Антон Кротков.

Штрафники Василия Сталина



скачать книгу бесплатно


Со временем удачливый ас разработал и обкатал на практике свою тактику внезапных атак, которую американские газетчики быстро окрестили «Броском томагавка». Дело в том, что зимой 1944 года на «Тандерболте» P?47 Эслы впервые появилось изображение этого индейского оружия. А ещё на борту этого самолёта возле кабины вместо положенной фамилии пилота и его воинского звания было указано «THE DIRTY BLACK MAN» – «Грязный чёрный мужик». По слухам один из заместителей Командующего авиацией США в Великобритании бригадного генерала Икера, когда ему впервые доложили о прибывших из Штатов молодых цветных лётчиках, раздражённо обронил: «Этим грязным чёрным мужикам надо сартиры в офицерском общежитии чистить, а не на боевые задания летать»…

«Особый метод Эслы» подразумевал скоростной бросок с большой высоты и атака вражеского самолёта снизу из?под правого крыла – из слепой зоны, словно удар финкой под рёбра. Дело в том, что типичный лётчик держит левую руку на рычаге управления двигателем, а правую – на ручке штурвала. И даже если немецкий пилот вовремя чувствовал опасность, всё равно обычно инстинктивно оглядывался назад через левое плечо. Поэтому?то коварный янки всегда подбирался к «брюху» намеченного к закланию «Фокке?вульфа» или «Мессершмитта» немного справа, чтобы наверняка вспороть его обшивку кинжальным огнём. Следовал шквал огня в упор по избранному в качестве цели противнику. Если подходящих мишеней оказывалось несколько, Эсла вёл себя с хладнокровием и азартом лиса, пробравшегося в курятник. Всадив несколько снарядов в один самолёт, он мгновенно разворачивался в сторону нового врага – с утопленной гашеткой, – не прекращая стрельбу. Этот парень был настоящей машиной для убийства!

Прикончив всех, кого можно было с ходу достать своим «томагавком», удачливый охотник быстро покидал поле боя на максимальной скорости. Основой тактики Эслы была внезапность. Иногда американец атаковал строй вражеских самолётов снизу, когда противник был отлично виден на фоне облаков. Его же собственный, низко летящий над самыми верхушками деревьев и окрашенный в камуфляжные цвета «Тандерболт» сливался с землёй.

При случае можно было выпрыгнуть на противника из облака. Быстро расстрелять зазевавшегося «боша»55
  Презрительное прозвище немцев


[Закрыть]
и тут же вновь скрыться в глубине гигантской белой шапки.

Эсла и в воздухе вёл себя точно так же, как скандалил и дрался в каком?нибудь баре. Мгновенно переходя от словесной перепалки к мордобою, посылая противника в нокаут внезапным и точным ударом в челюсть.

У этого парня было фантастическое, какое?то звериное чутьё на ситуацию. В бою и в драке он всегда больше доверял собственной интуиции, чем холодному рассудку.

Точно чувствовал дистанцию для своевременного переключения с пулемётов на пушки. Знал, когда именно надо бить, а когда уносить ноги. Однажды во время интервью Эсла перебил газетчика, который, желая сделать приятное прославленному асу, назвал его американским героем без страха и упрёка, не боящимся нападать на численно превосходящего врага. На это лётчик резко заявил: «Ты что, считаешь меня за идиота? Если ты один, а „Фоккеров“ много, и они готовы к встрече с тобой, только абсолютный болван вроде тебя будет изображать из себя супермена. В таких случаях я всегда уношу свою чёрную задницу, потому что не люблю играть в меньшинстве».

При этом многие отмечали уникальные снайперские способности Эслы. Порой ему приходилось стрелять по вражеским истребителям издалека, но Эсле редко требовалось более 7–10 снарядов, чтобы «завалить» неприятельскую машину.

Но характер, который превратил простого парня с маленькой фермы в национального героя, чуть не прикончил его карьеру…


Благодаря своим успехам Эсла стал настолько популярен в США, что в городских кварталах с компактно проживающим чернокожим населением массово продавались комиксы, в популярной форме рассказывающие преимущественно неграмотным читателям о его фронтовых подвигах.

Но как бы ты не был хорош, если ты родился с «неправильным» цветом кожи, тебе обязательно когда?нибудь напомнят об этом. Будь Эсла белым, издатели и голливудские продюсеры, несомненно, сделали бы из него «Капитана Америку»66
  Популярнейший супергерой из американских комиксов и фильмов сороковых годов.


[Закрыть]
. Но он был чёрным, и потому многим влиятельным персонам он не нравился. По этой же причине не состоялось награждение героя высшей боевой наградой США – Медалью Почёта. Несколько представлений на эту награду так и не дошли до президента Рузвельта, который наверняка поставил бы на них свою подпись.


В начале 1945 года, впервые раз за всю войну чернокожий американец Филипп Эсла, произведённый к этому времени в майоры, должен был принять участие в пропагандистском туре по крупнейшим городам США. Поездка была организована Департаментом пропаганды военного министерства в рамках общенациональной компании по продаже облигаций военного займа. Но накануне ответственного рекламного турне, вернувшийся с передовой в полный соблазнов Нью?Йорк, герой напился и подрался в баре с какими?то офицерами, среди которых оказался штабной полковник. Скандал получился громкий, и с армейской службой пришлось расстаться.

До 1948 года отставник постоянно менял работу и боролся с алкоголизмом. Место пилота в гражданской авиакомпании чернокожему кандидату с прескверной репутацией пьяницы и дебошира получить не удалось. Поэтому пришлось трудиться на чикагских бойнях. Он побывал портовым грузчиком, продавал разливное пиво, даже подставлял свою голову под пушечные удары боксёров?тяжеловесов за 15 «баксов» в час в качестве наёмного спарринг?партнёра.

Фортуна вновь улыбнулась Филиппу, когда к нему обратилась крупное нью?йоркское издательство с предложением написать автобиографическую книгу. Опубликованная история эскадрильи VMF?315 под оригинальным названием «Гав, гав чёрные псы» стала супербестселлером. О забытом герое войны вновь заговорили.

Жизнь стала налаживаться. Приняв предложение командования ВВС, Эсла по частному контракту год руководил секретной программой «Top Gun». На авиабазе во Флориде лучшие эксперты бывших гитлеровских Люфтваффе вместе с американскими асами обучали строевых лётчиков самым эффективным приёмам воздушного боя. Особая Академия воздушного боя оказалась столь удачным предприятием, что через год её руководителю предложили продлить контракт и восстановиться в армии. Но Эсла отказался, решив начать гораздо более высокооплачиваемую карьеру лётчика испытателя, – вначале в фирме «Republic Aviation», на истребителе которой воевал, а затем перешёл в «North American Aviation». Вскоре компания предложила своему знаменитому тест?пилоту провести необычную рекламную акцию новейшего истребителя, опробовав его в боевых условиях.

Новый истребитель, это больше, чем просто востребованная моментом боевая машина. Это престиж государства, важнейший показатель его технологической и экономической мощи. На новых истребителях в пропагандистских целях летают президенты и крупные политики, а испытывающие их тест?пилоты зарабатывают серьёзные деньги. Пилоты же, способные одинаково хорошо испытывать самолёт на прочность и попутно рекламировать его, быстро становятся миллионерами.

Поэтому Эсла согласился подписать контракт. Но помимо затребованного высокого гонорара, выдвинул принципиальное условие: на его самолёт должно быть установлено максимально мощное вооружение, серьёзно превосходящее пулемётный арсенал обычных фронтовых «Сейбров».

Здесь в Корее за каждого сбитый в рекламных целях новой пушкой или ракетой русский МиГ Эсла получал от компании солидную премию.

Сам же удачливый ас мог чувствовать себя в бою практически неуязвимым и не только благодаря своему исключительному лётному мастерству и грозному вооружению. Даже на американской авиабазе практически никто не знал, что экспериментальный самолёт изготовлен из особого алюминиевого сплава с повышенными прочностными характеристиками. Эсла проводил испытания сверхлёгкой авиационной брони, устойчивой ко многим видам боевых повреждений.

До сих пор считалось, что бронирование неизбежно приводит к ухудшению лётных характеристик истребителя, для которого скорость, манёвренность и способность быстро набирать высоту – жизненно важны в поединке с такими же стремительными летательными аппаратами. Поэтому конструкторы компании «North American Aviation» вместо тяжёлых навесных бронеплит придумали изготовить сверхпрочный фюзеляж из особого магниевого сплава, то есть, выражаясь техническим языком, сделать броню «несущей». Для доводки непосредственно на месте боевых испытаний экспериментального вооружения и оборудования компания «North American» пригласила в помощь своим инженерам команду учёных из Массачусетского технологического института.

Компания планировала в случае успеха боевых испытаний нового истребителя произвести технологическую революцию в боевой авиации и заработать на своих ноу?хау миллиарды долларов. Часть этих денег в качестве роялти77
  Призовые авторские отчисления


[Закрыть]
должна была перепасть ведущему тест?пилоту компании. Так что после завершения этой работы Эсла рассчитывал стать очень богатым человеком и открыть собственный бизнес.

Для этого Эсла напряжённо работал в воздухе и на земле. Когда усталый после напряжённого полёта Филипп вылезал из кабины своего «Сейбра», на этом его работа не заканчивалась. В пропитанном потом летном костюме он шёл на доклад сперва к офицеру, курирующему испытания. Затем отчитывался перед разработчиками самолёта и испытываемых на нём новейших комплексов вооружения. И, наконец, пилот должен был пообщаться с командой «чикагских мальчиков», отвечающих за проведение предельно агрессивной маркетинговой компании по рекламной раскрутке новых технических продуктов «North American»…


*


Ознакомившись с досье, генерал Крымов заявил контрразведчикам, что лично за шкирку вытащит эту заокеанскую «шпану» из кабины, после того, как посадит со своими парнями его «Сейбр» на нашем аэродроме.

Подготовка к завершающей стадии операции «Восточная сабля» велась стремительными темпами. За крупное вознаграждение информатор на вражеской авиабазе пообещал сообщить резиденту северокорейской разведки, когда в следующий раз американец отправиться за линию фронта. Дело в том, что он прилетал из Японии на военно?транспортном «Дуглас С?54 «Скаймастер» буквально накануне очередного боевого тестирования экспериментальной машины. А ровно за сутки до визита Эслы специальная команда инженеров и техников начинала готовить его самолёт. Получалось, что у «нордовцев» было целых 24 часа на организацию засады! О такой форе никто из столичных охотников ещё совсем недавно даже не мечтал.

Подрастерявшие первоначальный энтузиазм пилоты вновь воспряли духом. Тренировочные полёты теперь начинались с рассветом и заканчивались лишь с заходом солнца. Все понимали, что если матёрому американцу удастся ускользнуть, их ожидает бесславное возвращение на Родину, а кому?то, возможно, придется ответить головой за невыполнение важного правительственного задания.

Поэтому все элементы западни были продуманы досконально. Благодаря тому, что вскоре стало известно, на какой именно аэродром будет совершено нападение, появилась возможность продумать все элементы готовящейся западни. Расчеты показали, что лётчик «Сейбра» при оптимальной скорости следования к цели, имел в запасе не более 7–10 минут на маневрирование в районе советского аэродрома, чтобы в баках его самолёта осталось ещё довольно топлива на обратный путь. Поэтому, если отрезать долгожданному «гостю» путь домой и связать боем, то на долгое «кувыркание» с МиГами янки не хватит. Было решено, что как только Эсла войдёт в зону аэродрома, пара МиГов закроет ему путь к морю, – дверца мышеловки захлопнется.

Дополнительно местность вокруг авиабазы была срочно усилена батареями противовоздушной обороны и фактически превращена в «зенитный капкан».

Правда существовала вероятность того, что, израсходовав горючее, американец катапультируется с целью разбить секретный «Сейбр». Но всё равно шансы на успех были очень высоки.


Утро 27 февраля выдалось солнечным и безветренным. Погода идеально соответствовала предстоящей охоте: в лазоревом небе ни облачка. Информатор с южнокорейской авиабазы не подвёл. Как только Эсла прибыл из Японии, он сообщил резиденту северокорейской разведки, чтобы русские начинали готовить встречу дорогому гостю. Поэтому с первыми лучами восходящего солнца лётчики спецгруппы заняли места в кабинах своих истребителей. Не был известен лишь точный час вылета американца. Оставалось ждать сигнала от операторов РЛС, которые должны были обнаружить метку приближающегося самолёта на экранах своих радаров.

В пятнадцать минут одиннадцатого с тыловой железнодорожной станции Сунчхон поступило важное сообщение о пролетевшем над ними в сторону Пхеньяна одиночном «Сейбре» в характерной боевой раскраске. Теперь уже ни у кого не осталось сомнения в том, что коварный американец в своём фирменном стиле сделал существенный крюк, чтобы выйти на цель оттуда, откуда его не ждут. Это означало, что к моменту выхода в район советского аэродрома запаса керосина в его баках должно остаться даже меньше, чем ожидалось. Всё как будто складывалось самым наилучшим образом.


Уже находясь в воздухе звено МиГов получило с земли ещё одно обнадёживающее сообщении: одиночная цель захвачена советской радиолокационной станцией. Наблюдающий за движением отметки неприятельского самолёта на экране своей обзорной РЛС штурман наведения чётко выводил советские истребители на цель. Четыре МиГа и одинокий «Сейбр» сближались с суммарной скоростью свыше 2000 километров в час. На этот раз интуиция похоже изменила коварному чернокожему охотнику: ни о чём не подозревая, он несся навстречу плену или гибели. Для него стремительно таяли секунды, когда ещё можно было что?то изменить…

Но дальше произошло то, чего никто из лётчиков группы Крымова не мог ожидать. Сперва пилот передового МиГа заметил впереди крупную блестящую точку «Сейбра» и радостно поспешил доложить об этом генералу. Но практически сразу сверкающая в солнечных лучах одинокая точка рассыпалась на гирлянду серебряных «капель». То, что оператор РЛС принял за одинокий самолёт, оказалось группой неприятельских истребителей, идущих в очень плотном строю крыло к крылу. Информатор на южнокорейской авиабазе оказался двойным агентом, работающим на американскую контрразведку. Благодаря ловкой инсценировке, МиГи особой группы сами попались на наживку. «Сейбров» оказалось 12 против четырёх МиГов! Те два самолёта, что ушли в сторону моря – отсекать Эсле путь к отступлению, бесследно исчезли. Судьба их пилотов так и осталась загадкой…


Крымов попытался срочно вызвать на помощь подкрепление, но американцы заранее позаботились о применении в районе встречи с русскими самолётами средств радиоэлектронной борьбы, наглухо забив радиочастоты на которых велись переговоры «крымовцев» с землёй и друг с другом.

В завертевшейся круговерти воздушного боя генерал Крымов почти сразу потерял своего ведомого: на слишком крутом манёвре гравитационные перегрузки оказались запредельными – чрезмерными для его напарника, который, не будучи облачён в специальный противоперегрузочный костюм, потерял сознание. Впоследствии специальная комиссия установила, что отставший от своего ведущего лётчик вдобавок ко всему неплотно подогнал кислородную маску, а готовивший его самолёт механик второпях забыл перед вылетом закрыть вентиляционный кран в кабине, в результате чего на высоте около пятнадцати километров, на которой начался бой, произошла разгерметизация кабины, и лётчик потерял сознание…


Оставшись один против звена «Сейбров», Фёдор Крымов попытался оторваться от них на форсаже, но ему не позволили этого сделать, из чего он быстро сделал вывод, что имеет дело с такой же охотничьей командой. Американцы целенаправленно преследовали именно генеральский МиГ.

Ещё в первые дни корейской командировки Крымов приказал нанести на фюзеляж своего персонального истребителя яркий знак командира группы. А ведь репрессированный по его навету подполковник Зорин предупреждал генерала, что делать этого не следует, ибо отмеченный особой эмблемой самолёт не только становился легко узнаваем для своих, но и может привлечь внимание противника.

Для того чтобы воевать на заметной выделяющейся машине требуется быть истинным асом, способным даже в самых неблагоприятных обстоятельствах постоять за себя. На фронте Крымову приходилось оказываться в подобных переделках и ему всегда везло. Но в этот день фортуна явно играла на стороне противника. В какой?то момент Крымов нажал на кнопку артиллерийской стрельбы, и не почувствовал характерной вибрации. Скосив глаза на счётчик боеприпасов, он убедился, что снаряды ещё есть. Палец снова нервно давит на чёртову кнопку – никакого эффекта. «Пушки заклинило!» – возникла в голове страшная мысль. – Теперь я безоружный. Всё. Это плен. Нет!!!».

Мысль о том, что его – генерала Крымова поведут по вражескому аэродрому, и все будут глазеть на него, смеяться и показывать пальцем – показалась ужасной. На войне Крымову приходилось видеть сбитых немецких пилотов, взятых в плен аэродромной охраной. Вид они имели жалкий…


По фюзеляжу МиГа забарабанило – словно отбойным молотком прошлись. Это была предупредительная очередь. Но, судя по показанию приборов, один осколок всё?таки прошил бензобак. Впрочем, пожара можно было не опасаться. На такой высоте самолёт не мог загореться из?за недостатка кислорода. Между тем МиГ Крымова уже взяли в клещи два «Сейбра». Ещё два американца пристраивались сверху и снизу. Вражеские самолёты находились так близко, что Федор Степанович видел самоуверенные лица их пилотов. Генерал не мог поверить своим глазам и больше всего хотел сейчас очнуться и обнаружить, что этот кошмар ему только сниться! Всё заканчивалось так нелепо!

Крымов лихорадочно пытался что?то придумать, найти лазейку в сжимающих его страшных объятиях. Но при малейшем отклонении вправо или влево рядом проносились пулемётные трассы. Крымов попробовал резко сбросить обороты двигателя и выпустить закрылки, чтобы враги проскочили вперёд. Тогда идущий справа американец характерным жестом пригрозил русскому, что отрежет ему голову, если красный не перестанет рыпаться. В ответ генерал сложил руки в фигуру понятную без слов любому иностранцу: «Вот тебе, Федька Крымов, империалистическая морда! Не возьмёте гады!».

Всё это время он непрерывно вызывал по радиосвязи помощь, но в наушниках слышался только неприятный свербящий свист и потрескивание вражеских «глушилок». Фёдор Степанович почувствовал, как к его глазам подступили слёзы. Умирать страшно не хотелось. Рушилась такая приятная удобная жизнь, к которой он шёл долгие годы, мотаясь по гарнизонным баракам и чуть ли не ежедневно рискуя жизнью. И вот теперь, когда он имел всё, о чём только может мечтать советский человек – огромную квартиру в новой столичной высотке, загородный дом, персональный автомобиль, деньги и почёт, долг требовал поставить в собственной судьбе жирную точку. Слеза покатилась по его обветренной щеке, когда Крымов вспомнил о дочери и внучке. Но вместо рыданий из широкой груди этого могучего жёсткого человека вырвался рёв обложенного загонщиками медведя…


Возле американского аэродрома один из «Сейбров» вышел вперёд, чтобы показать пленному русскому, куда ему следует садиться. И Крымов решился. Смачно выругавшись, он дал полный газ, обрушив свой самолёт на врага. После столкновения у Крымова оставался небольшой запас времени, чтобы дёрнуть за рычаг катапультирования и спастись. Этим шансом он не воспользовался, ибо остаться в живых означало попасть в плен. При крушении МиГа тело пилота разметало на большой площади. Поэтому, когда американцы решили захоронить останки храброго русского лётчика с воинскими почестями, им удалось собрать в небольшой мешок найденную на месте падения истребителя правую кисть погибшего, сжимающую фрагмент ручки управления и несколько сильно обгоревших кусочков кожаной лётной куртки…


*


Организовавшие засаду Филипп Эсла и немецкий эксперт разведки ВВС США сами в первой схватке с МиГами не участвовали. Они внезапно атаковали сильно потрёпанных коллегами русских уже во время посадки. Впоследствии никто в штабе 64?го авиакорпуса и в Москве не мог понять, каким образом эта пара так долго находилась в воздухе и где она прятались, пока шёл основной бой…


К месту засады Эсла со своим ведомым следовали на очень большой, выгодной с точки зрения расхода топлива, высоте. Но главное – через один час четырнадцать минут после взлёта в назначенной точке рандеву истребители встретились с воздушным танкером. Хотя система дозаправки в воздухе была впервые опробована полковником ВВС США Айрой Экером на биплане Fokker C?2A под названием «Вопросительный знак» ещё в 1929 года, такой метод, позволяющий значительно удлинить время пребывание самолётов в воздухе, считался рискованной экзотикой и практически не применялся в практике военной авиации. При планировании боевых операций его никогда не брали в расчёт, как чрезвычайно сложно осуществимый, а потому крайне маловероятный. Но на своих специально подготовленных истребителях тест?пилот Эсла и его многоопытный ведомый удачно пополнили свои топливные баки керосином от переоборудованного в заправщик бомбардировщика B?26.

Пока шёл бой, эта пара «Сейбров» держалась вблизи советского аэродрома. Опытным охотникам удалось до времени не обнаружить себя, прячась среди высоких холмов. В решающий момент асы сбросили дополнительные топливные баки, и напали на уцелевших русских. Только одному пилоту из всей группы «Норд» удалось вернуться в свой аэродромный капонир на изрешечённом пулями и осколками МиГе…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10