Пепел Deepshadow

Пепел Deepshadow

Глава 1. Тени над бастионами

Город назывался Deepshadow – не потому, что здесь было темнее, чем в остальных глубинах Нихона, а потому что тени здесь действительно были глубже. Они отпечатывались на каменных стенах, как старые шрамы и не исчезали до конца, даже когда из чертогов выносили светящуюся ядовито-жёлтую серу, как подношение Драконам.

Лорд Димер стоял на внешнем бастионе и смотрел туда, где кончались скалы и начинались пути наверх – к Эрафии. Там, в разрывах тумана, поблёскивали знамена врага: бело-золотые полотнища с гербом меча и короны. Воители Замка спускались в подземелье.

У Deepshadow не было права существовать по всем законам света. Город был вырезан в теле горы, укреплён магией и кровью. Здесь жили те, кого верхний мир называл чудовищами: бычеголовые воины, безглазые троглодиты, зловещие гарпии, ядовитые мантикоры, хладнокровные чёрные драконы. Но сегодня гарнизон чудовищ было гораздо меньше, чем нужно для серьёзной войны.

Лорд Димер знал это слишком хорошо.

Его профиль чётко выделялся на фоне камня: тяжёлые рога минотавра опоясывал обруч из потускневшего металла, в глубине глаз мерцал мрачный огонь. Шрамы тонкими белёсыми линиями тянулись по шее и уходили под чёрно-изумрудную броню. Шрамы – память о детстве, когда его пытались убить свои же.

«Почти пришлось зарезать этого телёнка, – говорил когда-то старый колдун. – Он полыхает внутри. Он сожжёт даже то, что любит». Так было записано в хрониках: магические способности молодого Димера были настолько неконтролируемыми, что он представлял угрозу и себе, и окружающим.

Он выжил. Научился управлять огнём, льющимся изнутри, и стал чернокнижником, грозным в бою и опасным в совете. Но, вместе с тем понял, контроль – лишь другая форма тюрьмы.

Сейчас его тюрьмой стал город.

– Они двигаются медленнее, чем могли бы, – негромко проговорил он, отмечая перемещения противника. – Значит, уверены в численном перевесе. Надеются на панику в наших рядах.

Рядом, склонив голову, стоял старший минотавр-капитан, броня которого была помята в десятках битв и которую он упорно не хотел менять.

– Их много, владыка, – буркнул он. – Слишком много. Силы гарнизона я тебе уже предоставил.

Лорд Димер и без докладов видел разницу.

За стенами Deepshadow расположились его немногочисленные силы: рваные строи троглодитов с грубыми копьями, цепи гарпий над ними, стройные ряды гноллов с пиками (слишком мало), клин минотавров, чья дисциплина была дороже золота. Позади, на высоких террасах, шевелились мантикоры и скорпикоры, а ещё выше, на отдельных скальных уступах, глухо переговаривались между собой чёрные драконы – нетерпеливо, раздражённо, словно предчувствуя, что сегодня их не призовут сразу.

Димер не спешил.

Магия была у него в крови – горячей и требовательной, как лава под корой мира. Но он знал цену каждому заклинанию. Особенно тому, которое ему необходимо было найти.

Армагеддон.

Название, которое произносили шёпотом даже те, кто жил в глубоких пещерах. Заклинание, не разделяющее союзников и врагов, результат которого – охваченный пламенем мир.

Его у Димера не было. Было лишь знание, что оно существует. В древних хранилищах и сокровищницах, где заклинания веками пылятся, как забытые книги.

И всё же он стоял на бастионе и ждал, как будто уже держал Армагеддон в руке.

Глава 2. Гарнизон, которому не хватало одного заклинания

В зале совета было душно. Факелы выжгли весь воздух, но собравшиеся привыкли к такому давно, ибо подземелье никогда не позволяло вздохнуть полной грудью.

За длинным столом сидели и стояли существа, каждое из которых в другом месте само могло возглавить войско. Здесь в их руках находилась судьба одной обречённой крепости.

Во главе стола – Лорд Димер. По правую руку от него – древний чёрный дракон, чьи крылья украшали давние следы от стрел и копий. По левую – капитан минотавров, сжимаюший в лапах шлем.

Дальше, у стен, толпились другие: гарпии-предводительницы, представитель змееподобных причетников-магистров, пара мантикор, чей яд высоко ценили в Нихонских тоннелях. Все – существа Deepshadow. Никаких иных, поскольку им не настолько важна была судьба города.

– Ещё раз, – прогремел голос дракона, раздражённо царапающего камни. – Ты говоришь, что у нас нет шанса выдержать осаду?

– Я утверждаю, – спокойно констатировал неизбежное Лорд Димер, – что при прямом столкновении в открытом поле и даже на подступах к городу нас сомнут. Без магического преимущества.

– У тебя есть Метеоритный дождь, – напомнила одна из гарпий, кривя губы. – Ты обрушивал скалы на головы врагов. Твои камни раздавливали целые армии. Чем тебе не преимущество?

Димер коротко усмехнулся.

Его особая связь с заклинанием Метеоритного дождя давно прославила его: каждый его метеор попадал точнее и бил сильнее, когда цель была слабее, а войско – беспомощней. Но Метеоритный дождь, как и каменные стены, был оружием тактики. Сегодня требуется нечто решающее.

– Метеоритный дождь – точечный удар, – сказал он. – Сейчас нам нужен всепоглощающий пожар.

Минотавр-капитан рыкнул:

– Пожаром ты сожжёшь и наши рога.

– Не все рога одинаково горят, – ответил Димер и на мгновение закрыл глаза, прикасаясь к чуждой, но уже хорошо изученной мощи артефактов, что хранились в личном хранилище под залом.

«Мощь Отца Драконов».

Так называли сборный артефакт, который Димер когда-то собрал почти случайно, во время бесконечных походов по тоннелям, подземным рекам и забытым залам Нихона и верхних земель.

Девять частей:

Языки пламени красного дракона;

Щит из чешуи дракона;

Доспехи из чешуи дракона;

Плащ из крыльев дракона;

Корона из зубов дракона;

Ожерелье из зубов дракона;

Наколенники из кости дракона;

Неподвижный глаз дракона;

Застывший глаз дракона;

Он не искал их. Каждый артефакт попадался ему на пути как будто случайно: в сундуках, охраняемых василисками, в древних разрушенных Утопиях, где ещё теплился драконий жар, в сокровищницах, куда его приводила жадность наёмников. Но когда последний фрагмент – Застывший глаз – защёлкнулся на месте, десятый, невидимый замок открылся.

И с тех пор огонь стал для Димера родным языком.

Он не сразу понял, что главный дар артефакта – не сила, а защита. Огонь шипел, гас, не желая вредить тому, кто носил Мощь Отца Драконов. А потом он увидел, как в полях, ослеплённых магическим пламенем, его войска выходят из огненной волны почти невредимыми, пока враг превращается в пепел.

Комбинация экспертного уровня Магии Огня – способности усиливать заклятия этого стихийного круга до неузнаваемости и Мощи Отца Драконов давала почти кощунственный эффект: его армия могла пройти через Армагеддон, как через горячий ветер, а враг при этом сгорел бы в аду.

Проблема была в том, что Армагеддона у него не было.

– Я отправлюсь в верхние тоннели, – произнёс он наконец. – Там, где сходятся старые пути эрафийских экспедиций и наши старые дороги. Там много брошенных сокровищниц, забытых хранилищ, даже просто одиночных тайников. То, что мы ищем, не может вечно прятаться.

– Ты хочешь уйти… сейчас? – дракон зарычал, поднимаясь. – Когда армия Замка уже на подступах?

– Я хочу, чтобы к тому моменту, когда они встанут под нашими стенами, мы могли предъявить им свои условия. Языком огня, древнего и неимоверно могучего

Он встал и в немом благословлении поднял руки.

В этом жесте было больше усталости, чем решимости. Но когда он заговорил снова, голос его был твёрд.

– А вы… вы будете держать город. Не побеждать. Просто стоять, пока я не вернусь.

Глава 3. Ходы, где пыль помнит шаги

Он шёл один, в сопровождении лишь одного чёрного дракона.

Не из гордости – из расчёта. Любой отряд сделал бы его путь медленнее и шумнее. А ещё – куда заметнее для тех, кто тоже шарил по старым ходам в поисках силы.

Верхние тоннели мало чем напоминали родные глубины Deepshadow. Здесь было сухо, воздух отдавал пылью тысячелетий. Стены тускло мерцали, словно звёздами, попавшими в плен камня. У развилок лежали скелеты – не только звериные: когда-то здесь гибли разведчики с обеих сторон. Некоторые поблёскивали обломками рыцарских лат.

Димер шёл, как учили в юности, когда его боялись больше, чем уважали: шаг – вдох, шаг – выдох. Огонь внутри него был спокоен. Сейчас он был больше следопытом, чем магом.

Первую сокровищницу он нашёл на третьем перекрёстке. Чёрная стальная дверь, заваленная обломками. Следы давние: их оставили либо гномы, либо люди из Эрафии, пробивавшиеся сюда в давние войны. Взмах рукой – и камни, поддались, рассыпаясь в пыль.

Внутри – золото, драгоценности, пара потускневших артефактов, утерявших магическую искру. Один из них был знаком – обломок какого-то амулета, усиливающего молнию. Не то. Огонь требовал другого.

Он шёл дальше.

Вторая сокровищница была не заперта вообще: её взломали давным-давно, и все, что могло интересовать обычных мародёров, вынесли. Но для Димера ценность представляли не сундуки, а стены. На них сохранились старые магические символы, описывающие заклинания, хранившиеся здесь когда-то.

Он коснулся следов руны: ледяной шторм, смерч, цепная молния. Отголоски великой библиотеки, растащенной по разным захолустьям.

Но не Армагеддон.

Он остановился, прислонившись к стене.

Суеверные стражи Deepshadow часто шептались, что Димер видит будущее в огне. Это было неправдой. Огонь был и будет всегда, в прошлом, настоящем и будущем, а Димер жаждал открыть то, что уже давно есть, но спрятано. Магия – сама по себе не сила, а ключ к дверям, за которыми эта сила таится.