Книги автора Антон Абрамов
Антон Абрамов
Лада — редактор, привыкшая спасать чужие рукописи точностью. Глеб — писатель, привыкший прятать правду в интонации. Одна ночь, один город, о…
Лада — редактор, привыкшая спасать чужие рукописи точностью. Глеб — писатель, привыкший прятать правду в интонации. Одна ночь, один город, о…
Антон Абрамов
религиозные тексты, религиоведение / история религий, религии / верования / культыОна умерла в 1970-м.
Её тайна — нет.
В ноябре 1970 года в норвежской долине Исдал нашли обгоревшее тело женщины. Загадка ее личности так и о…
Она умерла в 1970-м.
Её тайна — нет.
В ноябре 1970 года в норвежской долине Исдал нашли обгоревшее тело женщины. Загадка ее личности так и о…
Антон Абрамов
контркультура, ужасы, русская драматургияСреди тысяч утраченных полотен есть одно, о котором предпочитают не говорить вслух. Картина Брейгеля Старшего, скрытая четыре с лишним века …
Среди тысяч утраченных полотен есть одно, о котором предпочитают не говорить вслух. Картина Брейгеля Старшего, скрытая четыре с лишним века …
Антон Абрамов
Палеопатолог Вера Северова получает из Песоцкой костницы зуб человека, умершего в XV веке, и находит в нем след болезни, которой тогда не мо…
Палеопатолог Вера Северова получает из Песоцкой костницы зуб человека, умершего в XV веке, и находит в нем след болезни, которой тогда не мо…
Антон Абрамов
Венеция, 1907 год.
Русский граф Павел Камаровский оформляет крупный страховой полис в пользу своей невесты - Марии Тарновской, женщины, чье…
Венеция, 1907 год.
Русский граф Павел Камаровский оформляет крупный страховой полис в пользу своей невесты - Марии Тарновской, женщины, чье…
Антон Абрамов
В Лиоре последняя минута погибшего становится доказательством. Слушательницы пропускают Эхо через собственное тело, суд выносит приговоры, а…
В Лиоре последняя минута погибшего становится доказательством. Слушательницы пропускают Эхо через собственное тело, суд выносит приговоры, а…
Антон Абрамов
Англия, 1214 год. Алис отпели как покойницу и замуровали у северной стены церкви. У кельи три окна... щель в алтарь, створка для хлеба и окн…
Англия, 1214 год. Алис отпели как покойницу и замуровали у северной стены церкви. У кельи три окна... щель в алтарь, створка для хлеба и окн…
Антон Абрамов
Основано на реальных событиях.
Токио, январь 1948 года. В отделение банка входит вежливый человек с медицинским саквояжем и повязкой санитар…
Основано на реальных событиях.
Токио, январь 1948 года. В отделение банка входит вежливый человек с медицинским саквояжем и повязкой санитар…
Антон Абрамов
Накануне запуска нового навигационного комплекса инженер Таисия Ракитина видит на экране невозможное: фантомную отметку борта, который разби…
Накануне запуска нового навигационного комплекса инженер Таисия Ракитина видит на экране невозможное: фантомную отметку борта, который разби…
Антон Абрамов
детские приключения, книги о приключенияхНЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕ…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕ…
Антон Абрамов
Классика кажется пылью, пока однажды не узнаешь в ней свой день.
Эта книга не пересказ и не школьный разбор. Это 10 точных линз: власть, ви…
Классика кажется пылью, пока однажды не узнаешь в ней свой день.
Эта книга не пересказ и не школьный разбор. Это 10 точных линз: власть, ви…
Антон Абрамов
В городе появляется невозможное: вода становится идеальной при нулевых затратах. Инженерная проверка, назначенная как формальность, быстро п…
В городе появляется невозможное: вода становится идеальной при нулевых затратах. Инженерная проверка, назначенная как формальность, быстро п…
Антон Абрамов
философия и логикаДом на набережной давно признан аварийным, но город по-прежнему слышит его голос: низкий гул в трубах, похожий на тот самый утонувший колоко…
Дом на набережной давно признан аварийным, но город по-прежнему слышит его голос: низкий гул в трубах, похожий на тот самый утонувший колоко…
Антон Абрамов
научная фантастика, боевая фантастика, мистикаЧто, если у памяти есть собственный геном?
Искусственный интеллект государственной программы «Мнемозина» сканирует век российской истории — …
Что, если у памяти есть собственный геном?
Искусственный интеллект государственной программы «Мнемозина» сканирует век российской истории — …
Антон Абрамов
Полярная ночь. Арктический терминал. Во время демонстрации системы «Ложный горизонт» рвется водородная линия, и пятьдесят восемь человек ока…
Полярная ночь. Арктический терминал. Во время демонстрации системы «Ложный горизонт» рвется водородная линия, и пятьдесят восемь человек ока…
Антон Абрамов
Нарев живет в воде, его отец жил на суше. В мире четырех человеческих форм, где ребенок никогда не похож на родителя, это обычная семья.
Пос…
Нарев живет в воде, его отец жил на суше. В мире четырех человеческих форм, где ребенок никогда не похож на родителя, это обычная семья.
Пос…
Антон Абрамов
современные любовные романыВ городе, где все решается одним нажатием, смерть тоже научилась выглядеть как сервис. Топ-менеджера находят мертвым в стеклянной переговорн…
В городе, где все решается одним нажатием, смерть тоже научилась выглядеть как сервис. Топ-менеджера находят мертвым в стеклянной переговорн…
Антон Абрамов
Ася Лунина возвращается в родной город на один сезон, чтобы привести в порядок архив театра перед юбилеем. Она умеет спасать бумагу: разглаж…
Ася Лунина возвращается в родной город на один сезон, чтобы привести в порядок архив театра перед юбилеем. Она умеет спасать бумагу: разглаж…
Антон Абрамов
В Доме четырех сезонов июль включают посреди зимы: за стеклянным куполом - полярная ночь, внутри - лимоны, рассада, яблочный пирог и кафе Га…
В Доме четырех сезонов июль включают посреди зимы: за стеклянным куполом - полярная ночь, внутри - лимоны, рассада, яблочный пирог и кафе Га…
Антон Абрамов
христианство, книги по философии«Разлом» — роман о цене прозрачности в мире, где память стала инфраструктурой, а биография набором доступов и исключений. После Великого Сбо…
«Разлом» — роман о цене прозрачности в мире, где память стала инфраструктурой, а биография набором доступов и исключений. После Великого Сбо…






























