Анна Джейн.

Небесная музыка. Солнце



скачать книгу бесплатно

– Иногда я приезжаю сюда подумать, – отвечает Крис, глядя на реку, в которой неожиданно отражается кусок луны – она все-таки смогла пробиться через пелену облаков. – Тут никогда никого не бывает. Ну, разве что бродяги, – ухмыляется он. – Но они держатся поближе к мосту. Тебе тут нравится?

– Не знаю, – осторожно отвечаю я, плотнее запахивая на себе куртку Криса, которая на несколько размеров больше, чем нужно. – Надо подумать. На море мне нравилось куда больше, – неожиданно говорю я, вспоминая его запах и шум волн.

– Хочешь, мы поедем туда? Прямо сейчас? – ошарашивает меня Крис и берет за руку, не снимая перчатки. Он забавно смотрится – полная экипировка байкера за исключением куртки. Куртка – на мне.

– А мы сможем это сделать? – спрашиваю я, думая, что он шутит.

– Я позвоню и скажу, чтобы готовили самолет, – еще больше огорошивает меня Кристиан и лезет в карман штанов за телефоном. Кажется, он серьезен.

– Что? Эй, не надо, – останавливаю я его. – Ты с ума сошел?

– Нет, – пожимает он плечами и с недоумением смотрит на меня: – Разве ты не хочешь на море, Санни? Рассвет мы можем встретить там.

– Лечись, приятель, – мрачно советую ему я. – Во-первых, я ясно сказала тебе – завтра у меня репетиция, а во-вторых… Это просто бред! – ничего не могу придумать я.

Он смеется.

– Ты бываешь такой странной, Санни.

Я закатываю глаза.

Река играет огнями, и луна искрится во тьме воды.

– Но мне это нравится, – продолжает Кристиан, глядя на нее.

– Нет, странный – это ты, – отвечаю я. – Хотя… Наверное, это просто разница в том, кто ты и кто я.

Я вспоминаю слова Дастина.

– Мы оба люди, – хмурится Крис. – Разве нет?

– Да. Но разные люди, – я склоняю голову, и волосы падают на шею. – Из разных слоев общества.

– Ты действительно считаешь это преградой? – изумляется он. Кажется, это искренне.

– А ты – не считаешь? Крис, ты можешь позволить себе махнуть на побережье или вовсе в другую страну, не думая ни о чем. А я – нет. Ты чувствуешь эту разницу? Для меня это непозволительная роскошь. Я должна оплачивать учебу, жилье, должна на что-то покупать еду, одежду, оплачивать счета…

– Да, я бездельник, которому нечем заняться, – вдруг сердится он. – Мне каждый сказал об этом. И ты тоже.

– Я не говорила этого, – тяжело выдыхаю я. Наш разговор вдруг пошел куда-то не туда. – Я говорю лишь о том, что не странная. Таких, как я, большинство. Таких, как ты, которые могут позволить себе многое, – мало. Понимаешь? Понимаешь, Крис? Мы – из разных Вселенных. Я не странная.

– Понимаю. Меня раздражает все на свете, – признается вдруг Крис. – Прости, Санни. Я хотел немного развеселить тебя и, по ходу, провалил задание.

– Все в порядке, – отвечаю я.

– Что у тебя случилось? – снова спрашивает он, резко переводя разговор на другую тему.

Я не могу рассказать ему правду. Хоть и очень хочу сделать это.

– Я перешла дорогу человеку, у которого есть власть и деньги, – всего лишь говорю я сухо. – Кому-то вроде твоего отца.

Крис поднимает грифельную бровь.

– Как умудрилась?

– Не согласилась на предложение.

– Всего-то?

Я неопределенно пожимаю плечами.

Всего-то.

– Если у тебя будут проблемы, я помогу, – говорит Кристиан. – Поняла? Я хоть и бездельник, но… Но отец всегда мне поможет. Да и связи у меня есть. Поняла, Санни? – повторяет он, кладя ладони на мои плечи.

– Поняла, – улыбаюсь я. – Спасибо. А что с тобой?

– Что со мной?

– Ты ведь тоже странный. Мне кажется, что внутри тебя – целый огненный шар, который ты не можешь выпустить. И он сжигает тебя изнутри.

Кристиан внимательно на меня смотрит.

– Интересная метафора, – говорит он медленно. – Может, и так. Знаешь, есть очень важный человек. Почему важный, я и сам не знаю… Но он меня ненавидит.

– За что? – изумляясь, спрашиваю я, сразу понимая, что речь идет о девушке.

– За то, что я – это я. Я ему противен. Забавно, да? – хмыкает он. – Я старался быть хорошим. Серьезно, я старался. А теперь чувствую себя брошенной девчонкой, которой попользовались и выгнали утром из номера, предложив несколько сотен баксов.

– Интересное сравнение.

Мне не нравится слушать, что у Криса есть кто-то особенный. Мне самой хочется быть для него особенной, но что я могу поделать?

– Серьезно, мне кажется, что мною попользовались и выбросили. Отвратительно ощущение, – закуривает он. Дым призраком летит вверх и растворяется во мраке.

– Будешь? – спохватывается Крис и предлагает закурить и мне. Я отказываюсь.

– Если будет попадать на тебя, скажи, – добавляет Крис, имея в виду дым. Он курит так, чтобы я не вдыхала терпкий запах табака. Мне все равно.

– Ты делал так с другими? – спрашиваю я, зная ответ.

– Может быть, – пожимает он широкими плечами. – Но я старался… Как это сказать… Откупаться. Если я проводил с кем-то ночь, я дарил подарки. Девчонки всегда были в восторге. А мне нравилось чувствовать себя щедрым. Это забавно.

– То есть ты спал с кем-то, а потом благодарил подарками? – спрашиваю я.

– Это было неосознанно. Просто мне хотелось сделать приятное в ответ. Глупо, да? – он стряхивает пепел вниз, на сырую землю. – И желание позвать тебя на море тоже было продиктовано тем, что я хотел поблагодарить. Для меня устроить это легче легкого. А тебе – приятно. Правда ведь, рыжая мисс?

– У нас ничего не было, – усмехаюсь я. Жалею ли я? Не знаю.

– Это странно, но мне хватает, что ты просто рядом, – говорит он и тушит сигарету. А потом обнимает меня и просто прижимает к себе. Я теряюсь на мгновение, но обнимаю его в ответ, касаясь щекой его груди.

Никаких попыток поцеловаться, ничего лишнего. Просто объятия.

А потом мы просто кричим в ночи – кто громче. Кричим для того, чтобы освободиться от гнетущих эмоций.

И зажечь внутреннее солнце.

Это весело. Я надеюсь, что оставлю на этом берегу гнетущее меня предчувствие. А Крис – ощущение своей бесполезности и бессилия.

Только потом мы едем домой. Я не знаю, что мне думать о Крисе, но знаю, что он – хороший человек. Странно ли это? Я тоже не знаю. Я просто хочу спать.

Кристиан привозит меня к дому и, прежде чем мы прощаемся, берет за руку, заставляя едва заметно вздрогнуть – только он не замечает.

– Спасибо, – говорит Крис, глядя мне в глаза. – Сегодня эта встреча была важнее для меня, чем для тебя.

Я тихо смеюсь. И вовремя спохватываюсь, что не отдала ему кожаную куртку – она мне нравится: теплая и просторная.

– До завтра, – говорит Крис, салютует мне и уезжает в ночь. А я иду домой, ловя себя на мысли, что мне бы хотелось получить от него прощальный поцелуй. Почему? Я и сама не знаю. Мне хочется нежности и понимания. Горячих ладоней на спине и прикосновений губ к прохладной коже лица. Я не знаю, чего хочу больше – любви, романтики или ощущения того, что кому-то нужна.

Честно говоря, я думала, что Кирстен и Лилит уже спят, и то, что в квартире горит свет для меня полная неожиданность. Уже в прихожей я слышу голоса – много голосов – в том числе и мужских, уже знакомых. А когда захожу в гостиную, вижу целую толпу.

В одном кресле, закинув ногу на подлокотник, развалился Чет, у которого ухмылка от уха до уха. Второе кресло занято… Октавием, рядом с которым вьется, как бабочка вокруг лампы, Лилит. На диване расположились Хью и Уилл, в руках которых куча каких-то бумаг, и мужчина в строгом костюме и с умным лицом. А на подоконнике, как на троне, восседает Лестерс, с которым делает селфи довольная-предовольная Кирстен.

У меня от удивления немеют кончики пальцев.

Это что еще такое?..

Первым меня замечает сидящий ближе всех к дверям Чет.

– О! – говорит он нарочито громко. – Моя любовь пришла! Ласточка, а у нас гости.

Все замолкают и смотрят на меня.

– Какая я тебе ласточка? – с тихой насмешкой говорю я Чету. А потом спохватываюсь и объявляю на всю гостиную: – Добрый вечер!

Со мной недружно здороваются. Хью, Уилл и незнакомец возвращаются к бумагам. Лилит заговаривает зубы Октавию. И только Лестерс хорошо поставленным голосом театрально обращается к Чету – они как раз сидят напротив друг друга:

– А я ведь говорил тебе, дружище, что твоя подруга тебе изменяет. Опять ее привез какой-то незнакомый тип на байке.

Наверное, он видел нас с Крисом в окно. Только свой шлем Кристиан так и не снял. Мне становится смешно.

– Да ничего, – лениво отмахивается Чет, – у нас свободные отношения. Пусть развлекается. Я же знаю, что она вернется ко мне.

Дастин недовольно поджимает губы. А я грозно смотрю на Чета – что он несет? Друг лишь игриво подмигивает мне.

– Я так скучал, моя хорошая, – ласково говорит он. – Обнимемся?

– Что происходит? – повторяю я, сдвигая брови к переносице.

– Нужно подписать договор о неразглашении сведений, – отрывается от документов Хью. – Мы почти закончили.

И снова отворачивается.

Что? Серьезно?

Возможно, у меня такой недоумевающий взгляд, что Лестерс вставляет со своего подоконника как бы между прочим:

– Знаменитостям постоянно приходится заботиться о своей безопасности.

– Вынужденная мера, – вальяжно добавляет Октавий. Лилит тут же начинает мелко кивать. У меня такое чувство, что она сейчас его съест. Ну, или начнет облизывать, как кошка-мама своего котенка. Впрочем, у Кирстен вид не лучше – кажется, она очень довольна селфи с известным актером.

– Согласен, – откликается Лестерс. – Издержки профессии.

– Точно, – немедленно соглашается Октавий.

У меня такое чувство, что эти двое неплохо поладили. И когда только успели?

– Если вы так радеете о безопасности, – сухо говорю я, – могли бы просто прислать к нам юриста. И мы бы все подписали.

– Мы решили проконтролировать процесс, – отозвался с ноткой легкого раздражения Лестерс.

– Да, именно, – смахивает челку Октавий. Все-таки он слишком хорошенький для брутальной рок-стар.

– А хочешь чаю? – продолжает виться вокруг него Лилит. – А кофе? А хочешь, я сделаю булочки с корицей?

В какой-то момент Октавий просто берет ее за руку и усаживает к себе на колени – теперь кажется, будто хозяин держит ласковую надоедливую кошку, небрежно прижав к себе, чтобы не мешала и не лезла под ноги. Лилит не теряется, устраивается поудобнее, льнет спиной к его груди и откидывая назад голову. Я даже замечаю, как она прикрывает глаза, и меня это немного пугает. Нельзя влюбляться в этого человека.

Чет лениво встает со своего места и так же лениво обнимает меня. Кирстен хихикает.

– Как дела, дорогая? – спрашивает он сверхзаботливо. – Как прошел день? Кто подвез тебя домой?

– Мой второй парень, кто же еще, – не без тени раздражения отвечаю я. Я слишком устала, чтобы оценить игру Чета. Ведь он явно придуривается.

– Надеюсь, меня ты любишь больше, чем его? – делает вид, что дуется, Чет.

Я смахиваю с его плеча невидимую пылинку.

– Разумеется, дорогой.

Лестерс смотрит на нас, как на идиотов, и едва заметно качает головой. Кажется, мы ему не слишком нравимся. А мне не нравится он. Нет, иногда он бывает… нормальным – да, я вынуждена это признать. Но большую часть времени…

– Друзья, – громко говорю я, вставая ровно в центр гостиной. – Еще раз – я не совсем понимаю, что происходит. Но мне бы очень хотелось разобраться. Меня это напрягает – я возвращаюсь домой и вижу какой-то балаган. Словно и не к себе пришла.

Дастин спрыгивает с подоконника и идет ко мне. За его спиной Кирстен делает мне какие-то знаки. Кажется, она под большим впечатлением.

– Мы с ним, – кивает Дастин на Октавия, – не хотим, чтобы чей-то длинный язычок разболтал что-нибудь о нас широкой общественности. Только и всего.

– Да-да, пару минут, сейчас нужно будет всего лишь подписать кое-какие документы, – снова оборачивается на мгновение Хью.

– Мы ничего не разболтаем, – отвечаю я Дастину раздраженно. – Можно подумать, мы – информаторы для твоих любимых папарацци.

– Особенно если вспомнить те фотографии, – ехидничает он. – Конечно, это не вы.

– Не мы. Я подпишу твои чертовы бумаги, и убирайся. – Почему-то я начинаю злиться.

– Да без проблем, – кривит он губы в улыбке. – Или, ты думаешь, мне нравится тратить время на такие глупости? Иди лучше к своему парню, он скучает.

– Он мне…

Договорить я не успеваю – появляется Чет и снова пытается обнять меня, изображая пылкого возлюбленного.

– Милая, иди же ко мне, – шепчет друг. Он настолько плохо играет, что я удивляюсь, как опытный актер Лестерс поверил в это. Неужели не заметил фальши?

– Чет, хватит, – прошу я.

– Я так скучал… – Дует он мне в ухо. Ужасно щекотно.

– Перестань, – пихаю я его в бок.

– Почему ты такая злая? У тебя есть ген ведьмы? – спрашивает Чет, явно пытаясь не захохотать.

– Твой парень говорит дело, – замечает Лестерс, который внимательно за нами наблюдает.

– Включай мозги, – ласково предлагаю ему я. – Это полезно и не больно.

– Что ты сказала? – теперь начинает злиться Дастин.

– Что слышал. С какого перепуга ты решил, что Чет – мой парень? Мы друзья.

– Ты уже отправила меня во френдзону? – ненатурально ужасается Чет. – Ласточка, как же так? Мне больно. – Он демонстративно хватается за сердца.

– Перестань над ним издеваться, – велю я ему. – Ты же видишь, что он не в себе.

– Кто? Я? – тут же возмущается Лестерс. – Я в себе, да еще как!

– Вы можете поставить свои подписи, – сообщают нам в это время.

Я, Кирстен и Лилит садимся на диван и внимательно читаем договор. Лилит заканчивает первой и говорит, что все нормально. Она ставит подпись и уходит в свою комнату вместе с Октавием – хочет ему что-то показать. А я назло долго сижу над договором, потому что это раздражает Лестерса. Меня забавляет его пристальный взгляд – он явно хочет просверлить во мне дыру.

– Долго? Ты еще долго? – то и дело спрашивает Лестерс.

– Я читаю, не мешай, – неизменно отвечаю я.

Чета также заставляют подписать договор – он случайно попал под раздачу. То, что Ричард и есть Октавий, для него сродни откровению. Сначала он не верит и смеется, думая, что мы разыгрываем его, а потом понимает, что перед ним действительно сидит известный музыкант, и меняется в лице. Чет просто взрывается от восторга, просит автограф и вообще смотрит на Октавия почти с таким же обожанием, как и Лилит. Он обожает «Красных Лордов».

Наконец подписи поставлены – в присутствии юриста, Хью и Уилла, которых, кажется, конфиденциальность Дастина и Октавия заботит больше их самих. Они же каждому из нас дают конверты с некой «благодарностью». Я не хочу ее принимать, но за меня это делает Кирстен.

– Ни черта не понимаю, что происходит, – сообщает Чет. – Но Окт, ты крутой мужик! Для меня честь познакомиться с тобой! Ховард, ты крутая!

Он тискает меня за щеку, и я снова ловлю неодобрительный взгляд Лестерса. Кирстен снова смеется. Ее это забавляет.

– Так, значит, ты не ее парень? – спрашивает Дастин, глядя на Чета, как на замызганную ящерицу.

– Не-не, Санни мне как сестра, а я не любитель инцеста. Прости, приятель, я не смог не разыграть тебя, – весело смеется тот. Я думаю, что Лестерс начнет возмущаться, но, похоже, ему тоже становится смешно.

– Забавно. А я уже думал, что у рыжей чокнутый дружок, – хмыкает он.

– У меня нет никаких дружков, – отвечаю я.

– Тогда кто это был? – спрашивает Дастин.

– Где? – не понимаю я сразу.

– На байке. Я все видел.

Вот же въедливый!

– Друг, – пожимаю я плечами.

– Какой? – не отстает Лестерс. – Почему у тебя так много друзей?

– Какая тебе разница? – снова начинаю сердиться я.

– А ты ничего не забыла? – спрашивает вдруг он.

– В смысле? Если ты про подписи – я поставила их везде, где надо. – Я киваю на менеджеров и юриста, которые снова начинают что-то обговаривать напоследок. Если честно, я порядком устала и очень хочу спать.

– Одну мою вещь. Серого цвета, – на лице Дастина усмешка.

– А, боксеры? – вспоминаю я.

– Именно.

– Вы обмениваетесь нижним бельем? – тут же живо интересуется Чет.

– С ума сойти, – смеется Кирстен. – Какие подробности!

– Раз ты так просишь, сейчас отдам, – поднимаюсь я на ноги и направляюсь в свою комнату. Я иду по коридору мимо комнаты Лилит – дверь в нее распахнута – и вижу, как Октавий и Лилит целуются. С закрытыми глазами, увлеченно. Ее руки – на его шее, его – на ее талии. Они выглядят невероятно мило, и я не хочу их тревожить. К тому же мне немного неловко. Октавий вдруг подхватывает Лилит и опускает на стол, рядом с ноутбуком, не переставая целовать. Она обхватывает его ногами и запускает пальцы одной руки в его волосы, второй опираясь о твердую деревянную поверхность стола.

Это слишком личная сцена, почти интимная и, несмотря на это, очень нежная. Мне кажется, если бы Октавий не был суперзвездой, у них бы с Лилит все получилось. Они подходят друг другу.

Я почти уверена, что подруга без ума от него. И я ее не осуждаю.

Хотеть нежности – это нормально.

Хотеть любви – это правильно.

Хотеть человека – это естественно.

Я вспоминаю свой неслучившийся поцелуй с Кристианом. И становится чуть тоскливо.

Стараясь не обнаружить себя, я, неслышно ступая, ухожу из коридора, пятясь назад. И врезаюсь спиной во что-то мягкое.

– Ч-черт, – шипит это «мягкое». – Смотри, куда идешь, Франкенштейн.

Лестерс.

– Тихо, – прошу его я. – Там…

Я резко оборачиваюсь и прижимаю указательный палец к губам. Он понимает меня с полуслова.

– Ну, где они? – шепчет он.

– Кто?

– Боксеры?

– В комнате, – отвечаю я.

Это странно, но, насмотревшись на Лилит и Октавия (кто бы мог подумать, Лорд Октавий!), я понимаю, что тоже хочу этого: поцелуев, нежности, света, бьющего из груди. Хочу всего, что я не получила от Криса.

– Поцелуй меня? – зачем-то прошу я, неотрывно глядя в голубые глаза Дастина.

– Франки, – слабым голосом отвечает он, явно растерявшись. – Ты с ума сошла?

– Да, – смеюсь я, отгоняя от себя это желание-наваждение. – Точно.

– Впадать в твоем возрасте в маразм опасно, – предостерегает меня Дастин. Господи, зачем, вообще, я его об этом попросила? Его рот теперь не закроется.

Я делаю несколько шагов.

– Эй, – окликает меня вдруг Лестерс.

– Что? – оборачиваюсь я.

Он подходит ко мне – так близко, что я чувствую слабый аромат мяты. Обводит пальцем круглый вырез футболки, едва касаясь его, и сообщает хриплым шепотом:

– Я ведь и правда могу сделать это.

– Что? – не сразу понимаю я.

Вместо ответа Дастин склоняется ко мне, поднимает мою голову за подбородок и целует. Сначала неловко – наши зубы легонько сталкиваются, мы на секунду отстраняемся и пристально смотрим друг на друга. Дастин касается ладонью моей щеки, гладит, а я и сама не понимаю, как мои руки оказываются у него на плечах, обтянутых белой рубашкой. И мы снова тянемся друг к другу. Мимолетом тремся носами и снова целуемся.

У него на удивление горячие губы, с едва ощутимым вкусом ментоловых сигарет, а у меня – на удивление требовательные.

Все как в тот раз, когда мы были пьяны. Остро, терпко, с толикой горечи и привкусом безумия.

Да, это безумие – целоваться с парнем в полутемном коридоре. Это безумие – чувствовать желание к тому, кто еще недавно ужасно раздражал. Это безумие – хотеть чего-то большего, понимая, что это неправильно.

Я обнаруживаю для себя, что Дастину нравится, когда к его шее прикасаются губами. А меня сводит с ума то, как при этом натягиваются жилы на ней – особенно если он откидывает голову чуть назад.

Отстраняемся мы тоже одновременно – как по команде свыше.

– Зачем ты сделал это? – спрашиваю я. Губы требуют продолжения. В сердце – пожар. В ногах – предательская слабость.

– Не знаю. А зачем ты предложила? – задает встречный вопрос Лестерс. Мне нравится слушать его учащенное дыхание.

– И я не знаю, – отвечаю я с ровно таким же недоумением.

В это время мы слышим шаги – кто-то идет к нам из гостиной. И одновременно отходим друг от друга на шаг.

В коридоре появляется Хью.

– Дастин, – удивленно спрашивает он. – Куда ты пропал? Нам пора. Завтра рано вставать на съемки.

– Да помню-помню, – раздраженно машет тот рукой, но смотрит при этом на меня – удивленно.

– Потом отдашь, – сообщает он мне. И, прежде чем пойти следом за Хью, ломится в комнату к Лилит, явно решив разрушить им весь флер. Подруга почти тут же вылетает в коридор – щеки у нее пунцовые, а глаза пьяные. Следом выходит Октавий, волосы которого чуть растрепаны. Он поправляет футболку и идет следом за Лилит. Оба молчат.

Наша квартира пустеет. Мы остаемся вчетвером: я, Лилит, Кирстен и Чет, который сообщил, что будет у нас ночевать. Лилит несколько не в себе – кажется, она находится в такой же прострации, что и я. Зато Кирстен ужасно весело. Она поверить не может в то, что сфотографировалась с самим Дастином Лестерсом. Теперь она нам, конечно, верит. Но никому не может об этом говорить – ее, как и нас, связывает договор. А Чет не может перестать хохотать.

– Черт, черт! – хлопает он себя по колену. – Это просто жесть! Окт из «Лордов» – это Ричард Фелпс. Он просто затроллил весь мир! Какой же он крутой тип!

– Ты на него так смотрел, будто влюбился, – ревниво замечает Лилит. – Я не собираюсь им делиться.

– Иди ты, – отмахивается Чет. – Как же круто – я пожал руку Октавию!

– Все по классике? Не будешь мыть ее неделю? – спрашивает Кирстен.

– Как знать, – ухмыляется Чет. – Жаль, никому нельзя рассказать об этом…

Они еще долго обсуждают появление Октавия и Лестерса в нашей квартире, хохочут, спорят. А я ухожу спать, оставив друзей в гостиной.

Ночью начинается дождь, и сквозь сон я слышу, как капли стучат по окнам.

 
Мы под рубиновым дождем
застынем.
Возможно, просто не поймем.
И иней
 
 
покроет, холодом дразня.
Быстрее
прижмись ко мне, и я тебя
согрею.
 


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16