаборатории, к тебе приезжали предки, – поинтересовался я, отыскав приятеля в комнате.
– Вообще-то да, – ответил Толик, решив, что придумывать оправдания и отмазки слишком сложно, – Но ввиду грядущих проблем с твоими финансами…
– То есть ты знал?!..
Вопрос бил не в бровь, а прямо в глаз. Но и тут Толик не стал молить о пощаде.
– В древности казнили гонцов, несущих плохие вести…
– Но мы не в древности…
Толик не хотел и дальше нагнетать ситуацию и потому сказал проще:
– Не парься! Что-нибудь придумаем.
После таких уверений настроение вновь скакнуло вверх.
– Кстати потому я и приехал…
Но Толик уже выпихивал меня из комнаты.
– Пойдем. Ты же сам хотел чаю.
Пришлось согласиться. И надо признать, это стоило того.
Предки Толика были какими-то депутатами в каком-то собрании то ли в Калуге, то ли еще где. Меня это как-то не особо интересовало.
Но они весьма щедро содержали своего сынка. Во всяком случае, его никогда не беспокоила невыплата стипендии.
Другое дело – я.
У обычного парня из какой-то там Бетлицы не было богатеньких родителей, и стипендия была моим единственным средством к существованию.
Но мне еще повезло, что не приходилось жить в общаге с шизанутыми наркоманами благодаря доставшейся в наследство от бабушки хате, да родственничкам, которые все-таки как ни как, но платили за квартиру.
– Все путем? – периодически спрашивал Толик, когда я отправлял в рот очередной бутерброд.
– Путем, – отвечал я, и мы продолжали пиршество.
После активного насыщения пришло время собраться с мыслями.
– И все-таки жизнь прекрасна, – возвестил хозяин квартиры, – Не хватает только телок и пива.
– Думаю, скоро с этим будет проще.
Толик бросил на меня недоверчивый взгляд.
– Отвечаешь?!
– Отвечаю.
– Тогда выкладывай…. Не томи.
После этих слов мой приятель уселся за столом в мыслительной позе Сократа и сосредоточился на мне.
– Я встретил Лавринова в маршрутке.
Возможно, Толик и готовился к чему-то неординарному, но подобная новость буквально вынесла ему мозг.
– Да ты гонишь…
– А вот и нет.
Приятелю понадобилось время, чтобы пережевать несуразность бытия.
– И что?
– Я встречаюсь с ним завтра в пять.
– Да ну!!!
На последнем слове Толик распрощался с Сократом и торжественно откинулся на спинку стула, словно пытаясь вознести хвалу небесам. Но вместо этого сказал следующее:
– Ты – чудо! Других слов просто нет. Три месяца простоя и обивания порогов, а потом ты просто встречаешь его в маршрутке….
Он был на эмоциях.
И это было простительно.
Скорее всего, веселье продолжалось бы и дальше, если б не раздался звонок в дверь.
Мы переглянулись.
– Ты кого-то ждешь? – спросил я Толика.
Тот отрицательно качнул головой и направился в прихожую. Я же продолжал сидеть на кухне и ждать развязки. Вариантов было много, и все они торчали костью в горле.
После недолгой сумятицы у входной двери, раздался голос:
– Здорово!
И тогда я понял, что случилось худшее. Спустя мгновение под топот огромных ботинок на кухню прошагал здоровый детина двух метров росту. Увидев меня, он сразу же метнул реплику:
– Здорово, Генка! – после чего нырнул рукой за пазуху и, выудив оттуда бутылку водки, с торжественным стуком опустил ее на стол, – Гуляем! – это была завершающая фраза его творческого выступления.
К тому моменту где-то позади новоявленного гостя появился Толик. Гость оглянулся, поймал какую-то мысль, а потом выдал некое «суммари»:
– Повесь-ка мою куртенку.
Толик без лишних слов и со смиренным выражением лица бросился выполнять веленье, оставив гостя наедине со мной. Давненько небритая рожа скользнула оценивающим взглядом по моей физиономии, а затем плюхнула свой зад на первый попавшийся стул и, развалившись по-свойски, экстатически уставилась в потолок.
Какое-то мгновение и Толик вернулся. Причем как раз для нового задания.
– Да-да, и ботиночки тоже…
На самом деле гость не был гостем, а являл собой полноправного соседа Толика по квартире. Другое дело, что появлялся он на хате только по «божественным» праздникам.
Все остальное время этого весьма странноватого субъекта проходило у всевозможных телок. Как звали его, мне было не досуг, но Толик в разговорах упоминал его просто как «Фролов».
Личной встречей меня удостоили впервые, но мои штаны были лишены счастья, тем более что слава этого персонажа бежала далеко впереди.
– Так чем занимаетесь? – спросил Фролов, когда все собрались за столом.
Нас с Толиком нереально колбасило от одного присутствия непрошеного гостя, а тут еще посыпались вопросы. Мой приятель молчал и искоса поглядывал то на меня, то на Фролова, так что пришлось мне рискнуть здоровьем.
– Учимся.
Ничего умнее мои извилины не производили навскидку. Однако даже этот примитивизм заставил Фролова погрузиться в сонм философских размышлений.
– Учитесь… ученье – свет… и чему же вы учитесь?..
– Наукам.
– Науки это хорошо…
Далее пластинка застопорилась, и, чтобы не томить слушателей, Фролов выдал свежее решение, что возможно смогло бы помочь ему отыскать утерянные, но крайне нужные слова:
– Толик, наливай!
И Толик в очередной раз примерно исполнил директивы. Словно по мановению руки, на столе мигом появились стаканы, а чуть позже в них уже плескалась ядреная жидкость.
– Будем! – сказал Фролов и выпил залпом, потом утер рот рукавом и осенил нас очередной истиной, – Повторим!
Касательно водки Толик не требовал подсказок, и хотя после первой его глазенки уже стали мутнеть, рефлексы работали без единого сбоя. Так что не успел Фролов сказать «по…», как в его руке уже маячил полный стакан.
– Будем! – сказал Фролов, вновь ограничившись творческим минимализмом.
На этот раз, утершись рукавом, он стал копаться в убранстве стола в поисках подходящего закусона. И как итог, Фролов вцепился двумя пальцами в два куска колбасы и, зажав их между зубами, стал смачно пережевывать деликатес, одновременно рассматривая невидимые узоры на потолке.
Когда медитация себя исчерпала, он вновь вернулся к нам, простым смертным.
– Так что за науки?
Мне не хотелось еще больше рисковать здоровьем, вставляя в диалог очередной тупой обрывок фразы, да и алкоголь слегка развязал язык.
– Вообще-то мы будущие врачи.
Фролов изобразил на лице вялую мину изумления, после чего добавил:
– И что из этого?
Когда не знаешь собеседника, можешь случайно попасть впросак, а потом приходится как-то оправдываться.
– Ну, мы изучаем разные науки…
– Зачем?
– …чтобы лечить и находить лекарства…
– Точно!
Фролов просто воссиял от всей гениальности той мысли, что ненароком его посетила. После этого он ткнул в Толика пальцем и выдал очередной постулат:
– Я тоже нашел лекарство…. Давай!!
В третий раз Толик наполнил стаканы в мгновение ока, а мы осушили их еще быстрее, почти со скоростью света. Когда бутылка была допита, Фролов оглядел скрытый туманом внешний мир и, как бы пугливо спасаясь от его безудержной многоликости, издал новый приказ своему соседу:
– Толюсик, тащи заначку!
Минут десять, не меньше, Толик где-то шарился в поисках истины, после чего он нетвердой походкой прибыл на кухню, держа в каждой руке по бутылке.
– Молоток! – сказал Фролов при виде явившихся святых граалей и по каким-то собственным мотивам взялся разливать сам.
Очередное «Будем!» не было последним, а когда еще две бутылки ушли под стол Фролов продолжил научную дискуссию.
– Ну как?! – обратился он ко мне.
– В смысле?