Столик на двоих

Анна Безфамильная

Столик на двоих

Глава 1. Аванс

Курьер поднял коробку за клапаны, и Марина успела подхватить дно прежде, чем оно раскрылось.

— Вот так, пожалуйста. Здесь прорези для рук.

— Мне в машине переставить надо.

— Переставляйте за ручки.

Она держала коробку, пока он освобождал место в термосумке. Пироги были уже закрыты и подписаны; утром их заказали для небольшого совещания. Марина сделала фотографию собранного заказа, сверила накладную и только тогда отпустила.

— Соус отдельно, в боковом кармане. Получатель знает. Отметьте, когда передадите.

Курьер кивнул, пошевелил коробку, проверяя, удобно ли встала, и вышел.

На столе осталось кольцо муки. Марина провела по нему влажной салфеткой и увидела, как Нина Даниловна перевернула табличку на стене: её смена подходила к концу. Следующий повар уже заносил на общий кухонный стол контейнеры с овощами.

— Холодильник проверь, — напомнила Нина. — Вчера кто-то целую полку оставил, а в записи ноль.

— Моя полка пустая. Ещё раковину вымою.

Марина работала здесь третью неделю. Приходилось подписывать собственные ёмкости, убирать за собой каждую мелочь и помнить, что в конце оплаченных часов кухня понадобится другому человеку. В «Полдне» она могла оставить нож возле доски и вернуться к нему вечером. Здесь забытый нож перемещался в ящик находок, а свободное время быстро становилось платным.

Она вытерла раковину насухо, проверила мусор и сняла фартук.

— Свою порцию забрала? — спросила Нина.

В духовке на остывшем противне остался небольшой пирог с неровно защипнутым краем. В заказ он не пошёл, и Марина собиралась доесть его дома. Она завернула пирог и сунула в рюкзак, отдельно от сменной обуви.

— А то у меня тоже есть любители пообедать с чистой совестью, — сказала Нина. — Поставят чужое в холодильник, подпишут «не трогать», через три дня выбросят.

— Моё не останется.

Телефон снова загудел. Получатель подтвердил доставку, потом прислал фотографию: один пирог стоял рядом с открытой коробкой, соус всё ещё лежал в боковом кармане. Марина напомнила про него и получила в ответ благодарность. По снимку было видно, что до места доехало целое. Она только теперь почувствовала, как устала держать плечи поднятыми. Нина уже говорила с другим поваром, и её смена действительно закончилась. На экране появилось подтверждение оплаты пирогов. Чуть ниже, среди рекламных сообщений из магазина кроссовок, Марина заметила Машу Кирееву.

«Марин, твой номер можно дать знакомому? Ужин для мамы, шестнадцать человек. Нормальный заказ, без корзины фруктов за спасибо».

Марина присела на стул возле служебного выхода и ответила: «Можно. Только мне сначала нужны дата и площадка».

Позвонили почти сразу.

— Марина Белова? Добрый день. Меня Артём зовут, Маша дала ваш телефон. Хотел бы поговорить о семейном празднике.

Она придержала дверь, пропуская человека с мешком картофеля, и отошла в коридор.

— Когда?

— В субботу на следующей неделе. Маме шестьдесят пять. Шестнадцать гостей вместе с нами, зал уже нашли. «Берег» называется.

— Аренда оплачена отдельно?

— Да. Но кухня там есть, можно готовить.

— Это я посмотрю на месте. Где находится?

Он продиктовал адрес на небольшой улице в старой части Самары. Марина записала на обороте своей накладной.

— Что вы хотите подавать?

— Хороший ужин. Чтобы было видно, что это событие. Несколько закусок, горячее, десерт. Мама любит, когда красиво.

— А что она любит есть?

В трубке наступила короткая пауза.

— Я могу уточнить.

— Уточните. И ограничения по продуктам у всех гостей. Не общим словом «ничего особенного», пожалуйста, а каждого спросите. У меня команда из трёх человек, поэтому сначала договариваемся о меню и подаче.

— Вы, помощник и официант?

— Я, второй повар и официант. Работа команды, продукты и доставка на такой ужин — ориентир шестьдесят восемь тысяч. Зал сюда не входит. Итоговый состав закрепим после встречи, за эту сумму можно сделать спокойный ужин на шестнадцать человек. Без соревнования, сколько тарелок поместится на столе.

— Хорошо. Аванс сколько?

— Двадцать тысяч. Остаток после выполненного заказа. Но пока я не видела площадку, могу только предварительно забронировать дату.

— Я сегодня могу туда подъехать. Покажете, что нужно проверить?

Они договорились встретиться вечером. Марина отправила краткие условия сообщением: количество гостей, сумма, аванс, отдельная аренда зала, согласование меню. Артём подтвердил, что всё прочитал, и попросил реквизиты. Деньги пришли через несколько минут.

Марина открыла уведомление, проверила сумму и отложила её на отдельный счёт. Покупать продукты за двенадцать дней до праздника было рано. Ей нужны были подтверждённая площадка, меню и люди, с которыми она сможет работать.

Нина вышла в коридор с журналом.

— Новый заказ?

— Похоже. Суббота через неделю. Можно пока смену придержать, до завтра?

— До завтрашнего обеда. Потом мне надо точно знать.

Марина обвела свободную строку карандашом. Свой гонорар она пока не считала. Сначала аренда, продукты, работа Лизы и Сергея, доставка, оборудование. Из оставшегося тоже придётся платить по обычным счетам.

Она написала Лизе, свободна ли та в нужную субботу. Лиза попросила план и часы работы. В «Полдне» они работали рядом, но сейчас Лиза брала заказы сама и на свободную субботу рассчитывала заранее. Сергей ответил, что пока свободен, но ждёт подробностей. Марина пообещала прислать их после осмотра. Взяла из своего ящика блокнот, рулетку и небольшой термометр, потом вернулась: для первой встречи достаточно было блокнота.

Дома она переоделась в чистую рубашку и обнаружила на рукаве муку. Пришлось взять другую. От пальцев всё ещё пахло луком, хотя она мыла руки несколько раз. У входа в зал Марина первым делом проверила, где смогут разгружаться: прямо под вывеской стоял чужой автомобиль. Со стороны двора была ещё одна дверь. Она записала вопрос администратору.

Внутри пахло средством для пола и мебельной обивкой. Шестнадцать человек здесь помещались свободно, даже если столы поставить вместе. На одной стене висел экран. Мужчина возле него пытался расправить длинный провод, который цеплялся за ножку стула.

— Прошу прощения, — сказал он. — Сейчас освобожу проход. Вы Марина?

Она кивнула. У него оказались обычная куртка, немного помятый ворот рубашки и очки, которые он снял, когда она вошла. Лицо было знакомым. Марина попыталась вспомнить, не готовила ли уже для него, а он убрал провод и протянул руку.

— Артём Зорин. Рад познакомиться.

Она пожала руку и отпустила раньше, чем он закончил фразу.

Фотографию возле ресторанной колонки Марина видела один раз. Читала материал гораздо чаще: сначала сама, потом в пересылках от знакомых. У одного под текстом стояло «Это же про твоё кафе?», у другого — «Не расстраивайся». Холодное горячее, долгое ожидание, официант, который не мог сказать, когда подадут. Всё это было. Она помнила тот вечер по бланкам заказов, ползущим из принтера, и по трем тарелкам, которые вернулись нетронутыми.

Артём положил на стол план рассадки.

— Вот здесь мама. Справа сестра. Я хотел бы, чтобы вы сначала посмотрели кухню, а потом обсудили, как лучше начать вечер.

Марина не взяла предложенный лист.

— Вы ведёте «Город на вкус»?

Он посмотрел на неё внимательнее.

— Да. Во «Вечернем городе».

— Я была шефом в «Полдне».

Он положил лист обратно. Марина услышала, как в соседнем помещении щёлкнул выключатель.

— Понимаю, — сказал Артём. — Маша не говорила.

— Мне тоже.

Она поставила сумку на свободный стул. В ней лежали условия заказа, который ещё можно было не брать. Двадцать тысяч она не потратила.

— Вы написали: «Кажется, на этой кухне разучились думать о гостях».

Артём открыл рот, но она подняла ладонь.

— Прежде чем обсуждать мамин ужин, давайте проясним правила.

Глава 2. Частный заказ

Во вторник Марина пришла в «Берег» с двумя распечатками. На одной были условия ужина, на другой — пустые строки для ограничений гостей. Рецензию распечатывать она не стала. Вчера вечером проверила только, сохранилась ли последняя фраза. Сохранилась.

Артём сидел за тем же столом, на этот раз без проводов. Когда она вошла, он встал и отодвинул ей стул. Марина выбрала соседний, где свет из окна не падал прямо в глаза. Он молча придвинул стул обратно.

— Я хотел вчера ответить сразу, — сказал он. — Но, кажется, правильно, что мы перенесли разговор.

— У меня оставалось двадцать минут до автобуса. Я бы всё равно не успела посмотреть кухню.

Она положила бумаги на стол.

— Я могу вернуть аванс сегодня. Или мы договоримся, как работаем. Не хочу потом гадать, что вы обо мне напишете.

— Вернуть деньги можете. И если откажетесь, я пойму. Отдельных расходов у вас ещё нет?

— На этот заказ нет.

— Значит, всё просто. Я не собираюсь удерживать вас авансом.

Она посмотрела на него. В его голосе не было раздражения, которое она ожидала услышать. Вчера по дороге домой Марина успела придумать несколько ответов на «это всего лишь работа журналиста». Пришлось оставить их при себе.

— Хорошо. Тогда сначала про вашу работу.

— Про факты или про фразу?

— Начните с того, что считаете нужным.

Артём поправил очки.

— Мы ждали горячее почти час. Когда принесли, оно уже остыло. Официант сказал, что подогреют, потом вернулся с теми же тарелками. Никто не объяснил, что происходит. Я спросил администратора, можно ли отказаться от части заказа. Она не смогла ответить без звонка владельцу. Это я и описал.

— Я знаю. Меня в зал не позвали.

— В этом нет вашей вины?

Марина придвинула лист с условиями и выровняла его по краю стола.

— Вы спросили не то. На кухне готовили мы. Плохое обслуживание у вас не выдумано. Но в отзыве вы решили, что знаете, что у нас в головах.

— Я писал о впечатлении гостя.

— Тогда впечатление и нужно было описывать.

Он провёл пальцем по дужке очков.

— Фраза резкая.

— Она про людей, которых вы даже не видели.

Марина услышала, как повысила голос, и замолчала. Вчера она собиралась рассказать ему всё: про убранную смену, неоплаченный счёт, обещания владельца. Сейчас не хотела вытаскивать перед ним свою бухгалтерию и чужие сообщения. Ужин для его матери не требовал этой исповеди.

Артём не стал заполнять паузу.

— Я перечитаю этот кусок, — сказал он наконец.

— Она уже опубликована.

— Да. Я понимаю.

Пока этого было мало. Но он сидел перед ней как заказчик, а бумаги ещё не были подписаны. Марина перевернула верхний лист.

— Если беру ужин, вы оцениваете, выполнен ли заказ. Подача, состав, количество порций. Если что-то не так, говорите мне. Колонка — отдельная история.

— Материала об ужине не будет.

— И обо мне в связи с ним. Ни съёмки, ни публичной оценки, ни публикаций о том, как вы нашли бывшего повара из «Полдня». Если вам когда-нибудь понадобится интервью, вы сначала спросите, а я отдельно отвечу. Согласие на работу не означает согласия на текст.

Он подвинул к себе распечатку и прочитал.

— Добавьте это сюда.

Внизу страницы оставалось место. Марина вписала условие от руки, не пытаясь сделать формулировку красивее. Артём дождался, пока она закончит, перечитал и поставил подпись возле добавленного пункта.

Потом он достал телефон, но отложил его экраном вниз.

— У меня рабочие звонки. Если отвечу, это не про вас.

— Можете ответить. Мне ещё адрес для документов вписать.

Он вышел в коридор. Марина услышала обрывок разговора про перекрытую улицу, дальше дверь закрылась. Она аккуратно заполнила свою часть, проверила номер счёта и убрала ручку. Человек в коридоре занимался обычной работой. Это немного мешало поддерживать знакомый образ критика, который пришёл, поел и одним абзацем всё испортил. При этом сам абзац никуда не делся. Марина вернулась к условию о публикациях и ещё раз перечитала его.

Когда Артём сел обратно, она указала на строку:

— Здесь речь и о вашем личном канале. Иногда под частной публикацией понимают что-то отдельное от издания.

— Понял. Никаких постов без вашего согласия.

Она поставила дату на обоих экземплярах.

— С сестрой можно обсуждать меню? — спросил он.

— С сестрой, с мамой, с администратором площадки. Я про публикации. Гостям не нужно делать вид, что меня не существует.

— Хорошо.

Он достал телефон и показал список. Вера Павловна, он сам, Лена, ещё тринадцать человек. Марина пересчитала строки.

— Если кто-то не сможет приехать, когда узнаем?

— Скажем заранее. Больше шестнадцати не будет. Я всех обзвонил.

— Меню окончательно согласовываем отдельно. При замене гостя нужно заново спросить про ограничения. Аренду зала оплачиваете вы, продукты и наша работа — в общей сумме. Подсобную кухню я проверю до закупки. Если там что-то не подходит, это нужно знать сейчас.

— Администратор обещала всё показать.

— Обещания недостаточно. Я посмотрю оборудование в работе.

Он записал это в телефон. Марина ждала возражения насчёт лишних сложностей. Вместо него Артём спросил, какие сведения нужны от площадки.

Она перечислила доступ к воде, холодильнику, рабочим поверхностям, электричеству и служебному входу. На основной кухне Нины готовить было удобнее, но на площадке всё равно предстояли доготовка и подача. Нельзя было приехать с горячим ужином и обнаружить, что единственная розетка занята проектором.

— Вы всё сами привезёте?

— Еду и своё оборудование. Столы, стулья, посуда для гостей и работающая площадка — с вашей стороны по списку. Мне нужен человек, который отвечает за зал и будет на связи.

— Запишу телефон администратора. Я могу приехать тоже.

— Приедете, если сможете. Но искать мастера во время ужина мы не должны.

Они сверили денежные условия. Шестьдесят восемь тысяч за заказ, двадцать уже внесены, сорок восемь после выполненного ужина. Марина приписала, что аванс учитывается в общей сумме. Артём прочитал дважды.

— Что-то не так?

— Нет. Просто с арендой мне однажды выставили «дополнительную уборку», о которой до праздника забыли сказать.

— Уборка нашей рабочей зоны включена. Общая уборка зала — ваша договорённость с «Берегом». Уточните, пожалуйста. Я потом свой мусор в вашу машину складывать не буду.

— И я ваш в свою не хочу.

Марина впервые за встречу посмотрела ему прямо в лицо без внутренней подготовки к спору.

— Значит, это тоже запишем.

Когда оба экземпляра были подписаны, она убрала один в папку. Написала Нине, что подтверждает субботнюю смену, и дождалась ответа: запись оставалась за ней. Ни легче, ни радостнее почему-то не стало. Зато перестал зудеть вопрос, на каких условиях она здесь сидит. У неё был заказ, от которого можно отказаться по оговорённой процедуре, и человек напротив пока отвечал на вопросы.

Артём разложил план рассадки.

— Для закусок хочется что-нибудь торжественное. Мама всю жизнь делала нам праздник. Надо теперь для неё.

— Именинница сама что просила?

— Ничего. Она говорит, ей только собраться.

— Так может, ей и нужно собраться.

Он поджал губы, словно собирался спорить. Марина прикрыла блокнот ладонью.

— Давайте не угадывать. Мне нужно полчаса поговорить с Верой Павловной. И с Леной, если она помогает.

Артём открыл семейную переписку, написал сообщение и показал экран после ответа.

— Завтра им обеим удобно. Я тоже могу прийти.

— Приходите. Только меню сначала обсудим с мамой.

Глава 3. Меню для именинницы

Вера Павловна принесла на встречу маленькую записную книжку и пакет с чистыми пластиковыми контейнерами.

— Это я Марине, — объяснила она сыну. — Вдруг надо что-нибудь передать.

Марина показала на пустой стол.

— Сегодня только меню. Но спасибо.

— Я так и знала, что поторопилась. Лена, забери, у тебя в багажнике места больше.

Лена открыла сумку и затолкала туда пакет. Крышки негромко затрещали. Артём начал объяснять, что на следующей неделе еду никто не будет собирать по домашним контейнерам, и Вера Павловна посмотрела на него поверх очков.

— Я это для встречи. На следующей неделе я вообще ничего собирать не собираюсь.

Марина сдержала улыбку и предложила всем сесть. Они встретились в небольшом кафе неподалёку от зала: в «Береге» шла уборка после чужого мероприятия. Артём сразу заказал матери чай с мятой.

— Я хочу обычный чёрный, — сказала Вера Павловна официанту. — Без мяты. И воды, пожалуйста.

Артём исправил заказ. Марина открыла блокнот.

— Вера Павловна, что у вас обязательно должно быть на празднике?

— Музыка, под которую я могу танцевать. И стул, с которого потом смогу встать без помощи сына.

— Я про еду.

— Про еду... Пусть будет такая, чтобы я не сидела над тарелкой, пока все фотографируются. У меня к гостям разговоров на год накопилось.

Лена кивнула.

— Вот. А он хочет три перемены горячего.

— Я предложил выбор, — возразил Артём. — Чтобы никого не обделить.

Марина повернула к нему блокнот.

— Выбор можно собрать заранее. Три горячих на шестнадцать гостей — это больше работы и больше остатков. Вы хотите, чтобы каждый поел всё, или чтобы выбирали?

— Чтобы было хорошо.

— Тогда сначала выясним, что нравится вашей маме.

Вера Павловна подвинула к себе меню кафе, но смотреть в него не стала.

— Я люблю свёклу. Только обычную. А то как-то принесли её на огромной тарелке, и я думала, это украшение. Неловко было спросить.

Марина записала.

— Я предлагаю печёную свёклу с мягким сыром и яблоком. Сыр отдельно оговорим по составу. Лена, ограничения у гостей удалось собрать?

Лена нашла на телефоне таблицу.

— Все ответили. Аллергий и продуктов, которые нельзя, никто не указал. Я всё равно вам перешлю, чтобы не пересказывать.

— Перешлите. Я ещё уточню пару вещей, если понадобится. А что вы просто не любите, Вера Павловна?

— Сладкое мясо. Изюм в любом месте, где он меня не предупреждал. И когда на десерт несут ещё один обед.

— Свёкла не будет приторной. Яблоко даст кислинку. На горячее можно курицу с запечёнными овощами. Десерт — грушевый пирог. Небольшой кусок, если кто-то захочет добавку, она будет.

Артём наклонился к столу.

— Курица на юбилей?

Вера Павловна перестала перелистывать свою книжку.

— А курица сколько лет должна прожить, чтобы её пустили на юбилей?

Лена рассмеялась. Артём улыбнулся, но продолжил смотреть на Марину. Та выждала, пока принесли чай.

— Курицу можно хорошо приготовить и аккуратно подать. А можно плохо приготовить дорогой продукт. За вашу сумму я лучше выберу то, что мы надёжно сделаем и привезём.

— Я не хотел сказать, что вы не умеете.

— Я и не услышала этого. Спрашиваю, подходит ли меню.

Он посмотрел на мать. Вера Павловна уже кивала.

— Мне подходит. Овощи не делайте совсем мягкими, пожалуйста. Я ещё могу жевать.

Марина пометила рядом с горячим короткое замечание. Вера Павловна заметила запись и оживилась.

— Вы и правда это учтёте?

— Для этого спрашиваю.

Марина показала на телефоне несколько своих тарелок с прошлых заказов. Вера Павловна приблизила экран, рассматривая сервировку.

— А вот эту башню обязательно делать? Она не падает, когда начинаешь есть?

— Можно разложить свободнее. Я показываю, какая посуда потребуется.

— Свободнее мне нравится. У подруги как-то весь вечер боялась тарелку повернуть, там соус был нарисован. Очень красивый, я понимаю. Но вилку так и положила в соус.

Артём посмотрел на снимок и спросил, как тогда будет выглядеть стол целиком. Марина предложила решить это после осмотра посуды, без отдельных декоративных покупок. Вера Павловна одобрила, Лена добавила себе в телефон «никаких башен». Марина сохранила пожелание спокойнее: удобная порционная подача. Эти слова потом пригодятся и Лизе, и Сергею. Она убрала телефон, чтобы разговор снова не ушёл к изображениям тарелок вместо самого ужина.