Анна и Сергей Литвиновы.

Дамы убивают кавалеров



скачать книгу бесплатно

Эльшад организовал регулярные объявы в недорогих районных газетках. Нанял подростков – те должны были совать листовки с рекламой за дворники автомобилей, в избытке припаркованных совсем рядом, возле Косинского рынка. Украсил соседние улицы щитами: «АВТОСЕРВИС «ШУМАХЕР». ЧИНИМ ВСЕ. ЧИНИМ БЫСТРО. ЧИНИМ С ГАРАНТИЕЙ. РАБОТАЕМ 24 ЧАСА В СУТКИ».

Народ потянулся. Поначалу не обходилось без накладок. Какой-нибудь фраер явится на «Рено» – а как это «Рено» чинить, один Аллах знает. Мальчишки-подмастерья – не уследишь же за всеми! – важную гайку в смотровой яме потеряют. И не только районные менты повадились ремонтироваться на халяву, но и всякая мелочь пузатая – из пожарного надзора, из санэпидстанции.

Однако новое дело Эльшада захватило. Он присутствовал на своем сервисе почти все объявленные в рекламе двадцать четыре часа в сутки. Теплыми ночами спал здесь же, в своем по-пижонски оборудованном кабинете. Был в курсе всех текущих проблем. Кого-то из недовольных клиентов улещивал, кого-то (иногда при помощи людей двоюродного дяди, самого тудуна Нарима Каримова-Черного) – припугивал. Попутно подучивался у опытных слесарюг – и теперь сам мог поставить диагноз при любой машинной поломке.

Сервис «Шумахер» стал считаться одним из лучших в районе. Окончательной победой стал визит двоюродного деда Сурена, доверившего команде Эльшада свой бронированный «шестисотый» «мерс». «Мерс» облизали так, что поднеси ухо к капоту, и то не услышишь: а заведен ли вообще движок?

Двоюродный дед остался доволен. Благодушно дал денег на дальнейшую раскрутку. И вскоре в «Шумахере» появились автомойка, химчистка салона и компьютерная диагностика. Наняли еще пяток слесарей, а рекламу стали давать в дорогущей газете «Экстра-М».

Но Эльшаду все казалось, что спектр услуг в «Шумахере» ограничен, а посетителей – мало. Он сидел над автомоябильными журналами, посещал автовыставки, следил за новейшими разработками в области технологий ремонта автомобилей. И однажды в его руки попал буклет про суперанглийскую технологию «Scratch away», что переводилось как «Прочь, царапины».

Официальный перевод названия Эльшаду не понравился, и он переименовал его на свой вкус: «Дырки – на хер!» Так, на его взгляд, звучало гораздо лучше.

Англичане обещали поставлять заинтересованным автосервисам набор суперкрасок. С их помощью можно было восстанавливать покоцанные тачки так, что закрашенного места не увидишь даже с лупой. «Интересно, какого шайтана? – скептически думал Эльшад. – Закрас – он всегда виден, как ни извращайся…»

Но на всякий случай он отправился на презентацию технологии. Там его встретили шустрые мальчики – русские, но косящие под англичан. Поили бесплатным шампанским, совали в нос яркие плакаты. Верещали про «уникальные пигментные пасты», «эксклюзивные биндеры»[5]5
  В краске связующие составы.


[Закрыть]
, «сверхточные аэрографы[6]6
  Аэрограф – устройство для нанесения краски.


[Закрыть]
».

На его глазах красили опытные образцы поцарапанных машин (и «Пассаты» там были, и «Вольво», и неновый «мерс»…). А после покраски – даже малейшие следы царапин действительно исчезали. Чудо прямо какое-то.

Распространители технологии обещали рекламную поддержку, особую скидку и постоянное содействие – из самой Англии. В общем, так охмурили, что Эльшад сам не понял, как отдал залог в пять тысяч долларов.

Новую идею дед – лично взявшийся курировать дела на мельчайшем (в масштабах империи хозар) автосервисе – не одобрил. Сказал коротко:

– Херня. Чудес не бывает.

Но денег дал. С обычным напутствием:

– Прогоришь – отдашь из своих.

Эльшад заплатил еще пятнадцать тысяч и оказался хозяином чемоданчика с красками, аэрографа и… обычного фена – им предполагалось сушить окрашенную поверхность. Еще ему предоставили бланки приходных ордеров (вот спасибо, в любом магазине они по десять рублей за сотню!) и бумажку с гарантией, что ни одному сервису на территории размером в пять квадратных километров вокруг «Шумахера» данная технология продаваться не будет.

– А других дураков и без ихней гарантии не найдется, – пробурчал старший мастер, единственный во всем сервисе русак, скептически настроенный Борис Александрович.

Эльшад принялся осваивать новую технологию. Для эксперимента угробил две битые «копейки», валявшиеся неподалеку от сервиса. Своими руками смешивал, красил, сушил.

«Родного» цвета не получалось. А то, что выходило, – через пару дней смывалось дождями, несмотря на тщательнейшую сушку выданным феном.

Англичане ни хрена не помогали. На все рекламации глубокомысленно отвечали: проблема заключается в низкой квалификации вашего персонала.

Эльшад попробовал избавиться от технологии. Проклятые «Дырки прочь» только посмеялись и посоветовали внимательно перечитать договор. Согласно договору, вернуть им технологию и получить назад свои денежки было невозможно. Оставалось только обращаться к любящему деду или дяде Нариму-Черному и просить их наехать.

Черный-то, конечно, на англичан наедет. Только всех бабок он все равно не отобьет, от силы – половину. А еще половину от половины возьмет за свои услуги. А Эльшад останется с долгом в пятнадцать тысяч и с клеймом неудачника.

Пришлось искать обходные пути. За бешеную зарплату Эльшад нанял химика – профессора, из самого МГУ! Поручил ему сделать из проклятых «Дырок» по-настоящему работающую технологию.

– Бесполезно, – заявил химик.

– Плачу вдвое! – вздохнул Эльшад.

И работа началась. Химик возился три месяца. Эльшад с содроганием выкладывал бабки, что ученый требовал на дорогущие реактивы.

Первой красили машину самого химика – убитую в боях со стенами гаража «пятерку». Вышло! Вышло, даже несмотря на то, что родная краска машины до неузнаваемости выгорела! Закрашенных пятен на машине химика вовсе не было видно. Потом Эльшад пожертвовал царапиной на собственном «Форде». И опять получилось. Далее – рискнули тачкой какой-то бабешки, явившейся на сервис менять бензонасос.

Бабешка пришла в экстаз. От полноты чувств выложила Эльшаду сто баксов. И дело завертелось! А нахалы англичане присылали в «Шумахер» корреспондентов – написать о том, как безупречно работает якобы их технология.

«Дырки – на хер!» (почему именно дырки — никто не понимал) очень быстро завоевали в районе бешеную популярность. В «Шумахер» приезжали перепуганные подростки, поцарапавшие папины машины. Заявлялись экономные мужички – менять битую деталь их душила жаба. Дешевле покрасить так, чтобы скрыть все изъяны. Припархивали русские бандитские подружки, что не сумели припарковаться на «бээмвухах», подаренных папиками.

Однажды позвонил дедушка Сурен:

– На завтра закрой свой сервис. Спецобслуживание. Приеду я и два моих кума.

Эльшад торжествовал. Если ему доверяют эксклюзивные тачилы – а на чем еще ездят кумовья Сурена? – значит, технология, эти несчастные «Дырки – на хер!», которую он сам купил, а потом сам довел до ума, действительно работает!

Еще накануне он разогнал с сервиса всех клиентов. Нужно все прибрать, вычистить, приготовиться. Пожалел только совсем юную девчушку, пошкрябавшую папину машину. Малышка так дрожала, так причитала. Он сам покрасил ее убогую «Фелицию». А пока работал, налил ей чаю в своем кабинетике. Пусть посидит, успокоится. Может, он с ней еще о чем-нибудь договорится?

…ВЕЛИКИЙ ПОКРАС прошел, как говорят эти русские, без сучка без задоринки. Сурен довольно пыхтел, его кумовья поглядывали на Эльшада уважительно. Пять царапин на трех машинах (а тачилы стоят на круг тысяч шестьсот «зеленых»!) исчезли бесследно.

На радостях Эльшад отправил с посыльным ящик коньяку своему химику и на всю ночь забурился в принадлежащее Семье казино «Золотая фишка».

К семи утра он проиграл вторую штуку баксов и заказал шампанского – «отметить победу». А в пять минут восьмого его взял за плечо водитель Сурена.

– Поехали, – приказал он.

Не слушая возражений, вывел Эльшада из казино и усадил его не в только что покрашенный «Мерседес», а в «БМВ» – запасную машину дядюшки.

Всю дорогу водила зловеще молчал, яростно давил на газ. По пустому утреннему шоссе они домчались до дядюшкиного особняка в Малаховке за пятнадцать минут. Ворота оказались гостеприимно открытыми. А во дворе, вокруг уже работавшего фонтана, были выставлены все три покрашенные вчера машины.

Нет, царапины на них не проявились. Случилось гораздо худшее.

Серебристая «Ауди А-8» имела на своем боку извилистую линию ядовито-салатного цвета. Ярко-голубой «Порш» украшали радикальные зеленые разводы. А дядюшкин «Мерседес» цвета черный металлик оказался в оптимистичных блямбах тона молодой листвы.

Эльшад охнул. Опустился на колени перед одной из машин. Принялся стирать разводы носовым платком.

– Бесполезно, – ядовито сказал стоявший за его спиной водитель. – Не сотрешь.

На пороге виллы между тем появился дедушка. Сказал глумливо:

– Ну что ж, спасибо тебе, Эльшадик. Удружил. – И добавил стальным голосом: – Ну, пошли. Поговорим.

Дарья Коноплева.
В то же самое время

Даша с удовольствием продолжала следить за собой.

Ленька только ахал, когда мама приходила домой то с новой элегантно-небрежной прической, то в контактных линзах, превративших скучноватые серые глаза в два сияющих василька. Он придирчиво осматривал Дашу. И изрекал восхищенно:

– Ну, мамань, ты даешь!

– Что, нравится? – не без кокетства спрашивала она.

– Да зашибись! Просто супер! – хвалил сын. И ехидно добавлял: – Кто бы мог подумать! Нужно было мне впилиться в «Брабус», чтобы ты за себя взялась. Слушай, а зачем тебе это?

Даша не призналась бы никому, зачем ей это.

– Снимаю стресс, – глубокомысленно объясняла она сыну. – Стресс после твоей дурацкой аварии.

Результат работы над собой ей нравился. Правда, держать себя в форме оказалось делом дорогим, нудным и не всегда приятным.

Консультант по омоложению потчевала Дашу отвратительными таблетками (запить водой – нельзя, нужно обязательно разжевывать!) для того, чтобы вывести шлаки. Заставляла ее есть по утрам разведенную холодной водой овсянку. Прописала курс аквааэробики.

Косметолог из элитного центра безапелляционно заявила: «Массаж вам, дамочка, уже не поможет!» И взялась бить Дашино лицо низкочастотным током и холодить жидким азотом. Даже милая маникюрша подложила ей небольшую свинью – велела мыть посуду только в перчатках, «а то все труды насмарку пойдут».

Даша перебила изрядное количество тарелок и чашек. Посуда упорно не желала держаться в скользких перчаточных руках. Тогда она разозлилась и поставила к раковине Ленчика. Тут-то домашние запасы посуды иссякли окончательно. Пришлось покупать и новые тарелки, и новые чашки. Зато уже через неделю Дашины руки помягчели, разгладились. А ногти перестали ломаться и слоиться.

Дашины процедуры красоты изрядно подточили семейный бюджет. Она решила сэкономить хотя бы на одежде и купить наряды на Косинском рынке. В конце концов китайские шмотки тоже шьются по ворованным лекалам известных модельеров. Но Даша пришла на колготной рынок, потолкалась в непритязательной толпе, поглядела на бесконечные синтетические одежки. И поняла, что уже испорчена красивой жизнью. Что ей, с ее новым посвежевшим лицом, стильной прической и ухоженными ногтями, нечего делать на барахолке. Она просто не сможет всунуть свое новое тело в одежки с кривыми строчками – уже не раз до нее примеренные потными торговками. Пришлось ехать в банк за очередной порцией денег (плакали сбережения на отпуск!) и отправляться в настоящие магазины.

Солидный торговый центр, расположенный неподалеку от Красной площади, Дашу разочаровал. Глаза разбегались, кондиционеры надсадно гудели, продавцы культурненько так наседали. А вещички ей нравились ровным счетом до того момента, когда она взглядывала на ценники.

Даша с удивлением обнаружила, что даже в коллекциях ведущих модельеров полно безвкусных, кричащих экземпляров. А самая дорогая обувь частенько сдавливает ногу, словно испанский сапог. После двух вечеров бесплодных поисков (Ленька, бедняга, плотно сидел на пиццах и полуфабрикатных котлетах) Даша научилась отшивать назойливых продавцов и выработала комплексный подход к поиску нарядов. Зачем ей, скажем, даже самая красивая сумка, если под нее никак не подбираются босоножки? И к чему вечернее платье, требующее высоченных каблуков-шпилек – в них она наверняка навернется при первом же шаге!

Но исследования бесконечных бутиков в подземном торговом центре прошли не зря. Кое-какие идеи насчет нарядов у Даши уже появились. Своих модельеров она выбрала. Но покупать пока не спешила. Старательно игнорировала снисходительные взгляды продавцов и мерила, мерила, мерила… А потом полночи вспоминала виденные наряды и рисовала эскизы сочетаемости вещей.

Когда она появилась в магазине на третий вечер, продавцы даже не удостоили ее обязательным: «Добрый вечер, чем вам помочь?» «Чего ходить, если все равно ничего не покупаешь!» – читалось на кислых мордочках девушек в форменных костюмчиках.

«Вот он, российский сервис! – усмешливо подумала Даша. – Дорого и нагло».

В этот раз она не пошла даже в примерочную. Сняла с вешалок красный брючный костюм (лен и чуть-чуть лайкры), синее платье под джинсу, длинную юбку с косым разрезом и топик с косым же вырезом. Ей под ноги бросилась продавщица, ехидно прокукарекала: «Вы не забудете оплатить покупки?» Даша метнула в нахалку уничижительный взгляд и отправилась к кассе.

Потом она так же быстро и уже без примерки приобрела две пары обуви и летнюю сумочку в тон. Белье от «Маркс и Спенсер». Хорошую косметику. Два пробника туалетной воды. Мусс для укладки волос и дорогой фен с насадками. Три пары тонких колготок.

Пакетов, пакетиков и пакетулечек в итоге оказалось столько, что пришлось ехать домой на такси. Шофер, негодяй, – разбаловались они тут, в центре! – обозвал ее район «Кукуево-Хренуево» и содрал несусветные деньги. В отместку Даша потребовала у шоферюги остановиться у супермаркета и ждать. (Не ехать же с такими покупками на рынок!) Приобрела бутылку белого вина, банку красной икры и пакетик мидий. Нужно отметить свое окончательное преображение – и практически полное банкротство.

Леньку она встретила во дворе. Он помог ей выбраться из машины, обвешался ее пакетами. Спросил робко:

– Мам, а мы что, уже разбогатели?

– Пока только беднеем, – честно ответила Даша.

– Но… но зачем же ты тогда все покупаешь и покупаешь? – удивился сын.

– Я тебе уже говорила, – проворчала она. – Мне нужно снять стресс.

Катя Калашникова.
В то же самое время

Никто бы не подумал, что у доцента Екатерины Сергеевны Калашниковой – законный отпуск. Она выходила из дома в девять. А возвращалась – в начале десятого вечера. Усталая, как после интенсивного трудового дня, но – не заработавшая ни копейки.

Первые дни своего так называемого «отпуска» Катюша ужасно злилась. Ну надо же, как не повезло! Она ведь и курорт себе уже подобрала! И даже летние наряды купила! А теперь приходится выгуливать веселенькие элегантные платья в скучной, загазованной Москве. Одна радость – молодняк на улицах на нее пялится так, что чуть в открытые канализационные люки не падает.

Однако через неделю она в новую работу втянулась — как умела втягиваться в любое дело, которое считала необходимым. Ей даже стало интересно – интересно настолько, что вечерами после быстрого легкого ужина Калашникова доставала тетрадку и снова принималась за дело.

«А чем мой отпуск хуже других? – спрашивала она себя. – Подумаешь, радость – парить кости на пляжах. Время тратится, деньги текут сквозь пальцы, и для кожи загорать – тоже вредно. То ли дело сидеть в библиотеке – не жарко, денег не тратишь и получаешь полезную информацию. А отдохнуть я успею. Весь август будет мой. Еще найду, куда выбраться».

Каждое утро ровно в десять Катя парковала свой «Пунто» возле Библиотеки иностранной литературы.

Она полюбила Иностранку со времен ранней юности. Повадилась ходить сюда в школе – учила в лингафонном зале английский и французский. Зачем родителям тратить деньги на преподов, если здесь можно изучать такой же курс абсолютно бесплатно? Здесь, конечно, домашних заданий никто не задает и их потом не проверяет. Но – ответственный человек может обойтись и без постороннего контроля.

Поступив в институт, Катя зачастила в Иностранку еще пуще. Она писала здесь курсовые. По-прежнему слушала кассеты – теперь уже испанские и португальские. В качестве отдыха – читала в оригинале «Gone with the wind»[7]7
  «Унесенные ветром» – роман М.Митчелл.


[Закрыть]
и «Master of the game»[8]8
  «Интриганка» – роман С.Шелдона.


[Закрыть]
. А в паузах между учебой высматривала себе кавалеров – хорошеньких и умных мальчиков в Иностранке всегда было хоть отбавляй. Это не то что Ленинка, где каждый второй читатель производил впечатление пациента психдиспансера.

У Иностранки всегда имелся свой стиль, отличный от большинства иных библиотек. Катя называла его «космополитским». Раз уж человек находится в ее стенах – значит, скорее всего он худо-бедно знает хотя бы один иностранный язык. И за рубежами России, наверное, уже побывал. Следовательно, на заурядную ученую крысу не похож – не только отчасти образован, но и не зажат, как классический «ботаник».

И еще Кате нравилось, что Иностранка не ограничивалась стандартным набором: обычный плюс газетный читальные залы. Здесь есть и лингафонный зал. И Би-би-си можно послушать. Французский, английский, американский залы завели. Показывают фильмы на иностранных языках, а перед сеансами выступает обаятельный дядечка, рассказывает о специфике восприятия на слух картин Боба Фосса или Стивена Спилберга. Кругом опять же полно иностранцев – или сами в России учатся, или приезжают поучать российских обитателей. Именно здесь юная Катя привыкала к их манерам. И, наобщавшись с чужеземцами в читальных залах и курилках, перестала их бояться. В конце концов именно здесь, в Иностранке, Катя набрала более всего материала для своей кандидатской. В той работе Катюше удалось совместить собственный интерес к несерьезной литературе и требования большой науки: диссертация называлась «Особенности перевода американской массовой литературы на русский язык».

В последнее время доцент Калашникова в Иностранке бывала нечасто. А если и приходила – то только в читалку, изучать редкие книги, заказанные ею по межбиблиотечному абонементу.

Знакомая библиотекарша немало удивилась, увидев, что Катя твердым шагом входит в лингафонный зал.

– Вы за новым кембриджским курсом? – поинтересовалась она. – Рекомендую. Много современных идиом, хорошие дикторы.

Катя вздохнула. Она слышала про этот курс и давно хотела его опробовать. Просто – для поддержания формы. Но, увы, этот отпуск ей придется посвятить совершенно другим делам.

– Почти уверена, того, что мне нужно, у вас нет.

И она изложила библиотекарше свою просьбу.

Та метнула на Калашникову удивленный взгляд. Задумалась. Заглянула в электронную картотеку (примитивные бумажные карточки в Иностранке заменили на компьютеры).

– Да, в открытом доступе этого, конечно, не имеется. Нужно заказывать в запаснике. Будете ждать? Часа два, не меньше.

Катя ухмыльнулась:

– Конечно, подожду! А пока послушаю кембриджский курс.

* * *

Урсул Бандаров, третий из тудунов хозарской Семьи, племянник великого хакана Каримова, чумел от своих покупателей. Что за дикий народ! Без мозгов они совсем, эти русские. Ничего в жизни не понимают.

Бандаров держал супермаркет «Восьмой океан». Магазин занимал ангароподобное здание на Казанском шоссе и выглядел до чрезвычайности уродливо: приземистый, длинный, покрашенный в непонятный буро-зеленый цвет.

Иллюминация, плакатики и надраенные оконные стекла, на взгляд Урсула, положения не спасали. «Настоящий хлев», – говорил он о магазине.

Однако народец слетается в «Восьмой океан», будто им тут мед на булки мажут. Вот дурачье! Модно теперь, видишь ли, отовариваться не на рынках, а в супермаркетах. Вот они и ходят с важными рожами, тележечки перед собой толкают. Закупают всякие мюсли. Вроде взрослые люди – а вид глупый, как у младенцев! Модные пацаны с мобилами напоказ ошиваются в «Восьмом океане», набивают полные телеги пива и чипсов. Довольные: «Лохи – на оптовку ходят. А мы, крутые, – в супермаркете отовариваемся!» Тетки причапывают – покупают «настоящую, свежую икру». Свежую, как же! Открывают в «Восьмом океане» обычные полукилограммовые банки, перекладывают содержимое в пластиковые коробочки. Шлепают дату: расфасовано, мол, сегодня. Вот тебе и свежая икра! А что? Все строго по закону. Никакое общество потребителей не придерется.

Супермаркет практически полностью снабжался с Косинского оптового рынка, что содержал двоюродный брат Бандарова, тудун Услан Каримов. Здесь продавали те же самые консервы – только банки предварительно протирали от пыли и выстраивали в ладные рядки. И фрукты выкладывали высоченными затейливыми горками. И овощи.

И печенье, и зефир разный, и курочки, и телятинка – все поступало в «Восьмой океан» фактически оттуда же, что и на Косинский оптовый рынок. Только здесь все было упаковано, расфасовано. Красиво расставлено по полкам.

Много ли тупому русскому народу надо? Креветки лежат в настоящем льду. Пастила, печенье, всякие дольки апельсиновые фасуются в пластиковые лотки. Даже морковь: если ты ее порежешь, сложишь в банку да обзовешь салатом – и морковь будут хавать не втридорога – в десять раз дороже!..

Урсул Бандаров отчасти гордился тем, что его русское погоняло звучало как «Бендер».

Остап Бендер – мужик фартовый, умел жить. Урсул про него три разных кино смотрел. В одном Бендера грузин играл, в другом – еврей, в третьем – русский. И у всех троих, несмотря на национальность, красивый герой получался. Веселый и деловой. Только не везло тому, киношному Бендеру, потому что тогда вокруг был социализм. А Урсул, сегодняшний Бендер, – он тоже, как и его тезка из кино, умеет жить. Только ему сейчас больше везет, потому что вокруг него, в Москве, – теперь капитализм.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

сообщить о нарушении